Всё за тебя отдам

К вечеру выжили самые отчаянные: Лан Цяо, Сяо Хайян, Тао Жань, Фэй Ду и сам Ло Вэньчжоу. Остальные участники группы уголовного розыска задержались после работы не больше, чем на час: закончили отчёты, передали подробные записи допросов и свинтили. Произошло это до возвращения Ло Вэньчжоу, так что некому было поймать коллег за шиворот и вернуть за их рабочий стол. С утра не было сказано: «мы сегодня работаем сверхурочно», — лишь высказаны предположения о том, что в случае новых важных нюансов они могут перерабатывать вплоть до выходных. Конец дня закончился, капитан не явился — можно и по домам бежать. Ло Вэньчжоу не сильно расстроился увиденной картиной. Чем меньше людей — тем меньше шума. Они как раз подозревали, что в бюро общественной безопасности вновь завёлся предатель, раз все остальные сбежали, они либо не имели к этому никакого отношения, либо давно расставили жучки и не было необходимости сидеть здесь полночи и слушать их рассуждения. Это не означало, что Ло Вэньчжоу подозревал оставшихся, справедливости ради, если вдруг кто-то и сливает информацию, этот человек может и не принадлежать группе уголовного розыска, тогда найти его окажется не так уж легко Оглядев измученных выживших, которые разделили между собой оставленные ушедшими коллегами отчёты, чтобы при возвращении капитана посвятить его во все нюансы, он заметил, что Фэй Ду не поддерживает товарищей в нелёгком деле, а просто оставляет на краю каждого стола стаканы с купленным по пути на работу кофе. Днём Фэй Ду сообщил вдруг, что хочет съездить повидать Фэй Чэнъюя. Если Ло Вэньчжоу старательно игнорировал все странности, тянущиеся с утра, не задавая вопросов и считая, что докатился до паранойи, то когда получил от него подобное сообщение, больше не смог избавиться от нехорошего предчувствия. Он ничего не сказал, решив, что такая тема не располагает к обсуждению по телефону, и дал добро ехать. К тому времени они закончили допрашивать госпожу Лян, её сына им караулить до послезавтра смысла не было. Добравшись до участка и рассевшись каждый по своей машине, они так и разошлись. Правда Ло Вэньчжоу звонил Фэй Ду два часа назад, и тот уверял, что только что вышел из клиники и отправится обратно. Как так вышло, что в бюро они оказались с разницей лишь в пару минут? Подчинённые заметили его появление и подняли головы, чтобы поприветствовать, но Ло Вэньчжоу замахал на них рукой, показывая, что сейчас официоз ни к чему.

***

Чуть меньше часа назад.

Тошнота подступала к горлу, звон в ушах становился сильнее, размытые образы мелькали в голове. И Фэй Ду, чудом доехав до бюро без происшествий, впопыхах припарковал машину, миновал ступеньки и ломанулся в уборную на первом этаже. Большая часть сотрудников ушла домой — рабочий день был закончен, оставаться не имело смысла. А те, кто задержался, вероятно глушили кофе литрами, и в сотый раз пересматривали записи с камер или делились мнениями с коллегами. С другими группами команда Ло Вэньчжоу контактировала лишь когда обязывало дело, в остальное время все держались особняком. Кинув быстрый взгляд на кабинки и убедившись, что все они открыты и никого в помещении нет, Фэй Ду растерял крупицы самоконтроля, на котором держался половину обратного пути, выкрутил ледяную воду, сунул ладони, набирая её, и плеснул себе в лицо. Холод сначала обжёг кончики пальцев, но прежде, чем ладони онемели, капли заблестели на лице. Быстро стекая вниз, они оставляли лишь призрачное ощущение холода, стремительно исчезающее, но Фэй Ду набирал воду снова и снова, прижимался лицом к ладоням, пока она полностью не утекала сквозь пальцы. Тошнотворный ком наконец исчез, а звон в ушах никуда не ушёл, бил прямо по барабанным перепонкам столь настойчиво, как пищат комары над ухом.

«Я ведь говорил, Фэй Ду, привязанности погубят тебя».

«Из-за этого капитана ты потеряешь всё».

«Его жизнь тебе дороже своей? Как по-детски».

Картинки из ночного кошмара накладывались на события прошлого, мешаясь в адский коктейль, и особенно яркими всполохами меж ними мелькали образы Фэй Чэнъюя в больничной одежде на инвалидном кресле, глядящем на него с искреннем непониманием. Прошлое на настоящее. Иллюзия на истину. Подвал, острая нехватка воздуха, смыкающийся на шее металлический ошейник, хруст шей несчастных животных под пальцами. Кровь, кровь, кровь и разряды тока, обжигающие изнутри, норовящие прожечь душу. Исправить. Горло сдавило, Фэй Ду судорожно втянул воздух и прикрыл глаза, сжимая пальцами края раковины. Усилием воли подавив приступ, он нахмурился, пытаясь сосредоточиться на шуме воды, и постепенно её плеск вытеснил голос Фэй Чэнъюя и картинки прошлого. Медленно вдохнув, он так же неторопливо выдохнул, и лишь когда сердцебиение пришло в норму и дыхание стало размеренным, выключил воду и посмотрел на свой безнадёжный внешний вид: растрепавшиеся волосы, передние пряди которых вымокли, насквозь промокший ворот рубашки, брызги капель на рукавах, покрасневший взгляд, слишком бледное лицо. Если Ло Вэньчжоу увидит его таким, он не сможет снова оправдаться последствиями раннего завтрака. Фэй Ду привёл себя в порядок, высушил руки, извлёк наушники из кармана пиджака и сунул в уши, поставив на повтор «You raise me up». И, облокотившись спиной о стену, терпеливо принялся ждать, когда одежда немного подсохнет, хотя бы ворот. Его ошибка, что не подогнул его и не закатал рукава рубашки, сейчас было поздно выдвигаться домой ради таких мелочей.

***

За день они заполучили не так уж много информации, все бизнес-партнёры покойного Мо Инжуя говорили одно и то же: их рабочий день подошёл к концу и они поехали домой, семья может подтвердить. У кого-то был корпоратив в честь завершения проекта и коллеги, присутствующие, могли подтвердить. Беспокоясь о том, что «алиби» получают зарплату, подчинённые проверили и записи с камер наблюдения заведений, которые упоминали президенты компаний, и записи с магазинчиков близь их дома, и даже потревожили дорожную полицию с просьбой отследить маршрут каждого в день происшествия. Не только в указанный промежуток времени каждый из них был на корпоративе или как раз остановил машину у дома, но и на протяжении всего дня никто не покидал офиса. Лишь один выезжал на деловую встречу после обеда. Никто не соврал. Ходят слухи, что богатым людям необязательно пачкать руки лично, можно попросить своих подчинённых или нанять определённого человека, который за деньги сделает что угодно. Но как ни посмотри на ситуацию, ещё до того, как с утра выехали на допросы, они понимали, что обвинения притянуты за уши. Мо Инжуй не нёс в себе никакой угрозы, единственный упомянутой госпожой Лян конфликт вызывал сомнения. По словам Фэй Ду расположить к одноразовой рекламе куда легче, чем к сотрудничеству, при большом желании в краткие сроки можно найти желающего. Да и если сотрудничество звонившего и Мо Инжуя было важно обеим сторонам, что бы он там не кричал возмущённо при жене, из-за пустяка разрывать бы договор не стал. А другая сторона и подавно бы не убила, понимая, что находится в выигрышном положении. Точно, звонок. Ло Вэньчжоу встрепенулся. — Сяо Цяо-эр, Тао-гэ, что по звонкам? Бизнес-партнёры Мо Инжуя предоставили доступ к телефонной книге? — Предоставили, — переглянувшись с девушкой, ответил Тао Жань. — Но они более двух недель не писали сообщений господину Мо, не созванивались и от него не получали ни звонков, ни писем. — Мо Инжуй мог соврать жене, — высказался Фэй Ду, прочитав мысли капитана. — Если ему звонил не партнёр, то и про командировку ложь, возможно тот человек вызвал его на встречу. — Хочешь сказать, она права и у него была любовница? — усмехнулся Ло Вэньчжоу. — Тогда подозреваемой может стать Лян Хуасинь. Остальные присутствующие не знали деталей их допроса, поэтому не понимали, о чём речь. Заметив написанную на их лицах растерянность, Фэй Ду в двух словах рассказал, что они услышали от госпожи Лян. — Будь у него любовница, это бы объяснило разыгранный им гневный спектакль, — задумчиво протянула Лан Цяо. — Вероятно она назначила встречу внезапно или у них было особое событие, а Мо Инжуй просто разыграл спектакль, чтобы через пару дней сказать, что его партнёр решил загладить вину рекламой. — Вам не кажется, что мы упускаем нечто важное? — подал голос Фэй Ду. — Госпожа Лян вышла вновь замуж спустя меньше, чем через месяц, за брата своего мужа. Если бы её так волновал вопрос верности, то разве не рыдала бы по покойному мужу годами? Ей нужна выгода, они в браке, на первый взгляд можно сказать, что госпожа Лян не заключила бы брачный союз так беспечно, ей наверняка немалое полагается при разводе по его инициативе. Ей все равно, с кем бы спал Мо Инжуй, главное иметь рычаг давления, чтобы не развёлся. Теперь, когда Фэй Ду начал увлечённо выстраивать картинку личности Лян Хуасинь, и другие заметили несостыковку. Тем, кто не был на встрече с ней, было тяжело полагаться на обобщённый, не видя ни человека лично, ни его поведения. Фэй Ду было легче сделать выводы, так как он присутствовал при допросе, а Ло Вэньчжоу и вовсе пошутил про любовницу, высмеяв тот факт, что за какое предположение они бы не взялись — все заведомо провальные. Если бы коллеги не были так сосредоточены на информации, рассказанной Фэй Ду, то уловили бы насмешливые нотки в голосе капитана сразу, и не посмев думать о измене. Но сейчас, когда у всех здесь набралось не больше пяти часов сна и они провели на ногах целый день, метаясь по городу, проверяя записи с камер, подлизываясь к президентам компаний ради сотрудничество и переворачивая с ног на голову список их звонков, у всех мысли напрочь спутались. И кофе, услужливо преподнесённый Фэй Ду, не улучшил ситуацию. Лан Цяо не выдержала и зевнула первой, прикрывая рот ладонью, и собиралась сделать ещё глоток бодрящего напитка, пока не обнаружила, что допила его. Ло Вэньчжоу обвёл взглядом своих изможденных товарищей, поднял взгляд на часы, время на которых смело перевалило за десять вечера, а после краем глаза уловил, что несчастный Сяо Хайян буквально покраснел от натуги. Выпрямившись по струнке и обложившись бумагами, он неотрывно смотрел на капитана и делал всё, чтобы не перебить его. Бедолага не иначе как задержал дыхание, заалели даже кончики ушей, словно вот-вот из них пойдёт пар. Неизвестно, что случилось за день и кто и что именно ему сказал, но парень добросовестно пытался не вываливать на людей бешеные потоки информации. — Да говори уже, что там с Мо Тяньцзы и телефоном покойного. Шумный вдох прозвучал первым, но Сяо Хайян замешкался лишь на секунду. Хватанув ртом воздух, он, стараясь не сильно тараторить, заговорил: — Телефон не удалось восстановить, но днём я ездил в телефонную компанию и смог заполучить список номеров за последнюю неделю, я забрал распечатку. В основном он звонил жене и личному водителю, единственный незнакомый номер при попытке вызвонить или отследить оказался недоступен — полагаю, это был одноразовый телефон. Я попробовал отследить, где последний раз засекали его сигнал, территория обширная, но там нет ничего примечательного, кроме аэропорта, в который ехал господин Мо. Аэропорт. Это даже хуже, чем выйти на местность, полную жилых зданий. Сколько бы камер не было в здании аэропорта, там людей — тысячи, и каждый второй в телефоне либо пишет сообщения, или кому-то звонит, или фотографируется, или время в играх убивает. Нет смысла ехать и проверять камеры. Сяо Хайян, сделав паузу и убедившись, что вопросов нет, продолжил: — Мо Тяньцзы погиб в аварии десять лет назад, на том же самом мосту. Только ему повезло меньше — тогда не было установлено ограждение, его машина сорвалась вниз и погрузилась в воду. Он сам вёл машину, в салоне больше никого не было. Человек, въехавший в него, впал в кому, но не прошло и двух дней, как скончался. Госпожа Лян отказалась от вскрытия, и что примечательно: на обоих машинах не было видеорегистраторов. Камеры дорожного движения тогда на мосту не были установлены. — И что примечательного в отсутствии видеорегистраторов? — проворчала Лан Цяо. — Сын Мо Тяньцзы настаивал на том, чтобы полиция осмотрела машину. Он бился в истерике и говорил, что его папу убили, что на видеорегистраторе есть доказательства. Он так настаивал и цеплялся за полицейских, что они проверили машину, но… — Эй-эй, только не говори, что ты допросил полицейских, которые вели то дело? — подивившись его осведомлённости, поражённо выдохнула Лан Цяо. Сяо Хайян неловко кашлянул, поправил съехавшие на переносице очки и продолжил: — Да, полицейский сказал, что специально при ребёнке проверил машину, чтобы успокоить мальчика и показать, что нет никакого заговора в обычной автомобильной аварии. Мо Чжэнлину тогда было восемь лет, его слова для полиции не имели никакого веса, они решили, что мальчик травмирован утратой отца и не может смириться с реальностью. Ло Вэньчжоу невольно глянул в сторону Фэй Ду, но тот увлечённо протирал очки, словно и не слышал их разговора. Капитан был готов поклясться, что молодой человек целенаправленно избегает его взгляда. — Значит, остался Мо Чжэнлин, — с тяжёлым вздохом заключил капитан, лучше бы Лян Хуасинь десять лет назад говорила про заговоры, тогда бы дело не осталось дорожной полиции и они имели бы нечто большее, чем слова вмешавшегося ребёнка. — На сегодня закончим, иначе придётся ночевать здесь, а кроватей в дежурке не много. Мы с Фэй Ду уже работали с госпожой Лян, так что поедем завтра вечером повидаться с Чжэнлином. Заметив, как «послезавтра» изменилось на «завтра», Фэй Ду понял, что Ло Вэньчжоу начал терять терпение и собрался проявить всю свою бесцеремонность. — А вы помониторьте соцсети с утра, идите по тегам компаний Мо и его партнёров, может, про них кто-то распускал слухи или выкладывал новости. — Но я ведь… — Сяо Хайян попытался напомнить, что только сегодня занимался этим, однако капитан его перебил. — Я просил проверить тебя за год. Берите планку выше. Любой острый конфликт, разорванное сотрудничество или кто-то обанкротился, потому что компания Мо разорвала контракт. Мы не можем полагаться на показания одного мальчишки и бездействовать до вечера. И Мо Тяньцзы проверьте, что случилось незадолго до его смерти. И как умер отец этих двоих, если и он скончался в аварии — я… — Выкинешь значок в помойку? — предположил Тао Жань. Ло Вэньчжоу замолчал, после недолгих размышлений он так и не смог придумать, что сделает, поэтому махнул рукой, разгоняя подчинённых по домам.

***

Фэй Ду вышел из душа, старательно взъерошивая волосы полотенцем, и едва не выронил то из рук, когда заметил стоящего у стены Ло Вэньчжоу. Растерянно моргнув, он молча посмотрел на возлюбленного, пытаясь понять, зачем он караулит его у дверей. Ужин давно минул, ванную он надолго не занимал, а сам капитан грозился уснуть, не дождавшись его. Что, стоял здесь, чтобы не отключиться от усталости? — Почему ты так спонтанно поехал к Фэй Чэнъюю? Фэй Ду повёл плечом, показывая, какой глупый вопрос Ло Вэньчжоу ему задал, и, продолжив растирать волосы, неторопливо направился в комнату: — Ты сам сказал, что мы можем провозиться с делом до выходных. Там уж и конец месяца близко, я решил заплатить заранее, кто знает, вдруг машины-убийцы придут и по нашу душу? Из реанимации я не смогу перевести деньги. Ло Вэньчжоу незамедлительно отвесил ему подзатыльник, снова эти несносные шуточки! — Паршивец, — возмущенно выдохнул он, Фэй Ду даровал ему лёгкую улыбку, в свои подзатыльники капитан никогда не вкладывал и грамма силы, так что они толком не ощущались. — Тогда… — Меня ведь вывернуло утром, — догадавшись, о чём он спросит дальше, произнёс Фэй Ду. — Я был голоден и заехал перекусить, заодно взял всем нам кофе. Ло Вэньчжоу пристально смотрел на него, пока Фэй Ду с крайне безмятежным видом встряхивал полотенце и аккуратно развешивал на спинке стула. Решив не расспрашивать подробнее про Фэй Чэнъюя, капитан кивнул и опустился на край кровати, а после протянул Фэй Ду руку. — Выглядишь совсем бледным, всё ещё нехорошо? — Ничего серьёзного, вероятно я выбрал слишком тяжелую пищу после утреннего происшествия, моя небрежность, — отмахнулся Фэй Ду, он взял ладонь Ло Вэньчжоу в свою и тот потянул его на себя, усаживая на колени. — Я поищу что-нибудь для желудка в аптечке, — голос Ло Вэньчжоу почти неуловимо смягчился. Фэй Ду, услышав его слова, толкнул возлюбленного в плечо, вместе с ним вытянувшись на кровати. — Выпью с утра лекарство, если встанешь раньше меня, шисюн, — он лукаво подмигнул Ло Вэньчжоу. — Такие лекарства пьют либо до еды, либо во время, а мы уже перекусили, к чему вставать? Если твоя забота такая пламенная, то рассчитываю на тебя утром. И вот так вот бессовестно поставив капитана в трудное положение, он приподнялся, пододвигаясь к подушке, укрылся краем одеяла и остался лежать к нему спиной. Ло Вэньчжоу же потянулся к телефону, оставленному на прикроватной тумбе, чтобы выставить значительно больше будильников, чем обычно. Такими темпами весь дом проснётся, а капитан так и будет видеть сны.