Звезда смерти главного героя

(в данной главе предоставлен материал, запрещённый для лиц, не достигших возраста 18 лет) Нет ничего более странного, чем фантазия природы. Цветок Такка, на который в шуме музыки смотрел сейчас Ци Юнь, выглядел, мягко сказать, непривлекательно. Похожий на морду зубастого чудища он отвращал от себя внимание. Все цветы, что попадались ему ранее, были на редкость выразительными и красивыми, но этот трудно было описать словами. Он узнал обиходное выражение «в семье не без урода», которое в точности подходило этому растению. Больше ста лет он смотрел на своё отражение в озере и восхищался своей неотразимостью и грациозностью, но, увидев это создание не от мира сего, ещё больше поразился тому, каким восхитительным он всегда был. Проводя дни с Цзы Юйем он понял, что любовь и уважение к себе является основой самоутверждения в этом мире. Чем крепче чувство собственного достоинства, тем меньше боли посторонние смогут причинить. В нынешнем, полном несправедливости, мире много кто хочет потешить своё эго за чужой счёт, однако, если ты уверен в себе, то их гадкие мысли и планы в мгновение ока спадут на «нет». — Мне кажется, его нужно измельчить, — вытащил его из размышлений Цзы Юй. — В таком виде он скоро завянет, тогда прока от него будет мало. Но если сделать это сейчас, боюсь, к нашему прибытию в павильон Первозданной пустоты он потеряет силу. Значит нужно скорее раздобыть второе растение и передать их Ао Линю, а затем отправиться за последним. К тому моменту половина лекарства уже будет готово. — Ты слишком переживаешь, — отмахнулся Ци Юнь, — смотри, — он сделал несколько движений рукой и направил энергию на цветок, отчего тот тут же покрылся коркой льда. — Так он не завянет. Буду почаще его подмораживать, чтобы сохранился до поры. — Хорошо, — кивнул Цзы Юй, — пусть так. Стемнело, — обычно время его не беспокоило, поэтому Ци Юнь насторожился, услышав это. — Отдохнём, чтобы встать пораньше и отправиться в путь, — он встал и направился в гостевую комнату. Ци Юнь направился вслед за ним. Совсем недавно его сильно расстроил тот факт, что им придётся делить одну комнату, поэтому был решительно настроен спать на тахте, но сейчас его озаботила подозрительность Цзы Юйя, поэтому он с нетерпением, как только вошёл, сразу же лёг и укрылся лёгким одеялом. На самом деле, одеяло ему не требовалось, но приятное ощущение защищённости, которое оно дарило приводило Ци Юня в восторг. Кто бы мог подумать, что такие обычные вещи могут приносить удовольствие? Пролежав на боку с одним полуоткрытым глазом значительно долгое время, он пытался уловить хотя бы одно движение Цзы Юйя, но тот покойно спал, лишь его грудь размеренно поднималась и опускалась в такт глубокому дыханию. Но спустя пару минут, он аккуратно присел, опираясь на руки за спиной, и вытянул шею, разглядывая Ци Юня. Юнь тут же закрыл приоткрытый глаз и стал ждать. По комнате пронеслись быстрые, но тихие шаги, а после наступила тишина. Ци Юнь открыл глаза и оказалось, что теперь он остался один в этой освещённой комнате. — И куда же ты сбежал? — чуть ли не по слогам прошептал Ци Юнь, приподняв одну бровь и склонив голову набок. Он прикрыл глаза ладонью, его губы задвигались в бесшумном танце, а после, открыв глаза, осмотрел комнату. Нити зелёной энергии извивались путанным клубком по всей комнате, а под конец выходили в окно, стремясь в неизвестность. — Хитрый лис, — ухмыльнулся Ци Юнь, — сам же учил меня быть предусмотрительным, так чего так глупо попадаешься? Пройдя пару шагов до окна, Ци Юнь проследил за удаляющимся источником энергии. Тот тянулся сначала по крышам, а потом скрылся за невысоким зданием. Глупо было отрицать, что замыслы друга заинтересовали Юня, поэтому он тоже не постеснялся прыгнуть в окно и пойти по следу. Он вёл его по тёмным закоулкам, и чем дальше Ци Юнь шёл, тем слабее становился его проводник. Наконец он вышел к переулку, соединённому с одной из главных улиц города, озарённого множеством фонарей. Люди тут, казалось, совсем не собирались расходиться по домам, многие из них были уже прилично пьяны, кричали несвязный бред и смеялись. — Мерзость, — скривился он. — Вы живёте такую ничтожно короткую жизнь, а всё равно умудряетесь тратить её на бессмысленные вещи, приносящие лишь краткий момент удовольствия и портящий тело и душу. Как уж тут переродиться в достойную личность... — его голос был тихим, но вздох, что он издал, оказался довольно громким. Он присмотрелся и заметил, что остатки того самого следа тянутся в одно из освещённых зданий. Подняв взгляд к табличке, он прищурился. Та гласила: «Сливовый Сад». — И что это? — задумался Юнь и потёр переносицу левой рукой. Его белые одеяния среди этой освещённой улицы отдавали блеском. Решив, что выглядеть монахом в глазах этих пьянчуг — высшей степени презрение, он, поразмыслив, взмахнул рукой. Светлые одежды тут же сменили цвет на противоположный. Теперь, находясь в темном переулке, он мог не заметить сам себя. Только бледная кожа не поддавалась таким чудотворным изменениям, что было удручающим, ведь стань его кожа на пару оттенков темнее, отличить его от нормального человека было бы невозможно. Перейдя дорогу, а после переступив порог «Сливового Сада», Ци Юнь сразу же почувствовал удушье. Даже раскрытые входные двери не могли помочь выветрить стойкий запах алкоголя. Несколько девушек уже спешили окружить его и затащить за один из столиков, чтобы предложить выпивку или другие услуги, но он ловко обогнул каждую из них, направляясь к лестнице, ведущей на второй этаж. Ци Юнь уж было собирался подняться, как его внимание своим звонким голосом привлекла госпожа средних лет, судя по всему, управляющая этим заведением. — Молодой господин спешит отдохнуть, — управляющая улыбнулась так широко, что слой пудры на её лице едва не осыпался на дорогую одежду, облегающую её тело. — Господин, для начала вам следует заплатить, а после вас проводят в комнату и пришлют одну их наших роз. — Я... — он замялся, силясь что-то придумать. Денег у него не было, да и желания задерживаться здесь тоже. И вот, когда он уже мысленно сдался и хотел было уйти, в его светлую голову пришла мысль выдумать самую гнусную ложь, на которую он был способен: — Барышня, — он не скупился на лесть, что, судя по выражению лица, несомненно оценила управляющая, на барышню она перестала быть похожей лет так тридцать назад, — простите моё невежество, но сегодня я пришёл сюда не насладиться вашим райским садом. Дело в том, что здесь мой товарищ. Этот бессовестный бросил дома в одиночестве свою беременную жену, которая вот-вот родит. Слезы на её глазах не высыхали с тех пор, как она узнала, что он развлекается здесь, — ещё немного и от такой наглой лжи его собственные уши начнут гореть огнём. — Пожалуйста, красавица, позвольте мне найти моего нерадивого друга. Обещаю, в следующий раз обязательно ещё раз загляну к вам. Мне стыдится нечего, я свободный человек. Управляющую выдал её сочувствующий взгляд. Кажется, она понимала чувства и горести замужних женщин, но откуда, если сама ни разу не была замужем? Она распахнула свой складной веер и тихо произнесла: — С одного взгляда на вас ясно, что вы благородный человек, — она опустила взгляд вниз. — Раз у вас такая беда, то я разрешу вам подняться, всё равно серебро мной уже получено. — Ах ты наглая потаскуха! — разнеслось по зале и о стену полетел кувшин, с треском разбившись. — Прошу меня извинить, господин, — она зачем-то сложила свой веер и стукнула им по своей ладони. — Вы можете пройти, — управительница глянула в сторону дебоша, а потом с усталостью в голосе добавила: — а мне пришла пора заняться уборкой и выкинуть отсюда мусор. Как только она отошла на приличное расстояние, послышалось громкое: «Что за балаган вы тут устроили!? Как не стыдно!». Ци Юнь громко выдохнул. Ему пришлось лгать просто потому, что чёрт дёрнул проследить за Цзы Юйем. Мысленно он пообещал сам себе, что если соврёт ещё раз, то обязательно сломает себе руку в назидание. Пока лгунишка поднимался по лестнице, старался ничего не касаться кожей. Всё вокруг выглядело в его глазах грязным и мерзким. На втором этаже располагалось по меньшей мере десять комнат. Осталось лишь выяснить, в какой из них наслаждается обществом красавицы Цзы Юй. Если его когда-нибудь спросят об одном из самых постыдных дел, что он совершал, то упоминание будет только о том, как он подслушивал под каждой дверью борделя. Не познай он стыда, дело пошло бы быстрее, но с каждой последующей дверью он готов был проклясть сам себя, пока не добрался до нужной двери, по ту сторону которой слышал звонкий смех и быструю речь Цзы Юйя. Ци Юнь прислонился спиной к стене подле двери, сложил руки на груди и опустил взгляд на дверную щель, откуда наружу проникал слабый свет. Через некоторое время свет потух, и Ци Юнь набрался храбрости проникнуть внутрь. Он ожидал, что дверь скрипнет и его аморальное поведение увидят все, но этого не произошло, поэтому он быстро проник в комнату, где обнаружил закрытую плотным пологом по кругу кровать, а за ним, внутри, горела лишь одна свеча, стоящая на привинченном к стене подсвечнике. Ци Юнь прошёл к дальнему тёмному углу, из которого был виден просвет между тканями, и слился с его темнотой, наблюдая, как одна единственная слабая свеча отражает силуэты двух людей. Эта парочка спеша раздевала друг друга, словно боясь, что скоро расстанется. Юнь наблюдал, как Цзы Юй, снимая с барышни исподнее, со звериным рвением выцеловывал каждый сантиметр её тела, значительное внимания уделяя её пышной груди, а в частности, бледно-розовым соскам. Ци Юнь заметил, что его губы побывали уже практически везде, но к её губам он не прикасался. Однажды Цзы Юй сказал, что между мужчинами и женщинами может быть очень тесная связь, доносящая незабываемое удовольствие, но тогда он и предположить не мог, что речь шла именно об этом. Ци Юнь, глядя на это ни капли не смутился. Он подумал, что, возможно, ему не понравилась эта пышнотелая девушка, поэтому его ум не дрогнул и тело не отреагировало на картину, представшую перед глазами. Из мыслей его выдернуло хихиканье дамы, которая с улыбкой на лице просила больше не мучить её. Это показалось странным, ведь ничего плохого, что причинило бы ей боль, Цзы Юй не делал, но потом он увидел, как его товарищ взял в руку свой наполненный жизнью половой орган и, проведя по нему несколько раз, засунул его в отверстие меж ног барышни, отчего та громко ахнула. Тогда он полностью убедился в том, что всё её притворство было лишь для того, чтобы он проник внутрь неё. «Вот обманщица!» — подумал Ци Юнь, а потом, вспомнив как попал сюда, пристыдил ещё и себя. Ци Юнь всё ещё не понимал, как совокупность этих действий может являться наслаждением. Что они чувствуют? Почему их лица такие довольные? Особенно сейчас, когда Цзы Юй двигается в теле этой девушки. Разве ей не больно? Почему её вздохи сопровождаются нежным и довольным смехом? Размышления Ци Юня оборвали хлюпающие звуки, от которых можно было сделать вывод, что внутри дамы как минимум было скользко. Спустя недолгое время «обжиманий», их вспотевшие тела отделились друг от друга, и Цзы Юй вытащил своё достоинство из чужого тела, из которого импульсами стреляла белая жидкость. Ци Юнь вздрогнул от омерзения и, нахмурив брови, отвёл глаза. Он решил, что на этом всё и пора бы уже покинуть комнату, но краем глаза заметил новое движение. Цзы Юй подхватил барышню за бока и одним движением ловких рук перевернул её на живот, подтянул ягодицы ближе к себе и, высунув язык, прошёлся им по жерлу её бёдер. — Господин, не тратьте своё время, я успела подготовиться, — протяжно произнесла она. Цзы Юй, как только услышал это, словно сошёл с ума. Он снова схватился за свой «духовный корень» и без опаски медленно вошёл в проход барышни, которая успела только вскрикнуть. Ци Юнь, услышав это, глубоко вдохнул, будто это ему сейчас причинили боль, а потом его веки раскрылись шире обычного, когда Цзы Юй остервенело, быстро и с напором начал вдалбливаться в девушку, что сейчас старалась лишь успевать вдыхать и выдыхать, но прошла минута и она начала постанывать в такт его толчков. Ци Юню стало казаться, будто воздух в комнате стал горячее, что изрядно добавило дискомфорта к и так неприличной ситуации. Он не мог более выносить это зрелище, потому подорвался, но, вспомнив, что он не в театре, а вообще-то наглым образом подглядывает, вышел из комнаты так же тихо, как и вошёл. Шумный зал «Сливового Сада» теперь не представлял из себя ничего. Уши Ци Юня были наглухо забиты. Погружённый в свои мысли, он видел перед глазами сцены, что недавно наблюдал. Они никак не выходили из головы. Вероятно, это самое запоминающееся, что он наблюдал. Пока они с Цзы Юйем шли к Бездне, он повидал в мире смертных холод, голод и даже жестокость, на которую они были способны, но такое было впервые. Так, укутавшись в свои мысли и абстрагировавшись от внешнего мира, Ци Юнь спустился на нижний этаж и присел за ближайший пустой столик. Управляющая, заметившая его, хотела было подойти, но, завидев его отрешенный вид, передумала. «Вероятно, этот благородный муж разочаровался в своём друге» — подумала она.

***

Цзы Юй спустился вниз, перед самым рассветом. Он не спал всю ночь, но был бодр, полон сил и энергии. По его виду нельзя даже предположить, что всю прошлую ночь он неустанно развлекался с красавицей, чей заискивающий смех раздавался в те моменты, когда его не должно было быть. Не оглядываясь по сторонам, он решительно и быстро зашагал к выходу, пока его не остановил до боли знакомый голос. — А ты, хочу заметить, весьма энергичный, — Ци Юнь уже успел прийти в себя и сейчас испытывающим взглядом наблюдал за реакцией друга. — А ты здесь откуда? Цзы Юй, казалось, не был потрясён его появлению в этом злачном месте. Его не интересовало, как он сюда попал, но он уже успел догадаться, что тот просто не смог побороть своего любопытства. Когда он покидал таверну, то знал, что Ци Юнь не спит.  В случае, он не стал показывать своей уверенности в его бесхитростном любопытстве, а сделал удивлённый вид. — Ты ушёл среди ночи, вот и стало интересно, куда, — без лжи ответил Ци Юнь. Цзы Юй усмехнулся. Этот паренёк действительно слишком наивный и неискушённый жизнью. Он даже не стал придумывать глупых отговорок, а прямо ответил на вопрос, ставящий в трудное положение. — Ну так что? — решил уйти он от темы. — Успел найти здесь для себя что-нибудь интересное? — Э... — Ци Юнь огляделся по сторонам, в надежде увидеть хоть что-то цепляющее взгляд, но так ничего и не нашёл. — Нет тут ничего особенно завлекающего. Может пойдём? Тебе ещё нужно отдохнуть, перед тем, как мы отправимся в путь. — Я уже достаточно «отдохнул», — просиял Цзы Юй, уперев руки в бока. Поводов оставаться в этом городе больше не было, потому друзья вышли за ворота и огляделись по сторонам. — Никого, — заметил Цзы Юй. — Отправляемся в Царство Духов, следуй за мной и не отставай. Если потеряешься, будет проблематично тебя искать. Ци Юнь кивнул и последовал за Цзы Юйем. От их присутствия остался только бледный пар, оставленный Ци Юнем. Путешествовать перемещениями гораздо проще, чем пешком добираться до места назначения, но не столь интересно. Пока они добирались до Царства Демонов, то была возможность увидеть незамысловатые и затейливые изобретения людей, которые они создают для облегчения своей жизни. Однако больше всего ему понравились украшения, что покупали девушки в лавках. Выглядело всё это одновременно роскошно и элегантно. Ци Юнь прямо таки чувствовал, что создан для ношения таких вещиц. Тогда он спросил у Цзы Юйя, можно ли ему приобрести парочку украшений, но тот ответил, что это ни к чему, что если появится желание, то можно наколдовать себе задуманный образ. Его слова врезались в память и никак не хотели забываться, поэтому, пока они летели в Царство духов, глаза его следили за передвижениями друга, а мысли создавали себе предполагаемый образ. Это было не просто смена одежды по случаю, это уже целая задумка, произведение искусства, созданное им самим. Цзы Юй приземлился на гиацинтовой поляне, пробежался глазами по полю, чтобы понять, куда им держать путь, а после оглянулся. Его взор упал на преобразившегося в мгновение Ци Юня: идеально струящееся перламутровое ханьфу с широким рукавом, удлинённым подолом и воротом, закрывающим шею, блестящим по кайме; голову украшал ореольный нефритовый гуань в форме лотоса, а в, аккуратно собранных, чёрных волосах вплетены нити с маленькими жемчужинами, отражающими свет. Образ и впрямь был ошеломляющим. — Думаешь, ты звезда с неба? — пожурил Цзы Юй. — Зачем всё это? На тебя даже глядеть сложно. Весь блестишь. Юй демонстративно прикрыл глаза ладонью, якобы слепленный величественным сиянием. — Что-то не нравится? — Ци Юнь поднял брови вверх и расставил руки по сторонам так, что его длинные рукава стали похожи на крылья. — Не нравится — не смотри. Цзы Юй вздохнул. В то время, как он старается скрыть происхождение этого глупого мальчишки, тот раскрывает себя в полной красе. В Бездне он даже создал для него маску, но тот снял её сразу же, как покинул Царство. Это божество невозможно контролировать. Упёртый, как маленький ребёнок. — Ладно, — Цзы Юй отвернулся, придётся привыкать к этому сияющему виду. — Нужно добраться до клана врачевателей. Наш успех зависит от их согласия. Ци Юнь кивнул и сделал шаг вперёд, чтобы последовать за компаньоном, но в следующий миг пошатнулся и рухнул на колени, успев лишь опереться руками о землю. Цзы Юй, заметивший это тут же подбежал и попытался помочь, но как только протянул руку, Ци Юнь отшатнулся в сторону. — Что с тобой? — взволнованно спросил он. — Мне... — голос Ци Юня прерывался, он старался дышать, но получалось лишь часто сглатывать слюну. — Мне нужно в тень, — он поднял голову к небу, на беспощадное солнце и сощурился, — а ещё лучше к воде. Цзы Юй искренне не понимал, что происходит. Ранее он не замечал никаких недугов за свои другом, но сейчас, видя его в таком жалком состоянии, его словно застали врасплох. Он завертел головой, надеясь увидеть хотя бы одно дерево, подарившее бы им небольшую тень, но, как назло, не было ни одного. — Потерпи, Ци Юнь, — лихорадочно пролепетал Цзы Юй. — Я постараюсь что-нибудь найти, чтобы помочь тебе, — а после исчез. — Воды... — прошептал Ци Юнь и в глазах его начало мутнеть. Приятная прохлада поцеловала его шею, а солнце стыдливо скрылось от него. Так показалось уже терявшему сознание Ци Юню. Он глубоко вдохнул, его, успевшие высохнуть, губы растянулись в блаженной улыбке и потускнелый взгляд обратился вверх, где стояла незнакомая фигура, державшая над ним раскрытый зонт. — Ты хотел воды, — сказал спаситель. — Держи, — он протянул флягу с водой. Ци Юнь поспешно выхватил уже открытую флягу дрожащими руками и начал жадно глотать содержимое. Бутыль уже опустела, но хотелось ещё, однако даже эта малость помогла хотя бы немного прийти в себя. Он неуклюже приподнялся на ослабших ногах и посмотрел в глаза своему спасителю. — Благодарю, господин, — произнёс он. — Вы выглядели плохо, — ответил незнакомец. — Было бы кощунством не прийти на помощь. — Можете не верить, но вы спасли мне жизнь этим крохотным жестом, — он всё ещё не мог восстановить дыхание. Незнакомец долго молчал и, не отводя взгляда, всматривался в глаза Ци Юня. Атмосфера начала приобретать неуютные оттенки. Ци Юню с каждой прошедшей секундой всё больше хотелось сбежать. — Ваши глаза необыкновенные, — наконец-то прервал молчание незнакомец. — Меня зовут Мо Шен. Позволите узнать ваше имя? — Ци Юнь! — Цзы Юй вернулся как раз в момент, когда он хотел ответить. — Ты в порядке? Я нашёл источник с водой, — подбежал он ближе. — А это кто? Ци Юнь повернул голову сначала на Цзы Юйя, с подозрением наблюдавшего за незнакомым для него человеком, а затем на Мо Шена, с интересом разглядывающего его самого. — Этот господин помог мне, — ответил Ци Юнь. — Он сказал, что его зовут Мо Шен. Цзы Юй сощурил глаза, ещё раз прошёлся взглядом по Мо Шену и, резко схватив Ци Юня за руку, оттащил его себе за спину. Ци Юнь скривил губы и посмотрел на собственную руку, словно осквернённую чем-то. — Мо Шен? — переспросил он, чтобы удостовериться. Мо Шен кивнул. Он не имел чести быть знакомым с человеком, стоящим перед ним, но чувствовал, что тот настроен враждебно. — Непокорный ученик своего учителя, — выдал рот Цзы Юйя, даже не подумавший отфильтровать слова. — Что ты здесь забыл? Сбежал от наказания и разгуливаешь в Царстве Духов? Предатель. — Ты знаешь кто я и кто мой учитель, но смеешь так разговаривать со мной? — перебил его Мо Шен. — Ах ты мелкий паршивец! — вскипел Цзы Юй и, сделав выпад вперёд, сбил Мо Шена наземь ударом своей ноги по его ногам, а затем наступил ему на грудь. — Я научу тебя послушанию. — Цзы Юй, что ты делаешь? — пытался успокоить его Ци Юнь. Он поднял упавший зонт и закрылся им от солнца. — Он же помог мне. Разве можно обращаться так с благодетелем? Цзы Юй скорчил непонимающую мину. — Будь так, для тебя он благодетель, а для меня изменник, предавший доверие своего учителя. — Да отпусти же его, — скомандовал Ци Юнь, а заметив, что на него не обращают внимания, вынул свою флейту и бездумно начал лупить ей по спине Цзы Юйя. — Ай-яй-яй, — отскочил Цзы Юй, — ну что ты творишь? Больно же. Ци Юнь не слушал его вопли, а лишь протянул конец своей флейты лежащему на земле Мо Шену, тот, в свою очередь, улыбнулся и, воспользовавшись помощью, схватился за предмет и поднялся. — Спасибо, — бросил Мо Шен. — Да что ты... — открыл рот Цзы Юй, но не успел договорить. — Цзы Юй! — твёрдо произнёс Ци Юнь. — Мне не важно, что этот человек делал в прошлом. Это только между вами. Я не позволю тебе причинять вред тому, кто протянул мне руку в момент отчаяния. Цзы Юй нахмурился и обиженно отвернулся от этих двоих, показывая своё несогласие. — Господин Мо, я невероятно удачлив, раз встретил сегодня вас. Примите мою благодарность. Если однажды вам понадобится помощь, и судьбой будет уготована наша встреча, я сделаю всё возможное, чтобы оказать её вам, — его деловой, но дружелюбный тон, как всегда, вызывал восхищение. — А сейчас просите нас, нам пора идти. Ци Юнь ткнул флейтой в бок всё ещё обиженному Цзы Юйю, тот с недовольным лицом повернулся и зашагал в нужном им направлении, а Ци Юнь послушно последовал за ним. — Куда вы направляетесь? — окликнул уходящих Мо Шен. — В долину врачевателей, — крикнул Ци Юнь, не дав другу возможности вновь наговорить гадостей. — Могу ли я пойти с вами? — поинтересовался он. — Нет! — Да! Их одновременные ответы застали Мо Шена врасплох, но он и не думал слушать вздорного Цзы Юйя, поэтому, склонив голову вниз, тихо поплёлся за ними. — Почему тебе внезапно стало плохо? — спросил Цзы Юй. Ци Юнь не ответил. Он не видел смысла в том, чтобы нагружать товарища своими проблемами, особенно зная, что помочь Цзы Юй ему не сможет. Возможно, где-то есть талантливый человек, имеющий в закромах своего сознания тайные знания о его состоянии и о том, как поддерживать его тело, но пока они не встречали никого столь выдающегося. Ци Юнь лишь поднял голову, к небу, и, завидев красный зонт над головой вместо солнца, слегка улыбнулся.