В его глазах мерцают звёзды

Кадзуха, разразившись заливистым смехом, буквально скатился на пол, а Скар, красный как помидор, стремительно ретировался с крыши, про себя ругая Каэдэхару на чем свет стоит. *** Дома, в тишине своей комнаты, черноволосый мечтал поскорее закончить песню. Ему не терпелось увидеть и готовую картину алоглазого, хотя он прекрасно понимал, что будет это крайне не скоро. Договор есть договор. А создание песни – дело небыстрое. Но Дзуши был готов ждать, ведь песня была посвящена именно Кадзухе, каждое слово, каждый аккорд были пронизаны нежными чувствами. Одна только мысль о том, что Дэхара услышит эту песню о "его счастье" сейчас, если вдруг он быстро закончит, наполняла парня смущением и тревогой. Он не так давно учился в этой школе, и такая стремительная влюбленность могла показаться блондину странной, даже подозрительной. Другое дело, если бы прошло хотя бы полгода… Взяв ручку, черноволосый открыл свой потрепанный блокнот, исписанный строчками и аккордами. Припев был почти готов, но чего-то не хватало. Хотелось добавить несколько строк перед ним, что-то личное, обращенное напрямую к Кадзухе. Десять минут мучительных раздумий и бесчисленных вариантов сформулировок, и наконец на бумаге появились слова: "На моем плече засыпает мое счастье. Счастье." Перечитав написанное, Скар перевел взгляд на припев, пробежался пальцами по вписанным поверх слов аккордам. Над первой строкой и над первым "счастье" он поставил Em и G, а над второй, в конце и начале, – G и C. Попробовав сыграть, парень недовольно поморщился. Что-то было не так. Заменив аккорд G на C, он снова пробежался пальцами по струнам. И вот теперь звучало гораздо лучше. Улыбнувшись, он зажал нужные струны на требующихся ладах и, тихонько напевая, сыграл получившуюся мелодию вновь – новые две строки и припев.  И… стоит заметить, что посиделки на крыше под дождем и ветром не прошли бесследно. Горло першило, а голова раскалывалась. Но Скар ни о чем не жалел. Закрыв глаза, он невольно представил Кадзуху, его улыбку, его голос. Гитара и ручка тут же оказались отложены в сторону.  Предвестник прикрыл лицо руками, пряча счастливую улыбку. Пусть это и было немного смущающим, но Дэхара теперь рисовал его! Его! Не ту девчонку, а его! Да еще и в таком… интересном формате… От этого осознания на душе становилось теплее, а от сладости момента хотелось визжать от восторга. Но Скар сдерживался. Мать дома, еще чего доброго решит, что у него поехала крыша. Мало ли, еще в лечебницу отправит. Отойдя от нахлынувших чувств, черноволосый взял телефон, намереваясь записать получившийся отрывок песни и отправить Хэйдзо. Конечно же, тот наверняка бы убил его за такую приторность и розовые сопли, сквозящие в каждом слове, но ему не понять. Впрочем, внимание Скары привлекли непрочитанные сообщения от Аякса и… Кадзухи?! Голубоглазый решил сначала заглянуть в чат с Аяксом, оставив сладкое на потом.  Первое сообщение было банальным представлением, второе содержало ссылку на какую-то картинку в Pinterest. "М-да…" – подумал Скар, закрывая чат, даже не потрудившись ответить. Затем он открыл чат с блондином. Голосовое сообщение…  черноволосый поднес телефон к уху и тут же вздрогнул от бархатистого тембра голоса Кадзухи. Бля-ять. Если бы он был девчонкой, то уже давно бы растекся лужицей от таких звуков. Но, собравшись с духом, он стал слушать сообщение, однако слова ускользали, расплываясь в приятном мурлыканье. По спине побежали мурашки, волоски на загривке встали дыбом. Когда сообщение закончилось, Скар, увеличив громкость, переслушал его еще раз, пытаясь вникнуть в смысл сказанного. Кажется, что-то про уроки… Алоглазый спрашивал домашнее задание по физике, жалуясь, что у него не грузит электронный дневник. Брюнет нахмурился. Одно только слово "физика" вызывало у него неприятные ощущения. Он открыл дневник, чтобы отправить незадачливому однокласснику задание и вчитался в формулировку. В глазах зарябило. "Что за каракули? Какая к черту деформация тела? Какая нахер жесткость, удлинение и сжатие… Это точно на русском написано?" – размышлял шестой. Он вернулся в чат с блондином и, не стесняясь в выражениях, напечатал свою искреннюю реакцию на это "замечательное" домашнее задание, а затем отправил и само задание.  В ответ пришло еще одно голосовое сообщение, наполненное мягким смехом и упреком в том, что нужно посещать уроки, чтобы понимать, о чем идет речь. А Скар, в свою очередь, парировал, напомнив Кадзухе, что тот и сам не без греха в плане прогулов, так что пусть не учит его жить. "К черту эту физику! Пусть лучше Кадзуха почаще балует меня своими бессмысленными мурлыканьями," – блаженно думал предвестник. Гитара и раскрытая тетрадь остались лежать на столе, забытые в порыве нахлынувших чувств. Скар, весь светясь от счастья, снова и снова переслушивал первое голосовое сообщение, убавив громкость до минимума, чтобы не спугнуть сладкую негу, разливающуюся по телу от нежного голоса блондина. Казалось, он был готов слушать его бесконечно, хоть десятичасовую версию – мозг, опьяненный любовью, напрочь отказывался работать адекватно.  Парниша упал лицом в плед, раскинувшись на кровати, и окончательно потерял связь с реальностью, погрузившись в водоворот собственных чувств. Что с ним происходит? Неужели это так действует пресловутый переходный возраст? Как жить дальше? И, главное, как дышать? Он непроизвольно прикусил край пледа, беспокойно ворочаясь на кровати, словно в бреду. Со стороны он, должно быть, выглядел как влюбленная героиня какой-нибудь слезливой корейской дорамы. "И как я докатился до такого?" – крайне смущенно думал он, бросая полный отчаяния взгляд на стену, словно ожидая увидеть там ответ. Но стена, разумеется,  была абсолютно чистой. Букв не виднелось.  И вдруг, как нежданное озарение, его пронзила мысль, вырвав из сладкой истомы любовных грез.  "И ты такой даже не знаю как описать тебя… Нет слов, просто нет слов…" "Идеальная фраза!" – мысленно воскликнул брюнет. Ее обязательно нужно включить в песню! Он резко вскочил с кровати, будто ошпаренный, и бросился к раскрытому блокноту, торопливо записывая драгоценные слова, пока они не ускользнули из памяти.