Золотая эпоха Сянлэ

      Над курильницей поднялась тонкая струйка дыма, запах дорогих благовоний заполнил комнату. Принц поклонился и сел около кровати, всмотрелся в спокойное лицо советника. Он продолжал слабо дышать, хватаясь за жизнь, но не просыпался. — Мне…очень вас не хватает, наставник… — взял холодную руку в свои. — Вашей мудрости, ваших уроков… Я… Не справляюсь. Вы сказали, что, я смогу спасти Сянлэ, как только осознаю собственную силу… Но чем дальше всё идёт, тем больше я осознаю собственную бесполезность… Почему же вы верили в благоприятный исход?       Се Лянь не ждал, что ему ответят, но всей душой этого желал. — Но я буду делать все, чтобы спасти нашу страну и оправдать ваши надежды.       Принц поклонился и покинула покои наставника. Ему предстоял тяжёлый разговор, оттого хотелось немного потянуть время. Он медленно шел по коридорам, старательно обдумывая, что собирается сказать. В нос ударил сладкий аромат.       Се Лянь поднял голову и взглянул на цветущую сливу. Подошёл поближе, проводя рукой по шершавой коре. — Какой поганец ветку обломал… — принц хмыкнул и устроился на земле, поджимая ноги.       Се Лянь прикрыл глаза, жадно вдыхая сладкий аромат, аромат весны. Эта слива застала не одно поколение их рода. В детстве он так долго сидел под деревом, что мог уснуть, пока слуги повсюду его искали. — Пора…       Позолоченные двери павильона с глухим стуком отворились. В зале не было никого кроме отца, гуна Линвэнь и Ши Цинсюаня, — все оставшиеся приближенные императора. — Ваше Величество. — поклонился Се Лянь.       Император кивнул. — Раз все в сборе, можем начинать.       Линвэнь развернул свиток и дежурным голосом начал читать: — Вспышки восстания затронули южные провинции Юнъань и Танчханг. Принесённый ущерб составил около миллиона, не учитывая последующие потери в доходах.       Большинство потерпевших не смогут выплатить налог, что сильно ударит по казне. — Юнъань и Танчханг… — повторил Его Величество. — Обе граничат с Сюйли, это могло быть отвлечением внимания, чтобы перебросить войска.       По словам Му Цина Фэй Лонг заключил военный союз с кем-то, недавний приезд после и удар по провинциям на границе явно указывал на причастность Сюйли. — У нас нет веских доказательств, чтобы выдвинуть обвинения. — сказал Се Лянь. — Нужно отрезать им путь. — У тебя есть предложения, сын?       Направить военные отряды к границе послужит за военную угрозу, но позволить переправить вражеские отряды тоже нельзя. Можно было бы предложить Сюйли более выгодный союз, но они могут играть на двух сторонах, принуждая Сянлэ пойти на ещё более унизительные уступки. — Вариантов немного… Только выследить их и уничтожить.       Император кивнул Линвэнь. — Насколько крупные потери на море?       Ши Цинсюань сжал кулаки. Принц похлопал его по плечу, подбадривая. — Доходы от морской торговли упали больше, чем наполовину, в будущем упадут ещё сильнее. — От гуна Ши есть вести?       Вместо Линвэнь ответил Цинсюань. — Последнее письмо было неделю назад…Ситуация оказалась хуже, чем он предполагал.       Пришал пора рассказать им о своем плане. — Ваше Величество… — сказал Се Лянь. — Нам нужно немедленно вести общую государственную пошлину для всех, пока море не закрылось для нас. Мы отправили гонца гуну Ши с просьбой немедленно прибыть в столицу. — Отправил без моего ведома? — спросил император. — Ши Уду сейчас полезнее там для контроля происходящего.       Се Лянь набрался духа и начал: — Неизвестно, сколько у него получится продержаться, принять меры нужно уже сейчас, пока восстание не добралось и туда. — Хочешь, чтобы Ши Уду сам ввел налог? — Именно так. Мы не можем терять ещё одного гуна.       Линвэнь незаметно вздрогнул. Он остался единственным приближенным чиновником. — Я смогу убедить брата…- уверенно произнес Цинсюань. — Не сомневаюсь, что он примет мудрое решение.       Император даже не посмотрел на младшего Ши и обратился к сыну: — Впредь не принимай подобные решения только по своей прихоти. — Это отнюдь не прихоть, Ваше Величество. Гун должен находится подле вас и выполнять свои обязанности. Мое дело напомнить ему об этом.       Прозвучало это до невозможности грубо, тем более император сам дал дозволение Ши Уду покинуть дворец, а теперь его оспаривал принц. — Тебе следует о своих обязанностях подумать.       Несложно было догадаться, что речь идёт об отъезде из дворца, но Се Лянь перевернул это в другую сторону. — Сейчас я занимаюсь больными оспой, каждый день заболевает все больше, я позаботился обустроить лазареты в городе и приставить туда лекарей.       Он не стал говорить о Му Цине, тому может сильно достаться в случае провала. Скажет, когда придет время. Сейчас помощь с оспой была гарантом его нахождения во дворце. — Линвэнь. — произнес Его Величество. — Передай мне записи Мингуана о кандидатах на его пост, я сам выберу. — Слушаюсь, Ваше Величество.       На этом собрание можно было считать завершенным. Наследный принц был разочарован, ведь толком они ничего не обсудили, только посвятили в план с Ши Уду.       На спину опустилась рука, мягко поглаживая. Се Лянь удивлённо поднял голову и встретился с теплым взглядом матери. — Матушка?       Императрица улыбнулся, продолжая водить рукой по его спине. — Когда ты был маленький и плакал над разрушенными золотыми замками, успокаивался только так.       Се Лянь не смог сдержать ответной улыбки. В детстве он и правда мог долго горевать по разрушенному замку из сусального золота. — Помню как вы помогли мне склеить замок… Я был так счастлив…       Замок из листов золота ещё можно было скрепить клеем, жаль, что рушащееся королевство невозможно также легко спасти. — Спасибо, матушка… Мне стало легче. — Милый, — вдруг сказала женщина. — Я знаю, что у вас с отцом сейчас разногласия, но не держи на него зла, он сильно переживает за тебя и хочет уберечь.       Се Лянь нахмурился. — Я уже давно не беспомощный ребенок… — Ты все ещё наш сын. И навсегда останешься. — мама вздохнула. — Но поймёшь это, когда свои дети появятся.       Принц покраснел и прокашлялся. — Вы навещали Ци Жуна?       Улыбка матери померкла. — Он не захотел даже взглянуть на меня, не заговорил… Неужели его ненависть так сильна… — Он не стоит ваших слез, матушка… — Наверное… Это все потому что моя сестрица погибла, защищая меня…       Се Лянь помог матери добраться до покоев, пытаясь утешить ее. Уже на выходе к нему подбежал запыхавшийся слуга. — Ваше Высочество… гун Ши… — Уже прибыл? — Да… — ответил слуга. — Но дело в том, что… Во дворец прибыло тело. Гун Ши погиб.