Академия трёх

      Доставшийся им кабинет оказался в меру просторным. Не университетская аудитория, но вполне уютненько. Три парты вряд, доска — что немаловажно — чай, чайник и даже какие-то печеньки. Сервис на высоте.       — Садись. Я пока принесу тебе одну книгу, дома почитаешь первый параграф. На следующем уроке обсудим, — сказал Чонсон и собрался было выйти, но не тут-то было.       — Ты не про эту книгу, а? — спросил Джейк, с самодовольным лицом поднимая над собой тот самый позолоченный толмут.       Сонхун может поклясться, что увидел, как глаза Чонсона недобро сверкнули красным. Прямо как у Сонхва недавно. Родство на лицо.       — А тебе она нахера? — холодно спросил Чонсон.       — А я не для себя. Я для друга. Знал же, что Сонхуну надо, поэтому заранее озадачился. Такой я заботливый, аж зависть берёт.       Чонсон зло выдохнул, чуть не пуская дым из носа.       — Пусть так. Тогда, Хун, забери у этого пса свой учебник и давай начнём изучение контроля сил.       — За словами следи, термостат на нуле. Еще раз псом назовёшь — я не посмотрю, кем у тебя отец работает.       — Еще раз, как ты меня назвал?       Сонхун наконец решил вмешаться.       — Так стоп! Джейк-хён, ты вообще сюда пришёл слова прописывать. Вот и занимайся. Чонсон-хён, серьёзно, давай повежливей. Я тоже устал от твоей постоянной грубости. Давайте теперь не будем тратить время на бесполезные пререкания и начнём урок.       Оба хёна поморгали глазками, пребывая в шоке от вежливого обращения со стороны Сонхуна. Джейк послушно начал доставать из сумки учебник по английскому. Джей же хмыкнул, открыл дипломат и выудил оттуда тонкую брошюру, совсем не похожую на учебное пособие.       — Это введение. Здесь прописаны некоторые правила, законы и причины, по которым мы вообще это изучаем. Предмет больше практический, нежели теоретический. Поэтому будем много упражняться, готовься. Сегодня наша задача научиться работать с температурой.       В глазах Сонхуна зажёгся огонек интереса, но тут же потух, стоило услышать смешок слева. Они с Чонсоном синхронно посмотрели на Джейка, который прикрыл рот рукой.       — Простите, простите. Глупая шутка в голову пришла. Продолжайте.       Взгляд Сонхуна невольно упал на лист бумаги, на котором Джейк старательно выводил свои каракули. Лист выглядел пожёваным как минимум тысячей и одним оборотнем. Так же, кстати, как и карандаш.       — Ты что, им подтирался? Почему такой мятый? — всё же не сдержался педантичный младший, кивая на мятую бумагу.       Оборотень обиженно глянул на новоявленного репетитора.       — Ну чё ты так сразу? Это черновик! Скажешь тоже… И вообще, не такой уж и мятый. Я разгладить могу, — Джейк поелозил бумажкой по краю стола, что особого эффекта не возымело.       Лист остался всё таким же мятым, так ещё и карандаш в некоторых местах размазался, делая его более неаккуратным и грязным. Сонхун прикрыл глаза, выдохнул и потёр переносицу пальцами.       — Нет, я не буду проверять работу, написанную на подобном. Достань, пожалуйста…       На столе перед Джейком с хлопком появилась новая чистая тетрадь. Чонсон похвально сдержался от того, чтобы не кинуть её прямо в лицо наглому оборотню, срывающему ещё не начавшийся урок. Однако раздражение вампира всё же читалось по тому, с какой силой он хлопнул этой самой тетрадкой по столу.       — Занимайся молча и не отвлекай моего ученика, уяснил? Я только на таких условиях согласился, чтобы ты тут сидел, — строго сказал Чонсон.       Сонхун посмотрел на наставника с благодарностью и даже неким уважением. Похоже, он не ошибся, соглашаясь принять его в преподаватели. Грамотный, требовательный и педантичный.       Джейк же считал с точностью да наоборот. Оборотень сначала прищурился, а затем сделал вид, что надулся и соизволил открыть тетрадь. Ещё пару раз глянул на начавших изучать содержание брошюры Чонсона и Сонхуна, что не заметили его спектакля. Стало обидно. Как это внимание и не ему? Джейк снова открыл было рот, чтобы выдать очередную колкость, но…       — Пиши! — синхронно рявкнули в два голоса Сонхун и Чонсон.       Джейк мгновенно схватился за ручку и приосанился.       — Ладно, ладно! Я ж молчал! Чё вы сразу?       Сонхун вздохнул, покачал головой и снова вернулся к собственному занятию.       Не прошло и пары минут объяснения материала, как слева снова захихикали. Глаз Пака младшего задёргался. Пак старший был на пределе.       — Ну что опять? — устало спросил Хун, поворачиваясь к Шиму.       — Да не, не, ничего. Просто ситуация у нас забавная получается. Он учит тебя, а ты меня. Эдакий конвейер по подтягиванию отстающих.       Сонхун хлопнул себя ладонью по лбу. Он не находил эту ситуацию нисколько забавной. И почему-то был уверен, что Джейк тоже. А сказал это оборотень из собственной вредности, чтобы помешать Чонсону вести урок.       — Пожалуйста, учись и не отвлекай меня, — строго попросил Сонхун. — Я тебя очень прошу. Хотя нет. Ещё одно слово не по делу — и двадцать слов дополнительно прописывать будешь, понял?       — Всё, всё, уже молчу.       Хун обратил внимание к наставнику.       Через тридцать минут объяснений они, наконец, приступили к первому упражнению. Для него нужно было закрыть глаза и представить себе огонь. Затем необходимо было постараться ощутить жар пламени на себе.       Сонхун зажмурился, старательно представляя себе костёр. Вот он к нему приближается, касается рукой и…       — Нет… Прости, у меня ничего не получается, — полукровка раскрыл глаза. — Я не могу представить, как касаюсь его, — слукавил он.       В голове всплыли давние воспоминания.       — Ну это образно. Просто попробуй. Представь, как жар охватывает тебя, словно…       — Словно ты в лифте со мной катаешься. Помнишь? Тебе понравилось, — последовал комментарий слева.       На оборотня недовольно уставились две пары глаз, но он продолжил как ни в чём не бывало изображать из себя усердного ученика, переписывая одно и то же слово уже раз тридцать.       — Молчу-молчу.       — Вот и молчи. Не мешай, — серьёзно, но спокойно сказал Хун.       — А то вылетишь отсюда! — рявкнул не выдержавший Чонсон.       Джейк в ответ на это лишь хмыкнул.       Сонхун покачал головой, но невольно улыбнулся.       — Я тогда сейчас снова попробую, — сказал он, усаживаясь на стуле поудобнее.       Парень закрыл глаза и глубоко вздохнул. Снова костёр. Вот он подходит к нему ближе. Тянет руку и. Нет. Ну в самом деле, что он дурак совсем?! Кто в здравом уме не одёрнет руку от пламени, пусть и выдуманного?! Тем более если на огонь фобия. Сонхун от этого и на конфорках с открытым огнем готовить не может.       Полукровка раскрыл глаза и, поджав губы, покачал головой. Он такой бездарный.       Чонсон же выглядел на редкость спокойным.       — Ничего. Похоже, ты просто боишься. Давай тогда попробуем по-другому. Я дам тебе ощущение, а ты попробуешь его воспроизвести, договорились?       Пак старший попытался взять Сонхуна за руку, но его шлёпнули по запястью.       — Эй эй эй! Давай-ка без рук, как-нибудь! По-другому объяснить не можешь? — спросил суровый оборотень.       Оба Пака смирили Джейка раздражёнными взглядами.       — Не он не может объяснить, а я понять не могу. Успокойся, пожалуйста, — ответил за Чонсона Хун и самостоятельно взял руку наставника в свою.       В тишине аудитории раздался раздражённый вздох одного оборотня.       — Закрой глаза, — наставил Чонсон, словно не замечая Джейка, старающегося сжечь его силой мысли.       Сонхун кивнул и сделал, как велено.       — Сейчас я передам тебе тепло, почувствуй его.       Хун кивнул, сосредотачиваясь на ощущениях. Чонсон взял его вторую руку в свою и…       Раздался громкий хруст.       Сонхун распахнул глаза.       Злой, чуть покрасневший Шим, в руках которого остался теперь уже сломанный карандаш, продолжал не мигая смотреть на них с Джеем.       Сонхун вздохнул и, убрав свои руки из ладоней Чонсона, обратился к Джеюну:       — Ну вот и что ты сделал? Всё написал, что ли, раз карандаш тебе больше не нужен оказался? — полукровка поднялся с места и заглянул в тетрадь Джеюна. — Ну нет же. Смотри, у тебя ещё три слова осталось прописать.       Он собрал из рук оборотня, всё ещё сверлящего взглядом Чонсона, обломки карандаша.       — Ну нет, этим писать уже точно не выйдет. Чонсон-хён у тебя есть ещё один?       Вампир покачал головой. Даже если у него и был, отдавать на растерзание врагу своё имущество он отказывался.       — Джейк-хён, тогда тебе нужно сходить и найти себе ещё один самостоятельно.       — Что?       — Иди и найди себе нормальный карандаш. Поспрашивай у других студентов. У Сонхва-хёна попроси, в конце концов! — Сонхун соскрёб оборотня со стула и начал под спину толкать в сторону двери.       — Чего? Нет! Ни за что! Я вас двоих не оставлю! Тоже мне придумали! Я категорически против! — сопротивлялся оборотень, но его всё равно против воли выставили наружу. — Но, Хун-а, — он решил использовать последний возможный приём, смотря на Сонхуна самыми щенячими в мире глазами.       — Я уже сказал. Найди карандаш и возвращайся, — спокойно повторил беспринципный репетитор, а затем хлопнул дверью прямо перед носом Шима.       Джейк поджал губы и фыркнул.       Сонхун вздохнул.       Чонсон раздраженно стучал пальцами по поверхности стола.       — Ну как? Все ещё не убедился в том, что он мудак?       — Ну почему сразу мудак? — не согласился Хун. — Просто не хочет, чтобы я с тобой общался. Прям триггер какой-то, — пожал плечами. — Давай так: ваша взаимная неприязнь меня касаться не должна, договорились?       — Мелкий, ну не будь ты тупицей. Взгляни правде в лицо! Ты не видишь, какой он агрессивный? Сегодня карандаши ломает из-за того, что ты с кем-то не тем, по его мнению, общаешься. А завтра что? Бить начнёт? Зачем тебе такое общение?       — Да пусть только попробует! Я сам его отлуплю так, что будь здоров!       Чонсону такой бойкий ответ явно пришёлся по душе и он хмыкнул.       — Ну ладно. Но если будет обижать, мне скажи.       Сонхун закатил глаза.       — Так ладно, давай ещё раз тогда попробуем, — снова вернулся к занятию Джей.       Он взял Хуна за руку. Ученик закрыл глаза и сосредоточился на ощущениях. Наставник взял теперь и вторую его руку в свою.       Сонхун нахмурился.       — Всё равно не выходит. Ничего не чувствую, — пожаловался он.       — Первый раз всегда самый сложный. Главное сейчас один раз почувствовать. Потом на автомате уже работать будет. Давай тогда чуть больше контакта попробуем.       Чонсон отпустил руки Хуна и неожиданно крепко обнял. Объятия получились очень тёплыми и надёжными, будто без слов убеждали в безоговорочной безопасности. Сонхун почувствовал внутри тепло. Оно шло откуда-то от сердца. Распространялось по капиллярам и шло ощутимой волной по всему телу.       — Чувствую… — тихо сказал он.       — Отлично, — Чонсон снова взял его руку в свою. — Теперь попробуй почувствовать холод. Представь, будто на улице минус десять и ты без куртки.       Сонхун напряг воображение. В этот раз представить получилось в разы проще.       Теперь вместо тепла по телу начал расползаться сковывающий конечности холод. Он шёл отовсюду и оказывался везде. В ногах, в голове. Ощущался даже на кончиках ушей, словно Сонхуна разом погрузили в ледяной бассейн.       — Отлично. Чувствую, что получилось. Теперь попробуй поймать баланс. Вспомни предыдущее ощущение, это и постарайся найти середину.       Сонхун, оставаясь старательным учеником, постарался выполнить сказанное, но неожиданно услышал, как распахнулась дверь.       — Не отвлекайся и не открывай глаза, — скомандовал Чонсон.       Полукровка почувствовал неладное, но следуя указанию наставника, попытался снова сосредоточиться. Но сделать это оказалось не так просто.       — Ах ты! Комар зубастый! Совсем что ли страх потерял?!       Сонхун не успел среагировать. Даже с учётом того, что он сразу же распахнул глаза, как только услышал голос Джейка.       Оборотень налетел на Чонсона молниеносно. Тот, в свою очередь, оттолкнул нападавшего и нарисовал в воздухе неизвестный символ. Забуксовавший на мгновение Сонхун увидел, как с пальцев Чонсона слетел огненный сгусток, принял форму шара и полетел в сторону Джейка. Тот не растерялся. Выставил руки перед собой и отослал атаку обратно. Всё это сопровождалось грохотом, словно миллионы молний ударяли в одну точку ежесекундно.       Чонсон принял позу, удерживая скопление огня ровно посередине.       Сонхун в страхе попятился назад. Слова застряли в горле. А что если кто-то из дуэлянтов отвлечётся? Тогда кого-то из них ударит этим огненным шаром? Это же не может быть смертельно опасно, правда? Они бы не стали так шутить…       Нужно срочно звать на помощь! Но как?!       — Ты зачем к нему липнешь?! — криком спросил Джейк, видимо, добавляя силы. Шар чуть сместился в сторону Чонсона.       — У меня причины есть! В отличие от тебя! Ты только мешаешь! Обещаю, что не позволю такому придурку, как ты, ошиваться рядом с Сонхуном! — Чонсон снова установил шар посередине.       Сонхун, не издавая ни звука, медленно попятился к двери. Но та захлопнулась. Кто? Чонсон или Джейк? Почему они не хотят его отпускать? Ну Сонхун им покажет! Пусть только посмеют к нему подойти! Пак младший в гневе опасен, а если хорошенько напугать, так и вовсе реактивен.       — Хах, да что ты! Не много ли чести на себя берёшь?! — ответил оборотень, озорно улыбаясь, однако глаза блеснули злобой.       — Да у тебя же силёнки на исходе! Посмотри на себя! Как вспотел! Не изображай из себя того, кем не являешься! Прими поражение с честью!       — Хах, тебе того же! А что так завидно, что я могу вспотеть в отличие от тебя? Какая там у тебя температура тела? Как у трупака?       — Дворовая шавка! Заткнись!       — Сам заткнись, комар переросток!       Оба студента стиснули зубы, видимо, напрягаясь до предела. Каждый желал наконец добить раздражающего соперника.       Эта картина сопровождалась ещё более диким грохотом, чем до этого. Словно миллионы железных тросов рвались одновременно под невероятным напряжением.       Это конец. Сонхун закрыл уши руками и зажмурился.       — Это что такое?! Совсем совесть потеряли?! — голос Сонхва-хёна, пришедшего проведать дебютировавшего в качестве репетитора сына, потонул в грохоте.       Библиотекарь взмахнул рукой, и оба воителя с громким «бум» свалились на пол. Джейк при этом не слабо приложился головой о стену. Огненный же шар схлопнулся в воздухе.       Сонхва покачал головой и поджал губы. Он опустил взгляд вниз. Возле самой двери на корточках сидел сжавшийся в панике Сонхун. Он прикрыл голову и будто боялся даже вздохнуть лишний раз.       Библиотекарь присел рядом, аккуратно касаясь плеча ученика.       Но тот в миг переполошился и с воинственным криком, всё так же зажмурившись, начал размахивать руками во все стороны.       — ИДИТЕ НАФИГ! ВСЕ ИДИТЕ НАФИГ! НЕ ТРОГАЙТЕ МЕНЯ! НИКТО!       Сонхва издал лишь непонятливое «О» и попытался успокоить юношу. Но за попытку усмирения боевого Сонхуна был незамедлительно наказан прилетевшим в глаз кулаком. Библиотекарь вскрикнул, от неожиданности плюхаясь на пятую точку.       Сонхун же вскочил на ноги, распахивая глаза и победно закричал.       — Ага! Получил! А…Ой… — он осёкся, видя перед собой не Джейка или Чонсона, а недовольно встающего на ноги с кряхтением библиотекаря. — С-Сонхва-Хён, я… я… — начал лепетать полукровка.       — Всё нормально, — прикрывая синяк на глазу ладонью заверил Сонхва. — Поможешь мне этих двоих в медпункт транспортировать? Я один не справлюсь.       Сонхун наконец обратил внимание на застывших на полу в крайне неестественных позах приятелей. Словно тряпичные куклы.       — А что с ними случилось?       Библиотекарь недовольно цыкнул. Он выглядел ещё более пугающе и устрашающе, чем до этого. Его глаза ярко горели алым.       — Пока ничего. Отдыхают. Но как только в себя придут с ними точно что-то случится, я гарантирую. Директору Чон говорить не будем, я сам наказание придумаю, — Сонхва подошёл к Чонсону, с небольшими охами поднимая его тушку на себя. — Этого допрёшь? — спросил совсем не литературным языком хранитель, глаз которого знатно опух и посинел.       Хорошо же Сонхун его приложил, однако…       Ученик запоздало кивнул и подошёл к Джейку. Тот оказался на вес тяжелым. Не пушинка. Но и Сонхун не слабак. Даже не охнув, парень взвалил безвольное тело неудачливого ухажёра на плечо и отправился следом за библиотекарем.