Поцелуй со вкусом соли

Эндрю всегда выполнял обещания. Они сковывали его запястья крепче цепей, впиваясь в кожу невидимыми оковами, — особенно то, роковое, данное Аарону с десяток лет назад. Оно до сих пор обжигало ребра Миньярда, копошилось под кожей, напоминало о себе каждый раз, когда взгляд медовых глаз цеплялся за светлую макушку, идентичную его собственной. Но, в отличие от Эндрю, Аарон не страдал от верности своим словам. Он с легкостью гнул их, словно морскую траву, и это разъедало Миньярда изнутри. Первый раз Эндрю ощутил это тогда — липкое, противное чувство, заползающее под кожу. Оно шевелилось в его венах, когда Аарон тайком пробирался на берег к человеческой девушке. Это чувство обжигало пищевод кислотой, затмевало пленку эйфории от наркотиков, когда близнец возвращался, пахнущий чужими духами и притворным раскаянием. И это было иронично: Эндрю, существо, по определению лишённое эмоций, теперь ежедневно испытывал на кончиках щупальцев отголоски боли и раздражения. Но это... Это было иным. Это чесалось. Буквально. Как песок в открытой ране, как соль под веками. Каждый раз, когда Аарон переступал черту, близнец чувствовал, как его спина покрывается невидимым слоем отвращения. И самое мерзкое? Он не мог избавиться от этого. Ведь обещания надо выполнять. Потому что обещания — это единственное, что у него было от так называемой «человечности» (которую он ненавидел). А Аарон? Аарон методично превращал эту человечность в пустой звук. Даже сейчас, сквозь океанскую толщу, он чувствовал, как оно чешется — это мерзкое чувство, въевшееся под кожу. Но обещание есть обещание. Аарон был его собственностью, а за свою собственность Эндрю был в ответе.

***

Вода над головой потемнела, превратившись в рваную плёнку лунного света. Миньярд медленно всплывал, пока тёмные щупальца скользили по мокрым камням. Медовые глаза Эндрю скользили по берегу, выискивая цель. И он заметил его — невысокого парнишку с коричневыми волосами, сидевшего у самой кромки воды. Незнакомец развалился на сброшенной куртке, его босые ноги были погружены в прибой. Что-то в этой картине казалось осьминогу неправильным. Весь этот человек был неправильным, словно выпавшим из привычного порядка вещей. И Миньярд подплыл ближе. Только теперь он смог различить одну деталь: лицо, исполосованное шрамами, залепленное пластырями со всех сторон. Но страннее всего были глаза — карие, глубокие (неправильные). На долю секунды Эндрю показалось, что в глубине этих глаз притаилось нечто, точно такое же, как у него самого. Вот только там, на дне этих чужих зрачков, оно не клокотало яростью, а тихо теплилось, словно уголь под пеплом. И всё же Миньярд ненавидел этого человека (как и большинство людей в целом). Он двигался к берегу медленно, неспешно, будто давая незнакомцу время осознать приближающуюся угрозу. И парень заметил его — Эндрю видел, как тёмные зрачки расширились, как пальцы, покрытые шрамами, вцепились в песок. Но это не имело значения. Щупальца молниеносно взметнулись из воды. Холодные, скользкие, они обвили запястья человека, впиваясь красными присосками в кожу. — Отпусти! — Голос незнакомца сорвался на визгливый шёпот. Его карие глаза (неправильные и человеческие) расширились от ужаса, но в них не было и тени непонимания. Словно он знал, что за существо находилось перед ним. Блондин навалился на шатена всем телом, игнорируя боль от удара о землю. Щупальца уже обвили торс, одно из них сжало горло, ощущая под присосками бешеный стук сердца. — Отпусти, твою мать! — Парень дёрнулся в попытке ударить существо ногой, но присоски вновь прижали его к песку. И это вновь показалось Миньярду странным. В этих неправильных глазах не было ни капли удивления. Только страх. Щупальца сжимались всё туже. Кожа на шее незнакомца побелела от давления, а лицо покрылось смесью слёз и морской воды. И вот, когда пальцы Эндрю хотели окончательно сдавить шейные позвонки, тьму разорвало золото. Яркое, как расплавленный металл, свечение ударило по сетчатке. Осьминог на мгновение ослеп — его собственные медовые глаза вспыхнули в ответ, отражая этот странный свет. Незнакомец воспользовался моментом. Резкий рывок — и он выскользнул из хватки блондина, отползая по песку, хрипло глотая воздух. Но не убежал. Тёмное щупальце обвило его лодыжку, и в тот же миг — Вспышка. Золотой огонь пробежал по коже обоих, оставив на запястье человека и присосках Эндрю одинаковые узоры в виде замысловатых рун. — Ай! — Шатен согнулся пополам, сжимая обожжённую кожу. По его телу прокатилась новая волна боли, заставившая парня стиснуть зубы. Эндрю медленно разжал хватку. На чёрной коже мерцало что-то золотистое.

***

Голова Жана раскалывалась на части. Каждый вдох приносил с собой новую волну боли — тупой, размытой, будто кто-то бил его по черепу снова и снова. Моро едва помнил, как оказался в этом чёртовом контейнере. Кажется, всё началось с глупой неосторожности. Он остался на берегу один, Джереми и его компания уже ушли, а русал решил задержаться, чтобы ещё раз взглянуть на их дурацкие песочные замки. Но не прошло и двадцати минут, как брюнет услышал шаги. Двое — мужчина и женщина — быстро приближались к пляжу. Француз мгновенно рванул в воду, но было слишком поздно. Острая боль пронзила его хвост, заставив содрогнуться. Море вокруг окрасилось красной ржавчиной. — Ты уверена, что это тот? — спросил мужчина, дёргая гарпунную нить. Жан зашипел, когда металл разорвал его плоть ещё глубже. — Натану нужен зелёный, а этот чёрный. — Всё равно он крутится рядом с Кевином, — девушка наклонилась, её глаза холодно скользнули по существу перед ней. Моро плюнул ей в лицо струёй солёной воды, но ответ не заставил себя ждать. Гарпун снова дёрнулся, и на этот раз боль вырвала из него хриплый стон. — Тише, рыбка, — девушка щёлкнула складным ножом, — Вы же, вроде, долго живёте? Не хочешь сдохнуть раньше времени? Её голос звучал почти игриво, но в глазах не было ни капли веселья. Худые, но сильные пальцы вцепились в мокрые кудри брюнета, притягивая лицо ближе к ножу. — Весь переливается, как дорогое украшение, — девушка насмешливо щёлкнула языком, разглядывая кровавую рану на его хвосте. — За тебя заплатят целое состояние. Может, сдадим в какой-нибудь аквариум? Пусть богачи любуются на экзотику. — Он бракованный товар. Кому интересна полудохлая рыба? — Я считаю, что шрамы украшают мужчину, — девушка провела острым лезвием по скуле француза, оставляя тонкий порез. — Ты же мужчина, да? Хотя кто вас, морских тварей, разберёт... Жан упрямо молчал. Его челюсти сжимались от боли, которая пульсировала в такт сердцебиению. Моро выжидал момент для атаки. — Вот только не смей играть с нами в молчанку. Я прекрасно знаю, что ты понимаешь человеческий. Гарпун с мокрым хлюпом вырвали из плоти. Песок под хвостом моментально пропитался алым, пока блестящие чешуйки разлетелись в разные стороны, словно осколки разбитого зеркала. — Пакуй его. Натан разберётся, — девушка отошла в сторону, наблюдая, как её напарник впивается пальцами в шею русала. Брюнета засунули в контейнер. Холодный и тесный, пахнущий железом и чужой кровью. Француз начал дёргаться, его хвост бился о стенки с глухим стуком, но мужчина лишь перегнул его тело пополам, почти ломая кости. — Слишком буйный, — девушка присела на корточки, откручивая вентиляционную крышку. Её глаза встретились с ртутным взглядом. — Будь паинькой, ладно? Бензин. Едкий запах ударил в жабры раньше, чем жидкость коснулась воды. Жан забился в контейнере, царапая металл. Тёмные разводы поползли по поверхности, смешиваясь с его кровью. — Не думаю, что ты хочешь, чтобы я поднесла спичку, — улыбка девушки неестественно растянулась, наблюдая за тем, как Моро пытается вырваться. А после — тьма. Русал потерял сознание.

***

— Жан! — Голос Джереми сорвался на хрип, когда он в четвертый раз обежал пустынный пляж. Пальцы сжимали последние собранные чешуйки — липкие, неестественно тёплые, словно вырванные совсем недавно. — Джереми? — Кэт осторожно коснулась плеча парня. Её пальцы тут же покрылись странной маслянистой плёнкой, когда она взяла одну из чешуек в свои руки. — С Жаном что-то не так... — Нокс показал наполненный чешуёй мешочек. Чешуйки внутри мерцали тусклым светом. — Его могли... забрать. — Жана? — Альварес непроизвольно оглянулась на море, где обычно мелькал тёмный силуэт. — Он же всегда был осторожен. — Половина в этом веществе. — Блондин провёл пальцем по чешуйке, капли липкой жидкости растягивались, как жидкая резина. — Пахнет разбавленным бензином. Кэт молча вытерла ладони о песок, оставляя на берегу тёмные пятна. Чешуя в мешочке начинала постепенно тускнеть. Телефон Альварес разорвал тишину резким звонком. Девушка сразу достала его из кармана и ответила, прикрывая свободной ладонью динамик от порывов ветра. — Лайла? Да, он здесь... — взгляд Кэт скользнул к Троянцу, — Жив-здоров. Нам идти к тебе? Хорошо. Девушка ловким движением убрала телефон обратно, после чего сделала глубокий вдох и повернулась к блондину: — Лайла говорит, что видела у воды ещё одного русала. — Каталина щурилась, вглядываясь в морскую даль. — Только он... зелёный. — Зелёный? — Джереми сжал в руках мешочек с чешуйками Жана, в памяти сразу всплыла зелёная вспышка, мелькнувшая рядом с Моро в одну из их встреч. Когда двое добрались до Лайлы, та молча указала на горизонт. Вдалеке, рассекая волны, к берегу стремилось зелёное пятно — слишком яркое и живое, чтобы быть простой водорослью. Оно двигалось с пугающей целеустремлённостью, и с каждой секундой становилось всё ближе. Зелёный русал замер в нескольких метрах от берега, его плавники напряглись, придавая существу устрашающий вид. Вода вокруг изумрудного хвоста вздымалась пенными всплесками — короткими, нервными, словно отражающими его состояние. — Где Жан? — Ярко-зелёные, почти фосфоресцирующие в темноте, глаза метнулись от одного человека к другому, пока не остановились на Ноксе. Троянцы инстинктивно отступили назад. Только блондин сделал шаг вперёд, сжимая в дрожащих пальцах мешочек с чёрной чешуёй. — Я... не знаю. — Голос Джереми предательски дрогнул. — Вчера он был здесь. А сегодня... только это. Парень протянул мешочек. Чешуя внутри липла к ткани, пропитанная едкой, бензиновой вонью. Кевин резким движением выхватил мешок из рук человека. Его зрачки сузились в тонкие чёрные ниточки, когда он перебрал вырванные чешуйки пальцами. — Куда вы его утащили? — Когтистая рука вцепилась в запястье Нокса с такой силой, что его кости затрещали. Острый коготь прошёлся по коже, оставляя тонкую алую полосу. — Мы его не трогали! — Блондин скривился от боли, но не отводил взгляда. — Я тоже хочу его найти! Дэй резко дёрнул руку Троянца, отправляя Джереми в ледяную воду. Человек сжал губы, подавляя стон, морская соль жгла свежие царапины. — Людям нельзя доверять, — прошипел шатен, его изумрудные глаза вспыхнули в темноте. — Сейчас не до твоих принципов, — Нокс вытер мокрое лицо, встречая взгляд Кевина без страха. — Жану это не поможет, а мы должны его вернуть. Лайла сделала несколько шагов вперёд, но блондин остановил её жестом: — Всё в порядке. Русал изучающе осмотрел девушку, а после разжал когти. Его хвост взметнулся, обдав всех солёными брызгами. — Я не могу выйти на сушу, — Дэй сжал чешуйку в кулаке, недоверчиво шипя. — Значит, искать будешь ты. Русал протянул Джереми одну из чешуек, та осветилась слабым голубым отблеском, реагируя на прикосновение. Шатен судорожно сжал мешочек с окровавленной чешуёй, пока его жабры начинали нервно подрагивать. — Я не знаю, насколько сильна ваша «связь», но твои метки будут реагировать на присутствие Жана. — Русал бросил осторожный взгляд на метки парня, — Просто... верни его. Голос Кевина неожиданно дрогнул на последнем слове. Нокс наклонился ближе, солёные капли стекали с его светлых волос: — А если он ранен? Как мне доставить его к воде? — Он уже ранен, — резко выдохнул Дэй, разжимая кулак. На ладони лежала самая крупная чешуйка — с рваными и кривыми краями. — Я приготовлю всё необходимое. Ты просто должен доставить его сюда. Блондин кивнул, сжимая переданную ему чешуйку. Черный блеск немного успокаивал Троянца, но угасающее свечение не сулило ничего хорошего. — Я сделаю всё, что смогу, обещаю. – Солнечная улыбка Джереми теперь казалась очень болезненной и слабой, но решительной. — Кстати... как тебя зовут? — Тебе не нужно этого знать. – Хвост русала взметнулся вверх, рассыпая блестящие брызги. В последний момент изумрудные глаза мелькнули в лунном свете, настороженные, полные недоверия, но теперь в них читалось что-то ещё... Очень похожее на надежду. Лайла осторожно тронула Нокса за плечо, ее обеспокоенный взгляд скользил по раненной руке парня: — Что теперь? — Теперь идём. Сделаем все возможное чтобы найти Жана. Троянцы не заметили, что где-то вдалеке, из глубины, за ними все еще наблюдали два зелёных огонька.

***

— Эндрю, ты уже вернулся? — Никки бросает взгляд на дверь, заметив бледную фигуру брата. — Аарон все еще у Эбби. Говорят, через пару недель все заживет. Миньярд замирает в дверном проеме, его неестественно широкая улыбка не предвещает ничего хорошего. — Ох, Никки... — он театрально протягивает щупальца и обплывает Хеммика, — Мой драгоценный кузен... Никки сразу же замечает расширенные и тусклые зрачки блондина, поэтому благоразумно прикусывает язык и молчит. Лучше не лезть к осьминогу в таком состоянии. В это же время в комнату заплывает Аарон. Эндрю сразу замечает повязку из лечебных водорослей на голове близнеца. На шее второго Миньярда также красовался новый жемчужный ободок — видимо, Эбби помогла починить его. — Аарон, ты как? – Кальмар приблизился к Миньярду, его щупальца осторожно коснулись водорослевой повязки. — Ты похож на человеческую еду, как она у них называется? – Эндрю вопросительно оглядывается по сторонам, делая вид, что пытается вспомнить название (хотя он и так отлично его помнит). – Ох, точно, суши! — Не смешно. – Сквозь зубы процедил близнец, смотря на осьминога. — О, прости, — Миньярд прикладывает руку к груди и падает на диван из ракушек, — Я и забыл, какое у тебя убогое чувство юмора. Тебе бы родиться рыбой-клоуном, тогда бы было хоть какое-то оправдание. — Тогда ты бы тоже родился рыбой клоуном. — Точно! — Эндрю всплескивает щупальцами в разные стороны. — Они же меняют пол! Вот куда твои яйца делись. Не собираешься икру откладывать? — Эндрю, подожди. – Хеммик внимательно оглядывает щупальца осьминога. В тусклом свете подводного грота отчётливо виднелся странный золотистый отблеск на красных присосках. — Что это? — Где? — Эндрю внимательно (почти) оглядел себя, а после покачал головой с преувеличенной грустью, — Никки, Никки... Возраст уже подводит твоё зрение? — Не прикидывайся, —Кальмар указал на кончики щупалец, где золотистые прожилки пульсировали слабым светом. Эндрю недовольно дёрнулся. Его зрачки сузились до опасных щёлочек. — Любопытство, Никки, — его голос внезапно стал мягким, словно шелест морской травы, — плохая привычка, для короткой жизни. Золотистый отблеск на секунду вспыхнул ярче, а после погас, будто его и не было. — А теперь, если ты закончил... — Эндрю плавно отплыл назад, — у меня есть дела. Надеюсь, перевязанная голова Аарона не додумается что-нибудь сделать. — Да пошел ты. – Близнец раздраженно сверлит блондина взглядом, но Эндрю это не интересно. Он ведь предупредил его, да?

***

Сознание вернулось к Жану вместе с тупой болью в висках. Он по-прежнему находился в этом проклятом контейнере, только теперь его границы казались чуть шире - ровно настолько, чтобы понимать свою ловушку, но недостаточно для свободы. Чёрный хвост с силой ударил по металлической стенке. В ответ раздался глухой стук, но предательский сплав даже не прогнулся. Когти скрежетали по поверхности, оставляя тонкие белые царапины. Моро злился на себя за то, что не додумался взять с собой подарок Джереми, но его размышления внезапно прервали голоса. — Значит, сегодня вечером вы его передадите? — первый голос казался звонким, почти деловитым. — Да, но он дикий. Будьте готовы. — второй голос, грубый, незнакомый. — Можете усмирять его как угодно. Главное — чтобы снаружи выглядел презентабельно. Брюнет инстинктивно прижался спиной к дальнему углу, сжимая пальцы в кулаки. — Это не так важно. Хозяин океанариума уже решил сделать из него чучело, когда основной спрос спадет. — Шаги раздались ближе, русал задумался о том, чтобы напасть на тех, кто приблизится к нему. — Ряд лабораторий и музеев уже заинтересовались его получением. — Дело ваше, мы в любом случае охотимся за другим. — Один из мужчин бросил взгляд на металлический контейнер и силой пнул стенку. — Второй будет выставлен на продажу? — поинтересовался другой незнакомец. — Мы были бы не против приобрести и второго. — Нет. Второй не продаётся. — Мужчина усмехнулся и провёл шершавой рукой по металлу, чувствуя, как существо бьётся внутри. — Вы ведь знаете фамилию Морияма? Они давно нацелены на него. Щелчок. Незнакомец поднял клёпки крышки и открыл контейнер. Француз моментально среагировал и напал на мужчину, пытаясь сбить его с ног. Но тот быстро перевернул контейнер со стола, роняя Жана на бетонный пол. — Ну и мерзость. — Незнакомец накрыл Моро крышкой от контейнера, разливая в комнате воду с примесью крови. Русал с силой ударил хвостом по стенке и немного сдвинул крышку, но второй мужчина прижал её обратно и уселся сверху, не давая брюнету двинуться. — Успокойся, золотая рыбка, — сквозь зубы проговорил незнакомец. — Тебе же нужно быть презентабельным. Француз отчаянно царапал металлические стенки контейнера, но его усилия были тщетны — толстый сплав даже не помялся под ударами когтей. Его ртутные глаза в панике метались по бетонному полу и массивной крышке, когда сознание начало смиряться с мрачной перспективой гибели в этом месте. Внезапно метки на его теле слабо вспыхнули, наполняя металлическую коробку призрачным синим свечением. Этот тусклый свет стал последней надеждой — где-то рядом был Джереми. И Моро почувствовал, как по его коже пробежали мурашки, когда метки начали пульсировать в такт чужому сердцебиению. Он прижал ладонь к светящемуся узору на руках, ощущая слабый, но неотвратимый отклик. Нокс искал его, и эта мысль заставила Жана не терять силы.

***

Троянцы провели всю ночь в безуспешных поисках хоть каких-то следов, которые могли бы привести их к Жану. Кэт и Лайла методично объезжали ближайшие участки пляжа, проверяя каждый подозрительный след на песке. Джереми отправился дальше, объезжая океанариумы и научные центры — его не покидало ощущение, что русала забрали не просто как «морскую диковину», а с конкретной целью. Лос-Анджелес с его бесчисленными лабораториями и выставками морских обитателей казался слишком огромным для таких поисков. Но Нокс был готов прошерстить хоть всю Калифорнию в попытке найти хоть что-нибудь. Начинало светать. По подсчётам блондина с момента исчезновения Моро прошло больше десяти часов. Десять часов неизвестности, за которые след мог окончательно остыть и потеряться. В кармане Джереми сжимал ту самую чешуйку, но теперь она не светилась и почти не подавала никаких признаков жизни. Но Нокс не собирался сдаваться. Где-то там Жан был в беде, точно раненый, и его нужно было найти во что бы то ни стало. Блондин вырулил на дальнее шоссе, игнорируя ноющую боль в уставшем теле. В его списке оставалось ещё несколько мест, в том числе и океанариум — частный, расположенный на закрытой территории. Дорога тянулась бесконечной лентой, а яркие вывески мелькали за окном, сливаясь в цветные полосы. Троянец переводил взгляд с одного билборда на другой, стараясь не дать глазам слипаться от усталости. Вдалеке, на одном из рекламных щитов, Джереми заметил рабочих. Они уже сняли старую рекламу и теперь аккуратно вывешивали новую. Что-то внутри заставило его остановиться — может, интуиция, а может, просто усталость, искажающая восприятие. Нокс припарковался в стороне, выбрав расстояние, достаточное для наблюдения, но не привлекающее внимания. Из этого места хорошо просматривался весь процесс замены вывески. Руки сами сжимали руль, когда он всматривался в происходящее, не понимая, что именно зацепило его взгляд. И его чутьё не подвело. На краю новой вывески, которую рабочие только начали крепить, виднелась часть надписи: «...встречайте мифическое существо из глубин...». — Что за... — Блондин резко распахнул дверь машины, не сводя глаз с постепенно раскрывающегося изображения. Он сделал несколько шагов вперёд, не обращая внимания на рабочих. В этот момент метки на его шее слабо вспыхнули, начав пульсировать в такт чужому сердцебиению. Жан был близко. Вывеска теперь висела полностью, открывая глазам шокирующее изображение: «Уникальная выставка! Морские тайны раскрыты! Встречайте единственного в мире русала, пойманного в водах Калифорнии!». И самое страшное — дата открытия выставки: сегодняшний вечер. Троянец сглотнул ком в горле. Кажется, он нашел Жана…