Сокровенные предзнаменования между сном и явью

Эвермор из воспоминаний был расплывчатым мраком. Сюда не попадали солнечные лучи, жизнерадостность и мечты. Каждый, кто пересекал порог и спускался на первые этажи, прощался с солнцем, обычной жизнью, отдавая предпочтение надежде и цели. Так то, что Нил ощущал в этом месте, не имело даже связи с этим. Он горел, каждая ранка сопровождалась болью и усталостью. Он стискивал зубы, глотая слюну и кровь. Ему отсюда не выбраться, и это доказывали многочисленные руки, сжимавшие шею, закрывавшие уши, перекрывающие рот. – Кто твой король? У Нила нет и не будет хозяина, убеждал он себя. В другой раз на этот вопрос он плюнул в лицо Рико, в сей раз он был скован. Тьма стала рассеиваться и в нос ударил запах гари. Эвермор горел, а Нил чувствовал кровавую улыбку на своем лице, какую видел у Натана. Нил не заметил, как оказался в общежитии лисов. Он стоял перед дверью в свою комнату. Оттуда доносились голоса Мэтта и Дэн, где-то на их фоне пыхтел Сет. Сзади него прошла группа Эндрю: Ники живо поприветствовал его, Эндрю кинул насмешливый взгляд, его близнец не удостоил и взглядом, Кевин следовал за ними больше недовольно, чем хотелось бы. Внезапно дверь перед ним открылась, Нил ожидал увидеть кого-то, кто сидел в гостиной. Общая комната представляла из себя кровавое месиво: любимое кресло Сета было пропитано его собственной кровью, пока он сам был в нём и почти что умиротворено спал; Мэтт с первого взгляда казался занятым ужином за столом, если бы не приковавший к столу нож обе ладони и упавшая на окровавленную грудь голова; бордовые разводы уводят в сторону ванной, где дверь едва-едва прикрывает жестокость, с которой обошлись с Дэн. С соседней комнаты, где жили кузены и Кевин, послышались крики и ноги сами уже понесли в сторону общежития. Хотя страх и инстинкт кричали, что нужно бежать в обратную сторону. Его встретил не напуганный Ники или разгневанный Аарон. Это был звук дробления кости и уже поникший, хриплый крик. Последний. Дрожащее чувство застряло в горле, и Нил был неспособен осмотреть комнату – знал, что там ждет. Знание, всё же, нисколько не улучшало ситуацию. Пол уходил из под ног, он задыхался, – понял заторможено, – и услышал шаги. Тяжелые, возвращающие его в детство, в котором приобрёл такой навык, как узнавание настроения людей по их шагу. Когда он всё же обернулся, то увидел собственное отражение. Он оказался перед зеркалом и смотрел на Нила Джостена с голубыми глазами. На нём была темная одежда, похожую он получал от Эндрю перед поездкой в клуб. Рассматривая комнату дальше, понял, что это и были Райские сумерки. Дрожащей рукой ему удалось не с первой попытки открыть холодную воду. Облегчения он так и не почувствовал после умывания. – Нил, – позвал его Ники, очень не трезвый кстати, – мы тебя обыскались. – Зачем? – Прохрипел он едва-едва. Что-то настораживало его в выражении лица вечно радостного Хэммика. – Мы уезжаем домой. Нил тупо следовал за ним и оказался на заднем сиденьи. Аарон и Кевин почти засыпали, но Ники держался за его плечо. Ещё не понимая ничего, Нил сидел тихо, пусто. Зазвонил телефон, который из рук Аарона перекочевал к Эндрю. – У Сета передоз, – сообщил он семье, и кузены взорвались в реакции. Нила тряхнуло и он слишком поздно осознал, что сидел в разбитой машине. Местность была незнакомой: то ли он далеко за штатом Каролины, то ли он находился вверх ногами. По виску скатывалась кровь, пока онемевшие руки пытались отстегнуть его от кресла. Его тело свалилось на крышу автомобиля. Боль от переломов стреляла в груди, сломанные ребра упивались в органы, пока он полз по асфальту. Рядом с его лицом оказалась чужая пара ног. Нил не стал, не смог поднять голову, чтобы посмотреть на человека в лицо. Сверху чиркнули зажигалкой и кинули ему за спину. Огонь быстро проглотил машину и успел лизнуть его ноги, потому Нил был слишком слаб, чтобы уползти. Нил продолжал гореть и гореть. Его душа превращалась в пепел, пока кожа покрывалась волдырями, пока кости не стали деревянными, пока кровь не высохла. Или пока его не облили холодной водой. Дэвид Ваймак смотрел на него хмуро, держа пустую бутылку над его головой. Щёлкал своими пальцами перед его лицом, чтобы установить зрительный контакт и кивнул. – Отлично, Нил. Ты меня слышишь? – Эбби, стоявшая позади тренера, наконец сместила мужчину и обхватила горящие щёки Джостена, чтобы он перестал вертеть головой. Все лисы окружили его. Все живые, отметил для себя. Из-за сухости в горле он не смог бы ответить, и ему протянули воду. Он был путешественником с пустыни, когда осушил всю бутылку. Прошло ещё несколько минут, в течение которых его сердцебиение успокоилось вместе с дыханием. Ваймак, заметив его уставший вид, прогнал любопытных. Вероятно, они уже приехали, а Нил задремал на обратном пути. Странные сны были развилкой событий, и ни одно из них не было хорошим. Он был слишком отстраненным, скованно отвечая на вопросы медика о своём самочувствии. Его мысли были слишком заняты, чтобы присутствовать в разговоре. Мозг кипел и требовал отдыха, однако перед ним стоял вопрос смерти и смерти. Какой же исход выбрать? Эбби вывела его из автобуса на парковку общежития, где парочка ребят всё же осталась. Как ни странно, Эндрю был там. Ваймак почти что в руки вручил его потерянное тело капитану. Он строго произнес: – Проследите за ним, чтобы нигде в обморок не грохнулся. – Я в порядке, – возразил Нил, законно получая презрительный взгляд тренера. – Охотно верю, а теперь сделай мне одолжение: отдохни. Нил сморщил нос на его тон, и Дэн поспешила заверить Ваймака: – Мы проследим за этим. – Славно. Постарайтесь не высовываться. Я не желаю иметь дело с полицией сегодня. Эндрю рядом расхохотался. – Думаете, Рико захочет сделать вам выходной? Тренер устало потёр переносицу. – Миньярд, держись подальше от неприятностей. Химическая улыбка захватило лицо Эндрю и они встретились взглядом. Вратарь заговорил, смотря ровно в глаза Нила. – Неприятности сами меня находят. Пожал он плечами и ушёл. Ваймаку оставалось только доверять своим подопечным, оставляя их в законный выходной одних. Нил, неспособный уснуть, кажется, в ближайшие три дня, тоже поспешил прочь. Дэн пыталась остановить его, но Джостен уже давно научился игнорировать капитана. Ему нужно подумать. К сожалению, он не видел как и когда попадает в Эвермор. Не видел, но предполагал в каком случае появится мясник и убьёт каждого лиса. Каким-то образом самой непонятной ситуацией была смерть Сета. Собственная – в аварии вызвала лишь мурашки и отторжение идеи побега; было очевидным, что теперь его нагонят. До самого вечера он просидел в парке у университета и боролся со страхом возвращения в общежитие. Возможно, в этой вселенной его ждал отец и его кровавое наслаждение. Он пробыл здесь ничтожно мало, этого недостаточно, чтобы привязаться к кому-либо. Но лисы не заслужили это. Они не заслуживали такой ужасной смерти, так ещё и потому, что Нил был глупцом. В его голове промелькнула мысль о сигарете между пальцев, и решил, что ему пора возвращаться. Он просидел у крыльца перед общежитием ещё четверть часа, чередуя сигареты так, то что он больше курил, нежели вздыхал дым, как было обычно. Внутри всё дрожало в попытках выбрать путь и наконец замерло, когда возник вопрос: почему? В этот момент кузены спускались один за другим. От Дэя несло водкой и страхом, Нил не сомневался: встреча с прошлым выбивала из строя. Он не стал задерживаться на нём взглядом, проникаясь в собственные страдание и горе, ровно столько же, сколько и Аарон, который, разве что, вскользь успел посчитать бычки у ног Нила. Лицо Ники же вытянулось в удивлении, его расспросы были проигнорированы в пользу гляделок с Эндрю. Миньярд был на грани трезвости, как и сам Джостен едва ли здесь, на земле. Прогнав свою семью в машину, он встал перед ним. В молчаливой обстановке Нил зажёг новую палочку, зажав её меж губ, но её грубо забрали. Прикурив и выдохнув в сторону, Эндрю рассеяно вертел сигарету в руке. – Ты же спортсмен, Джостен, – деланно отчитывал Эндрю, после чего встряхну пепел на его затоптанные кроссовки, – много куришь – мало бегаешь, мало бегаешь – мало экси. На молчание Нила он строго посмотрел ему в глаза, наклоняясь вперёд. – Почему ты здесь? – Спросил Эндрю, но Нил услышал: «Я думал, ты убежал». Он пожал плечами, потому что в самом деле не знал почему. Вероятно, в раздражении Миньярд стряхнул сигаретой ещё раз, чтобы после вдавить её в асфальт. – В тот раз мы так и не поболтали с тобой о кое-чем, – решил напомнить вратарь. – Ты сам избегал меня, – кинул он в ответ, на что Миньярд насмешливо дёрнул бровью и отмахнулся рукой. – Много дел, знаешь. Твои сегодняшние действия и вправду говорят, что ты готов подсолить Рико. И вот вопрос: почему? За что ты его ненавидишь, Нил Джостен? Произнесённое имя вызвало табун мурашек, и он оглянулся, как будто тыкающие иголки – знак о наблюдателях, которых тысячи, скрытых за машиной, в автомобиле, за кустами, на деревьях и под ступеньками. Руки начали яростно тереть предплечья, заземляясь и успокаивая паранойю. – Не здесь, – ответил он, заставив Миньярда закатить глаза. – Я тебя уже приглашал на переговоры, – сказал довольно раздражённо тот, – и чем всё кончилось? В какой-то мере Нил понимал его злость и раздражённость. Жить рядом с такой опасностью, как Джостен, себе дороже. Эндрю обещал Кевину защитить его, но с такими заскоками Рико и какой-то неизвестной ненавистью с реальными действиями, его работа становиться сложнее в два раза. Ещё неизвестно к чему приведёт их последняя встреча с капитаном Воронов. – Я никуда не поеду, – решил он повторить свой отказ, но ярость в глазах напротив заставила чуть сдать позицию, – я обещал тебе правду, и я расскажу по мере своих возможностей какую-то часть, но это будет не здесь и не там. Эндрю смотрел на него долгую секунду и молча развернулся, разве что через пару шагов сказал ему, обернувшись: – Рико отомстит, и ты поймёшь это позже, чем успеешь пискнуть и удрать. И, как ответ на все его вопросы, Миньярд уехал со своей семьёй. Что ж, по крайней мере, он теперь знал, почему его сон был ничтожным и полным смерти. Он подумывал над тёплой кроватью и шумной гостиной, где собрались бы все Лисы, но это его ещё больше оттолкнуло. Вместо этого Нил вышел с территории общежития, размеренно погружаясь в бег, хотя он очень и очень устал. Даже его выносливость имела предел. Время приближалось к ночи, так что небольшая прогулка не повредит ему, думал он. На всю улицу раздался сигнал, от которого его сердце дрогнуло и, кажется, на какое-то мгновение перестало биться. Он воровато оглянулся, немного радуясь тому, что по привычке натянул капюшон. За ним действительно ехала патрульная машина, притягивая своими сигнальными огнями, как маяк, любопытные и опасливые взгляды прохожих. Он ускорил шаг, надеясь на удачу, что это не за ним, и пытался слиться с толпой пьяных студентов. Его малозаметное движение позволило проскочить во двор, и патрульная проехала мимо, но настолько медленно, как будто собиралась остановиться прямо здесь и перевернуть каждый мусорный бак. Поскольку это был тупик, через некоторое время ему пришлось выйти тем же путём, что и попал сюда. Улица значительно поредела, редкие машины проезжали быстро и не были запоминающимися. Слежку он заметил быстро, потому не стал держать путь к общежитию. Хотя тот, кто преследовал, уже знал, где он жил. Был смысл обходить дугой общежитие лишь потому, что там были Лисы. Он петлял по улицам, срезал углы через проходы, сбивая брошенные мешки и бездомных собак, которые присоединились к погоне. Его ноги горели в агонии, но остановиться было невозможно. Он бы и не успел, вот почему Нил попал под колеса той же патрульной. Когда в голове перестало ходить всё по кругу, тошнота уже собралась комком в горле, а сладкий запах салона машины только сильнее провоцировал его вывернуть свой желудок прямо сейчас. Он наклонился набок, упав на чьи-то колени, не особо замечая этого, и позволил своему организму испортить чужие туфли и пол в машине. Сверху послышалась ругань, и Нил чувствовал себя сумасшедшим, когда почувствовал от своей пакости малое удовольствие. Разве что следующий спазм разрушил его бывалое настроение. Его подняли раньше, чем его желудок опустел, больно сжав волосы на затылке. Теперь он заметил, что машина ехала в неизвестном ему направлении и с большой скоростью. – Слушай сюда, маленький.. – Мужчина не успел договорить, потому что именно в этот момент водитель решил круто повернуть и желудок Нила сдался тут же, отправив желчь в лицо напротив. Крики и угрозы смешались в одну волну, которая сдавила его в тиски, однако боль от ударов, которые обрушились на него были сильнее и ярче. Нил почти что захлёбывался в крови, когда понял, от кого эти люди. – Это твоё предупреждение, понял? – Рычал всё тот же мужчина. Нил издал тихий вздох и снова был отброшен, ударясь головой о подлокотник. Он подумывал открыть дверь и вывалиться на дорогу, но как наяву видел, что его переехала фура. Не было сил вертеть головой, чтобы отвязаться от одной из развилок ситуации. «Авария»,– вспомнил он и едва-едва открыл глаза, чтобы посмотреть на водителя. Если он сейчас соберётся и дёрнет за руль, то никто не выживет. Прежде чем он прыгнул и сломал исход событий, машина остановилась, а его вытащили и бросили у самого знака, где показывали расстояние до Пальметто. На него наставили дуло пистолета, приказав не двигаться, будто у него были силы на это. Мужчины в форме не были полицейскими, однако что-то в них говорило, что это далеко не ложь. – Мы должны были провести воспитательную беседу, но ты сам выбрал этот путь. Нил поднял на него свой измученный взгляд исподлобья и подумал, что выглядит сейчас не лучше Смерти. Его рот был полон собственной крови, которую сплюнул после своих слов, не очень умных, кстати говоря: – Пошёл ты. Его приложили основанием пистолета, и он уже лежал без сил и едва ли в чувствах. – Господин Морияма просил передать, что если Нил Джостен решит сбежать, то Мясник уже будет знать обо всём. Он не заставит себя долго ждать. Когда Нил терял сознание, он лишь жалел, что не развёл огня достаточно, чтобы Рико сгорел заживо. Очнулся он всё в том же парке, где просидел несколько часов днём. Он был грязным и сплошным синяком. Садиться было так же больно, как и морщиться от всех ощущений. И всё, чего он не ожидал, так это были расследования полиции и их разгромленное общежитие, когда Нил еле дошёл до Башни. Он увидел только Дэн, Мэтта и Рене, смотрящих на это с таким осуждением и злостью. Однако, заметив его, их лица изображали разную степень ужаса. – Нил.. – Что с тобой? Как бы его молчание не было предсказуемым, они всё равно спрашивали. Удивительная забота от таких людей, как Лисы. К ним подошёл Ваймак, очень напряжённый и уставший. По привычке поймав с ним зрительный контакт, Нил первый что-либо сделал: кивнул в сторону выхода. Пока они спускались вниз на парковку, он успел собрать достаточно любопытных взглядов и несколько раз его пытались остановить для допроса. Джостен шёл напролом, сокращая разговоры до нуля. Ничего не сказав, он сел в машину тренера, однако тот не спешил садиться за руль. Вместо этого он подошёл со стороны Нила и открыл дверь. – Эбби сейчас подойдёт и отвезёт к себе. Позволь ей помочь тебе. – Ваймак всматривался в его лицо, зная, что ничего не услышит, но и реакции он не дождался. – Ты скажешь хоть что-нибудь? Нил слабо указал на своё лицо и хрипло произнёс: – Никакой полиции. Тренер точно не ждал это и остался ни с чем. Однако согласился на это, оставив разговор на потом. Хоть вскользь и абстрактно, но Нил разговаривал с ним. Вероятно, такой формат Ваймаку был привычен благодаря Эндрю. Его день закончился долгожданным душем, обработкой ран в доме Эбби и темнотой, вместо снов.