Дверь Офелии

События, последовавшие сразу после их возвращения, Офелия помнила смутно. Они слились в общем вихре криков и движения, единственным значимым фактом которого было ощущения, что Торн крепко сжимал и не выпускал ее руку. Руку, на которой по-прежнему не было пальцев. Офелия не надеялась, что они вернутся, однако, она еще не поняла, что на этот раз стало предметом символического обмена. Но что бы Изнанка не забрала на этот раз, самое главное ей удалось вырвать из ее лап. Это была последняя мысль, которую запомнила Офелия прежде чем погрузиться в сон, который закончился сейчас, когда она открыла глаза. Она с трудом могла сфокусировать взгляд. Очков не было, и все расплывалось в неясных очертаниях. Но все же Офелии удалось узнать знакомую комнату, свою спальню в доме, когда-то принадлежавшем Лазарусу. – Доброе утро! – улыбнулся профессор Вольф, откладывая газету. Он неловко водрузил и поправил очки на носу Офелии, которая пока не могла произнести ни слова, только удивленно хлопая глазами. Остатки сна еще не до конца отпустили ее, и она с трудом понимала, что здесь делает профессор. – Присматриваю за тобой. – словно отвечая на ее немой вопрос, ответил он. – Мы тут по очереди дежурим с тех пор как тебя выписали из больницы. – Но он еще там! – поспешно добавил он, увидев, как расширились глава Офелии, как только она окончательно проснулась. – Не волнуйся. Твой супруг в порядке. Просто ему требуется более длительная помощь, чем тебе. И не переживай – мы присматриваем и за ним тоже. Мы – это я и Блез, и Октавио, когда ему удается вырваться от работы, которая на него свалилась после Восстановления, и твоя семья, которые отказываются уезжать, пока ты не придешь в себя, и мадам Беренильда. – профессор Вольф опережал все вопросы Офелии, словно читая их в ее глазах. – В общем, ты сама скоро всех увидишь. – Торн… – наконец выдохнула Офелия. Губы плохо слушались ее, буквы отказывались собираться в слова, а те – в предложения. Она едва чувствовала свое тело и сил хватило лишь на то, чтобы произнести его имя. Да, Офелия слышала, все что сказал Профессор Вольф, но она отказывалась понять и принять тот факт, что Торна нет рядом. После всех мук, поисков и ожиданий, она просто не могла этого допустить. Кажется, чувство собственника, в котором однажды признался ее муж, проснулось и в ней. И она не собиралась этого стыдится или скрывать. Напротив, она твердо была убеждена, что имеет право быть рядом с человеком, которого она выбрала, и которого вернула с обратной стороны, из небытия. Это чувство просто захлестнуло ее и дало физических сил чтобы медленно, но все-таки сесть в кровати. – Мне надо… быть с ним. – медленно, но твердо произнесла Офелия. В глазах профессора Вольфа мелькнула некоторая досада, что именно он оказался рядом в момент пробуждения Офелии и сейчас будет вынужден сдерживать ее натиск. Ей даже показалось, что он вот-вот пойдет искать помощь кого-нибудь из ее родственников, чтобы удержать ее в постели. Однако, он взял себя в руки, и мягко сказал: – Безусловно, так и будет. И очень скоро. Пожалуйста, дай себе несколько часов, чтобы набраться сил, и мы вместе поедем в больницу. Если тебя это утешит, я могу пока рассказать тебе, что произошло после того, как вы устроили погром в магазине зеркал. Офелия неуверенно кивнула. Она готова была сорваться и бежать в больницу как есть босиком и в сорочке, но вынуждена была признать, что едва могла удержаться, чтобы не рухнуть обратно в постель. Профессор Вольф суетился с какими-то склянками и, не дав Офелии опомнится, ловко влил ей в рот какую-то отвратительную на вкус микстуру. – Ну и шуму вы наделали, конечно. – давая ей выпить воды, продолжил он. – Владелец магазина был в панике, собралась толпа, а следом и жандармы. Вы были все в крови от осколков и так уж жалко выглядели, что вас доставили не в тюрьму, как требовал этот возмущенный лавочник, а в больницу. Через какое-то время об этом доложили Октавио, а уж он-то понял, что к чему, и оповестил нас. Микстура подействовала. Офелия стала снова сползать в сон, отчаянно сопротивляясь, ведь она жаждала узнать, как можно больше. – С тобой врачи довольно быстро справились, и сдали тебя нам, сославшись на то, что у них нет свободных мест и что в домашних условиях ты поправишься быстрее. – продолжал профессор. – Поскольку Лазарус и сын его исчезли, дом передали в ведомство города, а значит и Октавио. Он каким-то образом, временно оформил его как резиденцию Лорда Генри, ведь именно так мистер Торн числится на Вавилоне. Так что, ты, в общем-то у себя дома. Эта мысль разлилась теплом по телу Офелии, и она сдалась накатившемуся сну, так и не узнав подробности о состоянии Торна.