Академия трёх

      — Хва! Я нашёл! — дверь кабинета с грохотом распахнулась, и доктор Ким, не дожидаясь разрешения, вихрем ворвался внутрь с книгой в одной руке и пылающим взглядом.       — Мы нашли, — поправил следом залетевший Химчан, закрывая за собой дверь и кивая Сонхва сдержанно, но уверенно.       Библиотекарь оторвал взгляд от бумаг и лениво поднял бровь. Затем махнул рукой Чонвону, чтобы тот покинул помещение.       — Я слушаю.       Хонджун, не теряя ни секунды, шлёпнул на стол пыльную книгу и ткнул пальцем в закладку.       — Зеркало, Хва. Как я и думал. Всё началось с него. Оно — источник. Или, скорее, проводник. Но мы думали, что это нечто, выбравшееся оттуда, хозяйничает, но! Это само зеркало! Оно пытается найти подпитку, чтобы закрыть щель, образовавшуюся, когда Химчан вышел.       — Сначала амнезия, потом полное подавление ауры. Похоже на вытеснение, — добавил названный, подходя ближе. — Это… паразитическая магия. Только действующая медленно, со сдвигом во времени. Поэтому и память исчезает.       Тут раздался неловкий стук в дверь.       — Дядя… можно? — раздался голос из-за двери.       — Нет! — в унисон рявкнули Химчан и Хонджун, не оборачиваясь.       Сонхва всплеснул руками, резко поднялся со своего места и сам открыл дверь.       — Заходи, Хун-а. Что-то случилось? — мягко, но настороженно спросил он.       Сонхун заглянул в кабинет, взгляд сразу зацепился за Химчана.       — А… эм… простите. Я просто… хотел убедиться, что… ну… что произошедшее — не сон. Что… Химчан… что он правда здесь.       Отец поднялся с места, сразу становясь чуть растерянным.       — Я здесь, — его голос был ровным. — Прости, что не зашёл к тебе с утра. Мне… мне нужно было разобраться с этим. С метками. С Академией. С тем, что я должен исправить. Стараюсь правильно расставлять приоритеты.       — Я понимаю, — тихо выдохнул Хун. — Но, может… мы тогда можем помочь?       Из-за плеча полукровки внезапно высунулся Джейк.       — Ой, — он замер, столкнувшись взглядом с Химчаном, и тут же слегка спрятался за Хуна. — Забыл, что Вы — это Ники. И мы не подслушивали!       Химчан прищурился, словно изучал оборотня. Взгляд был не враждебным, но острым.       — Мы думаем, что поняли, как распространяется болезнь, — сказал Шим, в нетерпении вставая на носочки, чтобы было лучше видно из-за замершего в дверях Хуна.       — Тогда заходите, — коротко бросил Хонджун, — раз уж вы всё равно ошиваетесь под дверью.       В кабинет вошли трое: Сонхун первым, за ним Джейк, а замыкал их молчавший до этого Чонсон. Старший из братьев Пак кивнул отцу с привычной угрюмостью и прошёл к столу, прищурившись.       Сонхва, стоявший с руками за спиной, чуть склонил голову.       — Ну что ж, — произнёс он негромко. — Тогда… слушаем вас внимательно.

* * *

      — Мы думаем, — начал Сонхун, — что болезнь передаётся не напрямую. И не через касание, как мы предполагали раньше. А через страх.       — Страх? — переспросил Хонджун.       — Да. Страх заразиться. Когда переживаешь именно за себя, — уточнил Джейк.       — Уён накануне инцидента делился со мной опасениями, что если потеряет магию, то потеряет себя, — продолжил полукровка. — А Сону боялся, что если потеряет память, всё в студенческом союзе развалится. Кажется, именно страх делает учеников уязвимыми.       — Магия зеркала, — произнёс Сонхва, — действует через внутренние искажения. Она питается неуверенностью. Желанием сохранить. Паникой. Механизм магического контроля. Я же читал об этом. Полное восполнение ресурса невозможно… Только если…. — он с тревогой посмотрел на Химчана.       Тот кивнул, открыл нужную страницу и заговорил:       — Вот мы и думаем. Я туда возвращаться не планирую, но мы можем создать артефакт. Капсулу для этой магии. Заключить энергию зеркала в особую конструкцию и ограничить его силу. Но для этого нужно, чтобы кто-то носил амулет при себе постоянно.       — Чтобы магия зеркала продолжала питаться, но не разрасталась, — подхватил Хонджун. — Она останется в замкнутом контуре, получая базовую подпитку, но не будет искать новых жертв.       — Кто согласится таскать с собой потенциальную бомбу? — нахмурился Чонсон. — Даже если это безопасно… артефакт будет забирать магию, чтобы удерживать энергию.       — Вот почему нужен кто-то, у кого её нет, — тихо сказал Сонхун.       Все повернулись к нему.       — Это идея! — Химчан хлопнул в ладоши. — Тогда подпитка будет не от магии, а от человеческой жизненной силы. Есть кто-то на примете.       — Это опасно? — спросил Хун, на что его отец лишь отрицательно помотал головой. — Тогда Ли Хисын. Мой друг. Он охотник. Но он с нами. Он знает, что происходит. И он… — Пак замялся. — Я думаю, что он согласился. Если я попрошу.       — Уверен? — уточнил Хонджун.       — Уверен, — кивнул Хун. — Только мне нужно понимать, какой будет побочный эфект.       — Если он человек — то никакого, — заверил Химчан.       — По идее, — добавил Сонхва.       Хун кивнул.       — Давайте мы сначала приведём его сюда? — предложил полукровка.       Библиотекарь хотел было что-то сказать, но врач положил руку ему на плечо.       — Они справятся. Они уже выходили за купол Академии без нашего надзора. Доверься.       Сонхва нахмурился, но все же кивнул.       — Идите. Быстро, пока я не передумал.

* * *

      Сонхун шёл впереди, сжимая ремень сумки так, будто от этого зависело его самообладание. Джейк плёлся рядом, периодически задирая нос к небу и шепча: «Ну и день выбрали… точно предгрозовой». Чонсон замыкал колонну — натянутый, словно тетива, с лицом, на котором было написано: «Мне это всё очень не нравится».       — Думаю, папа уже жалеет, что отпустил нас одних. Даже артефактов для связи не выдал, — заметил Чонсон.       — Ничего! Главное, что официальное разрешение было получено! Хватит куриную жопу из лица делать, кровосос. Бесишь своим недовольством, — фыркнул оборотень.       — Джейк, Доктор Ким сказал, мы взрослые, поэтому не начинай задираться, — напомнил Хун.       — Слушай, мелкий. Я согласен на всё, лишь бы спасти Уёна и остальных. Но этот охотник… я не верю, что он не сдал нас тогда по своей воле.       — Да с тобой даже на свежем воздухе душно! — снова вмешался Джейк. — Он его лучший друг. Ах да, тебе ж такое не знакомо. Всё время забываю.       — Замолчите оба, — пробурчал Хун, сбивая шаг.

* * *

      Хисын отворил дверь с кружкой чая в руке, прищурился. Увидел гостей и чуть не уронил напиток.       — Эм… привет? А вы… втроём? Где остальная свита?       — Хи, нам нужно поговорить, — серьёзно сказал Сонхун.       — А я думал, вы просто соскучились, — хмыкнул охотник, но всё же отступил в сторону, впуская их внутрь. — Чай, кофе, попытки заставить меня вляпаться в магическую катастрофу?       — Последнее, — сказал Чонсон, плюхаясь на лавку у входа.       — Разумеется, — тяжело вздохнул Хисын. — Говорите уж.

* * *

      Объяснение заняло десять минут.       Когда речь дошла до сути о том, что магия зеркала будет «запечатана» в артефакт, но его придётся постоянно носить с собой, Хисын сначала пронзительно молчал. Потом откинулся на спинку кресла и долго смотрел в потолок.       — То есть, вы хотите отдать это… проклятое ядро… мне. Потому что у меня нет магии.       — Потому что ты — единственный человек, которому я доверяю, — ответил Хун. — И ты… на нашей стороне.       — Пока, — вставил Чонсон, но тут же получил локтем от младшего брата.       Хисын снова замолчал.       — Нет, от тебя, Хун, я ожидал… Но, честно, в шоке, что вы вообще доверяете охотнику что-то настолько важное, — он кивнул на Чонсона.       — Поверь, я и сам в шоке.       — И тем не менее… Хун, ты правда просишь, чтобы я стал живым контейнером для зла, которое чуть не сожрало половину вашей школы?       — Да, — просто сказал Хун. — Ты единственный, из всех, кого я знаю, кто способен справиться с подобным.       Наступила долгая тягучая пауза.       Наконец, Хисын тяжело выдохнул и встал.       — Вы же понимаете, что если я сделаю нечто подобное… меня больше не пустят ни в одну охотничью организацию?       — А ты хочешь? — то ли спросил, то ли утвердил Чонсон, хмыкнув.       Хисын пожал плечами.       — Я хочу, чтобы ты, Хун, мог спокойно спать по ночам. Чтобы ваш Уён проснулся. И чтобы ты, — он посмотрел на Чонсона, — наконец перестал смотреть на меня, как на предателя, хотя я ещё ничего плохого не сделал.       — С этим будет сложнее, — буркнул старший Пак.       — Когда я нужен?       — Через два дня, — ответил Хун. — Ты уверен, что согласен? Могу привести ещё аргументы.       — Нет, не уверен. Но… я же не могу отказать тебе, если ты смотришь на меня вот так, — Хи улыбнулся. — Знай, я твой личный супергерой. Обращайся впредь ко мне соответствующе.       — Будет исполнено, — сказал Сонхун.       А Джейк тихо фыркнул сзади:       — Ну вот, ещё один герой. Одного мало. Пора начинать костюмы выдавать.       — Или ошейники, — добавил Чонсон.       — Я не против, — согласился Хисын. — Но сперва спасём Академию.

* * *

      Ворота распахнулись со скрипом.       — Ну, здравствуй, крепость безумцев, — пробормотал Хисын, оглядываясь по сторонам. Его шаги замедлялись с каждым метром. На плече рюкзак. На лице — смесь интереса и плохо скрываемого напряжения.       — Ты дышишь и пахнешь так, будто мы ведём тебя на казнь, — заметил Джейк.       — А вы не ведёте? — прищурился охотник. — Ритуал, неизвестная магическая сущность, коллектив лиц с повышенной опасностью для психики…       — Да уж, особенно некоторые, — хмыкнул Чонсон.       Сонхун шёл рядом, сжимая в руке артефакт, который помог провести человека под купол. Периодически он посматривал на Хисына с осторожной теплотой.       — Я думал, здесь будет… не знаю. Более магично, что ли, — сказал Ли, окинув взглядом двор Академии. — Где заклятия в воздухе? Огненные круги? Привидения?       — Подожди до завтрака, — отозвался Джейк. — Там привидения иногда в тарелках появляются.       Хисын слабо усмехнулся, думая, шутит тот или нет.       — А если серьёзно. Мне правда надо спросить. Вы уверены, что я не… не поломаю всё? Что моя энергия вообще подойдёт? Там нет на это ограничений?       — Ты живой. Этого достаточно, — ответил Чонсон, как всегда сдержанно. — Ритуалу нужен не маг, а якорь. Стабильная, не искривлённая сущность. Ты идеален.       — Никогда не думал, что кто-то назовёт мою сущность идеальной. Это трогает.       — Не начинай. Ты мне все ещё не нравишься, — устало выдохнул Пак-старший.       Они подошли к преподавательскому корпусу, где Хисына должны были зарегистрировать как временного участника ритуала. Внутри — те же высокие своды, тихие коридоры, пахнущие старыми пергаментами и чем-то едва уловимым… будто ветр, застрявший в камне.       — Значит, тут вы и учитесь? — Хисын задержался у двери. — С ума сойти. А мне в своё время казалось, что наши тренировочные центры похожи на тюрьму. Но тут…ну и атмосферка…       — Это ещё ты подвалы не видел, — буркнул Чонсон.       — Хочешь, проведу экскурсию? — поддержал оборотень. — Начнём с музея магических проклятий. Там прекрасные экспонаты. Один шепчет сны на латыни.       — Хватит пугать человека, — отрезал Хун, пытаясь сдержать улыбку. — Мы просто оформим тебя, покажем, где ты будешь жить, а потом отведу тебя к Сонхва.       — Подождите… к библиотекарю?! — Хисын аж на шаг отступил. — Тому самому?! Мистеру «Вам сюда нельзя», про которого ты мне рассказывал?! Он вообще в курсе, что я приду?       — В курсе, — отозвался голос позади.       И троица синхронно дёрнулась. Сонхва появился бесшумно, как всегда. Полностью в чёрном, с книгой в руке и видом того, кто уже передумал сто раз, но всё равно идёт до конца.       — Ли Хисын, — произнёс он спокойно. — Мы ждём вас. Подпишите бумаги и пройдёмте в северное крыло. Ритуал в полночь. Подготовка начнётся через два часа.       Хисын сглотнул.       — Ага… понятно, — он повернулся к друзьям. — Кто бы мог подумать, что вляпаюсь в эпическую магическую миссию по спасению школы. Надеюсь, у вас тут хоть чай выдают?       — Иногда, — подмигнул Джейк. — Но если ты выживешь, ещё и пирог ореховый перепадёт.       — Переживу всё ради пирога, — кивнул Хисын, подмигивая Хуну.       Тот не улыбнулся. Лишь чуть наклонил голову. Но в его взгляде была абсолютная уверенность. Он знал, что Хисын справится.

* * *

      Помещение для подготовки к ритуалу было похоже на древнюю алхимическую лабораторию, скрещённую с мастерской ювелира.       В центре располагался круг из мелкого серебра, инкрустированный особыми рунами. На столе у стены — набор артефактных заготовок: амулеты, шкатулки, подвески, шары с пустыми сердцевинами.       Сонхун первым вошёл внутрь и направился к письменному столу, за которым уже сидел Сонхва. Перед ним были разложены свитки, расчёты и зачарованная перчатка, переливающаяся синим светом. Он поднял взгляд, когда вошли Хисын, Чонсон и Джейк.       — Вы как раз вовремя, — произнёс он, не отрываясь от работы. — Хисын, подойди.       Ли замер, а потом всё же шагнул вперёд.       — Только без уколов, ладно? — пробормотал он. — Я смелый, но вот этого боюсь.       — Если бы всё было так просто, — вздохнул Сонхва, а затем, подняв на него взгляд, уже серьёзно добавил: — То, что мы собираемся сделать, опасно. Артефакт, в который мы заточим зеркало, должен быть стабилен. Потому что энергия зеркала неустойчива. Она заражает тех, кто её боится. Это ключ. Мы вычленили суть: метка появляется у тех, кто боится за себя.       — То есть… — Хисын прищурился. — Если ты боишься, что тебя заразят — ты уже почти мишень?       — Именно, — кивнул Чонсон. — От страха зеркало получает доступ к магической ауре и питается.       — Тогда… я из-за этого идеальный сосуд, — медленно произнёс Ли всё ещё не до конца понимая. Ему три раза объясняли всю систему, но основное умалчивали. — Потому что я ничего не боюсь? Или всё же потому что без ауры?       — Не совсем, — вмешался Сонхун. Он подошёл ближе, смотря на Хисына серьёзно. — Много факторов. Но то, что ты человек, и боишься за других тебя защищает.       Наступила тишина. Даже Джейк замолчал, что само по себе было явлением редким и тревожным.       Хисын выдохнул и провёл рукой по волосам. Наконец стало более менее ясно.       — Хорошо. Допустим. А теперь подробнее. Что именно со мной будет?       — Магии у тебя и так нет, — ответил Сонхва. — Но теперь часть энергии будет выходить через артефакт, и тебе придётся подпитывать его. Это… потребует сил. И может, ты станешь чаще болеть.       — Серьёзно?       Сонхун занервничал. Ему говорили, что последствий от ношения артефакта не будет. Но, видимо, вскрылись побочные эффекты.       — Мы не знаем, — добавил библиотекарь. — Но судя по записям, ничего особо опасного быть не должно. Ты единственный, кто здесь и сейчас сможет это сделать, и ты же первый, кто попробует. Поэтому последствия не до конца известны. Прости, мне самому неприятно ставить тебя перед таким испытанием. Если бы я мог…       Хисын медленно сел.       — Напоминаю, что мне говорили о том, что пирог в награду прилагается.       Сонхун хмыкнул и улыбнулся.       — Для тебя — самый лучший.       — Тогда я почти согласен, но только при ещё одном условии.       — Каком? — осторожно спросил Джейк.       — Вы все будете рядом. Когда это начнётся. Я, конечно, смелый и весь из себя охотник, но одного меня с этим «зеркалом страха» оставлять не надо.       — Мы никуда не денемся и все будем рядом на момент ритуала, — твёрдо сказал Сонхун. — Хи, если что, ты можешь отказаться. Я не предупреждал тебя о таких последствиях и мы поймем, если…       — Я уверен. Цепляйте на меня свою магию, запускайте заклинания. Я готов стать хоть светильником в темноте, если это поможет друзьям и семье моего лучшего друга быть в безопасности.       Хисын положил руку на алтарную заготовку. Та вздрогнула, словно отозвалась. Заговорённая перчатка засветилась ярче.       Ритуал начнётся с восходом Луны.