Академия трёх

      Сонхун сидел, словно прирос к стулу.       Пальцы стиснуты, челюсть напряжена. Его взгляд не отрывался от портала, в котором медленно развертывались воспоминания доктора Кима. Чужие, но будто родные.       Рядом чуть сзади, Чонсон осторожно похлопывал его по плечу, не прерывая молчания. Каждое прикосновение было коротким, но уверенным.       Справа Джейк, завороженный зрелищем, молча держал руку Хуна. Его пальцы служили словно удерживающим якорем.       Сонхун едва дышал.       Внутри портала шли фрагменты прошлого: куски разговоров, лица, магические символы, шёпоты, крики.       Осколки чужой жизни.       И он.       Мужчина с немного лукавой улыбкой, в мантии основателя Академии. Он держал в руках тот блокнот, что Сонхун недавно передал доктору Киму. Лицо… то самое. То, которое он знал, но не должен был.       — Это… — выдохнул Пак, сдавленно, почти беззвучно.       Он узнал его.       Это был Ники.       Более взрослый, но всё-таки он.       Это был его отец.       Одно из финальных воспоминаний.       И в этот момент Джейк, всё ещё держащий его за руку, не выдержал:       — О, вот это да!       Прозвучало слишком громко.       Слишком.       Портал мигнул.       — Это ж Ники, вы видели?.. — начал было Шим, но тут же схлопотал подзатыльник от Чонсона.       — Да что опять-то?! — возмутился Джей, потирая голову. — В смысле? Что я сделал?! Портал же уже закрылся!       Пространство комнаты будто сжалось. Чонсон был хмурый, опасно молчаливый.       — Отец же просил, — выдохнул он. — Нам из-за тебя теперь влетит.       — Я был тихим! Честно! Только в конце! Но там же… там такое было! — Джейк всё ещё не мог понять, за что именно получил.       Сонхун не отвечал. Он не слышал ничего.       Сидел в полной прострации, с затуманенным взглядом. Всё происходящее вокруг стало будто фоном. В ушах звенело, в груди всё сжалось. Он видел отца. Видел его живым.       Слышал его голос. Он был рядом.

* * *

      Сонхва медленно подошёл к алтарю, где сидел Хонджун. Врач тяжело дышал, глаза были влажными. Он не плакал. Просто… заново переживал целую жизнь.       Сонхва присел рядом. Молча обнял его, прижимая к себе, проводя рукой по волосам. Взгляд его был уставшим, но тёплым.       — Всё, милый. Всё закончилось.       — Хва… — прошептал Хонджун, подняв лицо. — За нами… кто-то наблюдал, да?       — Да… — Сонхва отвёл взгляд. — Хун. И Чонсон. И Джейк. Прости. Я… Я хотел, чтобы он один увидел. Чтобы не задавал вопросов, чтобы понял. Я тебя прошу, извини.       — Ладно уж… — Хонджун слабо улыбнулся. — Сколько раз я косячил… Считай, что теперь ты отдал мне долг.       Он легко коснулся губ библиотекаря. Тот резко отпрянул.       — Нет, доктор Ким. На твоём счету столько косяков, что тебе понадобится вечность, чтобы их искупить. Начнём с передачи мне Академии, а закончим эмоциональными качелями.       Библиотекарь встал и отвернулся.       — Хва… Звёздочка, ну прости, — врач поднялся, подошёл к нему и обнял со спины, аккуратно обвив руками его талию. — Я не помнил. А головная боль… я считал, что это кара. Чувствовал, что я… монстр. Поэтому боялся подпускать ближе.       — И что изменилось сейчас?       — Ничего. Я всё ещё монстр. Ещё и мудак, перекладывающий на других ответственность.       Сонхва обернулся, хмурый, почти сердитый, но, прежде чем он что-то сказал, Хонджун приложил палец к его губам.       — Но ты всегда спасаешь меня. Даже от самого себя. Поэтому…       Пак вывернулся, раздражённо отводя палец.       — Дома поговорим.       — Я иду к тебе домой? Прости, но у меня смена в лазарете…       — Идёшь. Это не обсуждается.