Палитра падшего ангела.

В кабинете Азирафеля царил тот особенный утренний свет, когда солнце еще не обжигает, а лишь нежно касается своим теплом. Он проникал сквозь занавески, играя на корешках книг и рассыпаясь искрами на столешнице. В воздухе витал тонкий аромат травяного чая, создавая атмосферу покоя и доверия. Кроули переступил порог кабинета, и знакомое чувство тревоги немного отступило, уступая место робкой радости. Встретившись с приветливым взглядом Азирафеля, он ощутил, как напряжение в плечах немного ослабевает. – Энтони, заходите, очень рад вас видеть! – произнес Азирафель с искренней улыбкой, жестом приглашая его к креслу. – Как добрались? Лондон сегодня, на удивление, тих и спокоен. Кроули опустился в кресло, чувствуя, как оно мягко обволакивает его. Он неловко пожал плечами. – Да, доехал быстро. Пробок почти не было, – ответил он, стараясь говорить непринужденно. –Сам удивлен. –Ну и отлично! Значит, утро началось хорошо, – подметил Азирафель с довольной улыбкой, усаживаясь напротив. – А главное – как ваше самочувствие сегодня? Ночные кошмары не терзали? Кроули вздохнул, немного опустив голову. – Лучше, чем вчера, – признался он. –Сон был… более спокойным, что ли. Спасибо вам…. Азирафель кивнул, его взгляд наполнился сочувствием. – Я очень рад это слышать, Энтони. Но помните, это лишь начало пути. Важно продолжать двигаться вперед, не зацикливаться на неудачах. А сегодня… сегодня давайте забудем о мрачном и поговорим о чем-нибудь приятном, как вам такая идея? Кроули поднял глаза, немного удивленный. –О чем, например? – спросил он. Азирафель пожал плечами с легкой улыбкой. – Да о чем угодно! О том, что вас интересует, что вам нравится. Может, вы увлекаетесь чем-нибудь? Любите читать, смотреть фильмы, слушать музыку? Кроули задумался, нахмурив брови. Ему вдруг показалось, что в его жизни давным-давно не было места для увлечений. Работа, проблемы, бессонные ночи – вот и все, чем была наполнена его жизнь. –Не знаю… как-то не думал об этом, – пробормотал он. – Кажется, у меня нет никаких увлечений. Азирафель улыбнулся, ободряюще посмотрев на него. – Не торопитесь с выводами, – мягко произнес он. – Наверняка есть что-то, что вам нравилось делать в детстве или в юности. Может, вы любили рисовать, собирать модели, играть на каком-нибудь инструменте? Попробуйте вспомнить. Кроули наморщил лоб, пытаясь выудить из глубин памяти хоть что-то, за что можно было бы зацепиться. – Ну… в детстве я любил слушать музыку, – неуверенно произнес он. – Классическую. Бах, Бетховен… Мне нравилось закрывать глаза и представлять разные картины, когда слушал их. Глаза Азирафеля засияли. – Это замечательно, Энтони! – воскликнул он. – Значит, у вас есть что-то, что вас по-настоящему увлекало! Почему бы не вернуться к этому? Сходите в филармонию, послушайте любимые произведения. Уверен, это доставит вам огромное удовольствие. Кроули немного смутился. Ему казалось странным возвращаться к детским увлечениям. – Не знаю… как-то это… несерьезно, – пробормотал он. Азирафель мягко улыбнулся. – Почему же несерьезно? – возразил он. – Наоборот! Это замечательно, что вы помните о том, что приносило вам радость в прошлом. Это может стать отличным способом отвлечься от негативных мыслей и наполнить свою жизнь положительными эмоциями. К тому же, классическая музыка – это прекрасный способ расслабиться и снять стресс. Кроули задумался. В словах Азирафеля был смысл. Ему действительно нужно было что-то, что помогло бы ему отвлечься от мрачных мыслей. – Может, вы и правы, – признался он. – Я… я попробую. А что еще? Азирафель снова пожал плечами. – Да все что угодно! – ответил он. – Что вам еще нравится? Может, вы любите смотреть старое кино? Или читать книги? Или, может быть, вы увлекаетесь историей? Кроули подумал. Он и правда любил старые фильмы. Ему нравилась их атмосфера, их наивность, их искренность. – Люблю старые фильмы, – признался он. – Особенно черно-белые. В них есть что-то… настоящее. Кажется, что актеры играют более искренне, чем сейчас. Азирафель одобрительно кивнул. – Прекрасный выбор, Энтони! А что именно вам нравится в старых фильмах? Может, какие-то определенные актеры или режиссеры? – поинтересовался он. Кроули задумался, перебирая в памяти названия и лица. – Ну… мне нравятся фильмы с… Хамфри Богартом, – произнес он, немного смущаясь. – У него есть что-то такое… притягательное. И еще… фильмы Хичкока. Они такие… напряженные. Невозможно оторваться. Азирафель улыбнулся. – Отличный вкус, Энтони! Значит, вам нравится нуар и саспенс. Это многое говорит о вашей личности, знаете ли, – подметил он. – А что вы думаете о фильмах Феллини или Бергмана? Они вам не кажутся слишком тяжелыми? Кроули нахмурился. – Бергман… смотрел несколько его фильмов. Слишком депрессивно для меня, – честно признался он. – А Феллини… слишком странно. Ничего не понимаю. Азирафель рассмеялся. – Ничего страшного, Энтони! У всех свои предпочтения. – произнес он. – Главное, чтобы то, что вы делаете, приносило вам удовольствие. И если вам нравится смотреть старые фильмы с Богартом, то это прекрасно! Вы можете смотреть их, обсуждать с друзьями, читать книги о кино. Это отличный способ отвлечься и расслабиться. Кроули немного расслабился, почувствовав, что разговор идет легко и непринужденно. Он больше не чувствовал себя скованно и неуверенно. Ему было интересно болтать с Азирафелем, делиться с ним своими мыслями и узнавать что-то новое. – Вы знаете… Мне нравится с вами разговаривать, – вдруг произнес он, немного покраснев. Азирафель тепло улыбнулся ему на встречу. – Мне тоже очень приятно общаться с вами, Энтони, – ответил он. – И я надеюсь, что наши разговоры помогут вам справиться с вашими проблемами.

…

Они продолжали болтать, перескакивая с одной темы на другую. Кроули рассказал о своих путешествиях, о своих друзьях, которые когда то давно у него были, о своей работе. Он вспоминал забавные случаи из жизни и грустные моменты. Азирафель внимательно слушал, задавал вопросы, проявлял искренний интерес ко всему, что говорил Кроули. Он не перебивал его, не осуждал и не давал непрошеных советов. Он просто был рядом, слушал и поддерживал. Кроули, увлекшись рассказом, даже не заметил, как его голос стал более мягким, а в глазах появился искренний интерес.

_______

– Знаете, что еще? – вдруг произнес Кроули, нахмурив брови, будто вспоминая давно забытое. – Я люблю, когда идет дождь… Особенно ночью, когда город засыпает и все вокруг стихает. Кажется, что мир замирает, и ты остаешься один на один со своими мыслями… В такие моменты чувствуешь себя… как-то… странно… свободно… Азирафель слушал его внимательно, не перебивая, словно впитывая каждое слово, каждое чувство. – Да, дождь обладает особой магией, – тихо произнес он, словно соглашаясь с Кроули. – Он словно смывает все лишнее, оставляя лишь самое главное… Но главное, Энтони, не замерзнуть под этим дождем. Здоровье – это очень важно. Вдруг лицо Кроули исказила гримаса боли. Он схватился за грудь, его дыхание стало прерывистым и тяжелым. – Энтони! Что случилось? Вам плохо? – встревоженно спросил Азирафель, вскакивая со своего кресла. Кроули попытался ответить, но из его горла вырвался лишь сдавленный стон. Он побледнел, его лицо покрылось испариной, а тело затрясло в ознобе. –Мне… плохо… воздуха… не хватает…, – прошептал он, его голос был едва слышен. Слишком резко. Азирафель в мгновение ока оказался рядом с ним. Он опустился на колени, внимательно рассматривая его лицо. Его лоб был горячим, а дыхание – поверхностным и частым. – Энтони, смотрите на меня! Дышите медленно и глубоко, – говорил Азирафель спокойным, но твердым голосом, стараясь успокоить его. – Вдох… выдох… Вдох… выдох… Хорошо. Получается. Просто сосредоточьтесь на моем голосе. Азирафель не стал вызывать скорую помощь. Он знал, что это лишь усугубит панику Кроули. Вместо этого он решил действовать сам, полагаясь на свои знания и интуицию. Он расстегнул воротник рубашки Кроули, освобождая его от стесняющей одежды. Затем подложил ему под голову подушку, чтобы облегчить дыхание. Он осторожно вытер пот с его лба прохладной влажной салфеткой. – Что… что со мной? – прошептал Кроули, его глаза были полны страха и растерянности. – У вас, похоже, м…, – ответил Азирафель, стараясь скрыть свое волнение. – …Ничего страшного! Я здесь. Я помогу вам. Просто дышите так, как я говорю. Он продолжал руководить дыханием Кроули, следя за каждым его вдохом и выдохом. Постепенно, дыхание Кроули стало более ровным, а боль в груди немного утихла. Он все еще был бледным и слабым, но уже мог говорить более отчетливо. – Что это было? – спросил он, глядя на Азирафеля испуганным взглядом. – Это просто небольшой переутомление, – ответил Азирафель, стараясь говорить спокойно и уверенно. – Вам нужно отдохнуть и набраться сил. Возможно, вы переусердствовали вчера. Кроули нахмурился, пытаясь вспомнить, что он делал вчера. В голове была лишь туманная дымка. – Вчера… Я… Гулял…, – пробормотал он. – Под дождем….. Азирафель вздохнул, понимая, что произошло. – Ах, да… Вы говорили, что любите дождь, – произнес он, слегка укоризненно качая головой. – Но гулять под дождем, особенно в такую погоду, очень опасно. Вы могли простудиться. Кроули застонал, понимая свою ошибку. – Я… не подумал…, – прошептал он. – Все хорошо, Энтони, – ответил Азирафель, ободряюще улыбаясь. – Главное сейчас – позаботиться о себе. Я думаю, вам лучше поехать домой и лечь в постель. А я помогу вам добраться. Кроули попытался встать, но его тело было слишком слабым. – Я… не могу…, – прошептал он. – Не волнуйтесь, я вам помогу, – ответил Азирафель, бережно поддерживая его. – Я провожу вас до машины, а потом помогу подняться в квартиру. Азирафель помог Кроули встать и медленно повел его к выходу из кабинета. Кроули шел, опираясь на него, словно на костыль. Его тело дрожало, а голова кружилась. По дороге к машине Кроули почти ничего не говорил. Он лишь тяжело дышал и время от времени стонал от боли. Азирафель молча поддерживал его, стараясь создать максимально комфортные условия. Когда они добрались до машины, Азирафель помог Кроули устроиться на сиденье, рядом с ним. Затем он сел за руль и осторожно повез его домой. Всю дорогу лил дождь. Тяжелые капли барабанили по крыше автомобиля, словно отбивая грустную мелодию. Кроули смотрел в окно, не видя ничего, кроме размытых огней города. Ему было плохо и стыдно. Он чувствовал себя глупым ребенком, который набедокурил и теперь нуждается в помощи. Когда они приехали к дому Кроули, Азирафель помог ему выйти из машины и подняться в квартиру. Кроули еле передвигал ноги, его тело словно налилось свинцом. Азирафель помог Кроули раздеться и уложил его в постель. Он принес ему теплое одеяло и подушку. – Вам нужно отдохнуть, Энтони, – сказал Азирафель, заботливо укрывая его одеялом. – Я сейчас приготовлю вам горячий чай с медом и лимоном. Это поможет вам согреться. Кроули молча кивнул, закрывая глаза. Ему хотелось лишь одного – уснуть и забыть обо всем на свете. Пока Азирафель готовил чай, Кроули лежал в постели, чувствуя, как его тело сотрясает озноб. Ему было очень плохо. Он жалел о том, что так беспечно относился к своему здоровью. Азирафель вернулся с чашкой горячего чая, от которого приятно пахло лимоном и медом. Он помог Кроули сесть и осторожно подал ему чашку. – Пейте медленно, маленькими глотками, – сказал он. – Еще не остыло…. Кроули послушно начал пить чай, ощущая, как тепло разливается по его телу. Ему стало немного легче, но слабость все еще не отпускала его. Когда Кроули закончил пить чай, Азирафель предложил ему принять лекарство. – У меня нет никаких лекарств, – прошептал Кроули. – Не волнуйтесь, я сейчас схожу в аптеку, – ответил Азирафель. – А вы пока полежите и отдохните. Азирафель вышел из квартиры, оставив Кроули одного. Кроули лежал в постели, глядя в потолок. В голове мелькали обрывки воспоминаний, перемешанные с болью и тревогой. Он чувствовал себя беспомощным и одиноким. Он вспомнил о своем детстве, о своих родителях, о… Он вспомнил о тех ошибках, которые он совершил в жизни, и о тех людях, которым причинил боль. Вспомнил ночь, когда он остался с глазу на глаз со своими страхами. И вдруг, он почувствовал себя невероятно уставшим. Ему захотелось просто закрыть глаза и уснуть, чтобы больше никогда не просыпаться. Когда Азирафель вернулся с лекарствами, Кроули уже спал. Он спал неспокойно, его лицо было бледным и измученным. Азирафель осторожно разбудил его, предложил принять лекарство и снова укрыл одеялом. – Отдыхайте, Энтони, – прошептал он. – Я буду рядом. Кроули, повинуясь его словам, снова закрыл глаза и погрузился в беспокойный сон. Азирафель сел рядом с его кроватью, тихо читая книгу. Он не собирался покидать его, пока ему не станет лучше. Он знал, что сейчас он ему очень нужен. Всю ночь Азирафель не отходил от кровати Кроули, следя за его состоянием и делая все возможное, чтобы ему помочь. Он стал для него не просто терапевтом, а другом, ангелом-хранителем, готовым прийти на помощь в любую минуту. И эта поддержка, эта забота была для Кроули дороже любых лекарств, дороже всего на свете. Он чувствовал себя защищенным и нужным, и это придавало ему сил бороться с болезнью и верить в то, что все будет хорошо.

_______

Азирафель тихонько переворачивал страницы старинной книги, стараясь не нарушить хрупкий покой больного. Изредка он поглядывал на Кроули, оставляя свой взгляд на его кудрях, что так невольно распластались по всей подушке. Это казалось Азирафелю милым.

…

Сырые, обшарпанные стены давили на него, словно надгробные плиты. В воздухе витал запах гнили и крови, вызывая тошноту и головокружение. Он пытался бежать, но ноги словно приросли к полу. Он огляделся в ужасе. В темноте, словно зловещие тени, вырисовывались силуэты. Они приближались, окружая его со всех сторон. Он узнавал их – лица тех, кому он причинил боль, тех, чью жизнь он отнял. Их глаза горели ненавистью, их руки тянулись к нему, жаждая возмездия. Они шептали проклятия, их голоса звучали словно погребальный звон. – Убийца… ты заплатишь за все…, – шипели они, окружая его плотным кольцом. Кроули пытался сопротивляться, кричать, но из его горла вырывался лишь беззвучный хрип. Он чувствовал, как его тело сковывает ледяной страх. Вдруг перед ним появилась Анна. Она стояла в белом платье, залитом кровью. Ее глаза, обычно такие добрые и любящие, сейчас горели презрением и ненавистью. – Ты предал меня, Энтони… Ты не защитил меня… Ты виновен в моей смерти… , – произнесла она ледяным голосом, от которого по коже пробежали мурашки. Кроули упал на колени, заливаясь слезами. – Прости меня, Анна… Прости… Я не хотел…, – шептал он, захлебываясь в рыданиях. Но Анна не слушала его. Она лишь смотрела на него с презрением, словно на ничтожество. Вдруг склад начал рушиться. Стены стали трескаться и осыпаться, а потолок обваливаться. Кроули понял, что ему некуда бежать. Он обречен. – Это твой ад, Энтони… Ты …. будешь гореть в нем вечно…, – прозвучал голос Анны в его голове. В этот момент Кроули проснулся. Он сидел в постели, обливаясь потом. Сердце бешено колотилось в груди, а дыхание было прерывистым и тяжелым. Его трясло, словно осиновый лист на ветру. Он огляделся в ужасе, пытаясь понять, где он находится. Комната казалась ему незнакомой и враждебной. – Это был всего лишь сон… всего лишь сон…, – повторял он, словно мантру, стараясь успокоиться. Но сон был слишком реальным, слишком жутким. Он до сих пор чувствовал запах крови и гнили, слышал шепот проклятий, видел лицо Анны, полное презрения. – Азирафель…, – прошептал Кроули, чувствуя, как его покидают силы. Азирафель, услышав его голос, мгновенно подскочил с кресла и подбежал к кровати. – Энтони, что случилось? Вам снова плохо? – встревоженно спросил он, беря его за руку. Кроули посмотрел на него заплаканными глазами. – Мне… приснился… кошмар…, – прошептал он, его голос дрожал. Азирафель мягко улыбнулся, поглаживая его по руке. – Я знаю, Энтони. Это всего лишь сон. Он не настоящий, – успокаивающе сказал он. –Но он был таким реальным…, – возразил Кроули. – Я снова видел… их… Анну… Они все хотят моей смерти…. Азирафель вздохнул, понимая, как тяжело Кроули. Он понимал, что кошмары – это лишь отражение его внутренних страхов и переживаний. – Не слушайте их, Энтони, – твердо сказал он. – Они не имеют над вами власти. Вы сильнее, чем думаете. Вы сможете справиться со своими кошмарами. Он помог Кроули лечь обратно в постель, укрыл его теплым одеялом и сел рядом с ним. – Расскажите мне о своем кошмаре, – предложил он. – Это поможет вам выплеснуть свои эмоции и облегчить душу. Кроули долго колебался, не зная, стоит ли рассказывать Азирафелю о том ужасе, который он пережил во сне. Но в конце концов, он решил довериться ему. Он начал рассказывать о заброшенном складе, о лицах своих жертв, об Анне, о рушащихся стенах. Он рассказывал сбивчиво и эмоционально, его голос то и дело срывался. Азирафель слушал молча, не перебивая, не осуждая. Он просто позволял Кроули выговориться, освободиться от тяжелого груза, который давил на него. Он поглаживал руку рыжеволосого, то и дело выводя успокаивающие узоры на его бледной коже. Когда Кроули закончил свой рассказ, в комнате повисла тишина. Лишь тихо тикали часы, отсчитывая неумолимое время. – Это был ужасный сон, – тихо произнес Азирафель. – Но помните, это всего лишь сон. Он не определяет вашу реальность. Вы не убийца. Вы – человек, который совершил ошибки, но который хочет все исправить. Который хочет встать на нужное русло. И я верю, что вы сможете это сделать. Он помолчал, подбирая нужные слова. – Мммм… Он снова помолчал, затем добавил: – Я буду рядом с вами, Энтони. Я помогу вам пройти через это. Мы вместе будем бороться с вашими кошмарами и искать способы их преодолеть. Я никогда не оставлю вас. Кроули посмотрел на Азирафеля заплаканными глазами. – Спасибо…, – прошептал он. – Спасибо, что вы рядом… Кроули взял руку Доктора, нежно прижимая ее к себе. Он действительно был благодарен тому, что тот его не оставлял и терпел все его выходки. Азирафель улыбнулся и нежно погладил его по голове. –Отдыхайте, Энтони, – произнес он. – Постарайтесь заснуть. И помните, я всегда буду рядом, чтобы защитить вас от всех кошмаров. Кроули закрыл глаза, чувствуя, как Азирафель держит его за руку. Он ощущал его тепло и поддержку, и это придавало ему сил и уверенности. Он медленно погрузился в сон, надеясь, что на этот раз кошмары обойдут его стороной. Азирафель же продолжал сидеть рядом с его кроватью, не отрывая от него взгляда. Он читал книгу, но его мысли были далеко. Он думал о Кроули, о его страданиях, о его кошмарах. И так же было что то, что он моментально старался пропускать мимо себя… Он чувствовал, что между ними возникла особая связь, связь, основанная на доверии, понимании и сочувствии. И он верил, что эта связь поможет Кроули исцелиться от душевных ран и найти свой путь к счастью. Так прошла ночь. Азирафель не сомкнул глаз, охраняя сон Кроули и оберегая его от кошмаров.