Семейные узы

            

***

— Эва! Эвтида! Раздражающий стук в дверь и голос матери вынуждает лениво разлепить глаза, но затем резко подскочить с кровати. Черт, уже утро? А Амен так и не ушел и сейчас крепко спит, даже не пробудившись от воплей снаружи. Активно трясу его, ухватившись за плечи и тихо причитаю: — Брат, вставай же, мама здесь, Амен.. — М? Что? — Мама стучит, ну же, прячься. Брат окончательно приходит в себя и подрывается, начав натягивать на себя одежду, а я быстро набрасываю пеньюар. — Эвтида! — Под кровать, скорее. — Нет, лучше на балкон. Он спешно скрывается на маленькой террасе, а я задергиваю шторы и наконец открываю дверь, где тотчас натыкаюсь на оценивающий взгляд мамы. Дела плохи, она точно что-то подозревает. — Доброе утро, что-то случилось? — Случилось, где твой брат? Ты долго не открывала. Пожимаю плечами, потирая макушку и широко зеваю, делая вид, будто бы еле сползла с кровати. — Не знаю. Мама вдруг делает шаг и приподнимает пальцем подбородок, вынуждая медленно завертеть головой из стороны в сторону. — Кто это сделал с тобой? У тебя кто-то есть? — Не понимаю о чем ты. — Отметины, Эва, у тебя вся шея в них. Только не говори, что это синяки, мне известно как выглядят засосы. О-хо-хо, проклятье, вот это я влипла. Нужно срочно что-нибудь придумать. — Да-а, так.. в общем, да, парня встретила. — Ты что, только познакомилась с ним?! Она убирает руку и ошарашенно глядит на мое лицо, которое стремительно заливается густым румянцем. — Нет, ну что ты.. мы давно друг друга знаем. — Давно? Но ты ведь только рассталась с Джейкобом. Я не одобряю подобного поведения, Эва, не так мы с отцом тебя воспитывали. — Мама, хватит, я не сделала ничего плохого. Я пойду еще посплю, хорошо? — Хорошо, но имей ввиду, мы еще вернемся к этому. Девушка не должна вести себя столь легкомысленно. — Мама.. Закатываю глаза, желая как можно скорее закончить этот неприятный разговор, да и нахождение Амена в спальне не располагает к длительной беседе. — Подумай над этим, дочка. Наконец, она разворачивается и уходит дальше по коридору, а я запираю дверь и облегченно выдыхаю, прижимаясь к ней спиной. Пронесло. Спешу к балкону, чтобы впустить брата внутрь, а затем пересказываю ему диалог с матерью. Он успокаивает меня, лелея в своих крепких объятиях, но мы оба понимаем, что рано или поздно наша связь будет раскрыта, это лишь вопрос времени, и вот тогда начнется настоящий Ад. Родители очень консервативны и вряд ли поймут подобные отношения. Нет, совершенно точно, нет. Вскоре Амен незаметно покидает комнату, а я намереваюсь принять душ созвониться с Герсой.

***

— Да иди ты! Неужели это случилось?! Подруга вопит на весь пляж, едва услышав о произошедшем минувшей ночью. — Герса, тише, прошу тебя. — Да как тут можно тише? Такое событие! Ты стала женщиной! И как оно было? Я хочу знать все! Щеки обжигает румянец, мне ужасно неловко, но так хочется с кем-нибудь поделиться. Не могу молчать. Делаю большой глоток Маргариты и поудобнее располагаюсь на шезлонге, повернувшись набок. — Это было.. необычно. — Необычно?! И только? Твой первый раз случился со сводным братом, таким не каждая может похвастаться. Ну же, расскажи, какой он? Подруга резко садится на свой лежак и в нетерпении похлопывает себя по коленям, уперев в меня взбудораженный взгляд. — Какой.. большой. — Больше, чем стручок Салливана? — О, господи, не напоминай. Закрываю глаза ладонью, не желая даже сравнивать их. Амен это.. это нечто потрясающее. — Ты не ответила. — Больше, да. — Кла-а-асс. Очень больно было? — Терпимо, он был бережен. — М-м, подготовил хорошо, значит. Ну а ты испытала удовольствие или не вышло? — Герса.. — Что? Это же самая важная часть! — Испытала, дважды. — Ого-го! Это не шутки! Большой брат знает что нужно делать! — Не называй его так, мне не по себе. Подруга широко улыбается и вскакивает с шезлонга, протягивая руку. — Пошли, поплаваем, а потом возьмем еще по коктейлю, это надо отметить! — Окей, но только по одному.

***

Амен До пляжа мне удалось добраться лишь к обеду, потому что мама попросила обновить беседку новым слоем краски и попутно заваливала вопросами о личной жизни. Ее интересовала Агата, причины, по которым мы расстались, и нет ли у меня кого-нибудь на примете, а я просто отбивался, стараясь быть убедительным. Да, она абсолютно точно что-то подозревает, и если бы не страх Эвы, то признался бы ей во всем сегодня же. И будь что будет. Оседлав несколько волн, я разместился в тени, намереваясь отполировать свой серф, а рядом плюхнулся Тизиан. — Че, как оно? — Что, «оно»? — Ладно, сформулирую по-другому. Как дела с Эвтидой? Здесь все уже догадываются. Замедляюсь и перевожу напряженный взор на друга. — Агата? — Кто ж еще, конечно. Она дико злится. Ну а у вас там все серьезно? На какой вы стадии? — Что ты имеешь ввиду? — Ну, вы это.. переспали уже? Испускаю тяжелый вздох, не собираясь отвечать на вопрос. Да я вообще не хочу трепаться и обсуждать сестру. Все-таки ситуация непростая. — Молчишь. Значит, было. — Думай как хочешь, Тиз. — А что тут думать? Я по морде твоей довольной вижу. Ладно, с этим понятно, а что родители? — Они не знают. — Хреново. — Это точно. Спустя время я заканчиваю возиться с доской, и мы с Тизианом, который так и не отстал от меня с расспросами, перемещаемся в центральную часть пляжа, где застаем девушек на их излюбленном месте. Наверное, весь Брисбен в курсе, что им нравится валяться именно здесь. Эва не видит нашего приближения, потому как лежит на боку, демонстрируя всем свои точеные изгибы, а вот ее подруга замечает нас, начав размахивать рукой. — Привет, Тиз! Привет, большой брат! Усаживаюсь на шезлонг сестры, стараясь не думать почему Герса так назвала меня, впрочем я догадываюсь в чем тут дело. Мне известно, что она в курсе нашей связи, так же как и Эвтида знает об осведомленности Тизиана, значит, кое-кто проболтался. — Привет, Герсия, как дела? — О, все отлично! Купаемся, загораем, потягиваем коктейли, отбиваемся от ухажеров. Ой, ты бы видел какой амбал к Эве пристал, еле прогнали. Машинально напрягаюсь и без раздумий кладу ладонь на узкую талию сестры, что продолжает лежать в пол оборота и злобно таращиться на свою подругу, рядом с которой развалился Тизиан. — Покажешь мне его? — Д-а-а, он был где-то здесь, сейчас.. — Герса, не надо. Эвтида шипит на девушку, которая принялась вертеться в поисках парня, подкатывающего к моей сестре. Моей. Я подчеркиваю. — Мы пойдем окунемся. Друзья уходят к океану, оставляя нас наедине, если, конечно, не считать сотни отдыхающих вокруг. — Что он хотел от тебя? Эва переворачивается на спину и кладет свою аккуратную ладонь на мое плечо, а моя собственная смещается к плоскому животу, непроизвольно начав поглаживать шелковую кожу. — Это ревность? — Бдительность. Она ухмыляется и скользит вниз, обводя мои грудную клетку и мышцы пресса. Очередная провокация, на которую я с удовольствием отвечаю, дразняще проводя пальцами под ее грудью, затем выше — к шее, где выделяются синеватые отметины, оставленные мной. — Почему Герса назвала меня большим братом? — Не знаю. — Да неужели? Смещаю ладонь к полоске бикини, лаская самый низ напряженного живота. И как жаль, что мы находимся на пляже, иначе я бы уже был между ее стройных ног. — А мне кажется, что вы обсуждали кое-что интересное. Сестра судорожно выдыхает, заливаясь краской прямо на глазах, и тянется рукой к моим губам, очерчивая контур. — Возможно. Желание захлестывает меня с головой, разрастается, а ткань плавательных шорт постепенно натягивается, обозначая сильное возбуждение. Просто крышу рвет от невозможности трахнуть ее прямо здесь, хотя.. — Вставай. — Что? Зачем? Быстро поднимаюсь и тяну недоумевающую Эвтиду за собой, уводя в сторону раздевалок. — Амен, но вещи.. — Мы ненадолго. Мягко проталкиваю девушку внутрь одной из самых отдаленных кабинок, защелкиваю замок и накидываюсь на ее губы, зажимая между ярко-оранжевой стеной и своим телом. Она поддается мгновенно, обвивая шею и отвечая на жаркий поцелуй, однако терпение стремительно заканчивается и тогда я отрываюсь от горячего рта, разворачивая сестру спиной. Движения резкие и немного грубые, но сдерживаться невозможно, когда она рядом и понимает без слов, что нужно прогнуться, подставляя свои сочные ягодицы. Молниеносно стягиваю плавки, отодвигаю край бикини, и, несколько раз скользнув по влажным складкам, погружаюсь внутрь. От остроты ощущений запрокидываю голову, сжимаю губы, а ладонями стискиваю оттопыренную задницу, улавливая протяжный тихий стон, покинувший ее рот. — Больно? — Нет.. все хорошо, брат, продолжай. Просить дважды меня не требуется. Я продолжу. Сначала медленно и плавно растягиваю тугую промежность, но спустя несколько толчков, набираю темп, переместив одну руку к упругой груди. Чуть приспустив лиф купальника, обхватываю полушарие, ласкаю твердый сосок, отчего моя горячая сестра прогибается сильнее, насаживаясь на каменный член. Она понимает, что ей снова необходимо быть тихой, ведь мы как никак на пляже, по этой причине я слышу лишь сдавленные мычания, но, черт, их оказывается достаточного для того, чтобы начать вбиваться еще быстрее. Подгоняемый жаждой и неуемным желанием освободиться, скольжу от груди вниз, закружив по набухшему клитору. Девушки — вперед, это главное правило секса. По крайней мере для тех, кто заботится не только о себе, а видеть и чувствовать, как кончает Эва.. о.. это высшая степень экстаза. Тугие мышцы окольцовывают плоть, сжимают внутри, и в конечном итоге обхватывают ее так, что становится ясно — она готова. Ее безупречное тело принимает меня еще несколько раз, и, дойдя до грани, я выскальзываю и догоняю сестру, пачкая своим семенем поясницу. Мне невероятно жарко, спина вспрела, сердце колотится как заведенное, хочется окунуться. И думаю, так мы и сделаем. Обтираю нежную кожу салфетками, которые, к счастью, всегда имеются в раздевалках, затем поправляю ее купальник и сразу после разворачиваю Эвтиду к себе, целуя чувственно и благодарно, но недолго, все-таки нужно вернуться к лежакам. — Надо выходить, поплаваем и домой, хорошо? — Да, пойдем. И Герса уже, наверное, нас потеряла. Чмокаю ее в щеку напоследок и открываю дверцу, однако мы оба застываем на месте, ведь перед нами стоит Агата. Ее цепкий взгляд пристально и брезгливо осматривает нас, пока не останавливается на моем лице. Я загораживаю сестру собой и стараюсь спрятать эмоции за непроницаемой маской. Хотя, признаться честно, удивлен наткнуться на нее здесь. — Так это правда, вы гребаные извращенцы! Да, Амен, я догадывалась, что между вами что-то не так, но это.. Фу. — Агата. Эвтида Брат рычит на свою бывшую лахудру, закрыв меня широкой спиной, но суть в том, что отнекиваться уже не имеет смысла, поэтому я выхожу и смело становлюсь рядом с ним, испепеляя девицу презрительным взором. Пусть только даст мне повод. — Что, Агата? Ты бросил меня из-за этой шлюхи?! Серьезно? О, милая, зря ты это сказала. — Ах ты сука! Амен не успевает даже ответить или остановить меня, как я набрасываюсь на нее, повалив на горячий песок. Мы делаем несколько кувырков, сыпя проклятиями в адрес друг друга, чем привлекаем внимание отдыхающих. Но как же плевать, я не отпущу ее до тех пор пока не заполучу свой трофей. Брат хочет вмешаться, но я запрещаю ему встревать, пригвоздив яростным взглядом. Это только между нами девочками. В какой-то момент оказываюсь сверху, прижимая Агату спиной к земле, но она не собирается сдаваться и впивается ногтями в предплечье, больно царапая кожу. Шиплю от неприятных ощущений и хватаюсь за ее волосы, выдирая прядь. Наконец-то! — А-а-а! Уберите эту ненормальную! Она убьет меня! Дура? Сейчас я покажу тебе ненормальную. Подаюсь вперед, намереваясь лишить суку еще нескольких клоков, но сильные руки вдруг обхватывают талию и стаскивают меня с верещащей девки. Я вырываюсь, размахивая ногами в воздухе, но эти жалкие потуги совершенно бесполезны. — Эва, успокойся! Хватит. — Ничего не хватит! Она мне еще не ответила! Но Амен полностью игнорирует меня, унося все дальше от вскочившей на ноги Агаты, ей хорошо досталось, однако этого недостаточно. В конце концов мы оказываемся у шезлонгов, где на меня в изумлении вытаращились две пары карих глаз. — Что случилось? Герса заметно встревожена, а вот Тизиану, похоже, наоборот очень даже весело. Брат силой усаживает меня на лежак, и укладывает свои ладони на плечи, не позволяя вскочить и вернуться к раздевалкам. — Она назвала меня шлюхой! — Кто? — Агата! Но зато посмотри сюда. Улыбаюсь и поднимаю руку, демонстрируя перегидрольный локон, добытый в честном бою. — Да! Так ее, подруга! Герса радуется и подбадривает меня, но вот Амен, похоже, ее веселья не разделяет. — Ладно, достаточно, уже весь пляж сбежался на ваше представление. Зачем ты так, сестра? Я бы разобрался сам. — Знаю, но я давно хотела надрать этой лахудре зад, да и вообще, она сама виновата. Нечего было провоцировать. — Предлагаю отметить! — Ты то куда, Тизиан? Брат бросает укоризненный взгляд на парня и тут же поднимается, складывая мое полотенце в сумку. — А что я такого сказал? Окей, мистер зануда, отпразднуем и без тебя. — Если ты не заметил, Эва ранена, нужно обработать. — И то верно, а то подцепишь еще какую-нибудь заразу от этой мымры. Герса все-таки переходит на сторону Амена, да и у меня сейчас нет желания спорить. Руку и правда пощипывает. Поэтому я покорно поднимаюсь, и, попрощавшись с друзьями, следую к парковке. — Подожди, аптечку достану. — Слушаюсь. У меня какое-то на редкость игривое настроение после драки с Агатой, адреналин все еще струится по венам, а голова слегка кружится от эйфории. Все-таки победа была за мной. Запрыгиваю на капот, ожидая своего заботливого врача, который уже торопится ко мне в компании антисептика, ватных дисков и бутылки воды. Он со знанием дела осматривает рану, затем промывает ее, а после бережно обеззараживает, дуя на щиплющие борозды, тем самым облегчает неприятные ощущения. А я не свожу с него завороженного взора, неожиданно возбудившись от столь трепетного отношения. — Тебе понравилось? — Не очень. Ухмыляюсь и кладу ладонь уцелевшей руки на мускулистое плечо, заскользив кончиками пальцев по направлению к шее. Брат так сосредоточен и серьезен, что мне нестерпимо хочется поддразнить его. — Почему? Разве я плохо сражалась? — Нет, но.. что ты делаешь? Я уже на крепком торсе, оглаживаю его, слегка царапая ноготками. — Ничего. Раздвигаю ноги шире, выгибаюсь, игриво смотрю на него — одним словом провоцирую, не обращая внимания на взоры немногочисленных прохожих. В конце концов Агата уже все поняла, а мне, на удивление, плевать. — Эва.. Амен шумно выдыхает, бинтуя предплечье, и я двигаюсь дальше, слегка надавливая на внушительных размеров орган, пусть он еще и не успел хорошенько затвердеть. — С ума сошла? Мы на парковке. — То есть, это только тебе можно утаскивать меня в кабинку и трахать на пляже? — Тц, безумная. — Ага-а. Наклоняюсь вперед к самому уху и принимаюсь посасывать мочку, перекатывая золотую серьгу языком. Мечтала так сделать. Ему чертовски идет. Ощущаю широкую ладонь на своей талии, которая сжимается в предупредительном жесте, но я уже не собираюсь останавливаться. — Поехали. Брат резко отстраняется и несется к багажнику, а я разочарованно сползаю с капота и в крайнем недовольстве плюхаюсь на переднее сиденье, где накидываю на себя белую пляжную рубашку. Он же садится на водительское и мы уносимся в сторону дома. Я молчу, обиженно отвернувшись к окну, но в какой-то момент понимаю, что мы заехали в лес, в тот самый, где завязались наши новые отношения после вечеринки у Агнии. — Иди сюда. Амен затаскивает меня на себя, а я задеваю ногой рычаг, отчего запускаются стеклоочистители, но мы уже не в состоянии отвлечься на что-либо. Он начинает нетерпеливо шарить ладонями по моему телу, чем молниеносно заводит. Языки встречаются, мокро переплетаясь друг с другом, движения бедрами быстро становятся рваными и бешеными, поэтому он развязывает узелки на бикини, приспускает шорты и опускает на свой большой член. — Не сдерживайся, сестра.. я хочу слышать все. — И услышишь. То было не голословное заявление, я действительно дала себе волю, не опасаясь издать слишком громкого стона. Здесь нам было нечего бояться. Брат брал меня с таким неистовым напором, так хорошо насаживал на твердую плоть, что моего запала хватило минут на пять, да и он тоже вскоре последовал за мной. Правда, когда мы ехали домой, то меня вновь одолели сладкие грезы о том, как он ночью пробирется в мою спальню и овладеет, а затем еще раз и еще. В конечном итоге мы оказались на кухне, где решили вместе приготовить ужин, на котором планируем признаться родителям во всем. Да, Амен убедил меня, что чем раньше они обо всем узнают, тем лучше. И будет правильным, если мы сами сообщим об этом. Агата уже однозначно разболтала половине Брисбена о нашей связи, поэтому необходимо сработать на опережение. Я стою возле островка, нарезая овощи для любимого маминого салата, а брат вдруг подходит сзади и обнимает, уложив подбородок на плечо. — Ты чего? — Просто захотелось, всегда нравилось наблюдать, как ты готовишь. Мягкие губы касаются шеи, а язык нежно проходится по коже, отчего я перестаю орудовать ножом и прикрываю веки, блаженно улыбаясь. Как же с ним все-таки хорошо. — Дети?.. Услышав встревоженный голос матери, мы резко поворачиваем головы в сторону входа и отстраняемся друг от друга. Стремительно бледнею, меня бросает то в холод, то в жар, но Амен остается невозмутимым, уверенно смотря на ошарашенную мать, лишь плотно сомкнутые челюсти выдают в нем волнение. — Как это понимать? Чем вы тут занимаетесь?.. Ну все, теперь все стало намного сложнее.