Золотая эпоха Сянлэ

      — Специфичного вкуса нет, — уверенно сказал Му Цин и отложил палочки в сторону. — С вашего позволения… — он встал из-за стола и поклонился, намереваясь быстрее уйти, но наткнулся спиной на что-то, вернее, на кого-то.       — Осторожнее! — раздражённо бросил Фэн Синь.       Извинения уже почти сорвались с языка юноши, но вместо этого, он сказал:       — Ваше Высочество, позвольте удалиться. — младший наложник стремительно покинув зал.       Фэн Синь прошел вглубь комнаты и презрительно хмыкнул.       — Совсем распоясался. Никакого уважения и дисциплины.       Се Лянь прыснул со смеху и прикрыл рот длинным рукавом, что несильно помогло.       — Вам нужно поговорить, мы работаем все вместе, и подобные проблемы не должны становиться помехой. Хорошо?       Фэн Синь нахмурился и опустил глаза в пол. Он понимал, что Его Высочество прав, но совершенно не представлял, как решить проблему со строптивым наложником.       — Ваше Высочество… Может быть… Вы ему скажете? Я в таких делах не мастер.       Се Лянь вытянул лицо в удивлении и сделал вид, что задумался.       — Приказать Му Цину разговаривать с тобой? Как ты себе это представляешь? — спросил он беззлобно, но с явным весельем.       Телохранитель почувствовал себя совершенно беспомощным. Сказали бы выстрелить в врага из лука или закрыть собой Его Высочество, он бы сделал не задумываясь, но примириться с наложником…       — Но…что я ему скажу?       — Для начала «извини».       — Извини… — повторил Фэн Синь. — А дальше?       Наследный принц пожал плечами и подхватил палочки с подноса.       — А дальше по ситуации, главное, чтобы он захотел с тобой говорить, или хотя бы не сбежал, как сейчас.       Фэн Синь хмыкнул. Он все ещё оставался в замешательстве. Все таки его оружие лук, а не слово. Но приказ есть приказ.

***

      Му Цин начал сильнее давить на тряпку, как если бы она провинилась в чем-то воистину ужасном.       — Лишь бы обвинить кого-то…       Тряпка быстрее задвигалась по кафелю.       — Ещё и руки распускать, тоже мне герой…       Юноша сжал руку до белых костяшек.       — Да хоть ты и на службе, думать ведь надо прежде всего!       — Пр… — раздалось из-за спины.       — Что такое? — слова вырвались слишком резко, будто его оторвали от дела государственной важности, а не вымещении злости на тряпке. Юноша прокашлялся и поспешил смягчить тон: — Я могу чем-то помочь?       Слуга поклонился.       — Если вас не затруднит, не могли бы вы отнести это в прачечную?       Му Цин не горел желанием идти куда-либо, но работа помогала отвлечься, главное не сломать корзину по пути.       Разумеется, там, где много молодых служанок, много разговоров.       — Такой красивый… А его холодный взгляд…       — Да… И стать, и сила, если бы взглянул на меня, точно бы на ногах не устояла!       — Да будет ещё такой господин смотреть на простых служанок!       Младший наложник пытался вспомнить, не приезжал ли кто-то в последнее время. Но он редко запоминал подобные вещи, чтобы не забивать голову. Не стоит и сейчас.       Младший наложник поспешил в Серебряный зал, чтобы проверить еду.       — Здравствуйте, господин! — неожиданно Му Цина встретила та девчушка с театрального представления. Бань Юэ, кажется.       — Здравствуй… Что ты здесь делаешь?       Однако ответил вошедший Се Лянь:       — Бань Юэ просила помочь с письмом.       Довольно опрометчиво пускать девушку в мужскую часть гарема. С другой стороны, Фэн Синя здесь тоже быть не должно, если юноша, конечно, не ошибается и тот полноценный мужчина. Вдруг ошибся?       Му Цин не сдержал смешка, что не осталось незамеченным.       — Что-то смешное услышал? — как на зло, заметил это именно Фэн Синь, отчего сдерживать смех стало ещё затруднительнее.       Пока юноша пытался вернуть подобающий вид, телохранитель подошёл к нему ближе и начал:       — Ты изв…       — Бань Юэ, садись, негоже гостье стоять. — сказал появившийся из ниоткуда Хуа Чэн. — Сейчас принесут сладости и чай.       — Спасибо…господин… — тихо поблагодарила служанка.       Хуа Чэн улыбнулся и погладил ее по макушке. Было в этом жесте нечто пугающее для тех, кто хорошо знал старшего наложника.       — У тебя уже неплохо получаются простые иероглифы, если будешь продолжать заниматься, то вскоре научишься быстро писать. — отметил Се Лянь и с легким упрёком посмотрел на старшего наложника. — Правда ведь?       Хуа Чэн сглотнул.       — Безусловно, Ваше Высочество. Бань Юэ, не хочешь пока фруктов?       Со стороны они выглядели как два заботливых родителя, кружащих вокруг любимой дочери.       Младший наложник и телохранитель невольно переглянулись, не понимая, что думать об этом.       — Так вот я… — вновь начал Фэн Синь.       В зал вошёл слуга.       — Господин… — он поставил тарелку со сладостями и начал разливать чай по чашкам.       — Фэн Синь, Му Цин, присаживайтесь, не стойте.       Хуа Чэн, кажется, пытался выгнать этих двоих одним только взглядом.       Когда Наследный принц и старший наложник разговорились о чем-то, телохранитель вернул чашку на стол и придвинулся на диване ближе к юноше.       — Мне стоит из…       Дверь Серебряного зала распахнулась. Внутрь вошёл опрятный человек, видимо, из личной прислуги.       — Ваше Высочество, — поклонился тот. — Спешу сообщить, что племянник гуна Мингуана только что прибыл во дворец.       Бань Юэ вдруг резко поднялась с дивана и удивлённо распахнула глаза.       — Уже? — она быстро поклонилась, прежде чем выбежать из зала.       Му Цин вернул чашку на стол, раздумывая.       Пэй Мин сейчас был не в фаворе, зачем же в такое время приглашать родственника?       Се Лянь, кажется, заметил его задумчивый вид.       — Думаю, Мингуан пытается исправить свое положение.       — Через Сяо Пэя? — удивился Фэн Синь.       Хуа Чэн успехнулся и пояснил с явным снисхождением в тоне:       — Старый ловелас сам остепениться не торопиться, зато племянника уже нашел куда пристроить.       Стало быть, свадьба.       — У Пэй Су блестящая репутация в гвардии, если положение дяди пошатнется, то это неминуемо коснется его. — сказал Се Лянь, — Женитьба на девице из знатной семьи поможет им обоим. Старшему — удержать положение, младшему — поддержать статус.       Му Цин кивнул. Тогда все становилось на свои места.       — Благодарю, Ваше Высочество, господин. С вашего позволения…       Стоило двери за младшим наложником закрыться, как старший наложник и Наследный принц выжидающе посмотрели на Фэн Синя.       — И чего ты ждёшь? — поинтересовался Хуа Чэн. — Мог бы уже раз сто извиниться.       Телохранитель выпучил глаза, но прикусил язык, пока лишнего не вылетело.       — Ты ещё можешь догнать его. — добавил Се Лянь.       Му Цин уже почти дошел до своих покоев пока его резко не развернули к себе, крепко вцепившись в плечи.       — Прости меня!       Юноша застыл в руках телохранителя, пока сердце испуганно колотилось в груди.       — Мне не стоило так поступать, я превысил свои полномочия, ты ведь не собирался никого отравлять, а я…вашу мать…как сложно… А я не должен был так делать… Ты простишь меня? — с надеждой посмотрел Фэн Синь.       Му Цин мог лишь только закивать и молится, чтобы на плечах не осталось синяков.