Всё за тебя отдам

— Может всё-таки расскажешь, что случилось и откуда у тебя знакомый психопат в окружении объявился? — негромко спросил Тао Жань. Ло Вэньчжоу, которого окончательно выбило из колеи уточнение Фэй Ду, вышел из бюро, чтобы покурить и привести в порядок разбегающиеся мысли. Тао Жань последовал за ним, отчаянно пытаясь узнать, что происходит. И Фэй Ду, заметив его рвение, решил не идти следом. На мгновение он почувствовал себя так, словно при нём Ло Вэньчжоу не сможет рассказать о тех событиях прошлого: из-за их травматичности или… Просто потому, что сейчас он вряд ли готов говорить об этом больше, чем с одним человеком. Ло Вэньчжоу молчал, за каждой новой тяжкой следовала более глубокая, будто он хотел удавиться табачным дымом. Тао Жань, не выдержав, хлопнул его по плечу, стараясь обратить внимание на себя, а после выхватил выкинул окурок в мусорку. — Сейчас весь провоняешь табаком, не думаешь о себе, подумай о Лан Цяо! — в своей манере отчитал его Тао Жань, и капитан горько усмехнулся. Ян Чжэнфэна с ними больше не было, но Тао Жань бесспорно научился у него многому. Например, ворчать на Ло Вэньчжоу. — Восемь лет назад ты был в отпуске. Дом твоих родителей пришёл в негодность, ты хотел помочь им сделать ремонт до того, как придёт сезон дождей, опасаясь, что крыша в этом сезоне не выдержит. Едва ты уехал, а в Яньчэне появился серийник. Лао Ян допустил меня до расследования, но, — Ло Вэньчжоу запнулся, слова встали поперек горла, перед глазами пронеслись тела обнаруженных жертв, — мы его не поймали. Похитив последнюю жертву, убийца дал нам семьдесят два часа, чтобы назвать причину, по которой он делает это. Все убитые были похожи друг на друга, кроме одной, и я думал, что это зацепка, но облажался. Мы так и не спасли последнюю девушку, Тао Жань.

«Мы его не поймали».

Ло Вэньчжоу ни словом не обмолвился о том, что вероятно спровоцировал преступника своими словами, как и о том, что четвёртая жертва была преподнесена «ему в подарок». Тао Жаню хватило и этой истории, чтобы представить, как друг чувствовал себя в тот момент. Тогда они провели в бюро общественной безопасности от силы чуть больше года, Ян Чжэнфэн брал их с собой на дела «незначительные», вроде тех, когда надо накрыть банду наркоторговцев или разогнать притон, где девушек держат против воли, и найти пропавшего человека, максимум — домашняя поножовщина. Лао Ян подводил их к более жестоким и сложным делам постепенно: не то боялся, что едва вышедшие из полицейской академии и сбежавшие из патрульных детективы найдут проблем на причинное место и всё испортят, то ли желал заложить «базу», чтобы после они легче ориентировались в более стрессовых обстоятельствах. Тао Жань ещё ничего, но у Ло Вэньчжоу в ту пору было обострённое чувство справедливости, иногда он готов был действовать, нарушая регламент, если мог спасти чью-то жизнь, или подставлялся под удар, чтобы не пострадал невинный человек. Он всегда больше других горел этой работой, и даже когда будучи патрульным возмущался о том, что им дают пустяковые дела и «сил нет больше это терпеть», сам на поиски очередной кошки бросался с таким рвением, словно спасает мир. В этом был весь Ло Вэньчжоу. Сколько бы раз на эмоциях он в прошлом не порывался выкинуть удостоверение, в итоге первым мчался помогать другим и принимать новое дело, выкладываясь на полную. Тао Жань и думать не желал, что значило для него то расследование серийных убийств. Если спустя восемь лет он готов был курить, как никогда ранее, запинался на полуфразе и избегал деталей всем сущим. Он хотел бы сказать: то, о чём ты умолчал, может помешать другим понять это дело и помочь тебе, — но не стал. Во-первых, Тао Жань знал — Ло Вэньчжоу и сам понимает, что люди, которые работали над этим делом, либо поднялись по должности, либо умерли, либо перевелись, и если он хочет, чтобы коллеги посодействовали, придётся выложить все детали. А во-вторых, Тао Жань как никто другой понимал, что капитан хотел бы расследовать это дело самостоятельно. Ему не нужна помощь. Ему нужно освобождение от чувства вины. Нужна справедливость для тех погибших девушек. Если бы они перенеслись на восемь лет назад, Ло Вэньчжоу бросил бы команду и побежал выискивать следы убийцы в одиночку, не делясь ни с кем ни информацией по делу, ни предположениями, ни найденными уликами. Но как бы не ныл этот шрам, оставленный в его сердце прошлым, Ло Вэньчжоу повзрослел. Восемь лет назад его эгоизм и импульсивность привели к тому, что ни одну из девушек не спасли. Больше он этого не допустит.

«Лао Ян, я арестую его».

Вернулся обратно в отдел группы уголовного розыска капитан уже в ином настроении. — Сяо Хайян, задание специально для тебя, нужно действовать быстро. В базе данных просмотри всех пропавших восемь-девять лет назад девушек-студенток. Особое внимание обрати на тех, кто пропал в понедельник и кого в итоге нашли убитым спустя неделю, это должно достаточно сузить круг, — Ло Вэньчжоу обернулся к Лан Цяо. — Езжай к родственникам похищенной, узнай, с кем она контактировала в последнее время, ходила ли куда-то кроме университета. Если они скажут, что она примерная девушка и после занятий максимум отлучалась на дополнительные курсы, тренировки или в библиотеку — спроси, не выделяла ли она кого-то среди своих преподавателей. Тао Жань, Сяо Су и Фэй Ду едут со мной, разделимся на месте и допросим всех её одногруппников, сокурсников, друзей. Втирайтесь студентам в доверие, вы должны любой ценой узнать, не прятала ли эта отличница что-нибудь от остальных. — Босс, почему ты уверен, что она отличница, которая дальше дома и учёбы не ходит? — поинтересовалась Лан Цяо, собираясь на ходу. — Потому что восемь лет назад погибло четыре отличницы-студентки, их восхваляли и преподаватели, и семья, и друзья. Среди них была Линь Фэйхуа, имя которой вы слышали на записи, половина её заслуг — старания друзей. Всем жертвам сломали шею и вырезали бабочек на спинах, а под ключицей аббревиатуру бюро общественной безопасности, и лишь на её теле их не было. Линь Фэйхуа изнасиловали и убили. Сейчас мы должны понять, Ци Юйчэнь такое же исключение или нет, иначе я не смогу дать убийце ответ.

«Снова ошибусь».

Конечно, Ло Вэньчжоу не собирался дотягивать ситуацию до исполнения воли преступника. Верный ответ — попытка растянуть время. Он не верил убийце, до сих пор не было известно, обманул он их восемь лет назад, изменив ответ, который никто не знал, или действовал в рамках своих же условий и привёл в исполнение «справедливую кару». Даже если преступник говорил правду, ни один детектив не должен идти на сделки с этими падшими людьми. У них должен быть запасной план действий, подстраховка — что угодно. Им надо отследить маршрут Ци Юйчэнь и понять, где по пути до университета она пропала. «Если он не врёт, может убить её просто потому, что восемь лет назад я назвал его лжецом», — заключил Ло Вэньчжоу, он и правда не удивился бы такому исходу. Тот, кто стоял за всем этим, умело манипулировал чувством вины. Истязать жертв и давить на полицию — вот две составляющие его деяний, которыми он упивался. Что бы не породило тягу к этому, но преступник испытывал настоящий экстаз, как если бы чужая боль перекрывала его собственную. Та самая шестая жертва наверняка была первой. Он убил её или причислил к своим преступлениям? Кем она являлась для него? Такой же обычной студенткой, которую они проглядели? Ло Вэньчжоу чувствовал: разгадка в Линь Фэйхуа и той самой первой жертве. Ци Юйчэнь здесь для отвода глаз, как и еще три погибших. Если восемь лет назад он дал относительно правильный ответ, то причина не в тех, кто похож. А в тех, кто отличается. «Он убил Линь Фэйхуа не потому, что она являлась не той, за кого себя выдавала, а потому что остальные не поддались искушениям?».

«Давай, Ло Вэньчжоу, мысли в обратном направлении, у всего есть другая сторона».

***

Вскоре они прибыли к воротам университета Хуанхай Сюэюань — этот адрес им отправила Лан Цяо после того, как добралась до родителей Ци Юйчэнь и узнала, где девушка училась. Связавшись с дирекцией и выяснив номер группы, Ло Вэньчжоу получил разрешение переговорить с преподавателями и одногруппниками пропавшей. — Тао Жань, Фэй Ду, Сяо Су, разделитесь и допросите тех, с кем Юйчэнь училась. Лучше беседуйте с ними по одиночке. Я присоединюсь к вам, когда допрошу профессоров. Тао Жань кивнул и отправился вниз по лестнице, Сяо Су последовал за ним; сейчас был обеденный перерыв, наверняка большая часть студентов спустилась в столовую или вышла подышать воздухом на улицу. Фэй Ду замешкался. Он понимал, что в условиях ограниченного времени им некогда тратить время на ненужные обсуждения, и что сейчас не стоит выбивать Ло Вэньчжоу из колеи упоминаниями прошлого — одно лишь это расследование сплошное напоминание, которое давит и от которого сложно эмоционально абстрагироваться. И всё же произнёс, перехватив капитана под локоть: — Шисюн, ты всегда можешь поговорить со мной.

«Что бы не случилось в твоём прошлом — я приму это».

— Знаю, — Ло Вэньчжоу взглянул на Фэй Ду, приподнял уголок губ в подобие полуулыбке и высвободил руку. — Потом обсудим. И направился в сторону кафедры, так и не оглянувшись. Фэй Ду несколько секунд смотрел ему вслед. Капитан впервые отстранился от них: от команды, от Тао Жаня, от него. Пусть он рассказал нюансы своему заместителю, поделился с остальными деталями о том, как были убиты жертвы и что нашли на их телах — однако, не перешёл черту, которую можно назвать болезненно-личной. Он что-то опустил, но что — молодой человек не мог понять, ведь ему не довелось услышать обрывок случившегося, который стал известен Тао Жаню. Ло Вэньчжоу переступил через себя и сделал всё, что должен сделать детектив, ответственный за расследование, только до этого дня для своей команды он был больше, чем «капитан» — каждому Ло Вэньчжоу стал родным человеком. Когда вопрос встал ребром, эта связь между ними оборвалась. Сейчас он видел в них шестерёнки механизма, который обязан работать слаженно ради успеха дела, а не «своих людей». Фэй Ду был уверен: все заметили это, но никто не понял, как подступиться к капитану и напомнить о своём присутствии. Ситуацию усугубляли тикающие невидимые часы, что безжалостно отсчитывали секунды и минуты, приближая к неизвестному и возможно трагичному исходу. Он поднялся наверх, сверившись с поступившим на почту расписанием, надеясь выловить в коридоре или аудитории тех, кто либо пообедал, либо не выходил вовсе, а в голове вновь и вновь возникала сцена, где Ло Вэньчжоу, отводя взгляд, отстраняет его руку. Небо могло упасть на землю, но Ло Вэньчжоу бы ни за что, ни при каких обстоятельствах, не отпустил его ладонь. Он открыл двери, ураганом ворвавшись в жизнь Фэй Ду, так что за давление оказывал человек закулисами, если Ло Вэньчжоу готов был запереть все двери и утонуть в пространстве метр на метр? Чтобы никто не увидел и не нашёл. «Их не просто убили, — покручивая в пальцах удостоверение, подумал Фэй Ду. — Те убийства провозгласили в его честь? Шисюн был подозреваемым?». Молодой человек остановился у дверей в аудитории, он вдруг понял, что упустил.

Восемь лет назад.

Сколько Ло Вэньчжоу было восемь лет назад? Он ведь не дослужился до капитана. Первым его делом в бюро общественной безопасности стала смерть матери Фэй Ду, те серийные убийства случились незадолго после того, как группа уголовного розыска вынуждена была подтвердить, что случившееся — не более, чем самоубийство, а безутешный ребёнок просто не способен смириться с утратой родного человека. — Десять лет назад Мо Чжэнлин слышал, как Фэй Чэнъюй пообещал, что добьётся справедливости для его покойного отца, — тихо произнёс Фэй Ду. — Девять лет назад умерла мама. Ло Вэньчжоу был очень настойчив в допросе, через день после заявления, полученного полицией, он больше часа не покидал кабинета Фэй Чэнъюя. Фэй Ду запомнил это, потому что когда детектив вышел, то избегал его взгляда. Ведь ничего не добился. А ещё Фэй Чэнъюй поразительно долго терпел его присутствие. Обычно так долго допрашивают в участке, при наличии доказательств и выдвинутых обвинений, только вот против Фэй Чэнъюя нельзя было ничего выдвинуть, он был волен выставить детектива в любой момент, намекнуть на разницу положений и последствия излишней любознательности. Либо мужчина сдержал себя, чтобы избежать подозрений, либо Ло Вэньчжоу оказался непоколебим. Он же не сказал Фэй Чэнъюю никаких провокационных вещей в тот день? «Лу Цзя, узнай детали о четырех убитых студентках восемь лет назад, чем закончилось расследование и кто взял ответственность на себя за смерть Лю Юнси», — едва Фэй Ду отправил это сообщение, как пришло уведомление из группового чата от Сяо Хайяна:

«Я нашёл шестую девушку: в первый понедельник месяца, девять лет назад, пропала студентка Шуан Хэ, через неделю её изнасилованную нашли под мостом. В её смерти подозревали преподавателя по менеджменту, одна из подруг Шуан Хэ заявила, что та задержалась после занятий, чтобы обсудить с ним презентацию, а после исчезла. Но подозрения были сняты из-за подтверждённого алиби. Капитан Ло, мне съездить к её родне?».

В то же мгновение последовал короткий ответ:

«Я сам».