дышать.

Гарри считал — всё будет просто. Метка — защита. Метка — как замок на двери. Метка — чтобы они знали: “не трогать”.  Он действительно думал, что сможет жить дальше. Что наступит тишина. Что всё закончится. Но с понедельника началось не “после”. Начался блядский Ад.  Драко сидел через два стола. На одной паре он чуть повернул голову — и Гарри будто вдохнул его запах на секунду. Легкий. Его. Свой. И от этого стало… Тише. На пару минут. Он даже подумал, что всё нормально. Они даже хорошо провели дебаты, получили лучшую оценку в классе. Понедельник был просто замечательным. Но за понедельником пришел вторник.  Во вторник Гарри проснулся с головной болью, которую не мог объяснить. Не голод. Не простуда. Пустота. Ему было необъяснимо холодно в Мае. Блять, в Мае! Когда он привык таскать с собой лишь очки да легкую рубашку, а не кутаться в кофту и не понимать как вообще возможно согреться изнутри и возможно ли в целом.  Он не видел Драко весь день. И с каждым часом его тело начинало искать. Глаза — среди толпы. Уши — вслушивались в шаги. Нос — выхватывал каждый запах, надеясь наткнуться на свой. На их. На метку. Ничего. Он не стал писать. Но открыл чат. И смотрел, пока не уснул.  Среда была хуже. На лекции Драко пришёл позже. Не сел рядом. Даже не посмотрел. Гарри чувствовал запах. Но он был слабее. Как будто смывался. Как будто… стирался. Он не думал. Он злился. Он смотрел, как кто-то другой — девушка с факультета права — смеётся рядом с Драко. Он слышал, как тот что-то сказал, не ему. Как его губы шевелились не для него. И это было хуже любого крика.  “Ты мой. Это МОЯ метка. Ты пахнешь мной. Почему ты позволяешь им…” Он не закончил мысль. Он уткнулся в стол, стиснув зубы так, что челюсть хрустнула. Почти написал. Почти встал. Почти.  Среда реально оказалась сукой.  Четверг. Он сорвался. Джинни хотела обнять его — просто так. Соскучилась, переживала, болтала все утро о том, что мама зовет Гарри к ним на лето, что Рон тоже будет счастлив провести с ним каникулы. Он оттолкнул. Не сильно, но резко. Она посмотрела — растерянно. Он извинился. Мямлил. Но запах её духов был чужим. Он не выносил больше ничьего запаха. Он вернулся в комнату и сидел до ночи, вдыхая свою футболку, где всё ещё был он. Драко. Кровь. Метка. Он сам. Он не писал. Но открыл фото. Скрытое. Сделанное случайно, на паре. Где Драко опирается на руку. Где волосы спадают на глаза. Где он дышит — просто дышит — и этого было достаточно, чтобы временно заглушить голод и желание сорваться, вызвать такси и… и что? Гарри даже адреса его не знает.  Он не спал. Не потому что не хотел. А потому что не мог. Слишком пусто. Слишком долго. Слишком… один. Пятница. Он знал, что не должен был смотреть, но смотрел. Каждую перемену — глазами сквозь толпу. На волосах — пепельный свет. На плечах — привычный силуэт. На голосе — оттенок узнавания, как звон ложки о фарфор. Малфой. Живой. Нормальный. Без рубашки до ушей. Без сломанных рук. Без него. Не рядом. Не смотрит. Не ищет. И Гарри… Сначала даже радовался. Даже думал: “Всё как надо. Мы взрослые. Мы сделали всё правильно. Он дышит. Я дышу. Защищён — всё, вопрос закрыт.” Но каждый час — что-то натягивалось внутри. Как леска, на которой висит тело. Как крик, застрявший под языком. На одной из перемен он видел, как кто-то подаёт Драко книжку. Как Драко берёт. И улыбается. И в этот момент у Гарри заскрежетали зубы. Он отвёл взгляд. Он вышел на улицу. Он стоял десять минут, вдыхая жаркий воздух, как яд, надеясь, что остынет. Не остыл. Но не сорвался. Пятница — он выстоял. Он подумал, что на выходных всё пройдёт. Что просто нужен отдых. Пауза. В понедельник Гарри пришел рано. Наверное, слишком рано, но он просто не мог оставаться дома один. Его тошнило от голода, от того, насколько хреново оказалось валяться в кровати и грызть телефон в незнании даже о намеке на состояние Драко. Мучительно, очень больно. Гарри бы оценил этот опыт на примерно ноль из десяти, если бы у него спросили. И если в пятницу он надеялся, что понедельник будет легче, в понедельник он мечтал о кофе и помереть где-то на пляже. Чтобы красиво. Чтобы Солнце. И, желательно, хотя бы кто-то рядом.  Нужно купить кофе. Нужно взбодриться, надо бы перед Джинни нормально извиниться. Купить цветы. Она не виновата, она хорошая, даже если капризная. А у Гарри, наверное, слишком много терпения, раз он все это время выносил даже выходки Малфоя.  Он снова думает о нем чаще, чем о своей девушке. Блять.  Гарри увидел его у кофейного автомата и ему очень внезапно перехотелось кофе. Драко стоял там, сумкой прикрывал живот, хотя они оба знали, что под мешковатой рубашкой ничего не видно. Улыбался. Шутил с каким-то мальчишкой из первого курса, Гарри его не знал. Но запах альфы ударил в нос и Гарри в ужасе представил, как этот самый запах — кислый, вонючий — может окутать Драко. Даже теоретически ему стало очень плохо.  Он открыл их переписку. Последнее сообщение дохрена дней назад и не отличалось от «пошел нахуй.» только тем, что в конце не было точки. Гарри не знал, почему и что печатал. Просто набирал текст, не слишком попадая по буквам.  08:42 — harry  отойди от него Драко даже не посмотрел на телефон. На беззвучном?  08:42 — harry  малфой отойди Драко мельком взглянул на экран, Гарри видел, как он отмахивается от вопроса мальчишки, как блокирует, как пихает телефон в карман джинс. Пиздец.  08:43 — harry ты не его ты мой убери его. убери блЯТЬ ЕГО. Он оказался за спиной Драко в считанные секунды когда понял, что сученыш не собирается отвечать ни на одно сообщение. Гарри не был просто зол, как на Седрика, он буквально окутал своим запахом Малфоя при первом же на вид небрежном касании ладони к спине. Драко вздрогнул, потому что Гарри знал, что от его настойчивого запаха будет трудно дышать. Но сдерживаться не мог настолько, что даже мальчишка-альфа вдруг придумал отмазку и сбежал, хотя Гарри даже не открыл рот.        — Чего тебе? — Драко выглядел самую малость раздраженным и небрежным. И очень, очень красивым. Ладонь Гарри на его пояснице скользнула чуть выше, между лопаток, по позвоночнику. Он не давил, не делал больно. Наверное, никогда бы больше не смог ударить.        — Я не разрешал, — голос Гарри был похож на шепот и он клянется что по Малфою в этот момент прошлись мурашки.        — О, — он выдохнул.  — А я-то думал, что у нас с тобой… м-мм… деловые отношения. Ты мне метку, защиту, а я… ну, в целом, того, что я тебя не бью, уже достаточно.  Гарри вздохнул очень тяжело и ему понадобилось примерно половина минуты, чтобы не огрызнуться в ответ. Но он не успел сказать, вообще-то, ничего. Драко снова говорил.        — И я не спрашивал разрешения, — и голову склонил. Набок. Лукаво. Пальцы Гарии сжали его рубашку чуть сильнее, чем должны были.        — Так… спроси. В следующий раз. Хотя бы… хотя бы предупреди, — он выдохнул также шепотом, оглянулся вдруг почти стыдливо, чтобы вдруг не попасться Джинни.  Малфой заметил и это тоже. Наверное, поэтому чуть наклонился к Гарри. Наверное, поэтому прикрыл глаза и украл — украл, блять! — поцелуй. Короткий, слишком сладкий. Но этого хватило, чтобы запах на Малфое снова сцепился, чтобы Гарри почувствовал как внизу живота очень сладко затянулось, как он едва не простонал стыдливо, даже не успел ответить. Малфой отстранился и зевнул. Судя по виду ему было очень скучно.  Судя по взгляду Джинни Уизли стояла прямо позади них и все видела.