Нулевые отношения

XCII

Мияби снова боится

      Белль и Янаги разговорились между собой. Янаги, заполучившая внезапный выходной, не сильно-то скучала по работе, потягивала белое вино и понемногу хмелела. Белль не притрагивалась к алкоголю, но с удовольствием угощалась фруктовыми коктейлями.       Заболтавшись, они не обратили внимание на Мияби, которая в какой-то момент развернулась и молча ушла, но заметив её исчезновение, девушки завертелись на месте, ища её глазами.       — Сокаку, ты не видела куда ушла командир Хосими? — спросила Янаги.       Девочка-óни простодушно пожала плечами, стирая с губ мелкую галетную крошку. Своей прожорливостью она замучила официантов, которые устали бегать на кухню. Не успеют они наполнить разносы, как налетает эта рогатая девчонка и сметает всё без остатка.       Пропажа Мияби смутила и Вайза с Харумасой. Они присоединились к поискам.       Подоспела Астра и спросила, чем они так обеспокоены. Вот уже и она блуждает по террасе разыскивая среди гостей потеряшку с длинными лисьими ушами.       Мияби нигде не было: ни на террасе, ни в доме.       Как вдруг Белль зацепилась взглядом за точку на скалистом берегу и, показав туда пальцем, сказала:       — Вон её уши торчат!       Действительно, силуэт Мияби вырисовывался на скале над морем.       — Боже, что в этот раз..? — устало вздохнула Янаги. — Как она вообще вскарабкалась по этим камням?       — Забываешь, какая командир бывает проворная! — поддел её Харумаса.       — Сейчас доумничаешься и сам к ней полезешь!       — Не-не! Я пас, — тот отступился, помахивая руками. — Такое скалолазание не для меня.       Белль посмотрела на Вайза. Тот хотел последовать примеру Харумасы, но дважды трюк не сработал. Сойдя с террасы на морское побережье, Вайз взбирался по острым крутым скалам, боясь поскользнуться и упасть. Мияби слышала, что кто-то идёт, и её ухо повернулось в сторону шагов, но сама она оставалась неподвижной.       — Госпожа Хосими… — Вайз совсем запыхался. — Зачем вы ушли?       — М? — Она удивлённо посмотрела, обернувшись. — Что-то не так? Мне стало скучно. Захотелось поближе посмотреть на море. Вот и всё.       Простота ответа и его искренность заставили Вайза почесать затылок.       — Не пойми меня неправильно, — поборов смущение, он перешёл на «ты». — Там… ну, все очень удивились, увидев тебя здесь.       — Почему кого-то волнует моё желание посмотреть на море?       — Да нет. Просто… — Вайз обернулся на террасу: группка гостей скучковалась на краю и наблюдала за ними. Несколько девушек даже снимали на телефоны.       — У них всех кишка тонка вылезть по скользким острым камням на скалу, — сказала Мияби. — Вот они и высмеивают тех, кто на это способен.       — Будем считать, что это я и хотел сказать.       — Но я забралась сюда не для того, чтобы… как же это слово..? — Мияби задумчиво опустила уши, пощипывая подбородок. — Сокаку вечно его говорит…       — Выпендриться?       — Да. Это ведь подходящее слово?       Поджав губу, Вайз подёрнул бровями.       — Вполне.       — Мне захотелось взглянуть ему в глаза, — голос Мияби стал совсем тихим.       — Кому?       — Морю. — Она устремила взгляд в плескавшуюся внизу морскую гладь.       — А.       — Вы болели, господин Вайз, и из-за этого нам пришлось отложить наши тренировки. Но всё это время я тренировалась сама. Плавала, училась нырять… с этим сложнее: в уши затекает вода и приходится забивать их ватными пробками. Я не прекращала заниматься всё это время.       — Ты большая молодец, Мияби.       — Всё это я делала, чтобы справиться со страхом, который море вселяет в меня. Операция в каверне уже послезавтра. Нас переправят в каверну на катере, но, хотите верьте, хотите нет, мне до сих пор безумно страшно. Страх не ослаб во мне ни на грамм. И сейчас, смотря отсюда в чёрное море, у меня дрожат колени.       — Это нормально — бояться.       — Но я ведь Охотница каверн. Для меня важен боевой дух. Я боюсь потерять самообладание, боюсь поджать уши и забиться на дно катера, ниже бортов, чтобы не видеть это море. Мне уже нестрашно плавать на мелководье, наблюдать за рыбками и водорослями, что щекочут мне ноги. Но глубина — она пугает меня. Ужас ослабит мои руки, и разве смогу я после этого держать меч? Это ставит под удар всю операцию и всю «Секцию 6».       Вайз молчал, хоть и понимал, что наступил тот момент, когда он должен сказать правильные слова, что-то, что ободрит Мияби. Но эти слова, как назло, не шли ему на ум.       Пауза затянулась. Мияби глядела вниз, на море, затем посмотрела на Вайза. Тот не выдержал её прямого взгляда и отвёл глаза. Мияби осмотрелась вокруг и, найдя надёжный спуск, шагнула вниз, ближе к морю.       Вайз опомнился.       — Мияби, что ты задумала? — он попытался схватить её, но она проворно сошла к воде.       С террасы их уже было не видно. Они скрылись внизу, под козырьком скалы.       — Подержите мой пиджак, господин Вайз. Пожалуйста.       Мияби начала раздеваться. Вайз покорно перекидывал через локоть снимаемую одежду. Под рубашкой ничего не было. От прохладного вечернего бриза на её мраморной груди выступили мурашки, а соски уплотнились и словно втянулись внутрь. Не испытывая особого стыда перед собственной наготой, Мияби, тем не менее, подумала о чувствах Вайза и прикрыла грудь кончиками пальцев.       Она осталась в одной повязке, плотно обмотанной вокруг бёдер и между ног.       — Я поступаю импульсивно. Простите меня.       Мияби села на край камня, погрузив ноги в воду, которая была тёплой, не успев остыть после знойного дня. Но ступни леденило холодным течением, тянувшим свои щупальца откуда-то из глубины.       — Завтра погода испортится, — констатировала Мияби таким тоном, словно знала это наверняка. Она сняла с запястья резинку и собрала волосы в тугой пучок.       — Вы смотрели прогноз погоды?       — Нет. Просто море слишком спокойное.       — Затишье перед бурей?       — Да. Море сейчас, как боец, набирающийся сил перед решительной схваткой. Мне тоже нужно мужаться. Море готово к схватке, а я нет.       Здесь не было тех светящихся водорослей, что покрывают дно вдоль пляжей. Ступни Мияби растворились в темноте, погрузившись в воду.       Вайзу показалось, что она начала медитировать. Её дыхание стало ровным и глубоким. Но в какой-то момент Мияби оттолкнулась от камня и поплыла.       — Мияби! Постой! — он сделал шаг, но чуть не поскользнулся.       — Не беспокойтесь обо мне. Подержите мои вещи. Я поплаваю сама.       Стоит ли говорить о том, как было страшно Мияби в тот момент? Тёмное небо сливалось с таким же тёмным морем, а под ногами не прощупывалось дно. Даже вытянув вниз носочки, Мияби не могла дотянуться, ощущая только обволакивающую прохладу глубины. Плавание было для неё уже как ходьба, как дыхание. Руки и ноги двигались рефлекторно, держа её на плаву. Но ужас мешал ей дышать, сбивал дыхание, сковывал мышцы.       Раздвигая руками воду, Мияби всё надеялась, что случится какой-то трюк, фокус, чудо — что угодно, и её страх размякнет и потечёт, как мороженое в вафельном стаканчике, которое ребёнок греет рукой. Но фокус всё не случался. Сил становилось меньше, мускулы начинали ныть тягучей болью, медленно перетекавшей в мучительное жжение. Солёная вода чаще захлёстывала ей лицо, затекала в рот и в нос. Её затошнило. В итоге Мияби подплыла к берегу и, хватаясь дрожащими руками, выползла на сушу.       — Как ты себя чувствуешь? — Мияби увидела носки кожаных туфель Вайза. Вокруг левой туфли намоталась длинная водоросль.       Пальцы Мияби впились в штанину, второй рукой она оттолкнулась и, поднявшись на ноги, навалилась всем телом на грудь Вайза. Тот ойкнул, пошатнулся, но устоял.       — Мияби?!       — Простите, господин Вайз. Я вся мокрая и ваш костюм теперь промок… Опять я веду себя безрассудно.       Мияби крепко обняла Вайза и её руки сомкнулись у него на спине. Даже сквозь плотную ткань костюма, она ощутила тепло его тела. Напитываясь им, как озябшее на холоде растение, Мияби ощутила, как тот фокус, о котором она так мечтала в море, случился — страх дрогнул и отступил. Но какой теперь толк от этого фокуса, когда она стоит на суше?       — Да… это немного… ну, неловко… — пробормотал Вайз и обнял Мияби одной рукой. Вторую он вытянул в сторону, чтобы не намочить её одежду.       — Простите, — Мияби вдруг резко отпрянула, черканув кончиками ушей по подбородку Вайза. — Я совсем забыла. Простите. Мне правда не стоило. Вы ведь… впрочем, вы и сами всё понимаете.       Вайз удивлённо посмотрел.       — Эм… Нет? Не понимаю. О чём ты?       — Ну как? — рубиновые глазки Мияби блеснули в лунном свете. — Вы ведь в близких отношениях с госпожой Белль. Разве нет? — Мияби вновь прикрыла грудь.       Вайзу показалось, что в этот момент на него навалилась ледяная волна, но море в тот момент могло только облизывать подошвы его туфель.       — Откуда ты..? Как ты..? Кто проболтался?       — Успокойтесь, господин Вайз, — спокойно ответила Мияби. — Я всё поняла сама. Наблюдая за вами на горячих источниках (Да и намного раньше), я видела ваши глаза, движения губ и ещё много-много вещей, которые у влюблённых случаются сами, на уровне рефлексов. Сначала я не придала этому значения, подумав, что вы брат и сестра, и между вами всяко должны быть особые отношения. Но присмотревшись повнимательнее, я нашла подтверждение своим подозрениям и теперь знаю наверняка. Вы встречаетесь, да?       Вайз вымучено скривился и повесил голову, уперев подбородок в грудь.       — Мне уже бессмысленно отнекиваться. Тебе не в ССК работать надо, а детективном агентстве.       Мияби удивлённо наклонила голову. Вайз махнул рукой.       — Проехали… Слушай, а кроме тебя никто не..?       — Об этом не беспокойтесь. Все вокруг будто ослепли и не видят очевидного.       — Вот и замечательно, — вздохнул Вайз.       — Я буду верно хранить тайну ваших отношений. Об этом тоже не беспокойтесь. Я не вижу в них ничего предосудительного, но многие могут отреагировать совсем иначе, я это понимаю.       Встав против ветра, Мияби быстро обсохла. Холодной и мокрой осталась только набедренная повязка. Её пришлось снять. Вайз тоже подсушился. Сыроватым остался только воротник рубашки.       Одевшись, Мияби бросила на море хмурый взгляд и остаток вечера она стояла на террасе, развернувшись спиной к горизонту.