«След на коже»

Рейн и Ланда вышли в вечерние сумерки, теперь, в своих тёмных, одинаковых костюмах, они выглядели скорее как странная пара деловых партнёров или, что ещё хуже, как агенты из какой-нибудь конторы. Рейн торопясь натянул кожаные коричневые перчатки, купленные им самим несколько месяцев назад. Мысль о том, что он похож на «аспиранта», вызвала у Альдо очередной внутренний хохот. Рейн ловил своё отражение в тёмных витринах: мужчина за тридцать, с лицом, изборождённым не столько возрастом, сколько годами войны, ветром аппалачских холмов и крепким виски. Его кожа была грубой, обветренной. По пути к библиотеке он ловил себя на том, что его собственная походка — тяжеловатая, с лёгкой переваливающейся походкой человека, привыкшего к долгим переходам, — плохо сочеталась с данной Ландой ролью. Он косился на экс-штандантерфюрера. Тот шёл с лёгкой, парящей поступью, его осанка была прямой, но не напряжённой. В тусклом свете уличных фонарей профиль Ганса действительно казался... неестественно гладким для его заявленных пятидесяти с хвостиком. Морщины у глаз и у рта были, само собой, но сама кожа — светлая, как кофе разбавленный молоком, без грубых пор или следов жизни под открытым небом, которые были на лице Альдо. «Да чем он таким мажется? — не без зависти размышлял Альдо, но взгляд все же отводил. — Или, может, кровь девственниц пьёт по утрам вместо кофе? Или эти его немецкие таблетки не только бодрят, но и омолаживают? Сука, выглядит на сорок, не больше. А я...» Он поймал своё отражение в тёмном витринном стекле. Суровое, обветренное лицо с жёсткими складками у рта и лучами морщин у глаз — лицо человека, который слишком много курил, слишком много пил и слишком много смотрел на смерть под открытым небом. Лицо солдата, но никак не студента. Конечно же об этом он не скажет, но Ланда, словно уловил его мысли и бросил на него быстрый взгляд. — Не пытайтесь выглядеть моложе, капитан, — тихо сказал он, не замедляя шага. — Вы.. выглядите очень серьёзно. Озабоченно, как человек, у которого горят сроки сдачи работы. Напряжение и усталость — ваши лучшие достоинства сейчас. Никто не будет всматриваться в морщины человека, который тащит кипу книг в десять вечера. Это был дельный совет. Альдо попытался ссутулиться чуть больше, придать лицу выражение озабоченной усталости. Получилось неестественно, но, возможно, сойдёт. Они поспешно приблизились к библиотеке. Огни в её высоких окнах горели, но уже не так ярко. У главного входа толпилось несколько человек — видимо, последние читатели, покидающие здание. Они замедлили шаг, сливаясь с этой небольшой толпой. — Заходим с последней группой, — прошептал Ланда. — Не спешим. Прямо в читальный зал на третий этаж. Они вошли в вестибюль, дежурный библиотекарь, пожилой мужчина в очках, лениво кивнул им, даже не взглянул как следует. Поднявшись по лестнице, они снова оказались в знакомом огромном зале. Сейчас он был почти пуст, в дальнем углу у окна, за столом, под зелёной лампой, сидел мужчина с острой бородкой — Арчибальд Грин. Перед ним лежала книга в белой обложке. Рядом на столе стоял идентичный ихнему кожаный портфель. «Ну вот, — подумал Альдо, он уже почувствовал, как ладони под перчатками становятся влажными. — Начинается». Рейн сжал ручку своего портфеля, внутри которого лежали сверкающие камни. Альдо первым заметил несоответствие. Его внутренний радар, настроенный на опасность, забил тревогу. Он чуть замедлил шаг, но Ланда, шедший чуть впереди, не дрогнул. Лишь его плечи стали чуть более собранными, как у кота перед прыжком. Они подошли к своему столу, соседнему с тем, где сидел Грин. Ланда спокойно снял пальто, повесил его на спинку стула, будто действительно собирался засесть на ночь. Он неспеша открыл свой портфель, достал оттуда блокнот и положил его на стол. Его движения были плавными, лишенными малейшей суеты. Арчибальд Грин не поднял на них глаз. Он внимательно изучал книгу в белой обложке с золотым тиснением. Альдо, пристроил свой тяжелый портфель у ног, сел и украдкой присмотрелся. Название уловил с трудом: «Декоративные узоры ломбардских рукописей X века». Не красная обложка, не «Сокровища Агры», вообще не книга Агаты Кристи или не детектив. Мысль о том что это ловушка молнией пронзила сознание Альдо. Его рука инстинктивно потянулась к внутреннему карману, где лежал «Кольт». Он бросил взгляд на Ланду, ожидая сигнала — к бегству, к драке, к чему угодно. Но Ланда, казалось, ничего не замечал. Ещё драки в библиотеке им не хватало. Он углубился в свой блокнот, сосредоточенно делал какие-то пометки. Потом поднял глаза и… зевнул прикрывая рот рукой, по-настоящему уставше. Затем он потянулся, встал и, с видом человека, идущего размяться, сделал несколько шагов к стеллажам, как бы выбирая следующую книгу. Его маршрут пролегал мимо стола Грина. Проходя, Ланда слегка задел плечом высокую стопку фолиантов на соседнем столе. Не упало ничего, но раздался тихий скрежет, и Грин быстро оторвался от своей книги. — О, простите, — тихо, с легким французским акцентом, который прилип к нему ещё в Париже произнес Ланда, останавливаясь и поправляя стопку. — Я неловок. Вы… не Арчибальд Грин? Специалист по редким фондам? Грин на секунду замер, его глаза за стеклами очков как-то сузились, как у змеи, а он быстро кивнул. — Да, я. А вы? — Доктор Ландер, — представился Ланда, сохраняя лёгкую, академическую улыбку. — Мы с коллегой как раз изучаем влияние ломбардских орнаментов на раннее Возрождение. Не могли бы вы… ах, но я вижу, вы уже поглощены темой. — Он вежливо указал на книгу в белой обложке. — «Узоры ломбардских рукописей». Прекрасный выбор. Хотя, должен признаться, я ожидал увидеть у вас на столе «Сокровища Агры» — я слышал, это одно из лучших исследований по смежной теме. Грин внимательно посмотрел на него. Пауза длилась дольше, чем должна была. Альдо почувствовал, как по спине ползет ледяной пот. — «Сокровища Агры»? — произнес Грин, его голос был ровным, но в нем прозвучала едва уловимая нотка… чего? Облегчения? — Да, прекрасная книга. Но она сейчас в переплетной мастерской. Небольшие повреждения. А эту… — он похлопал по белой обложке, — …мне только сегодня доставили из архива. Очень любопытные иллюстрации. Ланда кивнул с видом истинного знатока. — Понятно. Жаль, что не увижу. Ну, не буду вас отвлекать. Спасибо за вашу работу. — Он сделал шаг назад, как бы собираясь уйти, но затем, будто вспомнив, обернулся. — А, да... Коллега мой, мистер Смит, как раз принес тот самый фолиант, что мы обсуждали с мистером Хейлом. Очень тяжелый. — Он кивнул в сторону Альдо и его портфеля. — Не поможете ему донести до стола? А то у него, кажется, руки уже отваливаются. Это точно замаскированный, но абсолютно четкий сигнал. Кодовая фраза «обсуждали с мистером Хейлом» и просьба о помощи с «тяжелым фолиантом». Грин медленно встал, лицо его оставалось непроницаемым. Он подошёл к Альдо, да так близко и резко, что Рейн инстинктивно шагнул назад. Поле зрения заполнила только его не внушительная фигура, которая чуть прикрыла путь к отступлению. — Конечно. Позвольте. Альдо, сжал зубы, но учтиво улыбаясь как идиот, поднял свой портфель и поставил его на край стола между ними. Грин сделал то же самое со своим таки же портфелем. На секунду их руки были совсем рядом. В тишине зала был слышен только тихий щелчок защелок, когда оба одновременно, по едва заметному кивку Ланды, открыли портфели ровно настолько, чтобы увидеть содержимое: в одном — алюминиевый чемодан, в другом — точно такой же. — Большое спасибо, — хрипло сказал Альдо, закрывая портфель с теперь уже пустым, но идентичным весом чемоданом Грина, так как он успел незаметно вложить туда несколько толстых книг. — Не за что, — так же тихо ответил Грин, закрывая свой портфель, внутри которого теперь лежали бриллианты. — Приятного вечера, господа. Он взял свой портфель, кивнул и направился к выходу, не оглядываясь. Ланда вернулся к своему столу, спокойно собрал блокнот в пустой портфель и натянул пальто. — Ну что, коллега, — сказал он громче обычного, — похоже, на сегодня достаточно. Пора домой. Эти манускрипты никуда не денутся. Они вышли из читального зала разными путями, как и договаривались. Альдо — через главный выход, с тяжелым портфелем, полным книг. Ланда растворился в темноте отдела периодики. Обмен состоялся успешно, никакой красной книги не понадобилось. Ланда проверял бдительность и гибкость своего контрагента. Кажется, даже прошел эту проверку. Но вместе с облегчением, в голове Рейна висела мысль: а что, если белая книга была не просто заменой? Что, если это был тест и для них? И если да, то сдали ли они его? Ответ они узнают только у фонтана, через двадцать минут.