𝐆𝐥𝐢𝐭𝐭𝐞𝐫&𝐕𝐢𝐨𝐥𝐞𝐧𝐜𝐞

      Лучшее приходит к тем, кто умеет ждать, и, несмотря на все сомнения, Рюджин продолжит придерживаться своего правила не заниматься сексом без отношений. Она решила, что не важно, как сильно доктор постарается, она будет ждать её, чтобы пройти весь путь вместе. Она может терпеть, поэтому заставит Йеджи делать то же самое, нравится ей это или нет.       Рюджин с радостью проведёт своё драгоценное время с этой женщиной, в конце концов она всё равно будет её. И к тому времени Хван будет хорошо это осознавать.       И хоть сегодняшний ужин был устроен в честь покупки дома, она воспринимала его как их первое свидание. Весь день Шин не думала ни о чём, кроме доктора. Когда она вернулась в дом Чана после приёма, она сразу же прошла в гостевую комнату и фантазировала о ней часами. Желание было таким сильным, что стало походить на необходимость. Она чувствовала, будто нуждалась в этой женщине больше, чем в инсулине, еде и воздухе. Больше, чем в чём-либо.       Она просматривала её страницу, её посты в инстаграм, стараясь как можно больше видеть эту женщину. Подборка из зала определённо была её любимой. Мускулы, вены, кожа, тело, пот.       Рюджин была опасно зависима от Йеджи и прекрасно это осознавала, не раздумывая, плохо это или нет. Плохое не могло быть хорошим, но она оправдывала свою слежку тем, что женщина сама по себе кучу людей убила. Они просто две преступницы, созданные друг для друга. Йеджи ведь не думала, что её родственная душа будет обычным человеком, не так ли?       Кто сможет любить её так же безгранично, как девушка, которая с самого начала знала о её убийствах?       И когда время наконец прошло, она смогла начать собираться, начав с тщательного душа. Нанесла лосьон, который подходил её новым духам, на гладкую кожу. Она слушала своё сердце, перебирая гардероб. Перерыла все коробки в комнате, пока не нашла каждый элемент одежды, который хотела надеть.       Небольшое красное платье — чистый яд для первого свидания, и Рюджин намеревалась убить серийную маньячку своей сексуальностью. Утром она показалась ей невинной, но вторая половина дня пробуждает другую сторону её личности. К платью она добавила заметный чёрный корсет, прозрачные чёрные колготки и красные ленты, как от пуантов, на ногах. И специально для неё она выбрала самые тонкие чёрные туфли на каблуках и такого же цвета перчатки.              Она собралась в ванной, снова встав у столика перед зеркалом. Пока она делала макияж, она прислонила телефон к зеркалу, а на экране всё ещё была фотография из профиля женщины, чтобы она могла взглянуть на неё, когда возникнет внезапное желание. Она сделала глаза загадочно-серыми с помощью слегка матовых контактных линз, макияжем подчеркнув милый нос, большие глаза и губы цвета вишни.       Что касается волос, она собрала их в элегантный пучок, используя чёрную и серебряную палочки для волос в форме мечей. Оттенок металла соответствовал остальным украшениям.       Когда она почувствовала удовлетворением своим внешним видом, она отправилась в свой новый дом. Довольно современное здание, чёрно-белое, меньше, чем остальные дома в округе. Было очевидно, что оно было построено для одинокого богатого человека. Похожее на коробку, как и прочие дома на улице, но Рюджин волновали лишь поступки Йеджи в этом доме. Она была здесь раньше, возможно, не один раз.       Она купила его вместе с мебелью, так как её собственная придала бы дому вид нищеты, из-за чего дом был серым и унылым даже в такой солнечный день.       Припарковав свою новую машину, она немного сдала назад, чтобы смотреть на дом Йеджи сквозь электронные ворота. Теперь она чувствовала себя достойной. Новый дом, новая дорогая машина. Porsche Taycan 4S, электрокар в цвете «Провинция», прекрасный пыльный фиолетовый цвет, диски 21 диаметра, кожаный салон в цветах ежевики и мела.       Она задавалась вопросом, дома ли Йеджи? Готовится или уже идёт сюда, чтобы принести еду и напитки? Время только приближается, и ей лучше пойти и подготовиться к приходу гостьи.       Что если… Она просто запрёт женщину здесь? Нет, это похищение. Она не хочет получить её физически, она хочет, чтобы всё было связано с её сердцем.       Рюджин едва может сосредоточиться на подготовке гриля и столика на заднем дворе. Она включила золотисто-жёлтые огни, освещающие весь задний двор, наполнив воздух романтикой. Всё, о чём она думала, ради чего двигалась, ради чего дышала — увидеть эту женщину сегодня вечером. Только они, по-настоящему одни. Идеальный рецепт любовного зелья, рецепт Рюджин. Йеджи лучше принять себя беспомощной.       Мир остановился, всё остановилось, ничего не имело значения, кроме трели дверного звонка, прозвучавшей в без пяти минут семь. Она предоставила женщине полный доступ к участку, оставив ворота открытыми.       — Она рано, — Рюджин ахнула, внезапно поправила платье, сняла чёрные перчатки и положила их на столик у гриля.       Девушка уверенно прошла по дому, демонстрируя всю свою женственность. Её бёдра покачивались, осанка была прямой из-за корсета, сдавливавшего позвоночник и выпрямлявшего его. На ней не было бюстгальтера, и при мысли о женщине по ту сторону двери её соски затвердели сквозь шелковистую ткань платья.       Прежде чем она добралась до входной двери, приближаясь к ней, она грациозно расстегнула корсет сзади и стянула завязки за собой. Затем она отперла замки и открыла дверь. Поверьте, у неё есть план на эти ленты.       Йеджи стояла там, словно в День святого Валентина в середине февраля, вся разодетая, с бумажным пакетом с вкусностями в одной руке и букетом искусственных цветов в другой. Они разглядывали друг друга, их сердца реагировали одинаково, как у мертвецов, они замерли. Но это то, что может делать любовь. Она может убить тебя.       Рюджин смело оглядела женщину. Этот полностью чёрный костюм выглядел романтично из-за того, как Хван расстегнула рубашку до конца, заправив ​​её в брюки. Рюджин хотела, чтобы Йеджи прижала её к стене, пока сама держалась за её плечи через пальто. Пока та доминировала над ней.       И единственным ярким пятном был знакомый оттенок жёлтого от искусственного подсолнуха в переднем кармане пальто. Прямо на груди.       И её ебучие лицо и волосы. Женственный, тёмный и тяжёлый макияж, подчёркивающий её змеиный взгляд. А волосы казались влажными и были зачёсаны назад, а их длина до плеч буквально убила Рюджин в этом дверном проёме. Блять, она её хочет. Она нуждается в ней. Эта женщина принадлежит ей. Никто другой не может знать, как с ней обращаться, и никто не будет выглядеть лучше, получая её любовь, чем Рюджин. Эта женщина была создана для неё, и она это знает.       Ну и ну, посмотри на себя. По тому, как ты одета, ты уже знаешь, что моя.       — Ты рано, — первой заговорила Рюджин, снова поиграв с Йеджи взглядом. Её согнутая рука явно торчала из-за спины.       — Не люблю опаздывать, — отмахнулась Йеджи с небольшой улыбкой на лице. — Ты выглядишь замечательно, Рюджин. Ты не соврала, когда сказала, что выглядеть аппетитнее еды — нормально.       — Могу сказать, что ты тоже восприняла мою фразу буквально. Я практически готова забрать свои слова про секс назад, но если кто-то выглядит так красиво, то нет смысла тратить время лишь на одноразовые встречи.       Йеджи усмехнулась про себя, находя немного разочаровывающим то, что Рюджин, похоже, ищет чего-то серьезного. Но она ещё не закончила играть с другими. И, кроме того, хоть она и видит своё будущее с Рюджин, она не хочет осесть с ней, пока не закончит свой список. А она ещё даже не добралась до Феликса.       Всё может стать сложнее, если она сойдётся с Рюджин, и она узнает о её тёмном хобби, не так ли? Кроме того, если кто-то узнает, они смогут использовать Рюджин против неё. Например, удерживать её с целью получения выкупа или других рычагов воздействия.       Затем она слегка наклонила голову, чтобы заглянуть за спину Рюджин, пытаясь увидеть, что она держит за собой. Рюджин заметила это и спрятала свою гордую улыбку…       — Что ж, раз ты уже здесь… — она обернулась, показав развязанный корсет. — Можешь завязать его для меня?       Йеджи улыбнулась, войдя в дом и выложив свои вещи на стол возле двойных дверей. Она была немного шокирована, когда обернулась и увидела Рюджин, стоящую прямо за ней и смотрящую на идеальный рост для зрительного контакта.       Затем она невинно улыбнулась и развернулась, чтобы Йеджи выполнила просьбу. Хван шагнула вперёд и оглядела девушку сзади с ног до головы. Ленты поднимались по её бёдрам вверх, и руки женщины могли только завидовать тому, куда они вели. То, как это платье облегало её бедра, немного приоткрывало начало её спины и ровные плечи. У Йеджи потекли слюнки, и дело было не в трёхзначном стейке в бумажном пакете позади неё.       Она взяла ленты из её ладони. Рука Рюджин опустилась вдоль тела, и девушка чувствовала, как Хван затягивала узел на её пояснице. Она прикрыла глаза, возбуждаясь от одного только прохладного дыхания на её плечах.       — Так, здесь и правда есть гриль на заднем дворе, или ты заманила меня сюда для чего-то другого? — низким голосом проговорила Йеджи.       — Прости, что? — Рюджин играла с ней, тон её голоса подсказывал Йеджи, что она прекрасно понимала, что она имела в виду. Даже если и притворяется дурочкой.       Йеджи ухмыльнулась, закатывая глаза от того, какой чертовски очаровательной может быть Рюджин. Она обхватила руками ленты и потянула их на себя с достаточной силой, чтобы прижать спину девушки к себе. Рюджин ахнула от такого внезапного действия, её тело обдало жаром от их близости.       — Йеджи… — вздохнула она, крепко хватаясь за пальто позади неё. Йеджи уткнула свои губы в её шею, руки отпустили ленты и легли на талию. Она грубо схватила её, потащила к столу у двери и прижала к нему передом.       Рюджин простонала, и, наклонившись вперёд, её руки легли на полированную поверхность. У неё большие проблемы, в конце концов ей может не хватить сил сопротивляться этой женщине.       — Ты пахнешь… Просто потрясающе, Рюджин, — женщина застонала ей в ухо, прикусив его сразу после этого. И Рюджин почувствовала, как каждая эрогенная зона её тела вибрирует от чувственных ощущений. И когда Йеджи коснулась некоторых из них, она, блять, просто потеряла себя.       Йеджи положила руку на одну из её на столе, сцепив их пальцы вместе. А затем использовала другую, чтобы обхватить шею Рюджин сзади и наклонить её голову, чтобы поцеловать в шею ещё глубже.       — Ммм… — Рюджин испустила хриплые стоны, забыв, какой сегодня день, почему Йеджи была в её доме, забыв обо всём. Она уже стала игрушкой Хван. Она просто пиздец как сильно её хочет, что не может этому противиться. Она не должна…       — Хочешь, чтобы я остановилась? — спросила Йеджи хриплым голосом.       — Чёрта с два. Продолжай, — подтвердила Рюджин, считая, что невинные касания ещё никому не навредили.       Она хочет остановить эти неизбежные чувства к Йеджи, она не может торопить события, но жар этих эмоций не даёт ей возможности сопротивляться! И когда женщина провела рукой по её шее, обхватив её грудь, а затем ещё ниже, грубо схватив внутреннюю часть бедра, чтобы освободить место между Рюджин и столом, она снова всё забыла. Как она могла ясно мыслить, когда рука Йеджи сжимала её бедро так близко к её промежности?       Она почувствовала, как её задница прижалась к переду Йеджи, их руки всё еще лежали на столе, сцепленные друг с другом, в то время как Хван другой рукой проникла между ног Рюджин и погладила её через колготки и стринги.       Рюджин застонала от удовольствия, погружая Йеджи в гипноз. И если до этого она ещё могла быть в рассудке, то сейчас она окончательно потеряла разум. В ответ на касание, одна из ступней Рюджин поднялась, а тело тряслось от того, как Йеджи грубо ласкала её между ног.       Она была по-настоящему потеряна. С сцепленными пальцами на столе, губами Йеджи глубоко в шее и хорошо работающей рукой. Это почти был секс, фактически им являлся, и Рюджин никогда раньше так не брали. Не стимулировали через капроновые колготки, зажатой между столом и любовником.       Потребовалось больше сил, чем она думала, но она открыла глаза, когда осознала, что может кончить так в руках Йеджи. Её стоны становились всё громче и громче, ноги отказывали так, что она больше не могла самостоятельно стоять. Давление на клитор усиливалось от того, что Хван приходилось буквально удерживать её по мере убывания сил.       Жар создавал туман в сознании Рюджин, она крепче держалась за руку Йеджи, второй хватая чёрные локоны позади себя. Она, блять, так близко, и это лучшее чувство, которое она когда-либо испытывала, а ведь они даже не трахались по-настоящему. Блять, она просто никогда прежде не пробовала такой метод. Нужно было обладать огромной силой, чтобы вести себя так, как Йеджи сейчас.       Ну, врачи обычно хорошо владеют руками.       Она торопится.       Потребовалось много сил, чтоб убрать свою руку из её волос, руку Йеджи между её бедер и развернуться к ней лицом. Воздуха не было, и своими руками Рюджин упёрлась в грудь Хван, чтобы остановить её дальнейшие действия. Йеджи наклонилась вперёд и зажала девушку, положив свои руки на столик позади неё.       Рюджин посмотрела ей в глаза, уже опасно зависимая от неё. Она так близко её касалась, но не знала, как ощущаются её губы. Она снова и снова говорит себе не торопиться, но сильное желание, которое разжигало её душу, убивало эти мысли.       Её взгляд упал на губы, и Йеджи ухмыльнулась, думая, что даст девушке желаемое. Она наклонилась и впилась губами в её. Один поцелуй, а потом она отстранялась, наклоняла голову в другую сторону, а потом снова целовала. Один за другим, поцелуй за поцелуем, без языка.       Блять, Рюджин хотела свести её с ума, но Йеджи переключала скорости, теперь целуя так невинно. Её руки слабеют на груди, тянутся к плечам, чтобы не оттолкнуть, а притянуть ближе. Целоваться — не значит торопиться, верно? Она просто не пойдёт до конца…       Как ей и хотелось, она отчаянно вцепилась в плечи Йеджи через пальто. Позволяя женщине не торопиться с ней, целуя отрывками. Йеджи чувствовала беспокойство через руки на своих плечах. Она ухмылялась в поцелуи, точно зная, что это затянет Рюджин навсегда.       Она просунула колено промеж её бёдер, добавляя давление на её изнывающий клитор и в то же время поднимая за талию девушку на столик.       — Блять! — Рюджин ахнула от движения, никогда раньше такого не испытывая. То, как Йеджи подняла колено, сводило её с ума. Её сердце подпрыгнуло в груди, а удовольствие заставило всё тело покрыться мурашками. — Йеджи… — умоляла она, глядя прямо в глаза, пока одна рука крепко держалась за плечо, а другая покоилась на щеке женщины. Большой палец поглаживал губы, а сердце разрывалось в груди от того, как Йеджи смотрела на неё. Именно этого намёка на безумие она всегда хотела.       Когда сумасшедший человек влюбляется, он по-настоящему сходит с ума. И Рюджин увидела фрагмент этого сейчас. Помешательство ей безумно к лицу.       — Йеджи… — прошептала она, не зная, умоляла она её остановиться или продолжать. Всё, что вырвалось наружу, было её имя.       Но правда была в том, что она просто хотела, чтобы Йеджи действовала в любом направлении, в котором ей хотелось. Она хотела, чтобы у неё был полный контроль.       — Йеджи, не останавливайся…       Что ж, Йеджи схватила руку Рюджин у своего лица, поцеловала её ладонь, а затем переплела их пальцы. Одно ловкое движение, и Рюджин обнаружила над головой свои руки прижатыми к стене.       Она не могла простонать её имя, вся её речь прерывалась из-за того, что губы нещадно облизывали.       Она сжала руки Йеджи, крепко обхватив ногами её талию и прижав как можно ближе к себе. И наконец, когда она лежала на столе, прижатая к стене, Йеджи просунула язык. Прижимая губы ближе к Рюджин, она больше не играла с ней.       Столик был узким, на нём едва хватало места её заднице. Это было идеально для того, что Йеджи собиралась сделать. Она вернула колено обратно, помещая его между бёдер Рюджин и чувствуя жар сквозь ткань своих брюк.       — Мм. А! Йеджи! Блять… — Рюджин отвлеклась от поцелуя, когда снова почувствовала давление между ног. Она никогда такого не ожидала, но её вагина жаждала прикосновений, поэтому элемент неожиданности просто поглотил её.       Она открыла глаза и увидела прямо перед собой Йеджи, которая опасно смотрела на неё.       — Двигайся на моём колене, пока не кончишь. Я хочу увидеть это на твоём лице, — приказала она, ненадолго целуя её губы, после чего снова посмотрела на неё. Одни её глаза были такими чувственными. — Сделай это для меня. Сделай, потому что я хочу слышать, как ты не можешь связать пару слов. Сделай это, потому что я хочу видеть, как твоё тело трясётся, пока ты заставляешь себя продолжать. Ты не торопишь события, я вижу, что ты переживаешь. Это не может считаться, ведь ты всё ещё одета, так ведь? Я даже не прикасалась к тебе там.       Рюджин умерла, она не могла противиться ничему, что было сказано этим акцентом, и была загипнотизирована тем, во что он велел ей верить.       Они не идут до конца, всё нормально.       Рюджин учащённо дышала от возбуждения, обхватив Йеджи ногами и, используя её для опоры, начала толкаться бёдрами о её колено. Она почувствовала себя самым счастливым человеком на планете, когда увидела удовлетворённую улыбку на лице Йеджи, прежде чем снова поцеловать её.       Она сжала руки ещё сильнее, продолжая с того места, где она остановилась внизу. Она знала, что кончит быстрее, чем когда-либо прежде. Это то, чего она хотела, это то, о чём она фантазировала, когда трогала себя весь день, чтобы скоротать время. Это всего лишь демоверсия того, что они будут делать, когда будут вместе.       Йеджи была опьянена тем, как загудели её губы, когда Рюджин застонала в поцелуй, приближаясь и толкаясь сильнее.       Рюджин устала, её тело не привыкло к ней и никогда раньше такого не делало. Внутри всё горело, но её влагалище горело сильнее, ожидая финиша.       — Ах, Йеджи! Бля… — выдохнула она, пытаясь восстановить дыхание от усталости.       — Нет… Ты была так близко. Не останавливайся сейчас. Продолжай. Подумай о том, какой удовлетворённой я стану, когда увижу, как ты кончаешь подо мной. Не. Останавливайся, — шептала ей Йеджи, слизывая капли пота на её шее. Рюджин заскулила от ощущения, как слюна Йеджи охлаждала её кожу, она должна заслужить эту женщину. Она должна доказать, что может побороть её сексуальную выносливость.       И она снова начала двигать бёдрами, возвращаясь к тому, на чём остановилась. Её грудь возвышалась, пресс и ляжки горели пуще прежнего. Промежность напоминала лаву, такая же горячая, на грани срыва.       — Йеджи… Я не… Я… — Рюджин была на грани слёз. Было так хорошо, но она так сильно устала. Шин никогда раньше такого не делала.       Йеджи находила её слишком милой, заслуживающей разрядки. Она так старалась, верно? Поэтому она помогла ей. Опустив руки и взяв её за бёдра, она продолжила направлять их на коленке. Руки Рюджин тут же упали, обхватив Йеджи и притянув её еще сильнее. Она потянула её за волосы и помассировала кожу на затылке. Одна из её ног свободно свисала сбоку, слишком уставшая, чтобы оставаться сцепленной вместе.       — Йеджи… Йеджи… — Рюджин ахнула, её глаза увеличились вдвое, когда почувствовала, что она на грани. Она сжала её крепче, подтянула ноги, все мышцы её тела сжались. Рот открылся, а спина выгнулась.       Она закричала, её тело было жестоко убито удовольствием. Подавляющее ощущение, лучше, чем она когда-либо чувствовала в своей жизни. Она прекратила толкаться, но Йеджи нашла зловещую радость в том, чтобы поддерживать её ноги в движении.       Ноги Рюджин дёргались, бёдра двигались из стороны в сторону, когда она чувствовала, как Йеджи заставляет её продолжать. Ей это нравилось. Блять, она любила это.       Она даже не могла говорить, не могла контролировать своё тело. Наслаждение полностью овладело ей, она была парализована.       Йеджи посмотрела на её лицо, на этот взгляд чистого удовольствия. Рюджин не разочаровала. Это было не одно из тех порнографических лиц. Это не было игрой. Это было по-настоящему. Йеджи хотела увидеть, как выглядит настоящее удовольствие на этом нежном лице.       Когда она наконец перестала двигать бёдрами Рюджин, она пошла ещё дальше и очень нежно толкнула её коленом. Рюджин мычала каждый раз, её тело тёрлось вверх и вниз о стену позади неё. Глаза слегка прикрылись, и она просто позволила Йеджи делать всё, что та хотела.       Когда Йеджи удовлетворённо вздохнула и прекратила все движения, тело Рюджин наконец расслабилось. Она застонала от изнеможения и медленно открыла глаза, с благоговением глядя через плечо Йеджи. Её руки слабо держались за спину Хван, её ноги покоились на бёдрах женщины, подрагивая от удовольствия.       Йеджи уставилась на её лицо, мысленно делая скриншот на будущее, а затем ухмыльнулась. Подняв Рюджин со стола, развернув её и снова прижав передом к столику, на этот раз бёдрами. Шин поддерживала себя руками и чувствовала, как её тело дергается, когда Йеджи, казалось, возится с её корсетом.       Её живот почувствовал облегчение, когда корсет стал свободнее. Йеджи растянула ленту на спине, а затем наклонилась вперёд, чтобы что-то сказать на ухо Рюджин.       — Подними руки.       Рюджин обдумала её слова и подняла руки. Йеджи полностью сняла с неё корсет и положила его на стол рядом с бумажным пакетом.       — Если хочешь восстановить дыхание, подобные вещи не должны тебе мешать, — объяснила она свои действия.       Рюджин вздохнула легче, найдя в себе силы повернуться и посмотреть на другую женщину. Она уловила пот, стекающий по её шее, и зачарованно замерла. Она должна была это сделать. Она наклонилась и слизнула капли с шеи Йеджи, а затем поцеловала её, прежде чем отстраниться.       — Знаешь… — начала она, широко ухмыляясь, почти раздражающе. — Я гадала, чем же мы будем заниматься в течение получаса, пока стейк будет настаиваться. Чем дольше он будет стоять, тем нежнее он станет. Теперь я уверена, что он просто растает во рту.       Она схватила бумажный пакет за ручку и пошла через дом к заднему двору, оставив Йеджи смотреть на неё. Она улыбнулась в удовольствии, зачесала волосы назад, а затем сняла пальто, чтобы оставить его на столе, сложенным пополам.