Нулевые отношения

XLV

Астра Яо. Откуда ни возьмись

      Утром Вайз и Белль стояли перед летним умывальником и чистили зубы. Умывальник располагался за домом, объятый прохладной тенью одичавшего сада. У них немного шумело в голове после вчерашней гулянки с Сынами Калидона. В ушах будто до сих пор эхом отражалась музыка и смех Бёрнис.       — Кстати, Вайз? — спросила Белль сплюнув мятную пену.       — Мгм? — Вайз тщательно чистил зубы.       — Я тут давно хотела спросить… — медленно произнесла Белль.       — О чём?       — Ну… Мне всегда было любопытно. Ответь откровенно.       «Что она опять задумала?»       Глазки Белль искрились, взирая на него внизу вверх. Вайз вздохнул.       — Ну? Я готов ответить честно.       — Я часто оставляю свои ношенные трусики в бельевой корзине. То есть, это не такая вещь, которую я бы стыдливо от тебя прятала. Понимаешь?       — И? — кивнул Вайз.       — Ну вооот… Ты когда-то нюхал мои трусики во время дрочки?       Вайз подавился зубной пастой и закашлялся, пытаясь выдавить изумлённое: чего?!       — Ну, типа, некоторые парни так делают. Такой фетиш даже есть.       — Нет. Ни разу, — отсёк Вайз прямо и безапелляционно. — Никогда так не делал.       — Ну скажи честно! Я ж без осуждения.       — Говорю, как есть. Не было такого никогда! С чего ты вообще решила, что я таким занимаюсь?       Повисла пауза. Белль уставилась на него, повесив руки. В её глазах блеснула глубокая детская обида.       — М? — Вайз взглянул на неё искоса. — Ну что опять? Ты как будто расстроена.       — Ещё бы! Как тут не обидеться!       — Чего?.. — удивился Вайз. — Так, погоди, ты обиделась, что я не занимался такой похабщиной? Я тебя правильно понял?       — Да! Ну, типа, блин. Это как-то обидно, знаешь. Брезгуешь родную сестру.       — Я этого не говорил! Просто… я никогда так не делал. И всё. Даже мысли не возникало.       — Но это же частичка меня… — мурлыкала Белль, водя носочком крокса по плиткам дорожки.       — Мне хватает и тех частичек, из которых ты состоишь целиком. Лишних мне не нужно… — Тут Вайз вдруг задумался. — Так, погоди… А ты сама, часом, мои труханы не нюхала?.. Белль? Белль?       Но его сестры уже не было рядом. Она заблаговременно ретировалась в дом, оставив вопрос без ответа.       «Что с ней сегодня творится? Не то чтобы она вчера была другой, просто сегодня она ведёт себя слишком странно…»       Этим утром Вайз проснулся от того, что Белль делала ему минет. Странное чувство. Его ещё никогда не будили подобным образом. Губы и язык Белль сжимали его член, но спросонья чувства смазались в голове, и непонятно: это было приятно или всё же нет.       Белль увлечённо и жадно работала ртом, не успевая поправлять волосы, падавшие на лицо. Вайз не знал сколько его сестра сосала ему, пока он дрых, но к тому времени, как он протёр глаза, её лицо было красным, а глаза слезились.       Он кончил спустя пару минут. Очень мощно и обильно. Трёхдневный запас спермы излился Белль в рот, и она зажмурилась, наслаждаясь извергающимся членом. Эти пульсации и уплотнения головки всегда вызывают у неё внутренний трепет. Она с наслаждением разделила сперму на два небольших глотка: глотая первую порцию, вторую держала под языком.       Ответных ласк Белль не попросила. Поиграв ещё немного с его членом, она дала Вайзу полчаса поваляться в кровати и осмыслить случившееся, ушла вниз готовить завтрак. Вайз так и не понял понравилось ему или нет, но минет всё же был офигенным. Прям как тогда, в лав-отеле после свидания.       «Если так подумать, это первый раз, когда мы чем-то таким занимаемся в этом доме»       Это было чистой правдой. По пути в этот курортный городок Вайз думал, что, наплескавшись в море, он закроется с сестрой в домике и будет заниматься с ней всем, на что богато их развращённое воображение, но всё оказалось прозаичнее. Всё это время у них банально не оставалось сил на близость. Каждый день то прогулки по городу, то гулянки с Сынами Калидона. Набегаешься как собака и ни о каком сексе не думаешь. Одна мысль: кровать, сон!       А потребность в сексе у таких фертильных людей, как Белль и Вайз, ведь никуда не пропадает. Она копится и зреет внутри, находя выход в подобных развращённых выходках и каверзных вопросах.       — Может у неё скоро овуляция? Или как оно там у девчонок? — бормотал Вайз себе под нос, дочищая зубы. — «Стыдно, что живя всю жизнь с сестрой, я так мало знаю про все эти женские штучки… Нужно будет расспросить»       Прополоскав рот и помыв щётку, он взял пенку для бритья и бритву. За три дня у него отросла приличная щетина. Соскабливая её бритвой, Вайз продолжал думать о Белль. В первую очередь он вспоминал её утреннюю проделку.       «Улётный, однако, был минет, — подумал он, ощущая, как кровь приливает к члену. — И этот её взгляд снизу вверх. Прям до мурашек... Как же я её обожаю!»       Этим утром было подозрительно тихо: со стороны пляжа не слышалось ни «Зубастика», ни гула отдыхающих, только мерный шум моря. Предвкушая тихий отдых на белом песочке в тени зонтика или пальмы, Белль надела другой купальник: раздельный, белого цвета, с принтом чёрных бабочек. Ей захотелось разнообразия по такому случаю.       — Вайз! Надень другие плавки, — настояла она, когда увидела, что брат надевает те же плавки-шорты.       — У меня других нет.       — В смысле, «нет»?       — Ну да. Зачем мне дофига плавок?       Белль раздражённо вздохнула. Практичность и простота Вайза периодически жутко её бесят.       Эос в этот день предпочёл остаться в доме. Вчерашние посиделки с поросятами Люси его страшно утомили, и он упрямо продолжал висеть на подзарядке, хотя его аккумулятор был полностью заряжен.       — Ладно, пусть отдыхает, — снисходительно вздохнула Белль, накидывая на плечо пляжную сумку. — Вчера у него был тяжёлый день.       — И всё же, как-то подозрительно тихо, не находишь? — сказал Вайз, когда они вышли за ворота, завернули на ближайшем перекрёстке влево и направились в сторону искрившегося волнами горизонта.       — Ну… штиль, бывает.       — Да я не об этом.       Белль и сама понимала о чём говорит Вайз. В округе было подозрительно малолюдно, а если и возникали отдыхающие, то они шли понуро в обратном от пляжа направлении. Наших героев проняло любопытство, и они ускорили шаг.       Уже на подходе в просветах меж веток криптомерий стало видно, что пляж удивительно пустой. Взобравшись на пригорок, Белль и Вайз окинули взглядом панораму пляжа.       Длинный прямоугольник берега был оцеплен белой лентой, создавая импровизированную киностудию. В центре огороженного пространства, на прогретом солнцем песке, стояла киноаппаратура: массивные камеры на рельсах, отражатели, ярко-белые зонты, рассеивающие солнечный свет, и несколько высоких кранов с закреплёнными на них прожекторами. Рядом, на специально расстеленных брезентовых покрытиях, стояли складные стулья, столики с кофе и закусками, а также белые палатки — мобильные гримёрные и костюмерные, из которых то и дело суетливо выбегали помощники.       Неподалеку, у самой кромки воды, суетились декораторы, разбрасывая бутафорские водоросли и морские раковины. Тут же, наготове, стояла группа техников, готовых по команде запустить дымовую машину или включить мощные ветродуи для имитации морского бриза.       Низкорослый толстячок-режиссёр в панаме и солнцезащитных очках, размахивая короткими смешными ручонками, общался с оператором, который кивал, периодически прищуриваясь. Группа помощников режиссёра с рациями постоянно что-то координировала, отдавая команды и следя за таймингом.       Среди всей этой суматохи выделялись актёры. Молодой, высокий парень в лёгкой льняной рубашке, вероятно, один из главных персонажей, репетировал свою реплику, нервно загребая песок ногой. Чуть дальше, у шатра с гримом, сидела и неторопливо листала сценарий не кто иная, как Астра Яо. Её простая, но элегантная одежда для съёмок — платье морского цвета — гармонично сочеталась с окружающим пейзажем. Она была сосредоточена, лишь изредка поднимая взгляд на морскую даль, словно вживаясь в роль, которую вот-вот должна сыграть. Рядом с ней стояла гримёрша, подправляя причёску и легонько взмахивая пудровой кисточкой по щекам.       За всеми этими участниками съёмочного процесса, чуть поодаль, виднелись силуэты охраны, неусыпно следящей за периметром. Среди них выделялась высокая, статная, с серьёзным лицом, Эвелин, неизменная агентка, менеджер и телохранитель Астры Яо.       — Ого… вот оно что! — удивилась Белль, наблюдая издалека. — Астра снимается в новом фильме! Новая часть цикла про Монику? Блин, Астра ничего мне не говорила!       — Даже такая ветренная девушка, как Астра строго соблюдает договор о неразглашении, — сказал Вайз, всматриваясь в Астру, по которой нескрываемо фанател.       Видя, что к съёмочной площадке стягиваются люди, которых даже охрана разогнать была бессильна, с раскладного кресла спрыгнул толстячок-режиссёр и, раздражённо жестикулируя, подошёл к ограждению.       — Товарищи! Нечего здесь стоять и просто так глазеть! Прошу вас! Освободите территорию или мы будем вынуждены вызвать ребят из СОБЕЗ-а! Уж они-то на вас найдут управу!       Слыша, какие некрасивые слова выкрикивает господин режиссёр, Астра Яо моментально покраснела и вскочила с места.       — Не говорите такое! Не нужно так ругать этих людей.       Видя и слыша, как Астра за них заступается, люди (можно не сомневаться в том, что это были, так называемые, «астранафты») восторженно закричали.       — Ну а что я могу с ними сделать?! — не унимался режиссёр. Цветом лица и формой головы он напоминал спелый помидор… Да и размером чуть больше его превосходил.       Астра жестом подозвала к себе Эвелин.       — Эви, как мы можем удовлетворить этих людей?       Эвелин смущённо поглядела на толпу перед белой лентой.       — Госпожа Яо… я понимаю на что вы намекаете, но поймите, что ваш график плотнейшим образом расписан. Я не могу…       — Можешь! — непреклонно вскинув голову, насупилась Астра. — Помнится, через два часа у меня будет двадцатиминутный перерыв?       — А… да, но-…       — Никаких «но», Эви! Эти люди хотят моего внимания, они его получат. Устрой всё так, чтобы я смогла на этом перерыве это сделать.       Эвелин ничего не оставалось, кроме как покорно кивнуть и нажать на наушник в ухе.       — Приём. Можешь подъехать?.. Ага… Да, опять экспресс-автограф-сессия… Сил моих нет. Ага. Жду. Давай быстрее.       Она выглядела жутко уставшей, но внешне её усталость проглядывалась только в моменты ожидания между звонками.       Оставшись довольна собой, Астра невольно подняла взгляд на возвышенность перед пляжем — на то самое место, где стояли Белль и Вайз. Рассмотреть их было той ещё задачкой, их скрывала тень и хвойные ветки, но Астре это удалось. Сначала ей показалось, что она обозналась, но не узнать наших героев с первого взгляда было трудно.       — О! Белль, Белль! Астра нас увидела! — оживился Вайз, дёргая Белль за локоть.       — Вижу, — Белль смутилась, видя брата таким взволнованным.       — Белль! Вайз! — вскочив на раскладной стульчик, Астра замахала руками.       Белль и Вайз замахали в ответ.       Их разделяло приличное расстояние и высота, но Астра всё равно выкрикнула им пару-тройку фраз. Но в этот момент с моря задул ветер, унеся за собой звук её голоса. Почти все на съёмочной площадке обратили внимание на странную парочку на холме — взгляды были раздражённые и уставшие, и только Астра смеялась и улыбалась своей лучезарной улыбкой.       «Я напишу!» — означал жест, который показала им Астра.       На съёмочной площадке запищал таймер и всё пришло в движение. Режиссёр хлопал в ладоши, помощники засуетились, оправляя костюмы и внося в грим последние штрихи.       Видя, как охранники блеснули в их направлении тёмными очками, Белль и Вайз решили не испытывать их терпение. Им, конечно, хотелось понаблюдать за съёмочным процессом, но делать это под перекрёстным огнём суровых взглядов было страшно некомфортно.