Академия трёх

      — Ким Сону попал в лазарет, — тихо сказал Джейк, входя в комнату.       Теперь они с Хуном были соседями, пока Сан и Уён оставались в лазарете.       Сонхун сжал руками голову, опустившись на край кровати. Он зажмурился. Сильно, до дрожи. Хотелось завыть, но вместо этого он лишь громко дышал.       Шим за это время изменился. Стал менее несносным и более терпеливым. Он правда старался. Хотя иногда всё ещё косячил, как недавно в библиотеке, но это, объективно, происходило реже.       — Джейк… Почему?..       — Я не знаю, — честно ответил оборотень, садясь рядом. Он обнял Пака за плечи не смело, но получив кивок, притянул ближе. — Будем надеяться, что взрослые найдут решение. Скоро. Это не наши заботы.       Сонхун покачал головой. Он был истощён. Слишком много боли, слишком много тревог, слишком много потерь. Но в глазах Джейка всё ещё была та самая искра. Тихое неугасаемое жизнелюбие, приносящее спокойствие. Он был его опорой.       — Сходим… навестим Уёна? — на грани слышимости спросил Хун.       — Ты уверен?       — Уверен.       — Тогда хорошо. Мне держать тебя за руку?       — Да… если можно.       — Можно всё, — Джейк кивнул, прижимая его крепче.

* * *

      — УХОДИ! КТО БЫ ТЫ НИ БЫЛ! ЧЕРТОВ ПРИДУРОК! НЕ ВВАЛИВАЙСЯ В МОЮ КОМНАТУ БЕЗ СПРОСА, ИЗВРАЩЕНЕЦ?! — истошный вопль разорвал тишину коридора.       Сан вылетел из палаты как ошпаренный. Следом в него с силой полетел контейнер с едой, отскочив от стены и едва не задев Пака с Шимом. Ранее любимые Уёном фрикадельки в соусе испачкали стену и пол.       — А… это вы… — вздохнул фамильяр, выпрямляясь. В глазах плескались горечь и обида, на губах застыла усталая жалкая попытка улыбки.       — Всё совсем плохо? — Сонхун задал вопрос, ответ на который знал и так.       Сан кивнул. Было тяжело.       — Сегодня с утра попытался его обнять, чтобы успокоить, как раньше. Он закричал, обозвал и… вот. Он забыл. Меня. Но я не уйду.       Кот прикрыл лицо руками, словно хотел спрятаться. Сонхун подошёл ближе, положил ладонь на его плечо.       — Эй, Сан, ты всё верно делаешь. Будь рядом. Он почувствует… — но договорить не успел.       Фамильяр резко развернулся и сжал Пака в объятиях, вжимая лицо в его плечо.       — Хун-а… мне его так не хватает!       Сонхун взглянул на Джейка, тот молча подошёл и начал поглаживать Сана по спине.       — Нам всем. Но мы должны верить, что он вернётся. Просто… чуть позже. Если тебе не выносимо, пойдём обратно в общежитие. Это не будет предательством.       Сан тихо всхлипнул, но замотал головой. Медленно отстранился.       — Я не могу. И да… вы правы. Ён бы расстроился, если бы увидел меня в слезах.       Сонхун улыбнулся, хотя в груди невыносимо щемило.       — Пойдёмте, — фамильяр вытер слёзы и открыл дверь в палату.       — СНОВА ТЫ?! — вопль. Подушка с размаху полетела в Сана. — НЕ ПОДХОДИ, МАНЬЯК! Я БУДУ ДРАТЬСЯ!       Фамильяр уже ничего не сказал. Только тихо вздохнул. Он поднял подушку.       — Эх… ну вот. Опять кидаешься. Смотри лучше, к тебе гости пришли, — указал рукой на застывших на пороге Хуна и Джейка.       — Уён, привет. Мы тебе вкусняшек принесли, — попытался улыбнуться Пак, поднимая пакет.       — ОТКУДА ВЫ ЗНАЕТЕ МОЁ ИМЯ?! — Чон вскочил на кровати, попятился к стене, глаза были испуганные, яркие, пульсирующие страхом.       Сердце Сонхуна больно сжалось, но Джейк снова крепко сжал его ладонь.       — Мы не угрожаем. Просто принесли гостинцы, правда, — Хун положил пакет на край кровати мягко, будто боялся спугнуть.       — Они отравлены?! ВЫПУСТИТЕ МЕНЯ! ВЫПУСТИТЕ, СЛЫШИТЕ?!       — Он съест, — тихо сказал Сан и кивнул самому себе. — Обещаю.       — Если нет, то лучше скушай сам, — Хун улыбнулся, но глаза его блестели от сдерживаемых слёз.       — Спасибо, — ответил фамильяр.       — Нам лучше уйти? Или остаться? — уточнил оборотень, чувствуя, как привычный запах Хуна начал сильно горчить.       — Не стоит, — Сан покачал головой. — Я сам. Посижу. Присмотрю. Чтобы не ушибся. И не убежал… Не дай бог. Спасибо, что навестили.       Хун и Джейк вышли, тихо закрывая за собой дверь, за которой снова послышался истошный вопль Уёна.       — Если ты не против, можем ещё Ким Сону навестить? Раз он тоже тут… — спросил Сонхун, рассматривая браслет на руке оборотня. Он откапал его недавно в Чоновых зароях и попросил Джейка пока его поносить.       — Конечно, как скажешь, принц, — он всё ещё держал его за руку, не желая отпускать даже на секунду. Поддерживал, но без слов. Научился.       Медсестра любезно показала номер палаты.       — Тук-тук. Привет, — осторожно заглянул Пак.       Сону сидел на койке в растянутой майке, листая какие-то бумаги. Сонхун тут же заметил горящую метку на шее. Ким поднял глаза и просиял.       — О! Привет, а ты…       — Пак Сонхун, — мягко подсказал полукровка, заходя.       — Точно! Сонхун! Мы ведь уже виделись однажды!       «Однажды». Это слово разрезало грудь тонко и больно. Но Пак сдержался, лишь приветливо улыбнувшись.       — Да. Было дело. Как ты?       — Нормально. Только голова болит, — Сону улыбнулся. Та самая фирменная лисья улыбка. — Спасибо, что заглянул. Эй! А ты чего тут? — он заметил Джейка.       — О! Ты меня помнишь? — Шим удивился, заходя.       — Конечно! Ты же… этот! Ну, этот!       — Джейк. Шим Джеюн, — оборотень подмигнул.       — Вот! Да! Ты! Мама о тебе говорила, кажется! Она тебя подослала?       — Нет. Сам пришёл.       — Ммм… Ну-ну… Тогда не отвлекай, — Сону снова уткнулся в бумаги.       — Что делаешь? — не удержался Пак.       — Планирую мероприятие. Пока память окончательно не отшибло, — Ким зашипел, схватился за голову. — А-то больше некому этим заниматься…       Запах Сонхуна отдал страхом. Таким же сильным, как в момент приезда в Академию. Шим испугался.       — Тогда не будем мешать. Пойдём? — Джейк потянулся к Паку, но тот остановил его.       — Сону, не против, если я помогу?       — О! Было бы здорово!       Хун взглянул на Шима.       — Принесёшь нам булочек с ягодами?       — О! МОИ ЛЮБИМЫЕ! — радосно отозвался Сону, смотря на Джейка. — Мне чур тоже!       Оборотень кивнул. Его взгляд был тёплым, но полным беспокойства.       «Ты точно в порядке?» — словно спросил он без слов.       Сонхун слабо улыбнулся и кивнул.       — Тогда я пошёл. Держись, Сону.       — Удачи! — отозвался тот, не поднимая глаз от планов.       Пак подсел ближе.       — Ну что у тебя тут? Показывай.       И они вдвоём принялись разбирать бумаги. Хоть на несколько минут всё казалось таким, как раньше. Пак решил для себя, что готов совать нос в дела старших. И ему плевать на этику и всякое такое. Будет пытаться помогать своими усилиями.       И всё же… кем же тогда был его отец? Фантом? Призрак? Но он же общался с Ники! Сидел с ним на одной кровати! И почему Сонхва сразу же выставил его с утра из кабинета, стоило ему поднять эту тему?

* * *

      Коридор был пуст. Полы блестели от отражения ламп, и где-то вдалеке слышался гул магических барьеров, работающих на грани напряжения. Воздух был слишком сухим.       Чонсон шёл быстро, почти бесшумно, как всегда. Только тень на лице выдавала усталость. Он остановился у двери. Той, за которой сейчас лежал Ким Сону. Уже без воспоминаний. С пустым взглядом. С меткой на шее.       И у этой же двери сидел Чонвон.       Сгорбленный, в мятой кофте, с ладонями, закрывающими лицо. Он всхлипывал. Не громко, но совершенно не пытаясь это скрыть. Локти упирались в колени, плечи подрагивали.       Чонсон выдохнул и закатил глаза. Он остановился перед ним без тени колебания.       — Ты что, так и будешь тут сидеть всю ночь, как мокрый кот? Отец тебя потерял. Возвращайся в библиотеку.       Ян вздрогнул, вскинул голову. Глаза красные, под ними — синяки. И именно в этих глазах, при виде Чонсона, отразилась вина, боль и растерянность.       — Ч-Чонсон… я… я не знал, что ты придёшь… — он постарался привести себя в порядок. — Снова доставляю тебе хлопоты, да?       — Очевидно, — буркнул тот, скрестив руки. — Какая прекрасная маскировка — сидеть посреди прохода и шмыгать носом.       Чонвон вскочил. Замотал головой.       — Прости. Я… я правда… И за тот случай! Джей! Я…я не хотел тогда, чтобы всё обернулось так. Рассказал Сонхва-хёну, потому что боялся. Не за себя — за тебя. Я… — он снова запнулся, но потом посмотрел прямо. — Я был дураком. Но… я никогда не лгал тебе. Никогда. Я знаю, что приношу только лишь мороки, но…       Чонсон уже собирался отмахнуться. Он устал. От людей, от разговоров, от всего. Но взгляд Чонвона был слишком чистым.       — Я влюблён в тебя, Джей, — произнёс он.— Да, теперь без оправданий, без двусмысленностей. Хочу, чтобы ты знал. Я люблю тебя. И если ты… если ты никогда не ответишь мне тем же, я всё равно не пожалею. Потому что ты заслуживаешь знать.       Чонсон смотрел на него, не двигаясь. А потом резко шагнул вперёд и, к удивлению Чонвона, просто… обнял его. Без слов предупреждения. Жёстко, крепко, так, что у Яна перехватило дыхание.       — …Чонсон? — прошептал он, не веря. — Ты… ты не злишься?       — Я бешусь, — буркнул тот в его плечо. — Бардак.       Чонвон чуть дрожал. А потом снова всхлипнул, но уже от облегчения и обнял в ответ.       — Я… я правда сожалею. Я…       — Замолчи, — перебил Пак. — Мы обязательно поговорим потом. Не сейчас. Когда всё закончится. И когда твой друг очнётся. Я сделаю всё для этого.       Он отстранился, посмотрел на Чонвона строго. Но в глазах уже не было холода. Только усталость. И чуть-чуть понимания.       — До тех пор будь рядом со мной, чтобы я мог помочь. Не отходи и не геройствуй. У тебя самодеятельность плохо выходит. Пойдём в библиотеку.