Связаны Судьбой

      Остальные занятие в академии закончились достаточно быстро — Ванилла этого даже не заметил бы, если бы только он не услышал радостные возгласы своих однокурсников и нетерпеливые голоса сидящих по обе стороны от него Стравберри и Вайт Лили.       Уже примерно через две минуты молодая профессор по имени Холлиберри, преподающая историю и культурологию, сжалилась над несчастными и уставшими первокурсниками и отпустила их домой слегка пораньше, за пять минут до конца занятия.       Все сразу же начали собирать свои вещи, беседуя друг с другом и попутно благословляя профессора за ее благородие и доброту.       Профессор Холлиберри лишь усмехнулась на такую реакцию, и спустя пару минут ушла по своим делам, напоследок пожелав первокурсникам хорошего дня и попрощавшись.       Пур, кстати говоря, заметил для себя довольно странный и донельзя интересный факт: все преподаватели здесь какие-то чересчур занятые… Не успело занятие кончится, как они уже убегают. А приходят только к началу занятия, если не прямо со звонком.       Это показалось юноше довольно интересной темой для размышлений, но… нет, бред.       Интерес-то интересом, но больше всего Ваниллу сейчас интриговал лишь тот факт, что скоро он придет домой и, наконец, будет попивать горячий зеленый ромашковый чай для успокоения и читать какую-нибудь интересную книгу. Не про любовь и романтику, конечно — возможно, что-то связанное с психологией, либо, если не быть уж настолько серьезным и скучным в чужих глазах — какое-нибудь фэнтези, фантастика или даже банальный, классический детектив.       Пур в предвкушении прекрасно проведенного вечера чуть не забылся в своих мыслях, еле-еле осознав, что уже находится в раздевалке, полностью одетый: в элегантное пальто и ботинки на высокой платформе.       Осень, хоть сейчас только начало сентября, в мире Судебном достаточно холодная — ее легко можно сравнить с поздним ноябрем в обычном человеческом мире, где никаких Судеб особо-то и нет.       На промозглой улице уже вовсю валил снег, когда Ванилла в компании Вайт Лили и Стравберри вышел на улицу, протаптывая девушкам через, как говорится, «по колено» снега дальнейшую дорогу.       Стоит отметить, что количество снега для начала сентября просто ошеломляющее: кое-где уже начинали образовываться сугробы, хотя за весь начавшийся сентябрь этот снег — первый. На улице погода минусовая, снежинки огромными хлопьями валятся с неба, не щадя никого, кто сегодня осмелился выйти на улицу без шапки или не накинул хотя бы капюшон.       Благо, девушки оказались предусмотрительные, а потому обе были в шапках, на которые незамедлительно крупными хлопьями осели причудливые снежинки.       Ванилла же сегодня пришел без шапки и даже без шарфа, в принципе, как и большая часть студентов академии, а потому то, насколько холодным и промозглым будет этот сентябрь, он прочувствовал невероятно быстро. Так же, как и то, что прогулка до дома у него будет мучительно прохладная.       Холод в мире Судебном обуславливался климатом, количеством рек и морей, водоканалов и в принципе колоссальным количеством воды на этой земле. Издавна люди этой планетки привыкали жить в этом беспощадном, холодном мире, однако... холод осени и зимы перекрывали жаркое лето и весна. Действительно жаркие. Уже весной температура здесь поднималась до плюс тридцати и даже больше, а про лето вообще нечего говорить - оно было до ужаса жарким. Привыкнуть к такому климату было тяжело, но возможно. Привыкали же люди как-то к жизни в мире Судебном.       Снежинки, что на светлых волосах почти и не были видны, уже вовсю осыпали блондинистую голову своими интересными узорами — чтобы их разглядеть, несомненно, стоило приглядеться.       Пур счастливо улыбнулся, благоговейно закрывая глаза. Пусть он и не любил холод, — чего уж говорить, он его просто терпеть не мог — но данная погода отчего-то приносила только искреннюю, внутреннюю радость и незабываемое чувство прекрасного, несравнимое даже с вечером, проведенном в компании любимого занятия — в случае Пура, чтения — и горячего чая в свободной руке.       Он шумно вдохнул ртом воздух, чувствуя, как снежинка упала ему на кончик носа.       Ванилла открыл глаза, заглянув в облачное небо. Снежинки мгновенно начали пытаться ослепить его, но он был сильнее: жмурился, закрывал глаза, всматривался сильнее, замечая, как уже не согревающее солнце скрывается за снеговыми тучами.       И пусть Пур и сам был, словно солнышко — но особенно жаркую погоду юноша не любил, больше предпочитая ей зимнее, снежное и холодное время года, когда снежинки слепят глаза и мешают разглядывать чудеса, происходящие с улицами вокруг.       И нет, это не было аллергией на солнце или чем-то в этом духе: просто Ванилла уже выяснил по опыту, что в жаре и духоте думается значительно сложнее, чем в холоде. От того и сложилось мнение юноши о том, что зима ему нравится значительно больше, чем лето. На деле его любимым временем года, конечно, была весна - золотая середина между жарой и холодом.       Внезапно ему в спину ударилось что-то, среднее по твердости, и по ощущениям оно довольно быстро рассыпалось, оставляя за собой лишь мокрое, прохладное пятно на пальто.       Ванилла резко расширил глаза и обернулся, встречаясь взглядом — нет, не с кем-либо из людей — а с летящим в него на всей своей скорости снежком.       Он дернулся было чтобы убежать в сторону, но снеговой снаряд все же попал в цель, пусть и не прямо — плечо парня все же было задето. Теперь сырое пятно, отдающее прохладой, было не только на спине.       Нет, Пур не чувствовал как такового раздражения. Возможно, на том отразилось действие недавнего спокойствия и умиротворения от прекрасной погоды и свободных мыслей. Но удивление на его лице было ясным, как летний июльский день.       Ванилла с предельной осторожностью стал высматривать своих «обидчиков», для которых был в зоне видимости, в то время как они для него были невидимой тенью, что несказанно напрягало.       И у него было два варианта того, кто мог додуматься поиграть в эту поистине детскую игру, так еще и выбрать своей мишенью именно Пура. Здесь даже думать долго не нужно было.       Либо Вайт Лили и Стравберри, либо Шэдоу Милк со своей излюбленной компанией в виде Блэк Сапфира и Кэнди Эппл.       Оглядываясь по сторонам, он обнаружил для себя достаточно странную и несколько разочаровывающую деталь — и те, и те стояли по обе стороны от него метрах в двадцати, энергично и активно беседующих о чем-то своем.       Нет, ну не мог же Ванилла ошибиться второй раз за сегодняшний день? Ну просто не мог!       Точно. Не мог.       Со стороны Вайт Лили и Стравберри в спину Пура прилетел очередной снежок, в то время как он сам стоял лицом к компании Шедоу Милка, Кэнди Эппл и Блэк Сапфира. Конечно же, это заставило его обернуться и застыть на месте с удивленным выражением лица.       Девушки уже не делали вид, что невинно разговаривают о чем-то — видимо, более не собирались действовать исподтишка. Сейчас обе лепили новые снеговые заряды и улыбались так радостно и задорно, что это веселое настроение каким-то вселенским образом перепало и самому Ванилле.       Он улыбнулся, и удивленное выражение спало с его лица.       Но ненадолго, конечно, потому что стоило ему на пару секунд отвлечься на свои мысли и эмоции, как со стороны Вайт Лили раздался слегка обеспокоенный, но не менее озорной возглас:       — Ванилла, сзади!       И он послушно обернулся.       К сожалению, он даже разглядеть не успел, что произошло, но осознание накатило сразу же, как только большой снежок на полной скорости встретился с лицом Пура, чуть не сбивая его с ног своей резкостью.       И все-таки, Ванилла терпеть не может холод.       Он стал энергично отряхивать себя и свое лицо от липкого, мокрого и промозглого снега, при этом мысленно ругаясь, на чем свет стоит.       Ощущение было совершенно неприятным — просто отвратительным. С лица быстро начали стекать капельки тающего от разницы температур снега, а само лицо, по всей видимости, сильно покраснело, как и руки — Пур не удосужился прихватить с собой сегодня даже перчатки.       В то время как уже серьезные обидчики были полностью подготовлены к этой игре.       Ванилла слышал смех и, наконец, увидел их — раззадоренных, словно маленьких детишек, Шэдоу Милка, Кэнди Эппл и чуть улыбающегося Блэк Сапфира. Выглядели они совершенно не так, как себе мог представлять юноша: надменные и высокомерные, с вечно фальшивыми и наигранными улыбками. Нет, все было как раз-таки наоборот — троица была живая, искренняя и донельзя настоящая в своих эмоциях.       Или ему так лишь казалось?       Даже Шэдоу Милк, отряхивающий свои перчатки от цепкого снега. Значит, это он только что кинул этот снежок.       Пур вроде как был в замешательстве, но при этом ожидал, что так оно и будет. Точнее, в замешательстве он был только потому, что увидел ту сторону компании Шэдоу, которую не видел, видимо, никто.       Либо же, Ванилла со своей добротой чуть ли не ко всему живому, видел в них лишь ту сторону, которую хотелось видеть ему — но та казалась лишь иллюзией…       Каждый второй наследник клана описывал эту компанию как надменных и высокомерных, считающих всех, кроме себя, низшими и недостойными существами.       Но сейчас Ванилла видел совершенно другую сторону и просто не мог верить этим словам, звучащим как истинный бред сумасшедшего.       Вдруг на плечи Пура, чуть прохладные из-за снега, опустились мокрые, такие же холодные перчатки и осторожными, поглаживающими движениями опустились вниз по рукам, стряхивая холодный снег.       Ванилла второй раз за день ощутил ясное дежавю.       — Ванилла, Господи! — послышался сзади знакомый обеспокоенный девичий голос, а рядом раздались приближающиеся шаги и характерный хруст снега.       Пур обернулся, встречаясь удивленным взглядом со взволнованной Вайт Лили. Рядом с ней аккуратно пристроилась Стравберри, пристыженно опустив взгляд вниз. Было очевидно, что ей очень неловко.       Лили начала отряхивать снег с одежды Пура, извиняющимся взглядом проходясь по фигуре оторопевшего юноши.       — Ты теперь в снегу… — тихо произнесла она. — Почти весь…       — Не надо, — запротестовал Ванилла, пару раз помотав головой в разные стороны в знак отрицания.       Он аккуратно взял руки девушки в свои и осторожно отцепил от своих плеч. Та посмотрела на юношу с недоумением, в то время как Стравберри решила озвучить фразу, интересующую не только ее, но и Вайт Лили тоже.       — Почему? Это же по нашей вине…       — Я бы не сказал, что только по вашей, — он показательно посмотрел в сторону компании Шэдоу Милка и его самого.       Шэдоу, будто поняв, что речь идет о нем, посмотрел на Ваниллу с его подругами, и наигранно дружелюбно, с ноткой насмешки помахал им рукой. Рядом стоящая с ним Кэнди Эппл, заметив это действие, тоже помахала Пуру, Вайт Лили и Стравберри рукой, широко улыбаясь.       Блэк Сапфир, к счастью, повторять это действие не стал, лишь посмотрел на свою компанию, как на истинных идиотов, и судя по его выражению лица, лишь смиренно промолчал.       Хоть от Ваниллы и не ускользнуло, что Сапфир, вероятно, еле сдерживается, чтобы не высказать друзьям, как это все глупо.       Пур лишь усмехнулся и перевел взгляд на подруг.       Вайт Лили уверенно помахала Шэдоу Милку и его дружелюбной подруге Кэнди Эппл в ответ, ярко улыбнувшись. Стравберри повторила этот жест, но несколько неуверенно, да и с долей нежелания. Видимо, ради приличия.       Ванилла задумчиво хмыкнул, полностью отворачиваясь от компании Шэдоу Милка.       — Они тоже поучаствовали, — объяснил Пур. — Я думал, вы заметили.       — Видимо, от меня это ускользнуло… — со смешком ответила Вайт Лили, опустив взгляд вниз.       — От меня тоже, — произнесла Стравберри, поправив белую шапку на голове.       Пур лишь пожал плечами, мол, ничего страшного, с кем не бывает, и отвел взгляд в сторону, отряхиваясь от снега уже самостоятельно.       Девушки замолчали, смотря за спину Ваниллы со странной внимательностью.       Юноша это проигнорировал, посчитав, что они могли увидеть там каких-то своих знакомых или что-то в этом роде, а лишний раз спрашивать об этом — глупо. У них могли быть какие-то свои секреты, так что он не видел никакого смысла в них лезть…       — Ванилла, тебя Шэдоу зовет, — вдруг произнесла Вайт Лили, встречаясь с удивленным взглядом парня. — Ну, как зовет… Жестом подзывает. Приглашает подойти.       Пур обернулся, с любопытством высматривая Милка. Встретившись с ним взглядом, он обнаружил, что Шэдоу подзывает его к себе рукой, и выглядит при этом очень нетерпеливо.       — Да что ему опять от меня нужно… — устало вздохнул Ванилла, закрывая глаза.       В спину ему вдруг обрушился легонький, безболезненный толчок, и юноша удивленно открыл глаза, оборачиваясь к источнику этого толчка с некоторым укором во взгляде. Этот укор, в прочем, был нагло проигнорирован уже давно знакомой ему твердой решимостью в малиновых глазах.       — Ну вот подойди и узнай, — произнесла Вайт Лили, положив руки на бока с видом строгой матери, добивающейся какого-то действия от своего ребенка. — Не съест же он тебя! Вы же соулмейты, у вас какая-никакая связь должна быть!       — Меня удручает одна только мысль того, что мы соулмейты, — устало вздохнув, ответил Ванилла и, не дожидаясь ответа со стороны подруги, неохотно направился в сторону Шэдоу Милка.       Тот в ожидании стоял и смотрел на то, как Пур приближался к нему, и ухмылялся только сильнее. Но нельзя было сказать, что ухмылка его была злобная — нет, совсем нет. Ухмылялся он по-странному нетерпеливо, как ухмыляется человек, сильно ожидающий чего-то, но пытающийся сделать вид, что его это «что-то» совершенно не интересует.       У Шэдоу это получалось плохо. Либо он даже не пытался сделать это хорошо.       Подойдя ближе к источнику какого-то странного, необъяснимого, инородного притяжения, Ванилла остановился в двух метрах от него, разглядывая самого Шэдоу и его компанию по отдельности.       Вот прямо напротив Пура стоит Шэдоу — весь такой вальяжный, расслабленный, но в самой глубине глаз светится очевидное нетерпение и ожидание. Хотя… Шэдоу и ожидание — разве это совместимо?       "Кто знает..." — прозвучало в голове голосом самого же Милка, и Ванилла нахмурился, будто услышал ужасно не смешную шутку.       По обе стороны от Милка, в шаге от него — не менее хмурый Блэк Сапфир и приветливо, возможно даже наигранно улыбающаяся Кэнди Эппл.       Прочесть этих двоих с первого взгляда значительно проще, чем Шэдоу — Сапфир явно недоволен данным раскладом событий, в то время как Кэнди была заинтересована происходящим.       — Чего ты там хотел? — спросил Пур, переведя взгляд обратно на Шэдоу.       — Есть новость, — просто ответил Милк. — Ты не можешь отказаться.       — Что? Какая новость? — недоуменно спросил Ванилла, в удивлении выгнув бровь. — Это еще почему?       Милк лишь молча пожал плечами, на мгновение отведя взгляд в сторону, после чего многозначительно хмыкнул и вернул взгляд обратно к Пуру.       — И это все? — Ванилла нахмурился от раздражения, которое, как ему и полагается, он благополучно скрыл за сузившимися глазами. — Ты больше совсем ничего не скажешь?       — По пути объясню, — с усмешкой ответил Шэдоу, чем вызвал только удивленные взгляды со стороны самого Пура и Кэнди Эппл.       — Шэдоу, а разве Пуру нужно идти не в другую сторону? — склонив голову на бок в недоумении, спросила Кэнди.       Милк повернулся было к Эппл, чтобы ей ответить, как вдруг передумал. Он повернулся обратно к Ванилле, и, не поворачиваясь в сторону друзей, вальяжно махнул рукой.       — Сапфир, будь добр, объясни Кэнди, — произнес он спокойным тоном, направляясь в сторону Пура. — Нам с Ваниллой нужно прогуляться… Надолго.       — Что? — только и успел спросить Пур, прежде, чем Шэдоу прошел мимо него, жестом призывая следовать за собой.       Ванилла тяжело вздохнул. Встретившись взглядом с недовольным Блэк Сапфиром, он все-таки решил пойти за Милком — оставаться в этой компании еще хоть секунду не было абсолютно никакого желания. Особенно после того, как Сапфир показательно закатил глаза.       — Пойдем, Кэнди, — позвал Блэк, приглашающе взмахнув рукой, как ранее сделал Шэдоу, — я тебе все объясню.       Ждать, пока Сапфир и Эппл отойдут, Ванилла не стал — мгновенно развернулся и, от резкости своего движения взмахнув подолом пальто, направился за Милком, ушедшим не так уж и далеко.       Примерно на расстоянии десяти метров, Пур наконец нагнал Шэдоу, попутно отряхнув от непрекращающегося снега блондинистые волосы.       — Меня, вообще-то, Стравберри и Вайт Лили ждут, — с намеком на возмущение произнес Ванилла, поравнявшись с Милком.       — Они знают, — усмехнулся Шэдоу.       — Знают что? — спросил Пур, нахмурившись. Не любил он эти неполные ответы, не несущие в себе никакой информации. — Знают то, чего не знаю я?       — Знают то, что сегодня ты в моем распоряжении, и ждать тебя нет смысла.       — Что значит «в твоем распоряжении?» — удивился Ванилла, чуть не поперхнувшись от недовольства. Однако, в последующих его словах вместо удивления не присутствовало более ничего, кроме очевидного и яркого возмущения. — Что ты там себе напридумывал?       — Ничего такого, что могло бы вызвать в тебе такую волну возмущения, — рассмеялся Шэдоу, хотя выглядел он относительно спокойным.       В отличие от того, как Милк выглядел сегодня в школе — не считая, конечно, странного происшествия в академическом коридоре после распределения — сейчас он был на удивление умиротворен, будто бы находился в зоне комфорта.       Пура эти скачки в настроении значительно удивляли, но показывать, говорить и признавать это он совершенно не хотел.       — Тогда объясни, а не умалчивай, — в смирении с ситуацией, в которой оказался, помотав головой в разные стороны, ответил Ванилла. — Я действительно готов терпеть многое — но недоговоренности и недосказанности я терпеть не собираюсь, вот правда.       На удивление честно признался Пур. Все же, даже если они с Шэдоу одновременно и соулмейты, и враги, то какой-никакой общий язык поддерживать все-таки стоит. Мало ли, какие ситуации могут случиться… Особенно если учесть, что его соулмейтом является именно Шэдоу.       Милк с нечитаемым выражением лица — в очередной раз блокируя Ванилле все пути к разгадке своей личности — взглянул на Пура с удивительной, не присущей ему серьезностью.       И ведь правда: Ванилла отродясь не видел и не надеялся увидеть на лице Шэдоу даже намек на серьезность, а сейчас…       — Большую часть дня мы сегодня проведем с тобой, как бы тебе этого не хотелось, — начал Милк, скрестив руки на груди для убедительности. — Хотя лично меня все устраивает.       Пур лишь с раздражением закатил глаза, но перебивать Шэдоу не стал, с особой внимательностью вслушиваясь в его рассказ.       — В общем, сразу же после распределения и нашего с тобой разговора, когда мы поняли, что Судьба распределила нас как пару, я написал родителям и рассказал им об этом, — объяснил Милк, во время рассказа отведя взгляд в сторону.       — Отлично, Шэдоу, — с наигранным весельем, которое несло в себе только сарказм и ничего более, произнес Ванилла, широко и издевательски улыбнувшись. — Теперь об этом «прекрасном» событии знает не только вся академия, но и твои… Скорее всего, уже и наши родители!       Пур хлопнул в ладоши, показывая всю ироничность ситуации и свое отношение к ней. А отношение его к этой ситуации было ужасное, и Милк это заметил с легкой, довольной улыбкой на лице.       — Да, Ванилла, это знают наши родители. И твои, и мои. А знаешь почему? — с тенью насмешки спросил Шэдоу, даже не скрывая нахального огонька во взгляде. — Потому, что я сам попросил своих родителей передать эту новость твоим. А еще я попросил о том, чтобы мои родители написали твоим предложение о союзе.       — Предложение о союзе? — глупо переспросил Ванилла, в недоумении склонив голову на бок.       Это было неожиданно.       Враждующие кланы вступали в союз по совершенно разным причинам, но делали это отнюдь редко: только если вражда между ними уже давно изжила свое, и их главы пришли к единому мнению или решению общей проблемы и забыли все свои обиды, либо если того по личным причинам хотели представители кланов. Причины эти никогда и ни при каких обстоятельствах не допускались к оглашению.       — Зачем же? — непонимающе выгнув бровь, спросил Ванилла, продолжая питать надежды хоть на какой-то более-менее внятный ответ со стороны Шэдоу.       Тот лишь лениво хмыкнул и беззаботно пожал плечами, но все же, к огромной радости Пура, пояснил:       — Подумал я значит, что не пристало соулмейтам вроде нас во враждующих кланах жить.       — А если по-честному? — требовательно попросил Ванилла, недоверчиво сощурив глаза и хмуро посмотрев на Шэдоу.       — Я с тобой честен, — невозмутимо ответил Милк, придав голосу тусклый оттенок серьезности.       — Честнее.       — Связь по причине того, что мы с тобой соулмейты — абсолютная правда.       — Еще честнее.       — Да куда честнее-то?! — возмущенно воскликнул Шэдоу, полностью повернувшись к Ванилле. - Что тебе вечно не нравится в моих ответах?!       — Не держи меня за идиота, — скептически сузив глаза в недоверии, ответил Пур. — Ты врешь с такой же завидной регулярностью, с которой вдыхаешь кислород. И в этом нет ничего хорошего.       — Разве я отрицал это? — недовольно выгнув бровь, спросил Милк.       — Совсем нет, — поправился Ванилла, отрицательно мотнув головой в разные стороны и закрывая глаза.       Резко открыв глаза, он встретился с недружелюбным взглядом своего соулмейта, что заставило его едва заметно хмыкнуть.       — Просто я хочу услышать правду.       — Я пытался сказать правду, — возразил Шэдоу, закатив глаза. Однако, быстро вернув взгляд к Пуру, он тяжело вздохнул. — Ладно, я не сильно пытался. Но мне просто показалось правильным, если начнем проводить больше времени вместе.       Ванилла посмотрел на Милка с выражением удивления на лице, сужая глаза от недоверия и выгибая одну бровь.       Сам Шэдоу как-то заметно сконфузился, видимо, не привыкший либо к компании Пура и его молчаливым осуждениям, самым ясным способом читающимся в его взгляде, либо не привыкший говорить подобное в принципе.       — Может быть, что-то в этом все-таки есть… — продолжил Милк слегка неуверенно. Однако, после этих слов его лицо преобразилось: появилась уже знакомая решимость и наглая ухмылка. — Но ты точно не можешь отрицать того, что и между нами тоже что-то есть!       Ванилла вымученно выдохнул, закатывая глаза.       Конечно, он не мог этого отрицать. Глупо отнекиваться от того, что на самом деле было. А было многое: инородное притяжение к Шэдоу, несвойственное такому человеку, как Пур, хотя бы потому, что они, вообще-то, враги. По крайней мере, сейчас… Кто знает, к чему приведет предложение о союзе.       А еще — что достаточно весомый аргумент, и он не поддавался сомнениям — они с Милком действительно мало знакомы. Так что, вероятно, эта тяга и нездоровые чувства рядом с этим человеком уж точно не его рук дела, а вездесущих ручонок Судьбы, влияющих не только на сердце, но и на разум.       Поэтому, да. Ванилла этого не отрицал.       Между ними что-то есть.       И это уже даже не предположение, а, попрошу отметить, факт!       — Это всего лишь вмешательство Судьбы, — тихо ответил Пур, удрученно вздыхая и отводя взгляд вниз — на снег и уже многочисленные, натоптанные множеством студентов следы.       Шэдоу, однако, это услышал, и потому ответ последовал незамедлительно:       — Не могу оспорить эти слова, — хмыкнул он. — Но это то самое вмешательство, которое далеко не чудесным, но, вероятно, благим образом сказывается на наших отношениях… И, кстати, мы немного отошли от нашей темы.       Ванилла перевел несколько любопытный, но расслабленный взгляд на Милка, лишь слегка приподняв брови вверх в ожидании.       — Сейчас мы идем к тебе, — отозвался Шэдоу спокойным тоном, едва поймав взгляд Пура на себе.       Ванилла лишь ошарашенно, шире открыл глаза, еще сильнее поднимая брови вверх.       — Почему это ко мне? — недоумевающе спросил Пур, светясь искренним выражением удивления на лице.       — Потому что мои родители передали мне, что благодаря нашему предложению о союзе, твои родители предложили сегодня же провести беседу по этому поводу, — беззаботно пожав плечами, ответил Шэдоу. На губах его играла самодовольная ухмылка. — У тебя дома.       Ванилле хотелось провалиться сквозь землю.       Прошла всего половина этого дня, а неприятности и подобные удивительные и огорчительные моменты валятся на голову Пура с неведомой скоростью и рвением, не желая прекращаться.       На мгновение юноше даже стало интересно: что еще предложит ему этот день, и насколько далеко все может зайти?