Несравненный. Книги 2-4

Глава 92. Я дам тебе шанс наверстать упущенное

Цуй Буцюй был полностью поглощён удовольствием от внезапного изменения в выражении лица принцессы Лэпин, но тут Фэн Сяо потянул его за рукав, вынудив невольно опустить голову. Его взгляд встретился с раскосыми глазами лиса. Цуй Буцюй: … После секундного колебания между «этот человек болен на голову» и «этот человек – ребёнок», Цуй Буцюй выбрал первое, но из-за того, что Фэн Сяо отвлёк его, он почти забыл, что собирался сказать. К реальности его вернула наконец пришедшая в себя принцесса Лэпин. – Значит Жэнь Юэ втайне от меня замышлял измену, и ты знал об этом, но почему вместо того, чтобы сообщить мне, предпочёл устроить скандал на торжестве?! – принцесса Лэпин воспользовалась возможностью резко задать вопрос. – Сегодня здесь присутствуют Наследный принц, принц Цзинь и многие другие, если бы в результате кто-то пострадал, разве не на тебе была бы за это ответственность?! Цуй Буцюй, в душе проклиная Фэн Сяо, с трудом заставил себя собраться с мыслями и холодно ответил: – Почему принцесса так сердится? Во-первых, это дело до нынешнего момента ещё не могло считаться раскрытым. Нам пришлось ждать, пока преступники высунут из норы свои лисьи хвосты, только после этого нам удалось бы схватить их всех! Как только он упомянул лисиц, его взгляд непроизвольно снова опустился вниз. Оранжево-белый лис всё ещё лежал на столе, его глаза были прищурены, как будто он наблюдал за своей добычей, ожидая возможности напасть. Из этого можно было сделать вывод, что художественные способности Фэн Сяо весьма неплохи. Также из этого можно было сделать вывод, что ему очень скучно. Неужели великий второй командующий бюро Цзецзянь пришёл сюда просто на праздник, не преследуя никаких других целей? По слухам, принцесса Ланьлин влюблена в Фэн Сяо, и у Императора также есть намерение устроить между ними брак. Но не мог же Фэн Сяо прийти сюда исключительно ради встречи с принцессой? Пока все эти мысли мелькали в его голове, Цуй Буцюй продолжал свою речь: – Во-вторых, этот человек, Жэнь Юэ, раньше носил другое имя. Он специально сделал паузу, чтобы посмотреть на лицо принцессы Лэпин, но оно и так уже выглядело хуже некуда, поэтому особых изменений не последовало. – Изначально его звали Юйвэнь И. Те, кто сегодня присутствовал на празднике, были либо Императорскими сыновьями и дочерями, либо важными чиновниками и людьми из знатных кланов. Так или иначе, все они принадлежали к высшему обществу, и при слове «Юйвэнь» у них неизбежно возникли определённые ассоциации. Принц Цзинь заговорил первым: – Остатки прежней династии? Цуй Буцюй: – Да, он сын Юйвэнь Шэна, в прошлом ему удалось сбежать, и семья Жэнь приняла его к себе, после чего он сменил имя на Жэнь Юэ. Внешнему миру он был известен как потерянный много лет назад племянник семьи Жэнь. Скрывая свою истинную личность в течение многих лет, он под именем «Жэнь Юэ» прославился в Цзянху, чтобы получить возможность сблизиться с принцессой. Что касается сегодняшнего празднества по случаю дня рождения, то он сам предложил помощь в его организации, и принцесса возложила на него всю ответственность. Естественно, ему было проще простого спланировать преступление и подготовить всё для его осуществления. Жэнь Юэ закричал: – Я не Юйвэнь, не говорите глупостей! Вы просто клевещете на меня! Принцесса, спасите меня, пожалуйста! Лицо принцессы сделалось чрезвычайно бледным, её губы слегка шевельнулись, но она так и не смогла произнести ни слова. Ей хотелось воспротивиться Цуй Буцюю, но она знала, что если у Цуй Буцюя хватило смелости произнести эти слова, это означало, что он собрал достаточно доказательств, поэтому, если она решится бросить ему вызов, то лишь навлечёт на себя позор. – Я ничего об этом не знаю. Сегодня я тоже находилась в саду и могла погибнуть вместе со всеми! – принцесса Лэпин бросила взгляд на Жэнь Юэ и с горечью спросила. – Жэнь Юэ, я всегда была добра к тебе, как ты мог укусить кормящую руку! Жэнь Юэ потрясённо посмотрел на неё и закричал: – Принцесса, пожалуйста, я не предатель, понятия не имею, откуда взялось это масло в цветочных горшках! Меня подставили! Принцесса, даже вы не верите мне? Вы же говорили, что будете любить меня всю жизнь! Не успел он закончить, как принцесса Лэпин прервала его громким возгласом: – Уведите его! Присутствующие переглядывались, а многие вели себя так, будто ничего не слышали, притворяясь глухими. Для принцессы иметь любовника не было чем-то из ряда вон выходящим. Принцесса Лэпин уже не первый год как овдовела, но она всё ещё была в расцвете сил, неудивительно, что ей не хотелось до конца жизни быть одинокой. Но это было её личное дело, и все закрывали на это глаза, продолжая воспринимать принцессу как добродетельную и целомудренную женщину. Все, кроме Цуй Буцюя, который, улыбнувшись, разоблачил её одной единственной фразой: – С внешностью Юйвэнь И, напоминающей императора прежней династии, Вашему Высочеству было трудно не отдать ему своё сердце. Принцесса Лэпин почувствовала, что у неё подгибаются колени, хорошо, что с обеих сторон её поддерживали служанки. Цуй Буцюй махнул рукой, приказав своим людям увести Жэнь Юэ и всех присутствующих подозреваемых. В развевающемся на ветру тёмном плаще поверх однотонного ханьфу, он стоял, излучая суровую и убийственную ауру, и после такой перемены событий никто не осмеливался приблизиться к нему. Янь Жэндэ, который ранее намеревался с помощью нефритового шара высмеять Цуй Буцюя, теперь сидел тише воды, опасаясь, что Цуй Буцюй вспомнит о случившемся и отомстит. Неожиданно, Цуй Буцюй действительно не забыл о нём. Указав на него, он сказал: – Этого человека возьмите тоже. Сердце Ян Жэндэ дрогнуло, он тут же запротестовал: – Цуй-хоу, я не замешан в этом преступлении, нельзя, прикрываясь служебными делами, мстить за личные обиды! Цуй Буцюй дважды кашлянул: – Молодой господин Ян, вы переоцениваете значение собственной персоны. Причина, по которой я приказал задержать вас, заключается в том, что, когда Жэнь Юэ прибыл в столицу, вы были первым, с кем он сошёлся. Тем, кто рекомендовал его во дворец принцессы, также были вы. Я хотел спросить: вам пришло в голову познакомить его с принцессой, потому что вы сразу заметили, что он похож на её покойного мужа? – Я этого не делал! Это не так! – завопил Ян Жэндэ. Цяо Сянь запечатала его голосовые меридианы, вынудив его замолчать. – Вы спрашивали, как разделить нить и шар, не разрушив их? Понятия не имею, но, молодой господин Ян, в тюрьме у вас будет достаточно времени для раздумий, так что, возможно, вы и сами в конце концов решите эту головоломку, – насмешливо сказал Цуй Буцюй, прежде чем отдать приказ. – Уведите его! Фэн Сяо чуть не расхохотался во весь голос: каждый раз, когда этот человек открывал рот, результат выходил в самом деле разрушительным. После такого у кого хватило бы духу продолжать праздник? Едва ли хоть гости, хоть хозяева смогли бы вернуть себе прежнее расположение духа, никто не мог прийти в себя. Наследный принц и принц Цзинь покинули вечер первыми, а вслед за ними начали расходиться и остальные. Дворецкие, провожавшие гостей, ужасно спешили, а поскольку бюро Цзоюэ всё ещё искало другие улики в резиденции принцессы, в саду царил хаос, и мерцание тысячи фонарей, бывшее до этого таким ослепительным, превратилось в неверную дымку. Порой так мало отделяет экстравагантное великолепие от суетливого беспорядка. Цуй Буцюй развернулся и вышел в окружении членов бюро Цзоюэ, его плащ резко взметнулся в ночи. Почти никто не заметил, что изображение лиса из мандариновой кожуры на столе за его спиной оказалось сметено его плащом так, что очертания мордочки совершенно размазались. Все менялись в лице, когда он проходил мимо, и никто не осмеливался преградить ему дорогу. Можно было с точностью сказать, что после сегодняшнего дня Цуй Буцюй из прославленного посла превратится в глазах общества в соперника Яньло [1].

[1] Яньло – повелитель Преисподней, судья загробного мира, имеющий власть распоряжаться судьбами людей.

Покинув сад Цинли, Цуй Буцюй приказал членам Цзоюэ разделиться на две группы: одна осталась в саду для поиска улик, а другая повезла Жэнь Юэ и остальных в тюрьму судебного министерства. Сам же он в сопровождении Цяо Сянь направился к своей повозке. Однако, когда он уже собирался сесть в неё, чья-то рука схватила его за плащ. Это было сделано с такой скоростью и силой, что Цяо Сянь не успела среагировать, а сам Цуй Буцюй, пошатнувшись, едва не упал на землю. В ярости обернувшись, он столкнулся взглядом с невинным лицом Фэн Сяо. – Даосский мастер Цуй такой негодяй, весь вечер провёл со мной, но ни разу не упомянул о нашем соглашении. После небольшой паузы Цуй Буцюй сказал: – Через три дня я буду ждать тебя в Чанлэ у ворот Тунхуа. Фэн Сяо улыбнулся: – Было бы неплохо, если бы ты сам сказал об этом раньше, правда? А то постоянно вынуждаешь гоняться за тобой, мне даже как-то неловко. Цуй Буцюй: – …Может уже отпустишь? Цяо Сянь бросилась на Фэн Сяо, пытаясь заставить его отцепиться от Цуй Буцюя, но тот, предугадав это, другой рукой заблокировал её атаку. Цяо Сянь ничего не оставалось, кроме как отступить на два шага, заняв оборонительную позицию. Фэн Сяо покачал головой: – В тот раз ты получила тяжёлые ранения, даже спустя полмесяца после возвращения они ещё не исцелились до конца. Готов поспорить, что, если бы Жэнь Юэ знал об этом, он бы так просто не сдался. – Ты! – лицо Цяо Сянь, не ожидавшей, что он так легко разоблачит её, мгновенно изменилось. – Цуй-хоу! Услышав этот женский голос, Цуй Буцюй почувствовал досаду: если бы не Фэн Сяо, он бы уже давно уехал. Но он всё равно обернулся. – Сяньчжу что-то нужно? Юйвэнь-сяньчжу в сопровождении служанки подошла к двери его повозки. – Цуй-хоу мог бы сообщить обо всём моей матери заранее, чтобы она была подготовлена, и тогда не было бы такого шума, как сейчас. После сегодняшнего вечера моя мать неизбежно потеряет лицо и этот инцидент оставит след на её репутации в будущем. Цуй-хоу, вы хоть на секунду задумывались об этом, прежде чем предпринимать такие действия? Цуй Буцюй прямо ответил: – Я уже доложил обо всём Императору. Если у сяньчжу есть вопросы, вы можете задать их Его Величеству. В этот момент к ним подошла ещё и принцесса Ланьлин. В глазах Юйвэнь-сяньчжу заблестели слёзы: – Могу я узнать, моя мать чем-то оскорбила господина Цуя, что вы мстите нам таким жестоким образом? В таком случае я могу встать на колени и извиниться от её имени, этого будет достаточно? Сказав это, прежде чем Цуй Буцюй успел отреагировать, она действительно опустилась на колени и поклонилась до земли. К этому моменту большинство гостей ещё не разъехалось, и у входа стояло множество повозок. Все, кто видел эту сцену, не могли не подумать, что Цуй Буцюй был слишком жесток, особенно по отношению к принцессе Лэпин и её дочери, которые явно не представляли угрозы для Императорского двора, будучи лишь вдовой и ребёнком. Принцесса Ланьлин помогла Юйвэнь-сяньчжу подняться на ноги, и, хотя она всегда была мягкой по натуре, не удержалась от упрёка в сторону Цуй Буцюя: – Зачем было поступать так, когда можно проявить милосердие, Цуй-хоу? Цуй Буцюй не стал ничего говорить в свою защиту. Со словами: «Я уйду первым», – он развернулся и сел в повозку, оставив трёх человек позади. Но после того, как он разместился внутри, скрестив ноги, на его лице появилась тень сомнения. Колёса медленно покатились вперёд. Цуй Буцюй приподнял угол занавески. Принцесса Ланьлин утешала свою племянницу, утирающую слёзы. – Странно, – пробормотал себе под нос Цуй Буцюй, опуская занавеску. – Что странно? Когда вы, сидя один в повозке, задаёте сами себе вопрос, и внезапно вам отвечают, то либо вы столкнулись с самым настоящим призраком, либо кто-то проник в вашу повозку. Резко обернувшись, он увидел, что в противоположное окно просунулась голова, после чего её обладатель скользнул внутрь, да так быстро, что Цуй Буцюй не успел его остановить. – Я подумал, что, поскольку ты был занят расследованием дела сегодня вечером, у тебя не было времени как следует поболтать со мной, так что ты, вероятно, испытывал сожаление по этому поводу. Поэтому я решил прийти сюда и дать тебе шанс наверстать упущенное, – нахально улыбнулся другой. Цуй Буцюй не успел издать и звука, как Фэн Сяо уже приблизился к нему вплотную и вдавил Цуй Буцюя в стенку повозки, удерживая его запястья с обеих сторон. Верхние части их тел почти прижались друг к другу, кончики носов находились так близко, что их дыхание смешивалось, и Цуй Буцюй даже видел своё отражение в глазах другого. В повозке было ещё теплее, чем снаружи, и на лбу Цуй Буцюя заметно выступал пот. Однако причина, по которой он не закричал, заключалась не в том, что Фэн Сяо запечатал его меридианы, и не в том, что он был ошеломлён его красотой. Скорее это было потому, что губы Фэн Сяо практически прижались к его губам, и он беззвучно произнёс слово за словом: – Под. Повозкой. Кто-то. Есть. Автору есть, что сказать: Небольшой сценарий, не связанный с основным сюжетом: Когда бюро Цзецзянь было только создано, Фэн Сяо принёс охапку павлиньих перьев, и пожелал, чтобы каждый воткнул себе по одному в волосы – пусть все видят, насколько необычным и уникальным является бюро Цзецзянь. Однако остальные решительно воспротивились этому, и желание Фэн Сяо так и не осуществилось. Перья в итоге украсили вазу в его комнате, и каждый раз, когда Фэн Сяо смотрел на неё, он вздыхал и восклицал, что во всём огромном мире нет никого, кто понимал бы его.