Золотая эпоха Сянлэ

— Правитель подобен Солнцу. Жизнь невозможна без света, как и государство без правителя. Ваше Высочество, однажды и вы станете Солнцем для своего народа. — Наставник… Где же я возьму столько света? И останется ли мне хоть что-то?       Се Лянь исподлобья взглянул на Фэн Синя, тот сел напротив, прикрыв глаза. Он всегда так делает, когда хочет скрыть беспокойство. Вряд ли догадывается, что скрывать выходит из рук вон плохо. Молчание между ними было похоже на натянутую тетиву. Принц прокашлялся и повторил: — Лан Ин был в числе заговорщиков… Жаль, что мы не поняли этого раньше. Нужно понять, почему он съел яд именно сейчас. — Да, Ваше Высочество.       От формального тона Фэн Синя нить тетивы между ними натянулась еще сильнее. Только вот не было стрелы. — Гэгэ… Он готов говорить. — Хуа Чэн улыбнулся уголками губ и присел рядом, оставив между ними достаточно места. — Сейчас только закроет закусочную.       По крайней мере теперь они могли говорить свободно, без страха, что подслушают. Хэ Сюань и правда выглядел менее раздраженным, чем несколько минут назад. Но вот только… То, что Се Лянь хочет предложить, не должны были услышать Хуа Чэн и Фэн Синь. Под их взглядами он чувствует себя еще более виноватым. — Полагаю, вы уже знаете, кто я? — Знаю. Простите за такой скромный прием, не готовился к приходу столь важной персоны.       Непривычно было слышать настолько прямое и грубое обращение, но и принц собирался сказать нечто не менее наглое. — Я хочу поручить вам найти одно место… Там сейчас находится наш друг. Скорее всего, он в плену.       Хуа Чэн держал лицо, но Се Лянь заметил, как сжались его челюсти. Фэн Синь же… не скрывал своего удивления, смотрел так, будто ждал, что это все окажется глупой шуткой. — Ваше Вы… — И вы хотите, чтобы я пробрался к нему в плен? Заманчивое предложение. — Нет. Я прошу тебя найти логово, и внедриться туда. Если наш друг там, то помоги ему выбраться.       Хэ Сюань нахмурился. — Предлагаете стать шпионом… Но почему именно мне? Неужели нет более способных кандидатов на эту роль?       Есть. Множество способных и умелых, но всем им не доставало одного. — Нужен человек, который никак не связан с дворцовыми интригами, но достаточно умный, чтобы провернуть такое. — И на которого легко надавить. — добавил юноша, перебирая пальцами по столу. — Я понимаю, что прошу многого. — Хорошо. — сказал Хэ Сюань. — Но прежде, чем приступить к работе, я требую залог в половину вознаграждения.       Се Лянь не ждал, что будет так легко. Изначально тот даже отказывался его слушать. — Деньги будут доставлены сегодня ночью. И…приступить тоже нужно сегодня. — Что нужно делать?       Он еще раз взглянул на Хуа Чэна и Фэн Синя. Те не вмешивались, но были явно напряжены. — Попасть в темницу дворца.       Се Лянь ожидал, что стоит им оставить Хэ Сюаня, как на него накинутся с вопросами, потребуют объяснений, но они молчали. От этого на душе становилось только хуже. Чувство вины глубоко пустило ядовитые корни, питаясь его жизненной силой. Такой сорняк вырвать можно разве что с сердцем. Дорога до дворца заняла полчаса, чего с лихвой хватило, чтобы древо вины зацвело уродливыми цветами. — Сань Лан…поговорим? — ему вовсе не обязательно спрашивать, это место и люди в нем буквально принадлежат ему. Но, стоя на пороге Серебряного зала, Наследный принц не решался его пересечь, будто бродяга пришел проситься на ночлег.       Хуа Чэн совершенно обыденно пригласил его сесть на кушетку, налил чай и помог умыть лицо. Они делали подобное сотни раз, принц сидела все на том же месте, наложник повторял все те же движения. — Сань Лан, почему ты… ведешь себя, будто ничего не произошло? — Ваше Высочество, но как я должен себя вести? — наложник взял со столика расческу и подошел к принцу со спины. — Позволите расчесать вам волосы?       Принц вскочил с кушетки, встречаясь взглядом с Хуа Чэном, но тот сразу же опустил голову вниз. — Я использовал тебя, чтобы выведать информацию и хотел в тайне завербовать твоего друга… Почему ты так спокоен? Почему не злишься? Я ведь заслужил!       Наложник сжал в руках расческу, не поднимая глаз, промолвил: — Как я могу держать на вас обиду? Я оказался полезен вам, а посвящать в свои дела этого недостойного вы вовсе не обязаны. — Сань Лан, взгляни на меня.       Наложник поднял голову, в глазах отразился огонь свечей. И тогда Се Лянь, наконец, осознал свою ошибку. Он ведь ранил его, заставил чувствовать себя никчемным, а теперь еще и требовал ненавидеть его. — Прости… — Ваше…       Се Лянь взглянул на свои дрожащий руки. — Прости… Я не знаю, что мне делать… Я не знаю, что делать… Я не знаю… Не знаю! — крикнул принц, накрывая голову руками.       Наложник подошел ближе и начал гладить по спине, стараясь успокоить. — Гэгэ… Все хорошо… Ты не один, все в порядке…       И даже сейчас, он растоптал искренние чувства Хуа Чэна, а тот все равно пытается утешить. Почему не воспользуется его уязвимостью… Почему не надавит, не сделает хуже, от его заботы становится в тысячу раз больнее. Се Лянь отстранился. — Мне нужно идти… — принц попятился. — Гэгэ, подожди… Тебе нужно успокоиться. — наложник не сдвинулся с места, чтобы не напугать. — Я спокоен… Просто дела еще есть. Фэн Синь говорил тебе? Тот евнух умер… Мне нужно разобраться с этим. — Гэгэ, тебе нужно отдохнуть. Я подгот… — Нет! — вырвалось у него намного громче, чем он ожидал. — Мне надо идти. У меня много работы.       Наследный принц сбежал. Сбежал, как вор, застигнутый на месте преступления. — Ваше Высочество, вы звали меня? — Фэн Синь поклонился, ожидая указаний.       Все это походило на негласный заговор. Почему он тоже ведет себя, как ни в чем не бывало? Был бы здесь Му Цин, хотя бы завуалированно осудил, но его похищение тоже произошло по вине принца. Хочется верить, что тот все еще жив и проклинает его каждую секунду. — Фэн Синь, я…подумал, что тебе стоит заняться зачисткой дворца от людей Ци Жуна.       Телохранитель вновь поклонился. — Слушаюсь, я выберу людей и начну проверку.       Се Лянь нетерпеливо постучал пальцами по столу. — Думаю, твоя обязанность охранять меня будет только мешать. Поэтому я освобождаю тебя от нее.       Фэн Синь задрал голову, не веря в услышанное. — Ваше Высочество! Но я ведь…я же… это моя работа! Я справлюсь и с ней, и с вашим поручением.       Довольно уже губить людей вокруг себя. Не хотят показывать свою ненависть к нему, и пусть. Пусть ненавидят молча. Лучше нанести один сокрушительный удар, чем бесконечно наносить царапины. — Фэн Синь, я уже принял решение. С этого момента ты занимаешься зачисткой дворца, и конечно поисками Му Цина, когда мы получим вести. Больше ты не обязан меня защищать.       Мужчина опустился на колени. — Не делайте этого, Ваше Высочество. Я жизнь отдам за вас, если потребуется. Только не отстраняйте меня.       Принц повернулся к окну и сложил руки за спину, не глядя на Фэн Синя. До чего они упрямые… Что он должен в конце концов сделать, чтобы они поняли… Отступили. — Это приказ. Приказы не обсуждаются, ты ведь сам это знаешь.       Прошло несколько минут. Они молчали, не глядя друг на друга, как незнакомцы, запертые в одной комнате. — Слушаюсь, Ваше Высочество.       Дверь хлопнула, и в кабинете остался только один незнакомец. Принц задул свечу, лишив комнату последнего источника света. — Ушел…       Вопреки всякому здравому смыслу он вдруг заливисто рассмеялся. И смех долго лился из него. Он смеялся так сильно, что стало тяжело дышать. Пришлось открыть окно.       Ночное небо щедро усыпали звезды, но среди них появилось странное сияние, пересекающее небо длинным ярким хвостом. Зловещая звезда, что несет с собой великое бедствие.