Птичье-бесовские переплетения

      Ребристая чернота ночного океана, испещрённая мелкой рябью и полная ярких извивающихся отражений: оранжевых и серебристых, совсем узких — следы фонарей. Чуть дальше мутные, жёлтые и более мелкие, но куда шире — дорожка от луны, необычайно яркой и большой сегодня. Катер мягко швартуется с особенно сильным толчком, и все пассажиры, как по команде, рывком вскакивают с мест. Бэту повезло сидеть одному — неудивительно при полупустом судне, но до чего приятно. На него наваливается усталость, и даже встать с места кажется непосильной задачей. Обычно встречи с друзьями радуют почти так же, как и свидания, — редкие в последнее время, — но не сегодня. Ничего, кроме изнеможения, отрешённости и желания не видеться с ними пару недель, вечер не принёс, и Бэту хочется лишь поскорее забыться.       Выходит последним, огибая швартовщика, и с едва различимым удовольствием ступает на ровную пристань. Океан совсем спокойный, ни намёка на качку, и всё-таки как же приятно чувствовать что-то устойчивее непривычного волнения судна. До Трелии Бэту всего раз доводилось путешествовать на корабле — и то для того, чтобы добраться до неё, — а к катерам, местному транспорту, приспособиться пока не успел. Да и Теру их не любит, особенно пассажирские, предпочитая добираться порталами, а в одиночку Бэт нечасто куда-то выбирается. Неспешно следуя за небольшой толпой, что торопится к извозчикам или на вокзал, он минует охрану и заворачивает вправо. Конечно, можно пройти чуть дальше и проехаться в карете, но здесь и баснословно дорого, и хочется прогуляться перед сном. Какая всё-таки глупость: доберётся до постоялого двора минут за десять, а цены тут же перестанут кусаться и уменьшатся едва ли не вдвое. Пользуясь отсутствием людей — из существ Бэт сегодня один — и ненадобностью следить за дорогой, рассматривает ограду с завитками и пожелтевшую листву. Ещё даже не конец лета, но солнце в Трелии не щадит никого, и деревья с травой вмиг желтеют, если поблизости нет спасительной тени. Забывается, утонув в усталом осмыслении дня, и слишком резво разворачивается, чувствуя мягкое постукивание по плечу.       — Далеко собрался? — в голосе Теру явное воркующее веселье, но и в нём, и в выражении лица сразу читается измотанность.       — Ага, решил пешочком дойти до виллы часика за два, а потом по верёвке на третий этаж прямо в нашу опочивальню, — подхватывает Теру под бёдра и, чуть согнувшись, кладёт голову ему на плечо. — У тебя рабочий день давно закончился, и ты уже должен видеть пятый сон, почему вдруг решил меня встретить?       — Мы в последние дни куда меньше видимся, да и как-то не хотелось ложиться без привычного опутывания, — глухо зевает и обнимает Бэта за плечи, другой рукой поглаживая его по волосам. — И подумал, что будет правильно тебя встретить и порадовать этим.       — Хе-хе, спасибо, лучшее событие за вечер. Я тебя даже не заметил, потому что слишком задумался о степени паршивости посиделок.       — Что-то случилось? — чуть ниже и обеспокоеннее, но всё ещё сонно.       — Ничего, что не подождёт до завтра — певчим птичкам давно пора ложиться, как и порядочным бесам.