If I cannot bend the will of heaven, I shall move hell

      Сынмин тяжело дышал, пот выступал на воротнике, пока он приводил себя в порядок. Чувствовал себя грязным — но не настолько, чтобы по-настоящему ненавидеть себя за это. Если это цена за то, чтобы Хёнджин и Феликс снова были довольны им, он охотно заплатил бы её ещё много раз. — Это вообще считается секс-работой? — задумчиво протянул Хёнджин. Он даже не пытался одеться. Феликс всё ещё распластался у изголовья, обессиленный и удовлетворённый.

Сынмин снова оказался единственным полностью одетым.

— С твоей стороны или с моей? — спросил он. — Потому что если ты переживаешь за свою добродетельность, думаю, уже немного поздно.       Минхо разнесёт им задницы за то, что они трахаются прямо на работе. Но сегодня его не было в клубе, а Сынмин не смог устоять перед соблазном отвлечься от мыслей о предстоящей встрече. — С твоей, — ответил Хёнджин. — Ты ведь сейчас получаешь деньги, значит, считается?       Сынмин завязывал галстук и молился, чтобы позже успеть принять душ, прежде чем идти на встречу. — Нет, потому что это означало бы, что либо вы платите мне за то, чтобы я вас трахал, либо меня наняли именно для этого, — нахмурился он. Иногда ему казалось, что Хёнджин всегда говорит первую мысль, что приходит ему в голову, и никогда не думает дальше первой фразы. — Ну, технически именно это я и имел в виду, когда встал на колени и умолял Минхо о разрешении, — заметил Феликс, приходя в себя и подыгрывая Хёнджину. — Но я думаю, что нам не пришлось бы платить Сынмини за что-либо. Он и так с нами достаточно хороший.       Феликс сейчас изображал милого, но Сынмин не смог сдержать мягкой улыбки, снова склонившись к нему, чтобы поцеловать. Как получить следующую дозу. Феликс захихикал в поцелуй, довольный своей победой.       Он уже знал, что такое зависимость, — симптомы были очевидны. Всё чаще он ловил себя на том, что не может отказать себе, снова и снова возвращаясь за новым. — Милый для тебя, может быть, — фыркнул Хёнджин. Сынмин отстранился вовремя, чтобы заметить, как тот закатил глаза. — Чтобы относился ко мне как к принцессе, его пришлось бы подкупать. А у меня, боюсь, нет на это средств.       Сынмин ухватил его за бедро, возвращая в центр кровати. Ему совсем не хотелось думать, кто ещё был на этих простынях на третьем этаже «Venom». — Ты можешь просто попросить, без нытья, — сказал он, заставив Хёнджина фыркнуть. — Все эти драматические выходки тебе не нужны. Ты и так всегда получаешь, чего хочешь.

Хёнджин надул губы, а Сынмин слегка усмехнулся и поцеловал его.

Из наушника, брошенного на тумбочке, раздалось шипение эфира. Сынмин вздохнул и поднял его.

      Несколько месяцев назад он бы ужаснулся одной мысли о том, чтобы вот так потерять бдительность. Но с Минхо вне здания, а Хёнджином и Феликсом прямо перед ним, ему было плевать, что ещё происходит в «Venom». Всё равно его работа больше не заключалась в том, чтобы охранять весь клуб. Только этих двоих, которые медленно разрушали его покой. — Я постою у двери, пока вы переоденетесь, — вздохнул Сынмин. Ему по-настоящему не нравился этот этаж. Слишком неприятно было думать, кто ещё раньше спускался сюда к ним. Он знал, что обоим запретили брать клиентов после того первого случая, но всё равно в животе неприятно скручивалось при мысли, что они могут снова начать.       Возможно, это взыграла его собственная ревность. Феликсу бы очень понравилось узнать об этом, поэтому Сынмин держал это при себе.       Выйдя в коридор, он увидел одного из охранников, который смотрел на него с тяжёлым осуждением. Уже какое-то время было ясно, что положение Сынмина в «Venom» выше обычного. И это вызывало напряжение: кто ещё мог позволить себе уйти со смены, чтобы переспать с двумя танцорами прямо в рабочее время, если бы не трахал самого босса? — Нравится вид? — холодно спросил Сынмин. — Я ничего не вижу, — спокойно ответил Хуан. Специально обученный. Идеальные слова, которые можно использовать с важным клиентом. — С кем ты разговариваешь? — Феликс обвился вокруг спины Сынмина. Обычно тот не позволял ему быть настолько ласковым на глазах у коллег, но раздражение из-за чужой оценки давило на горло, и он притянул Феликса ближе, обняв за талию. — Ни с кем, — пробормотал он и повернулся полностью к нему. — Тебе надо готовиться к следующему выходу. Мы же знаем, сколько времени у Джинни уходит на сборы.

Феликс закатил глаза, но послушно вернулся в комнату за Хёнджином.

— Ты уверен, что понимаешь, во что влез? — тихо сказал Хуан, когда коридор стих. Музыка всё ещё гремела, но заглушённо, и Сынмин отчётливо уловил его голос. — Ты вроде хороший парень.

Сынмин сжал губы, пытаясь придумать ответ, немного ошеломлённый.

Но не успел.

Хёнджин вышел из комнаты, взгляд острый, сначала на охранника, потом на Сынмина.

      На нём был сценический костюм — то есть почти ничего. И всё же он умудрялся выглядеть устрашающе. В его присутствии не оставалось места для осуждения. — Мы идём? — спросил он с привычной ноткой нетерпения в голосе, будто не он всегда заставлял всех ждать. Сынмин усмехнулся и жестом предложил ему идти вперёд, когда следом появился Феликс.

Он позволил двоим пройти вперёд.

— Серьёзно, — тихо сказал Хуан, хватая Сынмина за руку. — Я знаю людей, которые могут тебя вывести. Безопасно.

Глаза Сынмина сверкнули, кожа зазудела от чужого прикосновения, и он резко вырвал руку.

— Следи за тем, что говоришь, — низко бросил он. — И не суй нос туда, куда не следует.

Охранник не отступил и не дрогнул от его резкости.

— Подумай об этом. А потом найди меня, — только и сказал он.       Хёнджин уже вернулся к его боку, нахмурившись, оценивая ситуацию. Его плечи заслонили Феликса, и от него исходила напряжённость. — Проблемы? — спросил он. Несмотря на то, что снаружи он мог казаться легкомысленным, инстинкты у него были, как у акулы. — Нет, — быстро сказал Сынмин, соображая на ходу. — Хуан рассказывал мне про инцидент в мужском туалете.       Лицо Хуана не изменилось, взгляд остался ровным. Этого было достаточно, чтобы вызвать подозрения.

Сынмин отложил это в памяти на потом.

      Хёнджин всё ещё смотрел недоверчиво, но Сынмин отвлёк его напоминанием, что тот должен выйти на сцену.

***

      Оставшаяся часть дня пролетела в тумане, и Сынмин дрожал, когда вёз Феликса и Хёнджина в пентхаус. Только теперь он понял, насколько сильно Минхо старался держаться подальше от дома, пока сам не начал чувствовать себя спокойно рядом с Сынмином. Его присутствие в пентхаусе оставалось редким, но следы его жизни теперь были разбросаны по дому, заполняя пустоту.       Сынмину пентхаус нравился больше, даже несмотря на холодное богатство, чем безвкусная комната казино, где остальные трое жили, как холостяки. Там ясно чувствовался художественный вкус Минхо и Хёнджина.

И он прекрасно понимал желание Чонина иметь собственное пространство.

      Квартира Чонина, где теперь жил и Сынмин, была далека от скромности, но и не имела роскоши пентхауса или казино. Простая, но просторная. И заметно более чистая, с тех пор как Сынмин поселился там. Казалось, Чонин адаптировался под его педантичность — то ли из вежливости, то ли от неловкости.       Сынмин задумался, надолго ли этого хватит. Ведь всё детство он нудил Чонину по поводу его беспорядка.

***

      В квартире воздух был напряжённым, когда он вернулся после того, как отвёз остальных. Чонин сидел на диване, уже одетый, волосы ещё влажные после душа. Он выглядел так же, как в тот первый день, когда Сынмин снова увидел его в пентхаусе. Сердце сжалось. — Ты выглядишь… — начал Чонин, но тут же осёкся, словно проговорился.

Сынмин прекрасно знал, как он выглядит: растрёпанный, помятый, выебанный.

Всю смену его это терзало, но он не мог пожалеть о случившемся.

— Мне нужно в душ, — сказал он в густой тишине и двинулся вперёд.       Выражение лица Чонина ясно показывало, что он понял, чем Сынмин был занят. Он отвернулся, и в груди у того болезненно кольнуло.

Они ведь чужие, не так ли?

Просто коллеги. Которые, к тому же, трахают одних и тех же мужчин.

Какой же бардак.

Сынмин направился в ванную, но Чонин встал.

— Подожди секунду, — сказал он. — Прежде чем мы пойдём, ты должен знать. Я не хочу, чтобы ты шёл вслепую. Я… собрал это для тебя.

В руках у него была папка. Сынмин сразу потянулся за ней, кровь забилась в висках.

— Меня приучили тщательно всё изучать. Я подумал, тебе тоже стоит — ведь ты любишь быть готовым, — пробормотал Чонин.       Сынмин едва не застонал от удовлетворения, пролистывая папку. Это было не так основательно, как делал Ренджун, но всё равно хорошо. Некоторые лица он узнавал, но большинство — нет. Люди из низших слоёв, которые до сих пор не казались важными для его миссии.

Что ж, теперь их звёздный час настанет.

— Думаешь, у тебя будет достаточно времени? Мы можем взять это в машину, — сказал Чонин, в голосе проскользнула тревога. Слишком уж он стал осторожным рядом с Сынмином после Суюн. Тот сам не знал, что с этим делать. Будто перед ним был совсем другой Чонин. — Мне не нужно больше времени, — улыбнулся Сынмин. Папка ему очень понравилась. — Я быстро всё выучу, не переживай.

Чонин только кивнул.

      Сынмин тем временем поприветствовал Дайджин, поднял её на руки и, продолжая держать папку раскрытой, пошёл с ней по квартире.       Он почти пропустил странное выражение на лице Чонина: смесь мягкости и чего-то ещё… похожего на боль. Сынмин хотел спросить, но Чонин отвернулся, и тот снова остался в тупике.

Запутавшись в клубке загадок по имени Ян Чонин и их прошлого.

Сынмин поцеловал Дайджин в пушистую макушку, опустил её на пол и отправился готовиться к встрече.