Несравненный. Книги 2-4

Глава 81. Командующий Фэн ни за что не успеет вовремя

В пустой и заброшенной каменной хижине повсюду виднелись следы пожара. Прежде шкафы и кровать здесь были деревянные, а остальные вещи – либо матерчатые, либо керамические. Яростный огонь уничтожил практически всё. Даже керамические изделия были обожжены до состояния чего-то чёрного, как смоль, запах гари, витавший повсюду, отказывался выветриваться. Труп шамана давно унесли, чтобы совершить с ним всё необходимое, и в этом месте не осталось никаких улик. Приведя Фэн Сяо в хижину и обойдя её кругом, Цзинь Лянь чувствовала, как огонь разгорается в её сердце, и постепенно растет тревога. Она не могла удержаться от вопроса: – Что вы надеетесь найти? Опустившись на колени, Фэн Сяо очень долго осматривал пол, прежде чем подняться на ноги и отряхнуть руки от пыли. – Попросите кого-нибудь принести ведро воды. Сердцебиение Цзинь Лянь участилось: – Для чего? Вы что-нибудь обнаружили? – Нет. Я просто хочу вымыть руки. Цзинь Лянь: … Больше всего ей хотелось поднять керамический горшок с земли и с размаху опустить его на макушку Фэн Сяо. Но она не осмелилась. Цзинь Лянь глубоко вдохнула, прежде чем с силой выдохнуть, но избавится от запаха гари в носу ей не удалось. – Господин Фэн, это вопрос жизни и смерти. Хан был по-настоящему разгневан. Если мы не найдем убийцу вовремя, то он в самом деле может вынести мастеру Цую смертный приговор. Фэн Сяо небрежно мотнул головой. – Ну, я же здесь, даже если удача будет не на нашей стороне, я просто-напросто схвачу его и унесу прочь отсюда. Цзинь Лянь всегда опасалась подобных ему людей, ведь столь превосходно владея боевыми искусствами, они не принимали никого и ничего в расчёт. В конце концов они действительно могли взять руки в ноги и спокойно сбежать. Но проблема заключалась в том, что у неё не было возможности уйти или притвориться, что ничего не произошло, поскольку на этот раз дела принимали серьёзный оборот. Шансов на союз почти не осталось, и Цзинь Лянь могла только молиться, чтобы Апа-хан не наложил на неё наказание, но легко ли будет этого добиться? Поскольку она не могла заставить его силой, оставалось только попробовать убедить его. Цзинь Лянь горько рассмеялась: – Молодой мастер Фэн, с вашими боевыми искусствами можно перевернуть небеса, такое действительно редко встретишь, неудивительно, что вы ничего не боитесь. Но вам следует подумать и о мастере Цуе. На этот раз он прибыл сюда по приказу Императорского двора, если он не выполнит то, ради чего явился, как он сможет объяснить это, когда вернётся? Я боюсь, что отстранение его от занимаемой должности будет лишь самым мягким приговором? Фэн Сяо бросил на неё странный взгляд: – Почему я должен думать о нём? Он и так уже задолжал мне кое-что за спасение жизни. Что касается Императора, я бы отдал всё, чтобы он приостановил деятельность бюро Цзоюэ. Разве бюро Цзецзянь не потеряло бы в результате конкурента? Цзинь Лянь уже хотелось рвать на себе волосы. Она никогда не встречала такого трудного человека. Цуй Буцюй тоже был не подарок, но в упрямстве и несговорчивости даже он не мог сравниться с Фэн Сяо. Прямо сейчас Цуй Буцюй находился под арестом, даже будь он самым умным человеком на свете, ему было бы трудно что-либо предпринять. Это неизбежно делало возложенную на Фэн Сяо роль первостепенной, но тот не желал подчиняться и даже не выказывал никаких признаков беспокойства. Почему бы ей не попробовать поискать помощи у старшей хатун и Первого принца? Похоже, у них сложилось неплохое впечатление о послах Империи Суй, и Эден, казалось, был вполне дружелюбен с Цуй Буцюем, возможно, они согласились бы замолвить за него слово. Подумав об этом, Цзинь Лянь отвернулась. Фэн Сяо мгновенно разгадал её намерение: – Даже если вы отправитесь на поиски Первого принца, от этого будет мало толку. Хотя они поддерживают союз с Империей Суй, но теперь, если Эден будет просить за послов, то подозрение в убийстве Второго принца и в сговоре с Империей Суй падёт на него. Его мать никогда не допустит этого. Цзинь Лянь остановилась. Дело было не в том, что она не понимала этого, а в том, что она была в отчаянии и совсем не видела выхода. – Мастер Цуй сдался в обмен на свободу молодого мастера Фэна. Боюсь, он никогда бы не подумал, что молодой мастер Фэн отступится от него, не так ли? – Я просто жду, – спокойно ответил на её упрёк Фэн Сяо. – Чего вы ждёте? – с подозрением спросила Цзинь Лянь. – Жду Цуй Буцюя. Когда он решил остаться, он ничего мне не сказал. Я полагаю, есть вещи, которые он ещё не выяснил, поэтому, как только он это сделает, естественно, передаст мне сообщение. Как только его слова рассеялись в воздухе, действительно пришло известие. Выйдя из каменной хижины, Фэн Сяо и Цзинь Лянь увидели крупными прыжками приближающуюся к ним издалека фигуру Цяо Сянь. В белых одеждах, развевающихся по ветру, словно тончайший шелк, она идеально соответствовала своему имени, которое означало «фея». Однако выражение лица Цяо Сянь было сейчас вовсе не таким приятным для глаз, как её цингун. – Главнокомандующий приказал мне передать тебе следующее, – торопливо сказала Цяо Сянь, – Он сказал: «Пусть уходит как можно дальше и никогда не возвращается за мной. Также скажи, чтобы он даже не думал о мести Апа-хану. Рядом с ханом бесчисленное множество мастеров боевых искусств, вам двоим не победить их». – Мастер Цуй действительно так сказал? – Цзинь Лянь забеспокоилась, услышав это, и подумала про себя, что Фэн Сяо и так-то не особо хотел спасать его, а уж теперь, после этих слов, разве у него не появится ещё больше причин уйти? Цяо Сянь вздохнула: – Да. Главнокомандующий сказал, что если я хочу спасти его, то должна передать это командующему Фэну. Она размышляла над этим до того, как прийти сюда, но так и не смогла понять, что было скрыто в этих словах, поэтому ей оставалось только возложить всю свою надежду на Фэн Сяо. Фэн Сяо вздохнул: – Только посмотри на себя. Он велел тебе передать мне эти слова, прекрасно зная, что ты не сможешь понять их значение. Выходит, вся твоя надежда теперь только на меня. – Так что означают эти слова? – Цяо Сянь больше не могла сдерживаться. Фэн Сяо фыркнул от смеха: – Тебе не приходило в голову, что ваш главнокомандующий совсем не похож на человека, который легко жертвует собой ради других? – Я не понимаю! Не мог бы ты, пожалуйста, быть более откровенным и изъясняться прямолинейней? – нетерпеливо бросила Цяо Сянь. Фэн Сяо заговорил глубоким и проникновенным голосом: – Конечно, он не такой. Он из тех людей, которые роют другим ямы, в которые те упадут по меньшей мере раза три. Даже если ему придётся прыгнуть в яму самому, этот хитрый лис утащит за собой врагов. Ты так долго была у него в подчинении, как ты можешь настолько не понимать его? На голове Цяо Сянь вздулась вена. Казалось, она могла взорваться в любой момент. – Итак, истинное послание этих слов заключается в их противоположном понимании, – пояснил наконец Фэн Сяо. Цзинь Лянь сразу же спросила: – Как это? – Если он просит уйти как можно дальше и никогда не возвращается – значит он хочет, чтобы я направился к нему; если он просит не мстить Апа-хану, значит, что решением, скорее всего, является сам хан. Чем дальше Цзинь Лянь слушала это, тем больше приходила в замешательство. – Он хочет попросить пощады у хана? – Нет. Похоже, он уже во всём разобрался. Проблема заключается именно в хане. Я буду искать хана, а вы ищите Цуй Буцюя, будьте рядом с ним и не оставляйте его одного. Не успел он договорить, как выражение его лица изменилось, он наклонился, поднял камень, повернулся всем телом и бросил его вдаль. Цзинь Лянь и Цяо Сянь увидели, как из леса за каменной хижиной появился человек и со скоростью молнии бросился к Фэн Сяо. Фэн Сяо ожидал этого, поэтому его позиция не изменилась. Он отступил на несколько шагов и уклонился от атаки противника, которая обрушилась на него подобно грому. Вместо этого он вернул удар, не дав другой стороне шанса ответить на него. Цяо Сянь и Цзинь Лянь наблюдали, как двое сошлись в жестокой битве, их выпады и движения были подобны падающим звёздам и сиянию света. Что говорить о том, чтоб самим пойти в атаку и поддержать Фэн Сяо, они вообще едва ли смогли бы присоединиться к этой битве. Обе были сбиты с толку, потому что Фо Эр был мёртв, кто же ещё здесь мог владеть такими мощными боевыми навыками? Мало того, что этот человек появился совершенно внезапно, но даже техника его боевых искусств была невероятно странной. У него не было меча или ножа, но его рука скользнула в рукав, чтобы достать нечто, сверкнувшее на солнце. При ближайшем рассмотрении это оказалось цепью, которая не выглядела сделанной из золота или серебра, но казалась живущей своей собственной жизнью, отражая атаки Фэн Сяо и обвиваясь вокруг его рук. Фэн Сяо только улыбнулся, слегка взмахнул ладонями, и цепь отпустила его. Однако, не дрогнув, она возобновила атаку на все жизненно важные акупунктуры Фэн Сяо, повинуясь воле своего хозяина. Людей, которые используют такого рода оружие, предостаточно, но относительно всех мастеров боевых искусств их число невелико. Если бы Цуй Буцюй был здесь, он смог бы сказать, кто этот человек. Жаль, что Цуй Буцюя здесь не было, так что Фэн Сяо мог рассчитывать только на себя. Противник был смертоносен и точен, его техники дышали злобой. Каждое его движение, каждый шаг не сулили врагу пощады и не оставляли надежды на спасение. Кажется, он был полон решимости убить Фэн Сяо на месте. Хотя навыки Фэн Сяо были превосходны, но битва с Фо Эром лишь усугубила травмы, которые он получил, сражаясь с таинственным человеком в каменной хижине, а не исцелила их. Даже знаток боевых искусств номер один в мире не смог бы бесконечно выдерживать сражение за сражением. Даже если сейчас он держался не так уж плохо, человек, который дрался с ним, верил, что Фэн Сяо уже близок к своему пределу и умрёт здесь сегодня. Он с ненавистью засмеялся, и его атаки стали ещё более безжалостными и смертельными. Тем временем Цяо Сянь и Цзинь Лянь также оказались лишены возможности покинуть это место. Несколько человек в чёрном появились перед ними и преградили им путь. Люди в чёрном, казалось, появились из воздуха. Их никогда не видели здесь прежде, и все они выглядели так, будто происходят из одного клана или их обучал и воспитывал один и тот же человек. Однако, с чего бы подобной группе людей появляться в землях западных тюрков? Может быть, именно они убили шамана Хэйюэ и Второго принца? Пока Цзинь Лянь думала об этом, меч коснулся её талии, и ей с трудом удалось подавить боль.

* * *

– Командующий Фэн ни за что не успеет вовремя. Позволь мне предупредить тебя, чтобы ты не возлагал на это своих надежд, – Юй Сю слегка улыбнулся, прежде чем ещё раз повторить свои слова. Когда он увидел, что кашель Цуй Буцюя усилился, ему как будто даже стало немного жаль его, так что он протянул руку, чтобы слегка похлопать того по спине. Цуй Буцюй не собирался избегать контакта с ним, да и сил у него на это не было. Его брови изогнулись, всю свою волю он сейчас сосредоточил на том, чтобы держать глаза открытыми. – У меня всегда был к тебе вопрос. Сколько бы я ни думал, я не мог этого понять, – медленно произнёс Цуй Буцюй, как только кашель утих. Юй Сю слабо улыбнулся: – Ты хочешь знать почему я, будучи советником принца Цзиня, пользуясь его величайшим уважением и доверием, захотел пойти против вас? Даже если это несопоставимо с полномочиями, которыми обладаете вы оба, моё будущее всё ещё могло быть весьма многообещающим и, учитывая, что я из известного ордена, даже если бы я решил бродить по Цзянху, всё равно мог бы сделать себе неплохое имя, но вместо этого я выбрал быть вашим врагом? Цуй Буцюй нахмурился: – Именно. У тебя есть вражда с принцем Цзинем, поэтому ты решил примкнуть к нему, используя своё положение, чтобы строить козни, прикрываясь им, а на самом деле ты просто искал всевозможные способы привести Империю Суй к уничтожению, и затащить принца Цзиня в ту же яму? Юй Сю покачал головой: – У нас с принцем Цзинем нет вражды ни в прошлом, ни в настоящем. – Тогда, может быть, это потому, что принц Цзинь амбициозен, поэтому он тайно создал «Тринадцать павильонов Юньхай» и приказал тебе собрать талантливых людей, чтобы свергнуть Наследного принца и изменить ход династии Суй? Юй Сю рассмеялся: – Ты действительно такой… Мне не хотелось убивать тебя с самого начала. Если бы ты не шёл против меня всё время, разве оказался бы сейчас в такой ситуации? Цуй Буцюй закрыл глаза и заговорил сам с собой: – В Тринадцати павильонах Юньхай во главе стоят тринадцать мастеров. У каждого из них есть своё имя. Фэн Сяолянь занимала последнее место, Дуань Цигу – двенадцатое, Юй Хэн – одиннадцатое, с твоими способностями маловероятно, что ты находишься где-то рядом с ними. Можешь ли ты быть тем самым Первым мастером, о котором они говорили? Юй Сю покачал головой: – Нет. Увидев выражение лица Цуй Буцюя, он рассмеялся: – Я знаю, что ты мне не веришь, но это действительно так. До этого момента выражения и действия Юй Сю были расслабленными и непринужденными, потому что он был абсолютно уверен, что всё в его руках, и не боялся, что Цуй Буцюй что-нибудь выкинет – если Фэн Сяо так и будет задерживаться, при всём интеллекте Цуй Буцюя, он не сможет ничего предпринять. Однако внезапно улыбка на его лице застыла. Юй Сю поднялся на ноги, и атмосфера сразу стала очень напряжённой. Наконец, он нашёл курильницу для благовоний, спрятанную в тёмном углу за шкафом. Взяв её в руки и принюхавшись, он мгновенно изменился в лице. Безжалостно швырнув курильницу на землю, он поспешно прикрыл нос тканью, после чего бросился к Цуй Буцюю, схватил его за горло и прижал к земле, наблюдая, как у того зеленеет лицо. – Что ты подмешал в благовония?! Цуй Буцюй выдавил слова изо рта почти беззвучно, одно за другим: – Курения. Найхэ. После этих слов желание Юй Сю убить его достигло пика, и рука, сжимающая горло Цуй Буцюя, уже готова была отправить того в загробный мир. Из уголка рта Цуй Буцюя сочилась свежая кровь.