Золотая эпоха Сянлэ

      Комната наполнилась свежим воздухом, что слегка кружил голову. Му Цин сделал глубокий вдох и направил взгляд на яркий серп месяца, одиноко застывший посреди ночного неба.       Юноша поежился от холода. Пусть снег сошел, морозы стояли сильные. Му Цин уже хотел закрыть окно, но заметил слабый свет в покоях напротив. Почему телохранитель Его Высочества не спит в такой поздний час?       С другой стороны… Ему какое дело? И так еле ноги унес, когда тому резко приспичило извиниться. Еще и синяки на плечах оставил.       Все таки в первую встречу он производил более положительное впечатление, не такое раздражающие во всяком случае. Наложник вдруг вспомнил о чем-то и подсчитал на пальцах.       — Точно… — сказал он вслух. — Ровно четыре месяца.       Минуло ровно четыре месяца с тех пор, как он попал во дворец и гарем. Исхудалый, озлобленный и нелюдимый… Тогда казалось, что одной его ненависти может хватить, чтобы уничтожить все вокруг и вырваться из этой клетки. Однако…       Му Цин ещё раз взглянул на слабый свет в приоткрытом окне напротив.       Не каждый проведенный день здесь был так ужасен.       Юноша зарылся рукой в длинные волосы, отбрасывая от лица непослушные пряди. Стало совсем холодно, поэтому он поспешил закрыть окно обратно. Но перед этим бросил последний взгляд на месяц. Он и правда красив сегодня.

***

      Младший наложник растерянно осмотрелся по сторонам. Коридоры главного дворца в насмешке уставились на маленького человека, стремясь подавить его своей массивностью. Коридоры будто специально петляли, чтобы заплутавшая жертва навсегда тут и осталась.       А ведь он мог сразу попросить показать дорогу…       Он осмотрелся в поисках слуг, но как назло рядом никого не оказалось. А времени оставалось в обрез. Вдруг он заметил низенькую фигуру девушки на украшенной террасе.       — Бань Юэ?       Девушка вздрогнула и медленно обернулась.       — Это вы, господин… — облегчённо выдохнула она. — Могу я вам помочь?       — Ты можешь показать, где покои Его Высочества? Я здесь впервые.       Девушка еще раз оглянулась, будто ожидая кого-то, но в итоге поклонилась и вышла вперед.       — Конечно, следуйте за мной.       Покои Его Высочества по просторности могли бы вместить в себя несколько сотен человек, однако чрезмерной вычурностью не отличались. Все было обставлено со вкусом и для удобства. Воздух пропитал аромат дорогих благовоний, стойких, но не навязчивых.       — Ваше Высочество. — поклонился наложник и служанка.       Наследный принц был занят за чтением какого-то свитка и не переставал хмурится. В итоге он отложил бумагу и приветственно улыбнулся.       — Рад вас видеть. Извини, что так резко позвал сюда… Сань Лан взял часть моих аудиенций, а без него в Серебряном зале быть не могу.       И почему он оправдывается? Приказ есть приказ, не младшему наложнику объяснять причины такого решения. Однако радует, что Се Лянь прислушался к советам и стал делать перерывы в работе.       — Я понял. С вашего позволения, я начну процедуру.       Бань Юэ сразу же убежала, будто боялась упустить что-то. Пока Му Цин подготавливал инструменты, принц снял верхние одежды, оставшись в одни шелковых штанах. Наложник сразу приметил хорошо развитые мышцы и кожу подобную нефриту оттенка бараньего жира. Если бы можно было представить аристократичность как человека, то она стояла сейчас перед ним.       — Лягте на живот, пожалуйста.       Юноша невольно вздрогнул от мысли, что сейчас видит почти обнаженного принца, а ведь он его младший наложник! Пусть он здесь в качестве лекаря, ситуация в любом случае выходит странная. Как хорошо, что других слуг рядом не было. Еще стать объектом для сплетен не хватало.       — Все в порядке? — спросил Се Лянь.       Му Цин мотнул головой, отгоняя непрошенные мысли.       — …да. В самом начале может быть немного неприятно, поэтому постарайтесь расслабиться.       Когда с банками было покончено, наложник вытер руки полотенцем. А затем поджег палочку благовоний, чтобы засечь время.       — Когда она догорит, можно будет снять.       Принц кивнул и подложил руки под голову.       — Му Цин… Где ты обучился всему этому? И в растениях толк знаешь, и процедуры делать умеешь, симптомы легко определяешь… Такому из ниоткуда не научишься.       Младший наложник знал, что когда-нибудь его спросят об этом, но отвечать не горел желанием. Спросил бы кто другой… Его Высочеству ведь не откажешь.       — Моя семья давно занималась лекарским делом. Дед обучил отца всему, что знал сам, и он унаследовал дело. Он умел смешивать лекарства, определял хвори иногда лишь взглянув на человека, но город был маленьким, а лекарь всего один. Пришлось обучится еще кости вправлять, акупунктуре, процедурам разным… — юноша улыбнулся. — К нему даже из дальних провинций приезжали. А мама хорошо разбирается в травах, вот и обучили меня. Хотя до мастерства отца мне еще очень далеко… — все же тот не успел как следует обучить сына ремеслу, многое Му Цин узнал уже из его записей.       — Они, наверное, очень гордятся тобой. — сказал принц. — В свои годы уже знаешь и умеешь столько…       Му Цин хмыкнул, не отрывая взгляда от догорающей палочки.       — Наверное… — палочка догорела и сильнее заклубился дым. — Пора снимать.       — Оказалось лучше, чем я думал. — тихо произнес принц и размял затекшие мышцы.       — Спасибо.       Юноша поклонился.       — Вставайте аккуратно.       Се Лянь оделся и теперь расслабленно лежал на кушетке, прикрыв глаза.       — Какое блаженное чувство после часов бумажной волокиты…       Всякие сказочники и сплетники понятия не имеют насколько приукрашивают жизнь при дворе. Если выберется отсюда, то посмеется им всем в лицо.       — Ваше Высочество… — в покои зашел Фэн Синь, держа в руках несколько свитков. — Это передал советник Мэй, просил вас немедленно ознакомиться.       Наследный принц уткнулся лицом в подушку и простонал:       — Скажи ему, что я болен… Ни строчки прочитать не могу.       Му Цин не смог сдержать тихого смешка.       В итоге наследник все же забрал свитки и принялся внимательно их читать.       — Фэн Синь, проводи, пожалуйста, Му Цина. Я пока не собираюсь покидать покоев.       Оказавшись за дверями, наложник сразу же предпринял попытку сбежать.       — Благодарю, но я сам смогу…       — Идем. Еще заплутаешь здесь и встретишь, кого не следует.       Это он вспоминает случай с Хуа Чэном? Но это ведь была чистая случайность, да и при дворе только он и удостоился звания «демона».       — Хорошо. — ответил юноша. — Идем.       — Почему ты продолжаешь себя так вести? Я разве не извинился перед тобой? — спросил Фэн Синь, искренне не понимая причины холодного поведения наложника.       — Господин, я прощу прощения, если задел вас своим поведением… Но я всего лишь младший нал…       — Не пудри мне мозг, твой статус тебе что-то раньше не мешал говорить, а сейчас, стало быть, начал? Перестань юлить и ответь честно. Что мне надо сделать, чтобы ты меня простил?       Ему и правда так нужно заслужить прощения? Му Цин и не держал уже зла особо, всего лишь избегал. Он отвел взгляд в сторону и заметил нечто странное.       — Это еще что…       — Не убегай от разговора!       Му Цин подошел ближе, чтобы рассмотреть.       — Ива? — на балконе лежала ветвь с засушенными листьями.       Необычная картина для начала зимы. Тем более ивы поблизости не растет. Наложник осмотрел место и оно показалось ему знакомым.       — Верно! — сказал он вслух.       — Что верно? — переспросил Фэн Синь, все еще недовольный тем, что ему не дали договорить.       Он видел здесь Бань Юэ. Она вела себя немного странно, быть может, веточку оставила именно она?