Метод постоянных раздражителей

— Ты злишься? — Лололошка растроенно опустил плечи, наблюдая, как взбешенный Джон трёт виски. — Да, я злюсь, Лололошка. — Мне тебя оставить? — Больше не трогай мои вещи. — Харрис считает до десяти в голове, и гладит себя по груди, успокаивая. Ло был немного растерян от такой преувеличенной реакции, но эмоциональная дисрегуляция Джона была в какой-то степени привычной для него. Ло тихо извиняется, и решает отвлечься на кухне. Он слишком любит помогать, но видимо, иногда его непрошеная помощь действительно делает хуже. Стоило бы догадаться, что Харрис предпочтет самостоятельно разобраться, где и как раскладывать привезённые вещи. Но ничего, первый блин комом, им нужно лишь немного притереться друг к другу. Оставив для Джона несколько блинов, свернутых в аккуратные треугольники, и чашку зелёного чая, он решает вздремнуть на диване. Сон — лучшее успокоительное. Джон закончил со своими вещами достаточно быстро, видимо, раздражение его немного взбодрило. Он хотел заварить себе кофе, но увидев на столе оставленное угощение, у него чуть сердце не треснуло. Хочется одновременно задрать нос и оставить всё нетронутым, и одновременно с размаху вдаться об стену за такое отношение к самому заботливому и осторожному человеку в его жизни. Студент садится за стол, и за несколько минут уминает свежие блины под чай. Отчего-то чай, приготовленный руками Ло был по-особенному вкусный. Как чай, приготовленный заботливой мамой, когда ты болеешь. Жаль, такое сравнение для Джона будет непонятно. После того, как молодой человек вымыл после себя посуду, он решил найти своего сожителя, чтобы попытаться поговорить без своих замашек, но увидел умиротворенное спящее создание. Усмехаясь, Джон подсаживается на край дивана, и разглядывает Лололошку. Заливается румянцем, и по привычке трёт своё ухо. Хочется сказать, мол, как на такого вообще злиться, но Харрис всё же не был до такого сентиментален, и скорее выбирал «Как после моей злости он остаётся вот таким?». Любит. Харрис отыскивает махровый плед, в который он любил кутаться во время ночной работы, и накинул его на дремлющего Ло. Телячьи нежности, но теперь он понимает, почему они людям нравится. Приятно.

***

Лололошка, укутанный в плед, находит своего возлюбленного в спальне, с электронной книгой в руках и в привычно чудаковатой позе. Подходит поближе, и робко касается его макушки ладонью. — Доброе утро, спящая красавица. — Уже не злишься? — Ах-х… Иди сюда. — Харрис откладывает электронную книгу и усаживается на постели, когда к нему тиснется всё ещё сонный Лололошка. — Я не очень доволен, что ты полез в мои порядки, хотя я много раз давал понять, что люблю сохранять собственную динамику во всём. Но я был бы полным болваном, если бы не понимал, что ты делал это из побуждений присущей тебе заботы. И это та вещь, которую я в тебе и полюбил. Джон старается не тараторить, как на духу высказывая все те слова, которые он репетировал у себя в голове. Ну, по крайней мере они не молчат, как воды в рот набравши. Лололошка мягко улыбается, чувствуя, как всё внутри горит и тает от этой очаровательной отдачи. Он интересуется, можно ли Харриса обнять, после чего обвивает его руками и валится вместе с ним на спину. — Я тебя люблю. — Бормочет, покрывая всё лицо краткими поцелуями, и игнорируя возмущенные кривляния парня. — Ты всё ещё балбес!

***

Джон устало трёт глаза, и возвращает замыленный взор на текстовый документ. Ещё один заказ курсовой, и он добровольно вернётся в психушку, которую он проклинал последние несколько недель, потому что вопросы про неё он получал до сих пор. Чужая макушка, выглядывающая из одеяльного кокона, вдруг прижалась к его бедру. Харрис улыбается. Уменьшает яркость на ноутбуке, и свободной рукой лезет в растрепанные локоны, чтобы поперебирать для душевного спокойствия. Дышать стало легче. — Мм… Горло болит… — Хрипит сонное нечто, сильнее прижимаясь к сожителю. — Ты бы ещё раньше начал с голой шеей щеголять. На улице не май месяц. Завтра загляну в аптеку, возьму что-нибудь. Спи. — Воды-ы-ы. — Джон закатывает глаза, и пихает Лошку ногой. Но бутылку воды с подоконника подаёт.

***

DevMagician Как уживаетесь? Поправляйся скорее, Марк без тебя на стенку лезет.

О господи, будто если я пару раз не схожу с ним в зал, то мир рухнет

С Джоном мне очень нравится, по крайней мере, никогда не тихо

Он постоянно издаёт какие-то звуки

DevMagician Не хочу даже представлять. Ло отводит взгляд от экрана, хихикая, и вслушивается в мелодию, которую включил Харрис. Вальс «Любовь и Весна», жаль, Лололошка название не знал, иначе бы ещё больше рассмеялся, но от радости. Его вытягивают из-за кухонного стола за руку, и жмут поближе к себе. — Если ты не умеешь танцевать вальс, то ты сейчас же отсюда съезжаешь, развод, печенье пополам. — Джон ехидно улыбается, наблюдая за растерянным Ло, но немного смягчается, когда под его движения легко подстраиваются. Лололошка единственный раз танцевал вальс на выпускном, и считал, что ему эти знания больше никогда не пригодятся. Но теперь он был рад, что это сохранилось хотя бы в мышечной памяти. Движение помогало Джону. Прогулки делали его более спокойным и рассудительным, а такие активности вместе с Ло словно стряхивали с него всё напряжение подчистую. Даже когда он не сдерживал хихиканье, и так глупо улыбался. — А я тебя люблю. — Ты дурак. — Харрис усмехается, когда Ло, отвлекшись, задевает бедром угол стола. — Я тебя тоже люблю.