Невинность за любовь

Феликс окончательно выздоравливает к концу недели. Парень разгребает дома кучи домашки, одновременно с этим слушая десятиминутный голосовые от Джисона, в которых парень удивительно подробно рассказывает обо всем, что происходит в универе. Даже если это что-то совсем незначительное. Хёнджин все это время находится рядом. Даже когда Ли пытается ненавязчиво намекнуть ему, что он уже может со всем справляться сам, не желая отнимать все свободное время старшего, Хван все равно каждый день после пар неизменно возвращается в маленькую квартирку. Феликс не говорит этого вслух, но давно признался сам себе, что не хочет, чтобы Хван уходил. Старший побывал у себя дома только один раз, чтобы забрать некоторые вещи: зубную щётку, свою пижаму, ведь вещи Феликса были немного малы ему, и что-то для учебы. Первые дни, когда температура младшего все никак не хотела опускаться до нормальной, Хёнджин был с ним целыми днями, пропуская пары под недовольное ворчание Ли. На третий день Феликсу пришлось почти силой выставлять парня из дома, чтобы у того не копились пропуски. Хван всю неделю закупается продуктами и готовит еду. Иногда заказывает доставку. Феликс всё пытается впихнуть парню свои деньги, чтобы хоть как-то компенсировать расходы, но Хёнджин лишь смеётся и мягко целует, отказываясь. Они спят вместе, просто потому, что в квартире Ли только одна кровать. Прижимаются друг к другу, но без намека на что-то интимное. Старший просто крепко обнимает худенькое тело, гладит по волосам и долго целует перед сном, пока Ёнбок окончательно не теряет голову и не тает в его руках, проваливаясь в сон. Утром Хван готовит завтрак ещё до того, как младший просыпается, и невесомо целует его в висок или щеку, прежде чем уйти. Феликс обычно лишь чуть морщится, но пару раз даже просыпается и сонно выплывает в коридор, чтобы лично проводить старшего. Хёнджин медленно умирает в такие моменты. В понедельник Феликс выходит на учебу. Он весь день носится по преподавателям, за компанию таская с собой друзей, и сдает то домашки, то доклады. В этот день парень не видит Хёнджина, потому что ещё вчера вечером отправил его домой, заявив, что точно поправился. Старший тогда наигранно-обиженно вздыхает, но было видно, что он правда не хочет уходить. Парень медленно собирает свои вещи, без конца урывая поцелуи, и весь день прижимает младшего к себе при любой возможности так, будто прощается навсегда. Феликс тоже этого не хотел. Он уже привык засыпать под чужое размеренное дыхание и невесомые поцелуи, привык завтракать волшебной на вкус едой, привык к постоянной заботе со стороны страшного. Хёнджин оказался на удивление хозяйственным, с хорошими навыками в готовке и базовой уборке. Феликс явно ожидал того, что старший ничего из этого не умеет, ведь за него такое обычно делают слуги. Но Ли действительно привык к его компании, постоянному нахождению рядом. Болтовне на ухо, пальцам в волосах, лёгким прикосновениям. Привык к Хёнджину. Спать одному в кровати, впервые за долгое время, было одиноко. Хван сегодня долго не отвечал на сообщения, а потом прислал короткое о том, что очень занят и напишет позже. Ёнбок, почему-то, почувствовал укол обиды. Эта неделя болезни изменила в их отношениях слишком много. Ли сам иногда задумывался о том, как все так сложилось. Но раз за разом приходил к выводу, что правда счастлив сейчас. Он не собирался полностью зависеть от Хёнджина, конечно нет. Просить деньги у старшего все ещё было неловко, а позволять за себя платить тем более. Но младший старался потихоньку перебарывать это, видя, как при такого рода заботе светятся глаза Хвана. За обедом Ёнбок рассказывает друзьям про себя и Хёнджина. Он ждёт критики, возможно непонимаия, но получает только поздравления от Джисона, глупые наставления от Минхо и похлопывание по плечу от Чонина. Потом парень слушает последние сплетни, которые Джисон не изложил ему во всех голосовых. Что-то про новую ученицу, которая хочет перевестись к ним в группу, про уволившегося препода по философии, которой у них даже не было, но Хан почему-то все равно это знает. — Про тебя, кстати, тоже говорят, Феликс… — вдруг разбавляет болтовню Джисона Чонин, заставляя старшего недовольно фыркнуть — про тебя и Чанбина. — Что именно? — это первая сплетня, которая правда заинтересовала Ёнбока. Чанбин был на том же направлении, но курсом старше. Они с Феликсом познакомились около полугода назад, когда Со помог младшему донести до библиотеки стопку книг. Старший был силен, а ещё не лишён привлекательности, и Ли правда мог бы запасть на него, но почему-то не щёлкнуло. Они были хорошими друзьями, часто тусовались вместе, когда выходило выбить время, ведь Чанбин был ярым фанатом спортзала, а у Ли, даже при всем желании, не было денег на абонемент. Чанбин так же состоял в команде по футболу. За неделю до болезни Ли пришел подержать его на игру, а когда Со забил решающий гол, то налетел на него с объятиями, практически прорываясь через его команду, и в порыве эмоций чмокнул в щеку. Старший тогда смутился, его щеки чуть покраснели, а толпа взревела ещё громче, крича что-то в разнобой. Чуть позже, когда они остались одни, Феликс смущённо извинился за то, что не смог сдержать порыв. Он правда переживал о том, что старший неправильно поймет и это повлияет на их отношения. Но Чанбин лишь улыбнулся понимающе, говоря о том, что Ли для него как младший брат и хороший друг и он правда рад, что они прояснили все сразу. Случай быстро забылся. Парни общались как обычно, даже стали чуть больше встречаться, находя все больше схожестей: компьютерные игры, любовь к одним и тем же фильмам и многие другие. С Чанбином было легко в общении и в отношениях. Он правда был хорошим человеком, и Ёнбок искренне дорожил их дружбой. Чанбин считал точно так же. Но слухи об этом секундном порыве быстро разлетелись по универу. Многие просто плевали на такое, ведь кому-то было все равно, кому-то всё объяснили сами парни, а кто-то просто ничего не заметил. Но были и те, кто сводил Со и Ли, будто в одном очень известном шоу. Это раздражало, но Феликс ничего сделать не мог. Он как-то предложил Чанбину меньше общаться, пока слухи не утихнут. Но Со лишь фыркнул, ответив, что это все глупости. Они знают правду, а то, какой бред несут другие — их не должно волновать. — Продолжают нести бред о том, что вы встречаетесь и все такое — пожимает плечами Минхо, под столом поглаживая Джисона по бедру — честно, иногда такое чувство, что людям заняться больше нечем, кроме как нести такую хрень. — Точно — поджимает губы Ли, тяжело вздыхая — чужая жизнь ведь такая интересная… — Ну, твоя так точно — противно хихикает Хан, получая несильный пинок — вон какого парня себе отхватил. Честно, очень хочу позавидовать, но тогда Минхо меня прикончит. — Отдам тебя своим котам на съедение — лишь фыркает старший, чуть сильнее прижимая парня к себе — они даже не подавятся. — Верю, Хо-я. Полностью верю. Феликс видит, как уши Минхо чуть краснеют от такого обращения, но сам он довольно улыбается, целуя Хана в висок. Парень не может не улыбнуться, наблюдая за ними. Парни уже собираются уходить, когда телефон Ли несколько раз вибрирует, оповещая об уведомлениях. От Хёнджин-и: «Ты скоро заканчиваешь?» «Есть какие-нибудь планы на вечер? 14:35

От Котёнок Феликс:

«У меня сегодня смена в магазине»

«Сразу после пар туда»

14:37

От Хёнджин-и: «Ладно, я понял» «Я заберу тебя потом» «Можем поужинать где-нибудь, если захочешь» 14:38

От Котёнок Феликс:

«Звучит правда хорошо»

«Но может просто доставка?»

14:40

От Хёнджин-и: «Как хочешь» «Мне просто нужно поговорить с тобой кое о чем» 14:47

От Котёнок Феликс:

«Что-то случилось?»

14:49

«Хёнджин-а?..»

15:03

От Хёнджин-и: «Ничего такого, правда» «Не переживай» «Хорошей смены, малыш 💛» 15:10 До конца дня Феликс будто на иголках. Чувство, что должно случиться что-то плохое, вдруг начинает преследовать, постоянно отвлекая на себя внимание. Парень ковыряет заусенцы, пока сидит на оставшихся парах, путается в своих же ногах, выходя из универа, и чуть не бежит на красный свет светофора, вовремя успев понять, что сейчас нужно стоять. Парень добирается до работы за десять минут до начала смены. Он уже хочет пойти в раздевалку, чтобы переодеться, но внезапно, будто из неоткуда появляется его начальник и приглашает в кабинет. Ли плетётся за мужчиной, чувствуя, как беспокойство внутри растет. — Мне очень жаль Феликс, но я принял решение, что нам нужно попрощаться — ровно говорит мужчина, садясь за свой стол и смотря прямо в глаза парня. Для Ёнбока это звучит как приговор. — Вы меня увольняете?.. — глупо переспрашивает Феликс, чувствуя, как внутри что-то с грохотом рушиться — но почему?.. — Потому что ты пропустил много смен на прошлой неделе — все так же спокойно отвечает мужчина, только теперь уже смотрит какие-то отчёты. — Но я же болел… Я предупреждал вас… — Я знаю. И из-за этого нам пришлось экстренно искать тебе замену, ведь Сынмин и Екхун не могут работать только вдвоем. Мы наняли несколько новых сотрудников, поэтому теперь, когда они тоже включились в работу, мы не нуждаемся в таком количестве кадров. — Но я же… На что мне жить?.. — Уверен, ты что-нибудь придумаешь. Я уже подготовил заявление, тебе нужно только подписать его. Зарплату я выдам тебе в конце месяца, тебе все равно придется отработать ещё две недели. Все остальное для Ли как в тумане. Парень не особо осознает, как ставит подпись, сдает рабочую форму, прощается с Сынмином, который так и не успел сдать ему смену и выходит на улицу. Холодно. Потому что Ёнбок так и не надевает куртку. В голове столько мыслей, но самая главная «Что теперь делать?». Хочется очнуться, чтобы все происходящее оказалось сном. Феликс на всякий случай щипает себя. Не помогает. Когда Феликс набирает дрожащими руками чужой номер, то пару раз промахивается, потому что слезы застилают глаза. Парень выдыхает пар изо рта, и подносит телефон к уху, слушая гудки. Один, второй, третий… Ли вдруг думает о том, что Хёнджин может быть занят сейчас. Его жизнь не крутиться вокруг младшего, поэтому он не обязан приезжать по первому зову. И брать трубки тоже не обязан. И помогать тоже. Но Феликс просто не знает, кому ещё позвонить. Маме? Она не сможет помочь, только попросит быстрее найти новую работу, ведь у них нет денег, чтобы обеспечить его. Друзьям? Они могут помочь, но… Именно Хван тот человек, который практически обеспечивал его недолгое время. Ли более менее смирился с этим, и чувства стыда и горечи внутри почти успокоились. После шестого гудка на другом конце провода раздается тихое «Да?». — Хёнджин-а… — Ли тихо всхлипывает стараясь, чтобы старший не услышал. Он слышит. — Феликс? Котёнок, ты в порядке? — Ты можешь приехать?.. Пожалуйста… — Где ты? — У магазина. — Что случилось? Ты цел? — Да, я… Пожалуйста, забери меня… — Я буду через десять минут. Феликс слышит шум на другом конце, чей-то голос, а потом гудки. Парень не придумывает ничего лучше, чем дойти до ближайшей скамейки и просто ждать. Слезы все ещё текут по щекам, потому что это несправедливо. Ли не знает, как теперь быть, чем платить, как выживать. Это пугает. Холод пробирает до костей, но парень этого не чувствует. Чувство тревожности внутри только усиливается. Хван правда приезжает через десять минут. Младший видит знакомую машину, которая паркуется возле входа в магазин, и поднимается со скамейки, на негнущихся ногах подходя ближе. Хёнджин выглядит напуганным. Он пулей подлетает к парню, осматривает на наличие каких-либо повреждений, а потом берет куртку из его рук и накидывает на плечи, крепко прижимая к себе. — Ты совсем замёрз… — с нотками печали говорит парень, растирая чужую спину — пойдем в машину. Ли может только безвольно кивнуть и позволить увести себя. В машине старший сразу включает подогрев сидений, но с места не двигается. Он внимательно смотрит на чужое заплаканное лицо, грея чужие ладони в своих, при помощи дыхания и лёгких поцелуев. Ёнбок постепенно согревается, растекаясь по сиденью и прикрывая глаза. Он все ещё иногда хлюпает носом, но больше не плачет. — Все живы? — тихо спрашивает Хван, оставляя поцелуй на косточки запястья парня. Феликс лишь кивает. Он правда благодарен за то, что старший не спрашивает подробностей прямо сейчас. Иначе Ли снова бы расплакался. — Поехали ко мне? — предлагает Хёнджин, поглаживая маленькую ладонь — я наберу тебе ванну с лавандой и закажу ужин. А потом ты расскажешь мне всё, и мы вместе что-нибудь придумаем. Как тебе план, котёнок? — Твои планы всегда звучат так хорошо… Старший лишь улыбается уголком губ, когда Феликс тянется к нему, чтобы коснуться губ. Хван гладит по щеке, чуть кусает чужие губы, проводит по ним языком, вызывая дрожь в чужом теле. Ли отвечает, иногда на секунды отстраняясь, чтобы мельком посмотреть в приоткрытые глаза старшего или мазнуть носом по его щеке, но потом все равно снова возвращается к губам. Хёнджин тихо ругает за куртку между поцелуями, говоря, что Ли не обязательно болеть, если он хочет, чтобы старший заботился о нем. Ему не сложно делать это каждый день. Ёнбок лишь смущённо толкает его в плечо и снова целует. — Готов ехать? — мягко спрашивает Хван, когда цифры на дисплее машины показывают шесть вечера. — Можно ещё один поцелуй? — тихо спрашивает Ли, цепляя свои пальцы с пальцами старшего в замок — мне правда становится лучше от них… — Конечно, котёнок — Хёнджин улыбается, мазнув губами по пересонице парня — сколько захочешь.