С самого начала

      Утро нового дня было слишком тихим и спокойным. Плотно закрытые двери новой комнаты не пропускали ни капли звука снаружи, спасая от раннего подъема, который лишал хорошего настроя на весь день. Маленькая полоска яркого света, пробирающаяся между светло-синими шторами, заставляет представить тепло воздуха и лучей, которым Тэхен разрешит греть свою кожу.       Лениво потягиваясь в постели и ногами стягивая с себя легкое покрывало, парень вытягивает руки вперед и широко зевает, расслабляясь сразу же после. Ерошит пышные и запутанные ото сна волосы и с улыбкой осматривает комнату, будто бы видит ее впервые.       В голову сразу же приходят события нескольких дней назад, когда Чонгук ни с того, ни с сего принес ему перекус и уделил каплю своего внимания, которое нужно было получить Тэхену для уверенности. И как ни странно, после произошедшего он и правда пытается не придираться к действиям и навязчивой заботе Еджин или слишком энергичным попыткам Мины к сближению. Даже проводя часы рядом с девчушкой, пытаясь при этом внятно объяснить ей ненавистную для нее экономику, Тэхен просто позволяет себе искренне улыбнуться на некоторую глупость или очередной вопрос.       В любом случае знакомство с новыми людьми никогда не было слишком легким. По крайней мере для него. Для этого нужно было бы иметь или много желания, или много терпения.       Про это Тэхен продолжает думать, сидя за кухонным столом и перебирая ложкой плавающие в молоке хлопья. Это очередной компромисс, на который Тэ согласился ради Еджин. Немного молока и маленькая жменя хрустящих хлопьев. И сейчас, пытаясь заставить себя съесть хотя бы на несколько ложек больше одной, он и правда не понимает ради чего идет на такое. Ему хочется иметь хорошие отношения с девушкой отца, но заставлять себя ради этого…       В себя парень приходит лишь тогда, когда тарелка перед ним меняется на чашку пахучего чая с плавающими кубиками льда. Часто моргая, Тэхен выпрямляет спину и поднимает голову, впираясь потерянным взглядом в рядом стоящего Чонгука. Тот, с полупустой тарелкой, обходит стол и садится напротив него, добавляя чуть больше молока и хлопьев. На нем простая футболка серого цвета и шорты до колена, шнурок от которых весит и качается при каждом шаге. Его лицо совершенно не выглядит сонным, лишь с легким оттенком синяков под глазами. Но он все равно красивый — как и в их первую встречу.       – Утро. – говорит он, выглядя при этом настольно невинно, что даже завидно.       Ничего больше не говоря, он принимается за свой завтрак, параллельно что-то читая в своем телефоне.       – Спасибо. – тихо бормочет себе под нос Тэхен, облизывая губы и опуская взгляд в чашку с прозрачно-зеленым чаем. Смотрит несколько секунд и под внимательный и изучающий взгляд старшего делает первый аккуратный глоток, проверяя не слишком ли этот напиток сладкий или горький. Утром совершенно не хочется ничего с слишком сильным вкусом или запахом.       Через несколько минут тишины на кухню заходит Еджин. Ее походка как всегда легкая и будто бы пропитана сладким запахом цветов, растущих на заднем дворе. На ее лице как всегда цветет улыбка, которая становится лишь шире при виде завтракающих детей.       – Тэ, ты уже позавтракал? – дружелюбно спрашивает женщина, подходя ближе. Ее голос дружелюбный и располагающий к себе, но Тэхена может уловить нотки подозрения, будто бы она знает про все действия Чонгука.       Парень поднимает на нее глаза и пытается придать своему голосу уверенности, чтобы старшая поверила ему и не стала снова причитать про пропуск самого важного, по ее мнению, приема пищи.       – Да, он уже поел. – спокойно помогает Чонгук, отправляя в рот ложку с молоком и несколькими круглыми и хрустящими хлопьями. Звучит непринужденно, и даже не смотрит в сторону гостя, не показывая ни капли лжи. Через несколько секунд молчания Еджин лишь кивает и уходит к холодильнику, чтобы достать себе бутылку с водой и налить в стакан лишь на несколько глотков.       – На вечер ничего не планируйте. – говорит женщина и с самой загадочной и смущенной улыбкой опускает голову, будто бы пытаясь не показать все свои эмоции, которых в ней этим утром через край. – У нас будет семейный ужин. Немного гостей, но ничего официального.       Она уходит под немое молчание, которое в Тэхене ощущается тяжестью и неприятной горькостью. Он пытается сделать несколько глотков еле теплого чая чтобы убрать неприятный ком в горле, но в итоге заменяет напиток простой водой из-под крана.       Вернувшись в комнату, парень пытался себя чем-нибудь занять. Хотел пойти к полюбившемуся бассейну, но лишь надев шорты стянул их с себя и закинул обратно в светло-коричневый шкаф. Упал на кровать и, решив зайти в социальные сети, провел так несколько часов. Иногда включал музыку, потом выключал. Открывал ноутбук и после нескольких кликов мышки сразу же с хлопком и необъяснимым раздражением его закрывал.       Снаружи пели летние птицы, приносящие тепло и легкость. Они разговаривали друг с другом и будто бы просили Тэхена выйти к ним, чтобы понежиться на любимом солнце и позволить лучам поиграть с его еле загорелой кожей.       Было слишком спокойно — до раздражения.       Когда на участок заехал автомобиль Намджуна, он даже не поднялся. Он слышал, как тот нежно и влюбленно смеется у входа, как они с Еджин обсуждают «кольцо — да, из белого золота, с инкрустацией, но очень сдержанное, в ее вкусе и стиле». Разговор был будто из другой жизни. Не из той, где он есть. Не из той, в которой он привык быть, находясь дома, рядом с Ери.       Глубоко вздыхая Тэхен переворачивается со спины на бок и несколько секунд смотрит на телефон. Не обращает внимания на приходящее сообщение, лишь на время, пропадающее через несколько секунд. На часах чуть больше за час дня. И задумываясь про все сегодня произошедшее, не желая слишком сильно в это погружаться, Тэ соскребает себя с кровати и снова натягивает шорты, чтобы все-таки выйти к бассейну и перекусить какими-то сладкими фруктами.       В холодильнике находится несколько долек любимого арбуза, одну из которых он берет чтобы удобно нарезать на маленькие кусочки. Также хватает яблоко и бутылку с водой.       Выходя на улицу под жаркие лучи обеденного солнца Тэхен медленно идет к бассейну, на пути встречая улыбчивую Еджин. Она спрашивает про обед и предлагает приготовить ее фирменную быструю лапшу, от которой парень аккуратно отказывается, говоря, что подождет ужина. Их семейного ужина.       Снимая с себя любимую домашнюю рубашку и кидая ее на траву рядом с шезлонгом, стоящим в тени, Тэ садится и сразу же отправляет в рот кусочек сочного и прохладного арбуза, закатывая глаза от сладости. По его телу сразу же бегут приятные мурашки от контраста температур. Это заставляет легко передернуть плечами и, откинувшись назад, прикрыть глаза.       Птицы снова начинают весело петь и прыгать на шумящих ветках фруктовых деревьев. Легкий, почти незаметных ветер приносит сладкий и свежий запах листьев, давно скошенной травы и легкости, которая расслабляет все тело и заставляет потерять счет времени. Все кажется таким неторопливым, будто время вытянулось в ленивую летнюю ленту.       Мысли медленно перетекают на спокойствие и предвкушение от предстоящих двух месяцев лета. Тэхен вспоминает о речке, о шуме вечернего костра, о холодных напитках на деревянной веранде и разговорах с мамой про все и ни про что... все это тонет в неге и полуденном мареве. Веки моментально тяжелеют, дыхание становится ровным. Рука, все еще лежащая рядом с полупустой тарелкой, медленно сползает вниз и ложиться рядом с телом.       Парень еще раз передергивает плечами, устраиваясь поудобнее, и через несколько секунд все вокруг уходит в молчание — легкое, бесцветное, как тень на солнце.       Тэхен открывает глаза от легкого покалывания в руке. Пытается прийти в себя и понимает, что на улицу медленно начала опускаться вечерняя темнота. Потягиваясь на месте, парень нащупывает рукой бутылку с водой и, откручивая крышку, делает несколько облегчающих глотков.       – Мама зовет тебя в дом. Скоро придут все гости. – сбоку раздается голос Чонгука, стоящего с сложенными позади себя руками. Он смотрит на него сверху вниз несколько минут, ничего больше не говоря и совершенно не двигаясь.       – Да, хорошо. – легко хрипит Тэхен в ответ. Прочищает горло и повторяет тихое и немного смущенное согласие еще раз.       Старший остается на своем месте еще несколько секунд, после чего кивает и делает несколько шагов назад, резко разворачиваясь и уходя в сторону дома. Тэхену думается, что он, видимо, был чем-то занят до того, как выйти к нему и передать слова Еджин.       Поднимаясь с лежака, Тэхен потягивается всем телом и чувствуя удовлетворение, начинает улыбаться. На улице больше почти не поют птицы, легкий ветерок ощущается на теле слишком приятно после жаркого дня.       Думая, что надеть на семейный ужин и будет ли он знать хотя бы кого-то из приглашенных гостей, Тэ пытается найти глазами свою рубашку. Перед тем как уснуть она точно лежала на траве рядом с шезлонгом. Он скинул ее перед тем как насладиться временем в тишине с самим собой и лишь своими мыслями. Но сейчас ее просто нигде нет. Проверив все возможные места рядом и дважды посмотрев под лежак, Тэхена с надеждой идет в дом, чтобы проверить нет ли ее в корзине с грязной одеждой или же в его комнате. Возможно он просто запутался и вышел на улицу без нее.       Заходя в дом, парень сразу же натыкается на улыбчивую Еджин, которая с кем-то весело разговаривала по телефону. Говорила про самый лучший день в ее жизни и про то, как сильно она любит своего Джуни. При виде его женщина просит собеседника подождать и с нисходящей улыбкой просит поторопиться, потому что гости уже будут с минуты на минуту.       Забегая в комнату Тэхен, обещая себе поискать рубашку чуть позже, открывает шкаф и начинает искать что-то легкое. Быстро принимает душ и на влажное тело натягивает белую футболку и джинсовые шорты чуть ниже колена. Он смотрит в зеркало несколько минут, будто бы пытаясь найти в себе что-то новое, чего не было ранее. Всматривается в темные глаза, поворачивая голову чуть в сторону, и сдается через долгие минуты, услышав аккуратный стук в дверь.       – Милый, там Намджун уже начинает поглядывать на свои часы.       С другой сторону двери раздается знакомый голос. Тот, которого Тэхену до боли тут не хватало.       Открывая двери, парень сразу же врезается в Ери, будто бы уже стоящую наготове. Она прижимает его к себе и сразу же начинает перебирать волосы тонкими и теплыми пальцами правой руки. Знает, что это поможет ему успокоиться, потому что чувствует его настороженность и тревожность. Шепчет ему что-то с улыбкой, спрашивая, как он был без нее более недели, и тихо смеется, когда Тэхен рассказывает, как его наставляли завтракать ранними утрами.       – Пошли вниз, там уже все собрались. – тихо говорит Ери, мягко отодвигая сына от себя. Всматривается в его глаза несколько секунд и с улыбкой кивает в сторону лестницы вниз.       Тэхен коротко улыбается и пробирается к лестнице. Медленно спускается на первый этаж, рассказывая своей маме про прошедшие дни и ловя каждую ее улыбку. Он не задается вопросом ее причины тут. Возможно семейный ужин Еджин касается и их семьи тоже. Или же они просто решили быть дружелюбными и не забывать даже про настолько дальних родственников.       Заходя на кухню в глаза кидается то, насколько сильно преобразился этот дом. Белые скатерти, теплый свет повсюду, аромат чего-то легкого, еле сладкого, но достаточно приятного. Все вокруг напоминало парню сьемки чего-то приятного и легкого. Входили знакомые Еджин и Намджуна, улыбались, целовали в щеки и пожимали руки. Обнимали Еджин. Поздравляли заранее с счастливыми улыбками, будто бы зная в честь чего был запланирован этот вечер. Все шло по сценарию, где у Тэхена не было текста.       – Давайте сделаем фото! – почти выкрикивает Еджин. На ней светлое платье и легкий макияж, хорошо подчеркивающий ее большие и сверкающие сегодня глаза.       Она протягивает свой телефон Ери, прося сфотографировать ее рядом со своей семьей. В последний момент хватает в стороне стоящего Тэхена, притягивая ближе к себе, и с улыбкой говорит сделать как можно больше фотографий.        Тэхен теряется. Смотрит на маму и пытается понять, что вообще происходит. Та показывает ему двумя пальцами улыбку и лишь потом делать снимки под оглушающие звуки камеры. Ее пальцы дрожали и почти не слушались, но улыбка не сходила с ее лица и кадры к тому же получались красивые. Все были счастливы. Он смотрел в объектив, но не чувствовал, что смотрит на что-то настоящее.       Чуть позже, когда все уже сидели за столом, Тэхен пытался заставить себя что-то съесть. Он ковырялся в тарелке с едой и чувствовал себя совершенно не на своем месте. Проглатывал горький ком в горле и улыбался маме, когда та пихала его в бок из-за слишком унылого вида.       – Перестань быть таким несчастным. – шепчет ему Ери, с улыбкой потягивая холодный чай. Оставаться тут на сегодняшнюю ночь она не собиралась. Тэхен лишь кивает и улыбается. Пытается вслушаться в разговоры вокруг, но в итоге все равно опускает глаза в тарелку, вздыхая и пытаясь обстрагиваться от всего происходящего.       – Спасибо всем, что пришли сегодня. – В комнате раздается голос Намджуна. О тихо и осторожно стучит по своему бокалу, пытаясь привлечь внимания, после чего с улыбкой смотрит на Еджин, широко улыбающуюся и чего-то ожидающую. – У нас есть причина для такого неожиданного праздника. – беря Еджин за руку, он легко ее целует и, глубоко вздохнув говорит самое главное: – Мы с Еджин обручились.       На мгновение наступила тишина. Потом — аплодисменты, радостные возгласы, звон бокалов. Кто-то сказал «наконец-то!», кто-то — «идеальная пара». Мина выкрикивает свое поздравление и неописуемое счастье громче всех. Чуть ли не плачет и обнимает своих родителей одновременно. Пришедшие девушки также сразу же начали подниматься с места и подходить к главной причине этого вечера, чтобы обнять, поздравить и, конечно же, посмотреть на красивое кольцо из белого золота, с инкрустацией. Очень сдержанное, но полностью в стиле Еджин.       Вокруг все начинают гудеть и говорить, что ожидали именно этого. Они, зная все с самого начала, совершенно не выглядели удивленными. Радостными и счастливыми — да, но совершенно не удивленными.       Тэхен медленно переводит взгляд на Ери — она улыбается, но в ее глазах блестят слезы, не от счастья, а от чего-то более сложного, почти незаметного другим. Протирая их салфеткой, она поднимается в места и идет к толпе пришедших гостей, чтобы так же, как и все остальные поздравить и сказать насколько же она рада за них.       Пытаясь прийти в себя, Тэ натыкается глазами на Чонгука, внимательно смотрящего на него. Парень пытается опустить взгляд и спрятаться за своей челкой, чтобы перестать чувствовать этот пронзительный взор на себе. Ему неприятно, паршиво и совершенно неуютно. Обхватывая плечи руками, Тэхен поднимается с места и как можно быстрее пытается выйти из душного помещения. Его трясет настолько сильно, будто бы его температура поднялась выше тридцати восьми.       На улице ему становится лучше. Он становится рядом с балконом, откуда можно видеть всю гостиную и всех гостей. С его места прекрасно видно его счастливо улыбающуюся маму, разговаривающую с Еджин. Они смотрят на кольцо, подаренное Намджуном и весело над чем-то смеются, будто бы старые подружки, ожидающие этого момента более года. Ери ведет себя настолько ярко и светло, будто бы уже знала обо всем заранее и минуты назад не почувствовала, как обрушилось все построенное вокруг.       Тэхен, отводя взгляд, опускается на краешек лестницы, чувствуя, как что-то в нем медленно, но верно уходит под лед. Как будто его мир стал черно-белым, пока все вокруг сверкало и переливалось. Он знает, что отец ушел из их семьи не вчера и даже не в прошлом году. У каждого из их старой и разрушенной уже семьи есть личная жизнь, совершенно не касающаяся прошедшего. Возможно он единственный, кто живет прошлым и хочет быть в том времени как можно дольше. Возможно он единственный, кому прошлое все еще важно и нужно.       Возможно ему и правда нужно перестать держаться за их старую семью. Этим он делает больно не лишь себе.       Он вздохнул и прикрыл глаза, пытаясь не думать. Ни о кольце. Ни о семье. Ни о том, что с каждым днем он чувствует себя в этом доме все менее собой. Ему нужно остановиться. Остановится тут и перестать пытаться что-то исправить. Может быть было бы лучше для всех если бы он отправился домой. Там будет спокойнее и легче.       Рядом с ним через несколько длинных минут на лестницу опустился Чонгук. Тэхен посмотрел на него, не скрывая ни капли своих эмоций. Его глаза были болезненно стеклянные и блестящие, уголки губ опущенные, будто бы на его плечи легло что-то очень тяжелое и неподъемное. Ему сложно, но должно стать легче. Рано или позже должно стать легче.       Они просидели рядом не дольше десяти минут. Чонгук просто молча поддерживал его, будто бы чувствуя насколько сильная буря у него внутри. Не говорит ни слова, не трогал и будто бы даже не дышал. Пытался помочь тем, что рядом, но Тэхену этим не помочь. Ему нужен отец и старая жизнь, где он видел родителей рядом и то, как они улыбались друг дугу, держась за руки. Ему нужна счастливая мама, ожидающая своего мужа после тяжелого рабочего дня, готовая приготовить что угодно на ужин даже после неудачного дня на работе.       Тэхен хочет вернуться назад. А еще он хочет домой. Домой — не сюда, не в этот безупречный, наполненный сладостным запахом и чужими голосами дом, а туда, где можно просто молчать и не притворяться.       С этими мыслями он поднялся с места и, обойдя дом по тенистой стороне, чтобы не попасться никому на глаза, направился в свою комнату. Закрыл дверь на ключ, включил музыку громче обычного — так, чтобы заглушить все, включая собственные сомнения, — и начал собирать вещи.       Руки дрожали не от страха, а от облегчения. Как будто внутри него все давно уже собралось в узел, и вот сейчас — наконец — можно разрезать веревку.       Он не попрощался с Чонгуком. Не захотел или не смог — сам не понял. Просто бросил взгляд на закрытую дверь и сразу же отвернулся, будто бы это может его обжечь. Если бы посмотрел дольше — мог бы передумать. А ему нельзя было передумывать. Не сейчас.