𝐆𝐥𝐢𝐭𝐭𝐞𝐫&𝐕𝐢𝐨𝐥𝐞𝐧𝐜𝐞

      — Мистер Бриджерс, рада видеть вас этим утром. Как ваши дела, сэр? — заговорила Йеджи, войдя в кабинет для осмотров со своим планшетом, на котором уже была вся информация о его здоровье, которую собрала Юна во время его первого приёма. Его вес, рост, прочие вопросы по списку.       Сегодня на ней было зелёное, чтобы совпадать со своей девушкой.       — Ужасно, — вздохнул мужчина, вздыхая и глядя вниз, весь он напоминал огромный горб. Его жизнь катится под откос. Он не платит за аренду, еле сводит концы с концами, не может позволить себе продукты и не может оплачивать концерты и OF Рюджин. А теперь ему предстоит говорить с женщиной, с которой, как он знает, у Рюджин отношения, но не уверен, какие именно.       Ему кажется, что Рюджин просто забыла о нём после той ночи в «Black Diamond», но она не могла, никак не могла. Он оставил на ней свой след, она, должна была… Влюбиться, да?       — Жаль это слышать, что случилось, дружище? — Йеджи села на стул напротив кушетки, на которой сидел мужчина.       — Скорее всего, это мой последний приём на долгое время. Я больше не могу позволить себе оплачивать осмотры.       — Почему же?       — Я потратил все деньги.       — На что-то хорошее?       — Отличное.       — Ну, — Йеджи сделала паузу, желая сильно рассмеяться. Но она не могла. — Думаю, я могу помочь вам, Мистер Бриджерс. Момент действительно безупречный.       — Как вы можете мне помочь? Вы просто пропишете мне что-то, что будет стоить дохрена. Да и ни один банк не выдаст мне кредит всё равно, — казалось, он был в подавленном состоянии, ниже отчаяния.       — Вообще, нет. Я понимаю, что попытки направить вас к другим специалистам для борьбы с алкогольной зависимостью устарели. Поэтому я провела дополнительное исследование и нашла новую группу под названием Reverse-Addict. Это совершенно новая организация, которая всё ещё проводит испытания, и их единственная цель — помочь зависимым любого типа преодолеть зависимость.       — У меня нет денег на это. Даже бензина в машине не хватит, чтобы доехать до работы. Я в такой пизде!       — Нет-нет, погодите, слушайте. Эта компания платит своим пациентам за каждый день проведённый без своей зависимости. Они недавно только зарегистрировались в базе данных Медицинского Общества Портленда. Я звонила им, базовая ставка для кого-то с тяжёлой зависимость, как у вас, составляет тысячу долларов в день. Этого должно быть достаточно, чтобы оплатить жильё, топливо, затраты на хобби, не так ли?       — Какой-то развод! — сказал Феликс с пиковым пессимизмом.       — Эта организация зарегистрирована в Портленде, Феликс. Как и эта больница. Мне удалось распечатать для вас этот флаер. Компания принадлежат миллионеру, который активно принимает пожертвования для финансирования этих выплат. Проблема в том, что программа принимает всего около 10 заявок одновременно, и осталось только одно место. Я хотела бы, чтобы вы воспользовались этой возможностью, мистер Бриджес.       Мужчина взял бумагу своей большой рукой, его лицо было полно сомнений.       — Как это вообще работает?       — Вам придётся каждый день приходить по адресу, указанному в конце листа. Там у вас проверят содержание алкоголя в крови. За каждый день, когда вы будете «чисты», вам будут выплачивать деньги наличными. Они смогут мгновенно перечислить выплату на ваш банковский счёт сразу после завершения всех тестирований, всё-таки это совершенно новый проект. Вы можете получить деньги в тот же день, можете позволить им накапливаться… И за каждый месяц выплата удваивается, пока не наступит год вашей «чистоты». Однако, если ваш тест на алкоголь окажется положительным, вас немедленно исключат из программы, и вам придётся ждать не менее шести месяцев, чтобы снова подать заявку в лист ожидания.       — Это законно?       — Конечно, Мистер Бриджерс, это законно. Программа, пока что, приватная, так что, если с примут, вам нельзя никому рассказывать о ней. Они ограничивают распространение своей информации только кругом медицинских работников.       — …Я согласен. Как мне записаться?       — Я позвоню им и сообщу, что вы займёте последнее место. Я горжусь вами, мистер Бриджес. Это шаг в правильном направлении. — она улыбнулась ему. — Если вы сегодня не пили, можете зайти к ним позже и получить выплату за сегодня. Вам нужно только принести удостоверение личности с фотографией и позвонить перед приходом, чтобы убедиться, что вас уже внесли в систему.       — Отлично! О, Боже, я сделаю это! — он смотрел на бумагу широко раскрытыми глазами, представляя, как Рюджин будет впечатлена, узнав, что он зарабатывает больше тысячи в день. Конечно же, она не сможет ему отказать после такого!       С той же газетой в руках он оказался по указанному адресу в центре самого престижного района города. Его «Prius» стоял у ворот, оставленный на обочине в миле от дома, потому что у него закончился бензин. Он оторвался от газеты, чтобы посмотреть на особняк. Радумавшись, как туда попасть, он увидел кнопку на кирпичном столбе у ворот.       Нажав кнопку, его попросили назвать имя, он назвал его, и ворота автоматически открылись. Он сглотнул, поправляя свой помятый костюм, в котором сегодня работал с девяти до пяти. Он сложил флаер и сунул его в карман пальто, а затем увидел, как открылась входная дверь и вышла знакомая девушка. Он замер на месте, не веря своим глазам.       Богиня с розовыми волосами и в бело-зелёном наряде, подчёркивающем её идеальное тело. Он влюблён, он помешан.       — Р-Рюджин? — ахнул он, не веря, что она шла к нему навстречу. Он задумался, почему девушка была здесь.       — О, ты из «Black Diamond». Я знала, что придёт кто-то не ещё, но не знала, что это будешь ты, — Рюджин заговорила высоким и мягким голосом, отчего он ещё больше влюбился в неё.       — А, да… Я… Я не знал, что у тебя есть зависимость? — он чуть не подавился слюной, когда девушка взяла его за руку и осторожно повела во внутрь. Он не услышал, как за ними закрылась калитка.       — Ох, да… — Рюджин практически забыла о том, что ей нужна была фальшивая зависимость. — Героин опасен. Учитывая мой диабет, мне правда стоит бросить его, — она указала рукой на свой Dexcom самой последней версии за рукой.       — О, вау. Смело с твоей стороны признать это, — он вздохнул, вдыхая её сладкий запах и глядя на её прекрасное лицо.       — Спасибо! Мило с твоей стороны.       — Так, ты купила тот наряд, который хотела?       — Нам сюда. Сюда… И вниз, — прервала она его, ведя его по дому Йеджи прямо в подвал. Она улыбнулась ему, вся лучезарная и сияющая, её макияж был безупречно идеален, а волосы — упругими и длинными.       — Я тут подумал. Нам стоит сойтись. Нам нужно сойтись, вообще-то, — он посмотрел ей в глаза, а затем позволил им демонстративно опуститься на её грудь.       — Ох, серьёзно…– заинтересовано вела себя Рюджин, поглаживая декольте свободной рукой. — Ну, раз ты зарабатываешь тысячу долларов в день…       — Верно! Да, и я буду получать ещё больше! Я… Разве здесь не должны быть ещё люди? — он заметил довольно пустой подвал и обнаружил, что вся комната выглядит странно. Полностью белая, заваленная медицинскими принадлежностями, да и выглядела как-то странно. Комната была накрыта брезентом, словно её готовили к большому беспорядку.       Затем он услышал, как хлопнула дверь подвала, и обернулся, чтобы посмотреть на лестницу. Он увидел знакомую женщину, спускающуюся вниз, красивую, в своём обычном наряде, с бейсбольной битой в руках.       — Доктор Хван?       — Мистер Бриджерс. Рада, что вы решили прийти, — внезапно её голос звучал глубже. Рюджин отошла от него, её жизнерадостная аура исчезла, и внезапно воздух в комнате стал густым.       — Ну, да… Вы владелеца этого места?       — Дома? Да. Но никакой организации на самом деле не существует. Я просто развела тебя, дружище.       — Что… О чём вы, блять, говорите? Послушайте, мне нужны эти деньги.       — Ты ничего не получишь, Феликс. Я так понимаю… Что ты не помнишь меня, да?       — Помню вас? Вы мой доктор… Так, какого хуя вообще происходит? Я получу ёбанные деньги или нет?       — Не как врача. Как девушку из старшей школы.       — Я знал много девчонок оттуда… — сказал он, будто гордился собой.       — Не буду ходить вокруг да около. Если я назову имя Люси Уайт, что-то всплывёт в твоей памяти?       Мужчина задумался. Честно говоря, он не помнил ту девушку, которая была с ним много лет назад.       — Ммм… А что с ней? Она была лживой сукой.       — Лживой сукой был ты и твои мерзкие друзья. И всё из-за того, что девушка отказала.       — Она была ханжой, уродиной и тупой идиоткой… Подождите… — он получше разглядел женщину. — Не может быть, это была ты всё это время? Ты сделала пластику или что?       — После того, как ты и твои друзья-ублюдки оставили меня с серьёзными травмами, мне пришлось изменить некоторые части лица. Раньше я была блондинкой.       — Теперь ты выглядишь лучше. Хватит уже этих воспоминаний. Я чист, отдай мои деньги, — его голос был высоким от нетерпения и раздражения.       — И никто из вас так и не почувствовал вину, — усмехнулась она, крепче сжимая биту в руке.       — Никто из?       — Ни Джексон, ни Доминик, ни ты… Никому из вас не было жаль за то, что сделали со мной.

*

      — Потому что это была шутка, ебать. Слушай, принцесса, тебе нужно было смириться… — он начал рассуждать, но его прервал жестокий удар по голове, раскалывающий ему голову.       Рюджин даже не заметила, как это произошло, хотя всё это время наблюдала за происходящим. Йеджи двигалась так быстро, что мужчина внезапно оказался на полу, а девушки, вместе с полом и стеной, оказалась забрызганы кровью.       Розововолосая отпрянула, закрыв глаза, почувствовав, как багровая капля попала в один из них. Её кожа потеплела, когда она почувствовала, как маленькие точки первого типа коснулись её кожи. Они были горячими. Свежими.       Это было по-настоящему, и, когда она открыла глаза, она это подтвердила.       Она выдохнула, открыв глаза, и увидела лежащего на полу мужчину, борющегося за жизнь. Она никогда раньше не видела ничего подобного. Может быть, в кино, но это было нечто иное. Это было реальностью.       На полу он корчился в луже собственной крови. Онемев от боли, чувствовал, как кровь хлынула из виска, один глаз был деформирован, другой налит кровью. Звуки, вырывающиеся из его горла вызывали боль в животе, напоминая, как звучат страдания. Мучительные мольбы о глотке воздуха и пощаде разносились в тёплом воздухе. Рюджин подумала, что её вот-вот вырвет.       Но затем она взглянула на доктора, которая стояла, запрокинув голову и закрыв глаза. Йеджи глубоко вздохнула, и, честно говоря, почувствовала, как её сердце наполняется всё большей целостностью, когда она услышала эти отчаянные стоны. Она позволила ему лежать и страдать.       — Музыка для моих ушей, — она довольно вздохнула, открыла глаза и посмотрела на него сверху вниз. Он был самым раздражающим, даже тогда. Они все были свиньями.       Она подняла голову, чтобы проверить свою любимую.       Всё-таки, это её первый раз.       Она заметила, как застывше стояла Рюджин. Неподвижная, но не окаменевшая. Как она смотрела, как мужчина страдает на полу, и как тяжело вздымалась её грудь, пока она всё это осознавала.       — Рюджин? — первой заговорила Йеджи, её голос был едва слышен среди криков мужчины.       Девушка посмотрела на неё и на кровь забрызгавшую её изрезанное лицо, а затем на неё саму. Кровь. А затем на тело. Не человека, а монстра.       Она сглотнула, даже железный привкус его крови прорвался ей в горло. Она ощутила зло — вкус, который она не могла вынести.       Но потом она посмотрела на Йеджи, понимая, насколько это, должно быть, исцеляет её. Она вспомнила, что почувствовала, когда увидела, как та медсестра прикоснулась к Йеджи. Подумать только, что этот мужчина сделал с ней много лет назад, так и не дожив до того момента, чтобы начать жалеть об этом. До сих пор.       — Убей этого уёбка.       Что-то в её голосе, которым она говорила, было таким сильным, что Йеджи находила это воодушевляющим. Она никогда не думала, что будет весело заниматься этим в компании кого-то.       Тогда она взмахнула битой в руках и несколько раз ударила мужчину по черепу.       Рюджин наблюдала, как кровь всё больше и больше заливала всё вокруг. Раздался грохот, словно кости скрежетали, и комната окрасилась из белой в красную.       Пока мужчина не стал очевидно мертв, и пока Йеджи не успокоилась, она продолжала. А Рюджин смотрела с благоговением. Ведь она знала, что никогда бы не проявила такой смелости, чтобы разработать план, требующий такой физической и моральной подготовки.       Она всё больше и больше влюблялась в серийную убийцу.       Вид был гротескным: тело мужчины было таким огромным, но теперь голова едва напоминала себя. Его левый глаз плавал в луже крови на полу, а правый оставался неподвижным в открытой черепной коробке. Кожа носа свисала до запачканной едой рубашки, и комната внезапно оказалась на первом месте в списке Зубной Феи для посещения; его зубы были обломаны и разбросаны по всей комнате.       Одна сторона его челюсти всё ещё держалась за сустав, а другая обвисла, словно складки жира по всему телу. Любое пятнышко от еды теперь было покрыто ДНК, одно ухо было на полу, а другое прилипло к рукаву пиджака, и Йеджи задумалась, удалось ли ей наконец заставить их работать достаточно хорошо, чтобы услышать простое слово.       — Нет.       Рюджин предполагала, что это будет нелегко. Физически. Йеджи не просто использовала мышцы, чтобы нанести такой урон, она использовала сердце и эмоции. Вот откуда черпалась вся эта сила.       Честно говоря, Йеджи была удивлена, увидев, как тёплые, словно лапша, мозги вываливаются из черепа. Она и не думала, что у кого-то из них они есть. В лучшем случае, как она думала, они делили кусочки одного мозга. Кровь хлынула из его шеи, словно конфетти.

*

      — Мне пришлось терпеть два часа, страдать от этого всю свою жизнь… А ему пришлось мучиться только пять блядских минут, — Йеджи усмехнулась про себя, но она убила его сама. Поэтому она была довольна. Бита ударилась об пол, она затаила дыхание и сосредоточилась только на Рюджин.       — Ты в порядке, милая?       Рюджин снова сглотнула, кивая и глядя на неё.       — Я люблю тебя, — она могла говорить тихо, потому что теперь, когда монстр мёртв, единственный шум в комнате стих. — И горжусь тобой.       — Спасибо. Я тоже люблю тебя, — прошептала в ответ Йеджи. — Процесс уборки очень тщательный. Я этим займусь. Я не смогу его продать, так что просто выброшу его сегодня вечером. Не торопись, мы можем поехать вместе.       Рюджин кивнула, кровь обожгла ей глаза.       — Я пойду собираться. Умоюсь и переоденусь в одежду, которую взяла с собой. А потом приготовлю нам перекусить в дорогу. Что тебе хочется?       Йеджи пожала плечами.       — Фрукты.       Когда Рюджин улыбнулась, сердце Йеджи загудело.       — Хорошо, — затем она направилась к лестнице, сняв испачканные каблуки, чтобы не испачкать пол кровью. Не волнуйтесь, она купила этот наряд только для сегодняшнего дня.       — Рюджин?       Прежде чем подняться по лестнице, она обернулась и посмотрела на доктора.       Хван улыбнулась.       — Можешь выбрать пластинку и оставить дверь открытой?       Рюджин улыбнулась в ответ и кивнула, исчезая наверху. Теперь она знала, что подвалов два. Двери располагались недалеко друг от друга, так что она считала вторую дверь кладовкой. Она подошла к другой двери рядом.       Выбор этого дня: «Crush» от Kehlani.       Она решила помыть руки в баре, в воде было много крови.       Осторожно, чтобы не запачкать кровью конверт от виниловой пластинки или проигрыватель, она поставила музыку и поднялась наверх, чтобы умыться в ванной Йеджи. Она не знала, что чувствовала, но ей не было плохо. Она ни о чём не жалела. В голове проносились образы, которые останутся с ней надолго. Но больше всего врезалось в память то облегчение, с которым Йеджи посмотрела на неё, когда она узнала, что мужчина умирает. Она называла его крики боли «музыкой для ушей».       Рюджин немного позавидовала, ей хотелось увидеть, как Лиам цепляется за последние ниточки своей жизни. Умоляя кого-нибудь не использовать его тело ради своих целей.       Она приняла душ, не торопясь, чтобы смыть с тела всю ДНК. Она могла закрыть глаза и наконец-то не бояться того, что таится в темноте.       Напевая знакомые ей песни с альбома, звучавшего по всему дому, её мягкий голос эхом разносился по ванной. И, облачившись в белый халат и усевшись на табуретку перед зеркалом, она продолжала петь. Тихо и радостно. Сегодня мир избавился от зла, и она наконец-то может перестать беспокоиться об этом человеке, и он наконец-то поплатился за то, что сделал много лет назад.       Рюджин посчитала безумием, что никто из них не помнил Йеджи. Она упомянула, что её лицо изменилось из-за операции, но, похоже, они о ней совсем забыли. Люси Уайт.       Она была их соседкой. Их парой из христианского приложения для знакомств. Их врачом. И став напарницей по охоте, она вскоре так же органично впишется в жизнь Робинсона. Но даже так оставшиеся два ублюдка не изменятся. Они её не вспомнят.       Им было совершенно всё равно, что с ней сделали в тот день под трибунами. Они считали, что это не имело значения.       Они думали, что им сошло это с рук.       Мрази.       Для девушки с розовыми волосами первым делом был макияж. Лия научила её краситься и делать причёски. Лия — настоящая модница. Она хотела, чтобы макияж был более тёмным, он также делал её лицо худее. Она хотела выглядеть красиво, когда они будут ехать, чтобы сбросить тело своей жертвы.       Она не снимала халат, даже надев свой маленький наряд. Этим вечером ей хотелось подразнить свою женщину, поэтому оделась так, что одежду на ней едва можно было назвать таковой. Может, хоть так она немного отвлечёт её от дороги, не убивая их обеих.       И на кухне она нарезала фрукты на замысловатые фигурки. Сначала из подвала вышла Йеджи. Обувь была снята, пот смешался с кровью и стекал по её лбу. Она нашла жену на кухне и задала ей важный вопрос.       — Кто это? — она спросила о мелодиях, которые без перерыва звучали в доме.       — Келани. Нравится?       — Очень.       Рюджин улыбнулась, наблюдая, как женщина поднимается по лестнице, чтобы помыть руки, а затем и привести себя в полный порядок. В контейнере были клубника, ананас, апельсины, виноград, питахайя, манго и дыня. Она разрезала клубнику пополам. Ананасы — на звёздочки. Очистила апельсины и нарезала их дольками. Виноград очистила от кожицы. Питайю нарезала треугольниками. Манго — сердечками, а дыню — трапециями.       Ей удалось сделать это с такой детализацией. Она приготовила достаточно для них обеих, не зная, сколько времени может занять их поездка, но надеялась, что этого было достаточно.       Йеджи спустилась вниз как раз вовремя, закончив уборку. Рюджин оглядела её с ног до головы, найдя её однотонный наряд невероятно сексуальным.       — Мне нравится, когда мы совпадаем в одежде, — Она улыбнулась, а на уме лишь секс, красный цвет и сердечки. — Твои волосы смотрятся так горячо, когда собраны так.       Йеджи несла чёрную куртку в руке и ухмыльнулась в ответ на комплименты Рюджин.       — Что же ты прячешь под этим халатом?       — Ммм… — Рюджин улыбнулась себе, позволяя женщине взять контейнеры с фруктами. — Ничего. В шуточном и буквальном смысле. Повешу халат обратно и надену обувь.       — Я отнесу тело в багажник и выеду из гаража. Встретимся там.       Итак, пока глиттер поднималась наверх, чтобы положить халат в корзину для белья в гардеробной, жестокость несла на плече мешок с телом. Это было весьма впечатляюще, учитывая, насколько… Большой проблемой был этот мужчина.       Йеджи выехала к подъездной дорожке и вышла, освобождая место для своей девушки. Рюджин двигалась по дому, чтобы выключить везде свет, проигрыватель и надеть туфли на высоких прозрачных каблуках. Никто её больше не преследует, ей теперь не нужно беспокоиться о том, что она так много оголится, правда? К тому же, сегодня вечером всё это для Йеджи.       Она вышла из дома, белые фары освещали окрестности. Девушка увидела фигуру, стоящую у машины, ожидающей её, и, похоже, верх машины был опущен. Её улыбка романтична и глупа. Она любит глупышку.       Не говоря ни слова, они обнялись. Рюджин обвила шею женщины руками, а Йеджи с силой вцепилась ей в задницу, сжимая её через джинсовую юбку. Девушка заглянула ей в глаза, она никогда прежде не чувствовала себя так близко к ней. Зная, что они сделали сегодня вечером вместе, казалось, она не могла влюбиться ещё сильнее.       — Я так сильно влюблена в тебя, — она говорила, и её улыбка всё отражала. Она сияла, как и её сердце. Она убирала назад уже зачёсанные назад волосы Йеджи, зациклившись на её стрижке и цвете. Но ещё больше её завораживал взгляд женщины.       — Я твоя, и я никому раньше это не говорила. Ты выглядишь… Мне вообще нужно говорить это? — ответила Йеджи, поднимая свои руки с задницы девушки на подтянутую спину. Одержима тем, как её волосы обтекали её фигуру, и её милым личиком, которое контрастирует с этой сексуальной аурой.       Рюджин покачала головой.       — Я всё вижу в твоих глазах. Хотела надеть своё любимое бельё, но потеряла его.       Йеджи посмеялась.       — Ну да.       — Я всё потеряла! Но я не потеряю тебя.       — Аналогично. Готова?       Рюджин кивнула.       — Дробовик мой.       Их затянуло в долгий поцелуй, они были ужасно влюблены друг в друга. Оторвавшись от чужих губ, Йеджи обошла машину и открыла дверь для своей принцессы. Рюджин приняла жест, садясь на сиденье.       Йеджи закрыла дверь, убедившись, что девушка забралась в машину полностью. Они встретились взглядами, прежде чем она отошла и села на водительское кресло. Рюджин пристегнула ремень безопасности, Йеджи тоже, и они тронулись с места.       Рюджин включила тот же альбом через телефон Йеджи в колонках машины, чувственно наслаждаясь музыкой. Что-то в сегодняшнем вечере было таким романтичным, неужели она окончательно сошла с ума? Почему её так захватила эта ситуация? Убить преследователя-насильника вместе с любимым человеком и поехать на машине, чтобы избавиться от тела.       Может, они обе сошли с ума.       Но она чувствовала себя такой свободной, даже больше. Это чувство было впервые, оно не имело названия. Она наклонилась к двери, чтобы почувствовать ветер, опустила стекло, уличные огни проносились мимо, когда они ехали по проселочной дороге. Розовые волосы развевались позади неё, и она чувствовала себя невесомой.       Вот, на что это было похоже.       Невесомость.       Свободная от осуждения и греха. Она чувствовала, что ничто не имеет значения, но, что самое лучшее, она вольна делать всё, что пожелает.       Время не существовало, они просто ехали. Йеджи знала, куда они направляются, но Рюджин не имела ни малейшего представления. В конце концов, она просто откинулась на спинку сиденья, глядя на Йеджи возбуждёнными глазами. Какая же она женщина… Она готова умереть за неё. Лгать ради неё. Защитить её в суде. Сделать ради неё всё, что угодно.       — Ты замёрзла? — женщина спрашивала её, гадая, не замерзла ли Рюджин от ветра. Она положила руку на бедро, просто чтобы проверить. Девушке даже не нужно было отвечать, она бы всё равно сказала «нет». Но мурашки на её коже доказывали обратное.       Йеджи ухмыльнулась.       — Возьми мою куртку с заднего сиденья рядом с фруктами, — она указала назад.       К тому времени, как они добрались туда, было уже далеко за полночь, и Рюджин надела куртку Йеджи.       — Я хочу, чтобы ты оставалась здесь, но ты можешь смотреть, — Йеджи сказала ей, выходя из машины с лукавым взглядом. Рюджин проводила её глазами, а затем, положив подбородок на дверь, наблюдала за работой женщины. Рядом с машиной, стоявшей в траве, находилось небольшое озеро. Судя по знакам, оно было токсично, и в нём не было никаких водных жителей.       Фары достаточно осветили пространство вокруг, чтобы Рюджин увидела, как Йеджи несла мешок на плече. Вид этих мышц в работе был таким сексуальным… Хван подошла к озеру и сбросила мешок с телом в траву, это было первое тело без клейма медузы.       Она пнула его в воду, позволяя силе тяжести медленно опустить его на дно озера. Взгляд Рюджин скользил вверх-вниз, наблюдая, как женщина сначала переместила тело, затем брезент, затем чистящие средства, которые она использовала, а затем вылила бутылки с отбеливателем в и без того токсичную воду. Затем Йеджи с гордостью посмотрела на воду.       Она почувствовала чьё-то присутствие рядом с собой и поняла, что это значило. Рюджин не послушала её и вышла из машины. Чья-то рука взяла её ладонь, и она услышала тихий голос.       — Ты такая сексуальная, когда делаешь это.       — Что именно? — Йеджи почти дразнила её. Ей казалось, Рюджин находит всё, что она делает, очень сексуальным.       Рюджин приблизилась к уху и прошептала:       — Убиваешь людей, которые это заслужили… — она начала тянуть женщину к машине. — Пойдём, я хочу заняться сексом дома.       Они шли к машине, куда Рюджин должна была сесть первой. Но вместо этого её задница уперлась в дверь, тело откинулось назад, и они страстно поцеловались прижимаясь к красной спортивной машине.       Йеджи подняла девушку на бортик двери и погладила внешнюю сторону её обнажённых бёдер. Рюджин простонала, ослеплённая своим возбуждением. Ей хотелось сделать это прямо здесь, но они не догадались взять с собой страпон. Куртка Йеджи сползла с плечей, и врач восприняла это как приглашение покрыть поцелуями внезапно обнажившуюся кожу на её шее, плечах и груди.       Руки Рюджин зарылись в чёрные волосы, волосы упали назад, и она откинула голову назад от удовольствия. Одни только поцелуи значат всё.       И тут в последний момент Йеджи внезапно остановилась, решив, что Рюджин возьмёт её прямо сейчас. Она посмотрела девушке в глаза, чувствуя её возбуждение.       — Выдержишь до дома? — спросила она розововолосую.       — Дай мне ещё немного, и я буду готова, — усмехнулась Рюджин.       Так они переместились на водительское сиденье, отодвинув его назад, чтобы у них было больше места. Рюджин устроилась на бёдрах у Йеджи, приподнявшись на своих коленях и обхватив её голову руками, пока врач оставляла метки любви на её талии, сжимая её любящими руками. Поцелуи были так близки к её лону, но никогда ещё не казались такими далёкими. Жар Рюджин становился всё горячее, готовый растопить её, словно лава.       Йеджи опустила её к себе на колени, скользя языком по нежной коже девушки. Перескакивая через чёрный джинсовый бюстгальтер и возвращаясь к нему, как только появлялась возможность. Когда Рюджин полностью села, её язык отстранился, и вместо этого они прижались к лицам друг друга.       Рюджин невинно улыбнулась, словно её следующие слова соответствовали. Она наклонилась к уху Йеджи и прошептала:       — Давай поедем домой, чтобы ты могла выебать меня до потери сознания своим тёмно-синим двадцатисантиметровым.       Этих слов было достаточно, что Йеджи игриво толкнула девушку на пассажирское сиденье. Не теряя времени, они тронулись с травы на главную дорогу. Рюджин хихикала в ответ на это, застёгивая ремень безопасности, ведь в мотивах женщины было добраться до дома в два раза быстрее, чем они добирались сюда, и ни один полицейский не смог бы остановить их.       Йеджи ухмыльнулась своему безрассудному поведению, пристегнула ремень безопасности и поехала по дороге, а Рюджин потянулась на заднее сиденье фруктами. Чтобы быстрее скоротать время, пока они не доберутся домой, они ели фрукты одной пластиковой вилкой. Рюджин постаралась отдать большую часть клубники Йеджи, поскольку было очевидно, что она любит её больше всех остальных фруктов и ягод.       Она была рада, что Йеджи выбрала такую ​​сочную еду: она не только наблюдала за движением её горла, когда она проглатывала каждый кусочек, но и вытирала сок, стекавший по её подбородку от каждого укуса, после чего облизывала пальцы.       Есть что-то чувственное в убийстве мужика с любовью всей вашей ёбаной жизни.