Теоретические и практические изыскания

Виктор шумно втянул носом воздух. Губы Джейса разошлись в улыбку, немного похожую на оскал. Учитывая его габариты, выглядел он достаточно угрожающе, но Виктора это не то чтобы пугало. В конце концов, у него самого была крайне выразительная мимика. - Ну? – нетерпеливо выпалил он. Джейс улыбнулся еще шире, поэтому Виктор снова вцепился в его ногу зубами. Джейс дернулся и, сделав над собой усилие, приподнялся, садясь. Оперся на вытянутые руки; взгляд его смягчился. - Ты можешь сесть мне на колени? – спокойно спросил Джейс. - Лицом к лицу? Вряд ли. Ну, или поза будет неустойчивой, - прикинул в голове варианты Виктор. Впрочем, как минимум один подходящий имелся. – Могу сесть боком, но тебе придется меня поддерживать. - Хорошо. Давай. Виктор дотронулся напоследок пальцами до последнего укуса на горячей ноге Джейса, словно извиняясь, как это делают кошки, покусав кого-то. Сжал в ладони небольшую полоску кожи и поднялся, опираясь на колено Джейса. В целом… В целом он хотел бы занять какую-то более изящную или компрометирующую позу, но, к сожалению, это грозило болями и прочими проблемами. Это Виктора печалило. После поступления в Пилтоверскую академию он чувствовал себя относительно комфортно – если сравнивать с сегодняшним днем, конечно. Нога причиняла неудобства, но это не мешало Виктору следить за своей внешностью и в целом хотеть выглядеть привлекательно. Не для интереса со стороны противоположного или своего пола, а… Просто. Это придавало ему уверенности, а сарказм, поначалу бывший превентивной защитой от потенциальных издевок, очень просто закрепился в его манере поведения. Тогда он мог позволить себе быть менее скованным. Но с усугублением состояния здоровья это все улетучилось. Если… Если бы все это началось раньше, Виктор смог бы хоть как-то пытаться вести себя свободнее, игриво провоцировать Джейса. Сейчас он понимал, что его внешность Джейсу нравилась, и Джейс был готов сделать что угодно, чтобы это доказать, но все равно – в голове Виктора иногда звенела тревожная мысль, что, когда флер влюбленности спадет, Джейс разочаруется. В его внешности, интеллекте, моральных качествах. И то, что для Виктора было ограничениями, для Джейса в итоге превратится в недостатки. Причем весомые. Виктор уже не мог развлекаться, как многие обычные люди. Его это не сильно волновало, но, если подумать о Джейсе, наверняка рано или поздно его станет тянуть уже не к таким шаблонным вещам, как поход в кафе. Джейс уже начал заниматься спортом, хоть и не слишком осознавая это, и его фигура была тому подтверждением. Виктор же в его в таких начинаниях поддержать действиями не мог – только словами и удавалось. Ему, на самом деле, было крайне приятно, что Джейс проводил с ним столько времени. Тем не менее, быть откровенной обузой не хотелось. Оставалось лишь надеяться, что Джейс созреет для такого разговора. Что, учитывая, каким мечтателем он иногда бывал, произойдет не слишком скоро. Впрочем, позаниматься самокопаниями Виктор всегда бы успел, на самом деле. В конце концов, не для этого все они здесь сегодня собрались. Иногда Виктору казалось, что он ходил по кругу. Считал ли он себя эрудированным? Да. Одаренным? Может быть. Идеалистом? Вполне, учитывая его моральные ориентиры. Только от наворачивания одних и тех же тревожных мыслей это не спасало. Стоило чуть-чуть углубиться во что-то даже изначально безобидное, возникало ощущение, что комплексы проливались на мозг, как раскаленный металл, поджаривая мозги и заставляя сами мысли дымиться. Виктор забрался к Джейсу на бедро и, перекинув колени через второе, вцепился в локоть Джейса. Джейс положил ладонь ему на шею сзади и напряг предплечье и плечо, чтобы рука превратилась во что-то вроде каркаса или «спинки» стула. Оказалось это неожиданно удобно, хотя Джейсу, наверное, было не слишком приятно ощущать выступающую часть металлических позвонков Виктора. - Когда ты так на меня смотришь, я испытываю… - призадумался Джейс на миг. – Амбивалентные чувства. Виктор поджал губы. - Так – это как? – потребовал он объяснений. - Ну… Грозно, наверное? – улыбнулся Джейс. – Это одновременно очень привлекательно и в то же время так… Ну… Как будто я в чем-то провинился и заслужил наказание. Виктор сделал над собой усилие и приподнял один уголок губ. - А я думал, - с явной издевкой, но дружеской, в голосе протянул он, - что тебе нравится, когда тебя наказывают. Лицо Джейса изменилось так, что Виктору сразу стало понятно, что – да, ему такое нравилось. От чуть округлившихся глаз улыбка Джейса стала даже чуть-чуть пугающей. Но в этом плане Виктору, конечно, нужно было начать с себя. Он вздохнул и, приложил пару раз ладони к своим щекам, тряхнул головой, а потом попытался смягчить взгляд. - Лучше? – спросил. Джейс чуть склонил голову вправо. - По-другому, - спокойно сказал он. – Мне в любом случае нравится, так что… Мысль осталась незаконченной. Впрочем, видимо, так и было задумано: свободная рука Джейса легла на бедро Виктора, скользнула выше, на бок; он привлек Виктора к себе и, легонько чмокнув в губы – и тем самым снова дезориентировав, - и перешел на шею. Губы самого Джейса были влажные. Свободная рука Джейса поднялась еще выше, пройдясь по ребрам и плечу, и остановилась на шее. Виктор мгновенно вцепился Джейсу в запястье, но, поняв, что душить его никто не собирается – глупость какая, это изначально должно было быть понятно, - ослабил хватку. Прикрыл глаза и тихо, стройно выдохнул через сомкнутые зубы. - Ты опять напрягаешься. Расслабься, - пробормотал Джейс, вызывая легкую щекотку на коже Виктора. - Я пытаюсь, - процедил Виктор. - Расслабь рот, ты себе зубы сотрешь так, - мягче ответил Джейс. – Дышать ровно не обязательно. - Дыхание – это цикличный процесс. - Я не об этом. Ты пытаешься сделать выдох равномерным, словно концентрируешься на дыхании. На деле концентрироваться на чем-то – это палки в колеса вставлять, пусть будет, как будет. Ты же не задачу решаешь, в конце концов. - Ты меня еще учить дышать будешь? Джейс легонько прикусил кожу Виктора, словно демонстрируя свое недовольство его недовольством. Иронично. - Я просто говорю, - сдержанно произнес он, - как это у меня работает. Если попробуешь, может, станет проще. Виктор усмехнулся: - Я не могу специально начать дышать неровно. На несколько секунд повисло молчание. - Ладно, - наконец, разорвал его Джейс и провел пальцем по линии роста волос у Виктора на шее, вызывая легкую щекотку. Дыхание Виктора немного прервалось на долю секунды; он вздрогнул. – Так лучше? Виктор промолчал. - Тебе же, - мягко продолжил Джейс, - не нужно прям специально сбивать дыхание. Просто не нужно намеренно выдыхать ровно, - прижался он снова губами к его шее, нежно целуя. Находиться в руках Джейса было крайне приятно. Виктору правда нравилось. Учитывая разницу температур их тел – вряд ли, на самом деле, весомую, но субъективно ощущаемую, - Виктор понемногу расслаблялся. Объятия Джейса обволакивали, чем-то напоминая горячую воду, но, конечно, намного тверже. Виктор позволил себе чуть-чуть откинуть шею назад, подставляясь под поцелуи Джейса, мягкие и вызывающие трепет. Джейс же убрал ладонь с плеча и шеи, сжимая ее на боку Виктора; оставив еще пару следов на шее, скользнул ниже, прижимаясь лицом к его грудине. Виктор тихо выдохнул. Джейс чуть поменял положение той руки, на которую Виктор спиной опирался, давая спокойно избавиться от зажимов. Из-за того, как Виктор себя чувствовал, он смог еще немного расслабить спину, становясь чуть пластичнее. В теле была необычайная легкость. Было что-то невообразимо мурашещее, стоило Виктору и правда перестать думать о ровности дыхания. Конечно, на деле он продолжал дышать относительно ровно, но теперь лишние мысли процессу не мешали. Наверное, так действительно было проще избежать перенапряжения. Пальцы Джейса вновь двинулись по его ребрам, а большой палец остановился на соске. Джейс чуть надавил; потянул вниз, а потом прошелся обратно вверх без усилий, давая кончику соска проскользнуть под подушечкой пальца. Чуть изменил положение ладони, пропуская сосок между указательным и безымянным, продолжая целовать ключицы. - О-ох, - только и смог дрожаще проронить Виктор. Джейс еще немного погладил его сосок и подметил: - Становится тверже. Такие комментарии смущали. Виктору даже не нужно было смотреть на себя со стороны, чтобы осознавать, что кровь вновь прилила к его щекам. Джейс притянул его туловище чуть ближе к себе и обхватил горошину соска теплыми губами, чуть сжимая. Открыл рот пошире, чтобы накрыть всю ареолу, и лизнул, а потом обвел языком вокруг. Виктор вздрогнул. Как ни странно, но теперь ощущения были чуть более яркими, примерно можно было даже понять, что именно Джейс делал. В груди снова кровь начала разгоняться быстрее, отдавая приятной тяжестью сначала в животе, а потом и в паху. Язык Джейса надавил сильнее, а потом исчез, как и губы. Виктор ощутил покалывающий холод, который, тем не менее, был приятен. Джейс снова погладил вступающий бугорок пальцами. Виктор нечленораздельно промычал. Джейс повторил движение, а потом прижался щекой к другой половине груди Виктора, будто рассматривая все со стороны. - Не против, если я тебя положу? – поинтересовался. Виктор, не открывая глаз, пробормотал: - Можно. Только не через колено, просто на матрас. В конце концов, ему не хотелось лишний раз испытывать боль в спине, особенно когда все шло так неплохо. Виктору было… Комфортно. Подбородок Джейса, правда, немного кололся, а когда он прижался к животу Виктора щекой, стало откровенно зудяще. Виктор немного приподнялся на локтях, проглатывая смешок, и открыл левый глаз, смотря на Джейса чуть-чуть высокомерно. - Ты что делаешь? Джейс снова двинул головой, почесывая живот Виктора. И продолжил расстегивать пуговицы у него на паху. - Собираюсь снять твои брюки, - пожал плечами, будто это был пустяк какой-то. Виктор открыл и второй глаз, а потом, вздохнув, кивнул, будто Джейсу требовалось его разрешение. Хотя вопрос согласия Виктор рассматривал несколько нетрадиционно: в отличие от многих, он считал, что согласие, если что, можно было отозвать. В любой момент. Так что то, что раздевание как будто бы было основной целью происходящего мероприятия, особой роли не играло. Джейс отстранился и потянул пояс брюк Виктора на себя, правда, сделал это достаточно резко. Виктор дернулся, ощутив крайне неприятное простреливание в районе места, где позвоночник переходил в таз, и от неожиданности заехал Джейсу коленом по подбородку. Нижняя челюсть Джейса громко впечаталась в верхнюю, и Джейс тут же замычал, зажмуриваясь и хватаясь за лицо ладонями. Поэтому шипеть Виктору пришлось почти мгновенно прекратить. Виктор быстро сел и виновато прижал провинившееся колено одной рукой к себе. Другую протянул к Джейсу. - И-извини, - немного неловко пробормотал он – Это рефлекторно вышло. Джейс подвигал ладонью нижнюю челюсть, а потом потер место «контакта», словно пытаясь боль утихнуть путем разгона крови под кожей. Виктор уныло опустил взгляд: - Ты живой? - А я похож на мертвого? – удрученно ответил вопросом на вопрос Джейс, а потом вытер тылом ладони один глаз. – Терпимо, конечно, но было больно. Виктор сгорбился. - Мне тоже было больно, - пробурчал так, будто обиделся. Джейс уперся руками в матрас, чуть вздрагивая от мгновенно образовавшегося под ладонями провала, и опустил голову, демонстрируя Виктору свой затылок. - Я слишком резко дернул? - Лучше вообще ничего не дергать, - скрипнул зубами Виктор. - Понял. Постараюсь больше так не делать, прости, - тут же извинился Джейс. Виктор перестал кривить губы: злиться в такой ситуации было глупо, наверное. Пока Джейс в уме пересчитывал свои зубы и прикидывал, все ли из них остались целы, Виктор стащил с себя брюки, оставшись в одних трусах. И с крайним неудовольствием отметил, что Джейс немного растянул ткань, пару миллиметров избыточной силой даже разорвал. Виктор цокнул языком. - Ты мне брюки порвал, - показал он Джейсу надрыв на поясе. Джейс поднял взгляд и неловко улыбнулся. По крайней мере, передние зубы явно были в порядке, и это уже было неплохо. - Извини. Но у тебя же есть еще одна пара? – почесал он заднюю часть своей шеи. - Одна есть, - сухо ответил ему Виктор. – Но я же не могу каждый день в ней ходить. - Можно сшить новые?.. – предложил Джейс. - Я похож на человека, у которого есть лишние деньги на форму, которую шьют по заказу академии в единственном ателье в Пилтовере? – уже с куда более обвинительным тоном прокомментировал его слова Виктор. Джейс чуть скривился. Ему явно не очень нравилось, что Виктор подобным образом среагировал. Но, выдохнув, он сделал еще одно предложение: - У меня пар пять или шесть есть. Одни могу отдать. Виктор хмыкнул, почесывая щеку. - Как ты себе представляешь? В твои брюки два меня поместятся. Виктор хмыкнул, почесывая щеку. Виктор медленно и очень показательно поднял брови, причем постарался сделать это максимально асимметрично для пущего эффекта. Склонил голову, опуская брюки на постель, и поднял руку, показывая скрюченным пальцем на нижнюю половину Джейса. - Не преувеличение, - со смешком отпарировал, - у тебя голень больше, чем мое предплечье. Джейс самодовольно уперся локтем в свое колено, кладя на кулак подбородок. - Да нет. - Да-да, - ответил на его же языке Виктор. Джейс откинулся, упираясь рукой в кровать, и вытянул вторую ногу.  Потянул на себя пальцы, будто разминаясь, а потом опустил ее рядом с Виктором. Виктор же в доказательство своих слов положил предплечье на его голень и печально отметил про себя, что, видимо, еще немного похудел. - Видишь? Джейс печально прикрыл глаза и нехотя кивнул. - Вижу. Как, - распахнул глаза опять, - тебе нравится быть правым. - Можно подумать, что тебе не нравится. - Что же такое, ты опять прав, - картинно закатил глаза Джейс, тихо усмехаясь. – Какой ужас. Он перенес вес в сторону своих ног и, оторвав руку от простыни, ею же взял брюки Виктора, пытаясь рассмотреть повреждения. На пробу потянул за два конца ткани – и он, треснув, еще немного разошлась. Виктор крайне громко простонал и посмотрел на него исподлобья. - Ты издеваешься? – был его вопрос. Джейс нервно зажевал свои же губы. - Я оплачу тебе пошив новой пары. Лицо его приобрело необычайно комичный вид, словно он был нашкодившим ребенком. Что, конечно же, Виктор находил крайне забавным, как и милым сердцу. - Даже двух, - продолжил Джейс, поднимая пару пальцев вверх. Виктор фыркнул: - Это уже лишнее. - Будем считать, что это компенсация за мою криворукость. Конечно же, прозвучали эти слова с ноткой самоиронии. Что Джейсу, что Виктору было очевидно, что криворучкой Джейс никогда не являлся. В конце концов, он сумел практически из говна и палок собрать устройство для стабилизации кристаллов и поглощения их взрывной силы. Руны немного не те, правда, подобрал, но это уже была другая история. Кроме того, Джейс показывал Виктору, что он делал в кузне. Его работы пусть и были не идеальными, но определенно красивыми. - А эти я попробую зашить, - сосредоточенно выдал Джейс. Виктор расплылся в ехидной улыбке. - Можно подумать, ты умеешь шить. Джейс нахмурился. Виктор тут же прижал руку к груди. - Или умеешь?.. – пробормотал. - Не умею. Но умеет моя мама. Виктор чуть приподнял голову и медленно отвернулся, оставляя, тем не менее, взгляд на руках Джейса. По понятным причинам ему эта идея не нравилась. Он, конечно, мало что знал о Химене, но напрягать ее по таким вещам казалось ему неправильным. В конце концов, для нее он был странным другом Джейса, не более. - Не надо, - наконец, произнес он. - Ну хорошо. Тогда я научусь. Виктор перевел взгляд на свое колено и тоскливо ответил: - Как будто ближе к тридцати уже немного поздновато. - Никогда не поздно приобрести полезный навык, - занудно сказал Джейс так, будто был отличником у школьной доски. – Мало ли что. Ты же умеешь вязать. Виктору показалось, что он ослышался. Нет, ну, если Джейс представлял, что он - бабушка-вязальщица, к нему было еще больше вопросов. - Это ты с чего взял? – медленно произнес он почти по слогам. Джейс нечленораздельно промычал. Виктор поднял в воздух руку, словно спрашивая: «Какого хрена?», и только тогда Джейс объяснил. - Скай сказала. А-а-а. Джейс стал жертвой неудачной шутки. В целом, это было похоже на Скай. Иногда Виктор вообще не понимал ее мысли – слишком уж она от него отличалась. По многим факторам. Нет, конечно, были и некоторые схожести, но все же различия перевешивали. С ней даже поговорить о чем-то интересном было сложно. Не из-за ее глупости, конечно, так-то она была весьма обременена интеллектом, а из-за того, что интересы у них тоже кардинально не совпадали, хотя, честно сказать, Виктор никогда и не интересовался. - Ты видишь где-то в этом доме вязаные вещи? Джейс прижал ладонь к щеке, будто до него и правда начало доходить. - Нет?.. - Отсюда вывод? - Ты не умеешь вязать, - раздосадованным показался голос Джейса. Это даже прозвучало так, что он, наоборот, надеялся на обратную реакцию. С другой стороны, умей Виктор вязать, у него было бы достаточно теплых шарфов, чтобы обмотаться ими с ног до головы и особо не зябнуть весной. Были бы носки удобные еще. Почему-то с некоторыми навыками, которые у других были чуть ли не в культурный код вшиты – иначе непонятно, почему многие бабушки независимо от происхождения умели и любили вязать, вышивать, делать игрушки из подручных средств, макраме из веревок или одеяла из лоскутов, - у Виктора вызывали какой-то ступор. Как будто мозг, который, вообще-то, привык решать сложнейшие технические задачи, был неспособен на то, чтобы понять принцип вышивки крестиком. В Зауне у немногих были бабушки, к сожалению: большинство заунитов до старости банально не доживали – из-за высокого уровня преступности – уж явно повыше, чем в Пилтовере, - плохой экологии, практически отсутствующей медицины, врожденных генетических болячек или приобретенных вроде алкоголизма. Виктор и родителей-то помнил смутно, а бабушек и дедушек, казалось, вообще никогда не видел. Родители не хотели обсуждать прошлые поколения, как и не могли ответить, откуда в их семье был язык, который годами после превратился в главную причину акцента Виктора и которого Виктор не мог найти в библиотеке Пилтоверской академии. Больше в Зауне так, как он, никто не говорил – ну, и кроме родителей, но они умерли уже, казалось, очень давно. Это была загадка даже для него самого. Может, конечно, он не там искал и не все знания библиотеки охватил, но вопрос какой-то особенной идентичности у Виктора никогда не стоял. Он привык общаться с заунитами, а позже и студентами да преподавателями Пилтоверской академии, на их языке, ему это было просто. У родителей же Виктора, вроде бы, коммуникация вызывала больше трудностей. Может быть, стоило поспрашивать Мэл – она-то уж точно больше языков знала, - но Мэл никогда не концентрировалась на его акценте, когда они разговаривали. Вряд ли не замечала, просто предпочитала культурно делать вид, будто не слышит этого «огреха» речи Виктора. Хотя при этом, несмотря на то, что она прибыла из Ноксуса в куда более взрослом возрасте, чем себя помнил Виктор в Зауне, ее изъяснения были безупречны как со стороны грамматики и синтаксиса, так и фонетических особенностей. Мэл Медарда говорила на местном языке не хуже, а в случае с большинством, необремененным даже базовым школьным образованием, даже лучше, чем те, кто поколениями жил в Пилтовере и Зауне. Это было как минимум иронично. С другой стороны, Джейс тоже был в некотором роде мигрантом. Да, он ассимилировался куда лучше, чем многие, но не стоило забывать, что не последнюю роль во всем этом сыграли Кирамманы. У советницы Кирамман явно был отличный нюх на потенциал. Странно, что с возрастом она стала куда более консервативна, а потому именно Мэл «подобрала» Джейса с его идеями. Ну и Виктора тоже, конечно, но он больше был дополнением, которое, тем не менее, тоже окупалось. Мэл была более… Гибкой. В буквальном смысле тоже, конечно, но в первую очередь – в переносном. Она понимала, что работать без продыху – путь в никуда, да и творческую свободу тоже давала с лихвой. Наверное, дело все-таки было в ее происхождении: ей пришлось стать такой, какой она сейчас и позиционировала, потому что семья Медарда вряд ли приняла ее обратно, не заставив изменить свои взгляды. Ну, или начать декларировать то, что было нужно по мнению главы семьи. Виктор прекрасно понимал, что Кирамманы стали такими богатыми за счет тех, кого эксплуатировали, пусть Кассандра и сделала для обычных рабочих из Зауна кое-что хорошее: обновила систему вентиляции. Тем не менее, как ни посмотри, но, если бы все люди, которые работали на нее и ее семью, поумирали от серого неба, она тоже была бы в проигрыше и значительном убытке. Так что об искренности ее намерений можно было только догадываться. Джейс говорил, что Кирамманы относились к нему хорошо, но у него как будто не было иного варианта, на самом деле. За все, что для него сделали Кирамманы, он был просто обязан быть благодарным. Увы, Кирамманы сделали его достаточно… Стереотипным жителем Пилтовера. Может – скорее всего, на самом деле, - иначе бы Джейс просто не вписался в пилтоверское общество, да и в сравнении с другими он был достаточно… Мягок. И все же: предубеждений в его голове пока еще оставалось немало. И разрушались они, скорее, благодаря Виктору, а не потому что Джейсу было интересно вникать в заунско-пилтоверские разборки. Ну, у каждого были свои недостатки, в конце концов. Уж Виктору-то было грех жаловаться, потому что остальные студенты – да и Джейс до их первой адекватной встречи, когда Виктор знал его в основном по спискам академических задолженностей, - были местами просто невыносимы. Тем временем Джейс отложил брюки в сторону, видимо, боясь порвать их еще больше, и на коленях, как миловидный и стеснительный зверь, подполз ближе к Виктору. Протянул руку к его ноге. Виктор вдохнул поглубже, подержал чуть воздух внутри и медленно выдохнул. - Я потрогаю? – замерла рука Джейса на расстоянии мгновения от правой ноги Виктора. Виктор кивнул, а потом сказал вдогонку: - Да. Только осторожно, не дергай. Джейс дотронулся пальцами до его колена; взгляд его задержался на полосах, что возникли от перетяжек и ремней, которые были частью ортеза. Мягко скользнул рукой выше, останавливаясь на одной из таких полос, и провел по ней пальцем, не давя. - Кожа грубее, - пробормотал. – Ортез вообще больно носить? - Без него хуже, - чуть опустил подбородок Виктор, горбясь и обнимая себя одной рукой. – Я бы не сказал, что носить ортез болезненно, скорее это… М-м-м… - замялся. Это было сложно описать, на самом деле, особенно человеку, который с такими конструкциями вообще ни разу в жизни не взаимодействовал. - Это такое надоедливое ощущение, - продолжил Виктор, - вроде как дискомфортно, но в целом приемлемо. Я чувствую давление, а та часть, которую я ношу под одеждой, натирает немного. И зудит. - Ага, - понимающе кивнул Джейс и прилег рядом, держа голову на руке, а локтем упершись в постель. Двинулся ладонью к следу от ремней чуть повыше; потом немного жестче начал почесывать его. Виктор прикусил нижнюю губу. Прикосновения Джейса были осторожными. Подумав миг, Джейс все-таки приподнялся, садясь, и подключил вторую руку, начиная проходиться пальцами – и слегка ногтями, - по каждому следу на коже Виктора. Все же было что-то крайне удовлетворяющее в том, чтобы тебя чесал там, где зудит, кто-то другой. По спине Виктора даже приятные мурашки пробежали, останавливаясь где-то у затылка. Джейс перешел к следу ниже, почесывая уже активнее. Потом напряг руку и начал водить по линии почти всем пальцем полностью, а не только подушечкой. Виктор мог описать ощущение от такого взаимодействия как необычные, но… - Лучше все же кончиками пальцев, - взял он руку Джейса в свою и поставил пару его пальцев перпендикулярно красноватой линии. – А то получается что-то вроде недочеса. Слово было глупое, конечно, но выразить это иначе Виктор просто не мог. Давление пальцами Джейса было наверное, прикольным, но оставалось чувство глубокого неудовлетворения результатом где-то внутри Виктора, потому что зуд ослаблялся, но не уходил. - Какой ты привередливый, - хмыкнул Джейс явно в шутку. - Какой есть, - чуть хитровато взглянул на него Виктор. Джейс этот взгляд поймал и продолжил царапать кожу Виктора ногтями, оставляя белые полосы, которые вскоре краснели. Впрочем, это ни Джейса, ни Виктора не смущало, ведь, ну, кожа работала так, как работала. Хотя, конечно, когда пальцы Джейса чуть соскальзывали на бледную часть ноги, на ней следы были куда более выраженными. Постепенно Джейс добрался до голени, и Виктор удовлетворенно «потянулся» ногой, как обычно люди делают руками, когда зевают. Чуть напряг мышцы стопы; пальцы его правой ноги немного оттопорщились. Джейс это подметил и убрал одну руку со следов, проводя фалангой по подошве ноги. Виктор слабо дернул плечом от неожиданности. - Щекотно, - неловко улыбнулся он, когда Джейс повторил это движение еще раз. Джейс провел по наружной части его стопы сразу несколькими пальцами друг за другом, словно каскадом, а второй рукой продолжил чесать красные линии, причем сразу две – одну четырьмя пальцами, а вторую – большим. Виктора снова передернуло. - Нет, так не… - подавил он смешок. – Не работает. Слишком много стимулов, и они противоречивы. И щекотку я не люблю. - А. Извини, - тут же отозвался Джейс, возвращаясь к следам от кожаной части ортеза. Впрочем, скоро красные «кольца» кончились, и Джейс поинтересовался: - Лучше? - Лучше. Спасибо. Джейс задумался на секунду. - А как вообще твой ортез работает? – почесал он подбородок. Вопрос был, с одной стороны, неожиданным, а с другой – вполне ожидаемым, учитывая, что Джейс. Вероятно, планировал ортез с Виктора снимать, и еще не раз. Проблема заключалась в том, что Виктор сам был не очень уверен. И все же он показал пальцем в сторону шкафа. - Там лежит, если хочешь посмотреть. Интерес мгновенно отразился в глазах Джейса, и он подскочил, будто его током ударили. Через минуту разобранный ортез уже лежал на кровати – причем обе части: и металлическая, и та, которую Виктор носил под одеждой. Виктор пересел поудобнее на здоровое бедро, а больную ногу подогнул, но так, чтобы это не причиняло дискомфорта. Тыкнул пальцем в кожаные ремни. - Это внутренняя часть, я ее на голую кожу надеваю. Под одежду. В основном, - стал чуть более отрешенным его тон, - именно из-за ремней все и чешется. Я не уверен, что эта часть вообще нужна, на самом деле, потому что какого-то эффекта я от нее не ощущаю. Джейс слушал внимательно, будто был на лекции в академии. С другой стороны, Виктор иногда подменял Хеймердингера, так что как будто бы ситуация была знакома им обоим. - Но, - продолжил Виктор, - медики говорят, что в теории это как-то должно помогать. Есть ощущение, что они и сами не знают, работает это или нет. Джейс печально усмехнулся. - Внешняя часть, - перевел свою ладонь на металлический каркас Виктор, - явно дает положительный эффект и дискомфорта почти не причиняет. Без нее я не смог бы ходить, думаю. - Даже с костылем? Виктор бросил взгляд на костыль, который стоял у стены, а потом перевел взор обратно на Джейса. - Даже с ним. Мне больно наступать. Всегда было, на самом деле, еще когда я приходил к тебе с миротворцами. Но с тех пор все стало значительно хуже. К тому же, от костыля, - аккуратно коснулся пальцем он своего плеча, - теперь еще и верхний пояс конечностей плохо себя чувствует. Джейс чуть склонился над металлической частью ортеза, вглядываясь в детали. Почесал уголок губ; дотянулся до конструкции, предназначенной для коленного сустава, и за нее перевернул как бы на бок. - Когда ты говорил, - задумчиво протянул он, - что его долго собирать и разбирать, я думал, он полностью разборный. - Ну… Виктор мягким движением намотал на палец небольшой кудрявый локон за ухом. - Он… - продолжил, но как будто неуверенно. – Он полностью разборный, на самом деле. Иногда детали приходят в негодность, их нужно менять, так что конструкция это предусматривает. Просто иногда надевать или снимать его приходиться впопыхах, что-то забудешь – а потом ищешь все. - Ага, - понятливо сказал Джейс, проводя рукой по медиальной полосе-детали отреза. – Я видел, что ты его в лаборатории иногда снимаешь. Ненадолго, правда. Виктор чуть нахмурился. Что он тут мог ответить? Просто «да, бывает»? Как будто Джейс на самом деле не смог сформулировать вопрос – вот такое было ощущение. Ходить без ортеза было, на самом деле, крайне дискомфортно, а костыль хоть и предполагался универсальным – то есть, чтобы на него можно было опираться и правой, и левой рукой, - на деле имел небольшой изгиб в районе верхней перекладины, чтобы ближе к туловищу прилегал.  Так что использовать его на другой половине тела причиняло дискомфорт, а без этого было никуда, учитывая, что ортез выполнял основную функцию переноса веса. Поэтому в лаборатории Виктор это делал в те моменты, когда точно никуда не нужно было идти, а он мог просто посидеть на диване или на стуле. - Я имею в виду, - заметил его замешательство Джейс, а потому все же уточнил, - зачем ты его снимаешь, если это, судя по всему, тот еще геморрой? Виктор расслабил брови, вновь возвращаясь к спокойному выражению лица. - Нога затекает. Конструкция ортеза не предполагает, что в нем будут ходить перманентно. Надо ногу потянуть, согнуть-разогнуть в суставах, чуть-чуть отдохнуть. Да и банально надоедает чувствовать эти, - показа он пальцем на кожаную полоску, - ремни. В основном, - переместил он ладонь на ремень в металлическом каркасе, - вот это место неудобное. Джейс обхватил пальцами один из ремней. Удивленно протянул: - Мягче, чем я думал. А зачем, - чуть разогнулся он в спине, приподнимаясь из скрюченного положения, - так много ремней? Вот верхний, - тыкнул пальцем, - в каркасе. А те, которые ниже, зачем нужны? Виктор чуть наклонился в сторону, опираясь рукой на матрас и немного выпрямляя ногу, которая от таких рассуждений уже опять затекла, даже не будучи в ортезе. Джейс поочередно дотронулся до еще одного ремня на бедренной части сустава, а затем еще двух на голени. - Вот эти? - М-м-м… - прозвучал Виктор, скрывая попытку подобрать подходящее объяснение. – Ты когда-нибудь ломал конечность? - Однажды в яму упал, и с голенью было что-то не то, но я маме не сказал, - почесал Джейс затылок, - так что к врачу не ходил. Но через пару дней нога уже не болела. А что? Виктор не смог побороть в себе желание усмехнуться, но Джейс, кажется, не обиделся. - Если бы это был перелом, так легко он бы не прошел. - Какое отношение мой перелом имеет к твоей ноге? – нахмурился уже Джейс. - Непосредственное. Когда кто-то ломает конечность, шины накладываются так, чтобы два сустава – один сверху, другой снизу повреждения, - были зафиксированы. Потом шины врачи меняют на гипс, и он тоже захватывает два сустава, - с готовностью продолжил объяснять Виктор. – Тут примерно такая же логика, но, если при первой помощи при переломе шины приматываются веревками или тканью, в ортезе эту функцию выполняют ремни. Он потрогал самый маленький ремень чуть выше лодыжки. - Вот этот я, правда, уберу, скорее всего. Толку от него мало, он больше мешает, чем помогает. Джейс зажал между пальцами тонкий лист металла, который шел по наружной стороне голени. Точнее, места, где должна была по задумке голень Виктора располагаться. Чуть-чуть потянул; конечно, Виктору было забавно на это смотреть. Ему было очевидно, что металл оказался достаточно толстым, чтобы не сдвинуться даже на миллиметр. В конце концов, в ином случае он бы не смог выполнять функцию поддержания нагрузки, которую и снимал с костей и - в особенности, - больных суставов. - Тогда эта часть, - показал Джейс взглядом на то, что держал в руках, -  вместо самих шин? - Вроде того. Суть в том, чтобы была фиксация. Правда, в этом и минус, -  приложил Виктор два пальца к губам, - приходится постоянно что-то подкручивать. Вроде бы, надел, нормально, а спустя два лестничных пролета понимаешь, что слишком туго или, наоборот, слишком расхлябано. Джейс посмотрел Виктору за спину, явно косясь на тумбочку. Виктор обернулся; там лежала отвертка. Но, в целом, очевидный вопрос Джейс решил не озвучивать, понимая, что получит такой же очевидный ответ. - Это же наверняка муторно, - перевел он взгляд обратно на Виктора. – Почему бы не предусмотреть защелки какие-нибудь? Виктор поджал губы, вновь чуть горбясь. - Я об этом думаю. - И почему нательная часть ортеза не совпадает с каркасом? – продолжил Джейс. – Ну, как будто это нелогично, понимаешь? - Джейс, - чуть суше произнес Виктор, стискивая зубы, - это прототип. Не то чтобы существовали какие-то стандарты или массовое производство ортезов. А оттяпывать себе ногу, - стал его тон еще немного недовольнее, - чтобы поставить худо-бедно работающий протез, как делают в Зауне, я не собираюсь. По крайней мере, пока нога еще функционирует. Конечно, у протезов из Зауна были свои преимущества. Во-первых, нет конечности – нет боли; с другой стороны, Виктору все еще крайне дорога была чувствительность. Температурная, тактильная – любая. Если бы была возможность просто отключить боль, но остальное оставить, как есть – он бы на это согласился, вероятно. Конечно, боль всегда играла большую роль в качестве индикатора, что с организмом что-то было не так. Тем не менее, Виктор устал от боли, но не настолько, чтобы пойти на ампутацию. Да и с протезами были свои сложности: помимо отсутствия чувствительности двигательной, к которой еще можно было привыкнуть – хотя Виктор с трудом представлял себе полную адаптацию, - а также разной другой, их функционал был ограничен. Протезы требовали обслуживания, и, если ортез можно было и самому отрегулировать, то что Виктор будет делать, когда протез сломается, а денег не будет, чтобы его починить – страшно было даже представить. Понимал ли, как работают заунские протезы? Вполне. Может, не в совершенстве, особенно учитывая его скудные познания в биологии и физиологии, но все же. Однако, учитывая, какие материалы для них – протезов, - использовались, в лаборатории могло быть опасно банально находиться с протезом. А без экспериментов Виктор свою жизнь не видел. На данный момент. Но реагировать на предложения Джейса так резко, наверное, не стоило. Он же просто хотел помочь, и в искренности его намерений Виктор не сомневался. - Прости, - вынырнул он из потока своих мыслей и, вздохнув, потер переносицу. Стало немного совестно. – Я просто сам много об этом думаю. Но я открыт к предложениям. Может быть, на нем сказывались усталость и хронический болевой синдром. Просто самого Виктора крайне дестабилизировало осознание, что даже пилтоверские медики слабо разбирались в том, что с ним, как его лечить или банально помочь. Джейс молча кивнул и тыкнул пальцем в металлический наколенник. Виктор чуть округлил глаза, опуская нос. - Что? - Тут больше всего, - отозвался Джейс, - мелких деталей. Тебе не кажется, что это неудобно? - Меня больше смущает, как этот, если его можно так назвать, сустав скрипит. Постоянно смазывать приходится, потом пятна на брюках отстирать сложно. Джейс внезапно расплылся в улыбке, хотя ничего радостного Виктор, конечно, не сказал. Заметил непонимающий взгляд Виктора и попытался изобразить что-то руками, но так стало еще непонятнее. Наконец, все же озвучил то, о чем думал: - Суставы же, ну, внутри. Если же кости и суставы снаружи – это экзоскелет. Как у… - Муравьев? – легонько качнул кистью Виктор. - Да, как у муравьев, - сложил свои ладони вместе Джейс, продолжая улыбаться. – Если довести такие штуки до ума, то экзоскелет может стать не только помощью больным, но и, к примеру, рабочим инструментом при каких-нибудь строительных работах. Виктор нервно погладил выступающие у него на шее отростки позвонков, перебирая пальцами сначала снизу вверх, а потом обратно. - В теории – да, - согласился он. – На деле же до этого далеко, да и стоить такие приспособления будут немало. У тебя есть еще вопросы по поводу ортеза? Джейс отрицательно мотнул головой. Впрочем, вопросы могли просто вылететь у него из головы – с ним такое происходило часто. Но он всегда мог спросить Виктора, верно ведь?.. - Хорошо, - поджал Виктор ногу ближе к телу. – Уберешь? Джейс кивнул.