дышать.

Гарри очень долго не мог решиться на то, чтобы постучать, но казалось, что если он простоит под дверью еще хотя бы минуту то просто сойдет с ума. Его вывернет наизнанку от всех мыслей, от головной боли, от навязчивого запаха Драко, который просачивался из его квартиры и значил лишь одну вещь — его. Гарри.  Разумеется у него не было ключей. Единственное, что он сделал, это предупредил Драко о том, что придет. Не сказал когда, не сказал как узнает его адрес, не сказал, что возьмет с собой и возьмет вообще. Но бумажка со скомканным адресом лежала смятой в заднем кармане джинс, а в руке были… цветы. Гарри до последнего считал это самой глупой идеей в мире. Малфой не девчонка. Да, омега. Но не девчонка. Он не Джинни, он не будет краснеть и щуриться, как довольная куколка. И все равно купил.  Ладонь дрогнула, чтобы постучать, но замерла за полпути от осознания того насколько же глупо он выглядит, наверное. С глупым букетом, с жалкой попыткой уложить волосы, с очками, которые постоянно сползали и раздражали. Гарри не знал, можно ли ему вообще приходить. Малфой же не сказал «буду ждать». Может, это все просто зашло совсем неправильно? Может, ему стоит вернуться домой? Снова попытаться извиниться перед Джинни? Может, купить домик где-нибудь далеко и сбежать? Умереть, в конце концов, от своей собственной жалости?        — Это мне? — голос Малфоя вывел его из потока очень странных мыслей и Гарри дернулся. Рука все еще висела в воздухе у двери, но дверь была приоткрыта. Белобрысая голова с очень любопытным лицом выглядывала из квартиры и Гарри очень шумно сглотнул.        — Тебе, — выдавил он. Малфой открыл дверь шире, Гарри очень хотел сбежать.        — Ты как вообще нашел мой адрес? Я понимаю — больница. Но моя квартира? Серьезно? — он шагнул в подъезд и Гарри тут же спохватился, аккуратно заталкивая его обратно.  Ноги Драко были босыми, а каменный пол подъезда слишком холодным.        — Заплатил Забини. И пообещал, что Гермиона будет делать за него домашку по Истории. Она об этом не знает, потом разберусь, — как-то туго промямлил Гарри и осознал с каким удовольствием Драко забрал у него букет. Не спрашивая подробностей. Потому что, наверное, Драко было совсем без разницы, если результат сейчас стоял у него в квартире с самым неловким в мире взглядом.        — Мои любимые, — прозвучало теплее, чем должно было быть. Гарри отвел взгляд в сторону.  Ему было очень приятно, потому что цветы он взял наугад. Просто самые дорогие, которые нашел — букет из белых маков. Редкие, наверное. В Англии ведь и красные нечасто встретишь. И неудивительно что такому как Драко нравится… ну, такое же, как Драко. Белое, чистое, редкое. Интересное.  Гарри стянул кеды почти машинально, словно в этой квартире он не был гостем на пару часов, словно он вообще не планировал отсюда уходить. Может, пока что не навсегда, но до утра точно. Потому что обещал.  В квартире было тихо. Даже слишком. Гарри шёл осторожно, будто боялся задеть воздух. Коридор короткий. Свет выключен. Из спальни — только тонкая щель света, и всё остальное — привычно-одинокое. Он открыл дверь сам. Медленно. Словно входил туда, где когда-то уже был — во сне. Во сне, в том, где Драко всё ещё не оборачивался, но всё ещё ждал. Спальня. Небольшая. Чистая. Слишком правильная, как гостиница. Но посреди кровати — смешная, неловкая куча из подушек, пледа, смятых простыней. Пахло… почти ничем. Чуть медом, который стоял на прикроватной тумбочке.  Чуть книгами, которые валялись поверх попытки в гнездо.  Он остановился. Смотрел. Потом — не с издёвкой, не злобно — чуть усмехнулся. Это было настолько трогательно, что альфа внутри его затрепетал.        — Ты и правда пытался. Гнездо. Без меня, — Гарри повернулся когда в спальню лениво вошел Драко.  Все такой же босой, все еще в той футболке, которую Гарри ему дал. В пижамных домашних и на вид очень удобных штанах. Они висели на худых бедрах и Гарри вдруг подумал как приятно они будут облегать живот Драко через пару месяцев.        — Не получилось, — коротко.  Гарри подошел к нему спокойно и медленно, осмотрел снизу вверх. Драко не двигался.  Ладонь легла ему на поясницу медленно и Драко наконец ступил ближе. Сам. Не пришлось и тащить.        — В следующий раз я принесу тебе свои шмотки, — мягко сорвалось с губ Гарри, когда он прикрыл глаза и провел носом по аккуратному изгибу шеи Драко. Тот поежился, выдохнул громче, плечи опустились.  — Что хочешь?  Драко не ответил сразу. Потому что пальцами нашел пояс джинс Поттера и мягким рывком вжал в себя поближе.        — Футболку хочу. Еще одну, — он помолчал несколько секунд, взвешивая все мысли и, чуть тише, почти стыдливо, добавил: — Ту, в которой ты… на физкультуре занимаешься.        — Фу, Малфой, — передразнил его Гарри но кивнул. Принесет. Разумеется принесет. Потому что как можно игнорировать просьбу такого до ужаса сладкого омеги? Малфой ведь впервые сам попросил. Гарри был готов в этот момент и трусы свои ему отдать, если скажет, что хочет видеть его голым у себя в квартире.  — Принесу. Все принесу, — повторил он уже тише и его пальцы поползли под футболку на Драко, находя его теплую кожу. Он царапнул ногтем бедро, пошел выше, к боку, губами слишком осторожно накрыл метку на шее Драко. Уже заживает, но запах не убрать просто так.  Драко едва слышно застонал.  Они оба замерли. Гарри с приятным изумлением — Драко со стыдливо покрасневшими ушами.        — Но до следующего раза… Я очень постараюсь оставить в этой квартире как можно больше себя. Чтобы хватило. Гарри не повалил его на кровать, он мягко направил такого послушного сейчас Драко в постель сверху этой жалкой и очень трогательной попытки в гнездо. Бледная кожа покрылась румянцем и Гарри считал это самой красивой вещью в мире.  Они не торопились. Было незачем, было ненужно. Вся ночь была впереди, все утро и даже если Гарри очень сильно старался не думать, он подозревал, что назад пути нет. Что он не сможет просто так отказаться от возможности целовать Малфоя. Что он без зазрения совести набьет лицо любому кто хотя бы намекнул на то, что нельзя, хватит, не твое.  Потому что тело Драко под его собственным дрожало, выгибало спину, хныкало. И было очень даже его.        — Слушай, а… — Гарри вдруг поднял лохматую голову, очки сползли куда-то на щеку и Малфой убрал их слишком элегантным движением. Захотелось поцеловать его.  — А тебе вообще… ну… можно? Я имею ввиду, ты же… ты же беременный и…        — Поттер.        — Я не хочу навредить или… а вдруг я сделаю больно? Или что-то…       — Поттер.        — Ты уверен, что это вообще безопасно?        — Если ты не трахнешь меня в течении пяти минут я вызываю тебе такси.  Гарри заткнулся. Аргумент был вполне убедительный, так что он выдохнул, проморгался с непривычки и стянул с себя футболку. Он не стеснялся собственного тела, он считал себя достаточно красивым, иногда нормальным. Но в целом самым обычным альфой, парнем. Не более.  Правда, когда Малфой завис на несколько секунд и почти священно протянул ладонь к мышцам на животе Гарри, надавливая, член в узких джинсах болезненно заныл от недостатка внимания. Малфой же откровенно пялился. Выглядел совершенно изумленным, трогал его живот, грудь, сжал пальцами сосок и Гарри шикнул, легко шлепая его по ладони. Тот капризно нахмурился, но согласился и бледные пальцы скользнули ниже, снова зацепляя живот.  У Гарри действительно закружилась голова. Он не был девственником, он спал с Джинни, до Джинни в старшей школе была еще девочка. Гарри совершенно точно умел хорошо трахаться, но сейчас, стоило пальцам блядского Малфоя скользнуть еще ниже, зацепить линию волосков от пупка до края джинс и — блять! — сжать его член через ткань, он застонал как школьник, ощущая дрожь в руках. Ну как можно сдержаться? Это же невозможно.       — Можешь не переживать о… защите. Знаешь, думаю, это мне уже не грозит, — Малфой тихо усмехнулся со своей же идиотской шутки, но Гарри не слушал.  Он попытался перевернуть его на живот. Ладонь Драко его остановила и он закивал как-то слишком судорожно. Гарри остановился.        — В чем дело? Мне остановиться?        — Нет. Не трахай меня как суку спиной к себе.        — Прости.  Гарри прикусил кончик языка почти стыдливо, но в извинении потянулся и оставил пару смазанных и мокрых поцелуев на щеках Драко. И как он сам об этом не подумал?  Ладони нашли пояс его пижамных штанов быстро и Гарри мягко приспустил, встречаясь взглядом с налитым кровью членом. На секунду, просто из глупой подростковой привычки, он прикинул размер. Чуть длиннее его собственного, но тоньше. У Гарри шире, у Гарри, он не побоится сказать, больше.  Но не так сильно его привлек член как то, что Малфой буквально пропитал смазкой собственные штаны. Черт. Вот же дерьмо. Как же сладко.        — Ты течешь.        — А ты не такой слепой без очков.        — М-можно я..? Гарри не договорил. Он аккуратно коснулся пальцем промежности Драко, он собрал тягучую прозрачную смазку — единственное, что все еще пахло мятным металическим естественным запахом омеги — и поднес ко рту, слизывая. Начисто. Гарри никогда в жизни не ощущал подобных чувств и того, как же больно и тесно было ему самому в собственных джинсах. Нахера он вообще их натянул? Оставался бы в спортивках.       — Б-блять, да ты издеваешься, — пробормотал Малфой будто в лихорадке и откинул голову назад, чуть шире раздвигая ноги. В приглашающем жесте, в умоляющем желании слиться с тем, кто оставил ему метку. Впервые в жизни Драко Малфой тоже чувствовал себя так… хорошо.  Гарри кивнул словно загипнотизированный и простонал слишком громко, когда налитый кровью член наконец выскользнул из плена джинс и мягко ударился о член Драко. Блять.  Его ладонь обхватила их оба. Неполностью, но достаточно, чтобы с губ Драко сорвался протяжный стон.        — Мне… мне тебя растянуть? — прошептал Гарри.        — Нет, я… я уже… должен… должен поместиться.  Гарри Поттер никогда в жизни не купался в таком удовлетворяющем чувстве как гордость за собственный член. Потому что жалобное «должен поместиться» буквально звучало как «Нихера себе у Вас хер, Господин».  Он не толкнулся сразу, он сперва мягко провел головкой между бедер Драко, сперва собрал его смазку, наблюдая с восхищением как собственный предэякулят смешивается с соками омеги. Выглядело восхитительно, выглядело будто он дразнился и так почти и было. Ровно до того момента пока член мягко не скользнул внутрь и Драко всхлипнул, хватаясь за его плечи, царапаясь, хныча.  Гнездо, простыни, Драко Малфой и квартира пропитались запахом Гарри Поттера, придушив все, что было тут раньше.  И в эту ночь все было правда очень хорошо.