𝐆𝐥𝐢𝐭𝐭𝐞𝐫&𝐕𝐢𝐨𝐥𝐞𝐧𝐜𝐞

      — Я знаю, что ты волнуешься, дорогая. Имеешь полное право, но знай, что мы с Хадсоном рядом, — воодушевляла Йэджи по телефону. Рюджин только что вышла из дома своей жены в камуфляжном костюме, который она подбирала под Йеджи.       Волосы были собраны в пучок, она оставалась на связи с мамой жены, пока складывала ствол в машину, где уже лежало остальное оружие.       — Знаю. Я просто думаю, будто то, что может пойти не так, обязательно случится, — ответила она.       Йэджи и Хадсон отправились в лес пораньше, решив припарковаться вдали от того места, куда планировали пойти Рюджин и Кейден.       — Не случится. Он лучший вариант, чтобы убить в одиночку. Всё будет в порядке. Покупатель, которого мы нашли, очень хочет убедиться, что мы дадим ему желаемое. Здесь участвует несколько сторон, чтобы убедиться, что всё пройдёт гладко и без проблем. Так и будет. Ладно, связь вот-вот пропадёт, мы направляемся в лес. Увидимся, береги себя!       — Вы тоже, пока, — вздохнула Рюджин, заканчивая звонок. Она потянулась к шее, коснувшись ожерелья, подаренного ей Йеджи. Закрыв глаза, она попыталась перенять храбрость и силу женщины. Она подумала о том, сколько в ней вообще было Йеджи и почему она вообще это делает.       Это необходимо сделать, и Рюджин это знает. Ей просто становится ещё страшнее оттого, что ей приходится играть большую роль, которую обычно брала на себя старшая. Но это нужно сделать, и она не облажается. Она отказывается терпеть неудачи и не хочет отказываться от своих обязательств. Единственное, что она знает, — это то, что она должна отдать Йеджи всё без остатка, потому что Хван сделала бы для неё то же самое.       В последнее время они по очереди готовили по утрам, и любимым быстрым завтраком Йеджи были картофельные оладьи и сосиски в панировке, глазунья и имбирный шот.       Всегда эти чёртовы шоты. И недавно она даже уговорила Рюджин попробовать. Ужасно, но они работали. Обычно она заболевала в это время года. Но до сих пор этого не произошло, даже без прививки от гриппа.       Итак, сегодня утром она приготовила себе картофельные оладьи, сосиски в панировке и одну глазунью. Она съела всё в одиночестве, хотя мысленно представляла, что Йеджи сидит с ней в углу кухни и ест вместе с ней. Она должна была знать, что Йеджи рядом, в глубине души, это удерживало её от похода в туалет и совершения чего-то травмирующего.       Рюджин также сказала себе, что ей нужны силы для осуществления сегодняшних дьявольских планов, не может же она убивать людей на голодный желудок.       И на обед она приготовила тост с авокадо. Думая о предстоящем ужине, девушка съела только один кусочек. Ей было трудно заставлять себя съесть обед, она всё ещё была в напряжённых отношениях с едой. А на ужин она приготовила нэнмён быстрого приготовления. Как блюдо на удачу, которое ещё больше напоминало ей о Йеджи.       Они планировали встретиться сегодня поздно вечером, в сумерках. Животные, особенно олени, в это время суток снова чувствуют голод. Поэтому снова отправляются в лес, делая это время суток самым подходящим для охоты.       Машина была набита, и на улице уже начинало темнеть. Рюджин покинула дом Йеджи и отправилась в лес, которым владела Хван, далеко на севере. Сама поездка по автомагистрали займёт около часа.       По пути на телефон Рюджин позвонила Йэджи, и она сразу же ответила на звонок, надеясь, что всё в порядке.       — Eomonim? — ответила она весьма обеспокоенным голосом.       И да, она чётко знает разницу между обращением к старшим женщинам «Halmonim» и «Eomonim». Йэджи пока не бабушка.       — Рюджин-а… Покупатель только что звонил, он хочет предложить вдвое большую сумму, если мы сможем предоставить и черепную полость, — проинформировала женщина, тон в голосе выдавал волнение, что такое вмешательство может помешать их планам.       — Черепная полость? Что?       — Мозг.       Челюсть Рюджин упала, но она подняла её, чтобы ответить:       — Блять! Это может всё испортить! Я собиралась ударить его в голову…       — Мы знаем. Что собираешься делать?       — Он требует этого?       — Да. Сказал, что может нанять кого-то другого, если мы не сможем предоставить ему всё разом.       — Чёрт! — Рюджин ударила по рулю. Она и так находилась на грани из-за того, что делала всё сама, а теперь и весь план коту под хвост. Что ей делать в такой ситуации? — Ладно, мы должны это сделать. Я должна. Я не могу подвести Йеджи.       — Мы можем помочь тебе. Всё стало гораздо сложнее. Раз покупатель хочет почти полный комплект, кровь, а теперь ещё и мозг… то у тебя, Рюджин, остаётся очень мало способов его убить. Думаешь, у тебя достаточно знаний после практики с Йеджи?       — Едва ли! Почти нет метода убить человека, не повредив при этом мозг, органы и не потеряв литры крови.       — Верно, тогда тебе придётся тащить его, — заговорил Хадсон. — Я не выдал его тебе, но у меня есть ружьё с транквилизатором и дротиками. Я взял его с собой на всякий случай и теперь невероятно рад этому. Так, меняем план. Мы встретимся с тобой на парковке, и я дам тебе больше пушек. Нам нужно убедиться, что он не будет против дротиков, поэтому я дам ружьё и ему, чтобы сбить сомнения.       — Ладно… Я бы не стала его застреливать. Он бы сразу понял, что это транквилизатор. Этот чувак знает своё дело… Хадсон, можешь дать мне его сразу заряженным, чтобы я его тут же прикончила?       — Можем так. Йеджи рассказывала тебе о транквилизаторах? У них свои особенности.       — Немного. Она сказала, что у них другая сила выстрела, но прицеливание такое же.       — Верно, пробовала уже?       — Мм, ну, типа. Один раз.       — Значит, всё будет в порядке, ничего особенного. Ладно, мы движемся на юг к парковке, встретимся там. Постарайся приехать раньше него!       — Ладно, увидимся, — звонок закончился, и Рюджин нажала на педаль, перейдя на полосу обгона, чтобы добраться туда еще быстрее.       Это был, конечно, сумбурный и непродуманный план. Ведь после того, как Кейден потеряет сознание, а Рюджин отвезёт его обратно в дом Йеджи, как она собирается его убить?       Она вспомнила истории, которые Йеджи рассказывала ей о прошлых жертвах. Доминик.

      Два месяца назад.

      На заднем дворе дома Рюджин, ещё до того, как время года официально изменилось и начался сезон ежедневных дождей, пара ужинала. официальной смены времён года и начала ежедневного дождя, пара ужинала. Ещё одно испытание для девушки — стейк и вино. Йеджи просто обожает, как Рюджин готовит мясо.       Как уже сказала Рюджин, если она хочет продолжать есть такое, ей лучше жениться на этой женщине.       Её унизанная кольцами рука потянулась к стакану безалкогольного коктейля, который она в спешке приготовила. Рюджин сказала ей, что пить не будет, и Йеджи настояла на том, что тоже не станет.       — А что насчёт того, кто после него? — рассмеялась Рюджин, успокаиваясь после истории о том, как Йеджи убила Лиама. Теперь Хван с лёгкостью делилась всеми своими историями.       — После него был Доминик. Он был в списке, а не отвлекающей жертвой. Я познакомилась с ним через христианское приложение для знакомств. В старших классах он был полным идиотом. Полным кретином. И я говорю это не потому, что он был очень религиозным, а я нет. На самом деле, у него просто было мало знаний. Ему не хватало навыков для понимания элементарных вещей, и он отставал, пока все остальные в выпускном классе заканчивали школу. Именно поэтому, полагаю, он и был таким жестоким. Он был таким. Ну, Робинсон был хуже всех. Но Доминик был его маленьким соучастником. Честно говоря, думала, что они геи ради друг друга или подтирают друг другу задницы, или что-то в этом роде, — Йеджи рассмеялась, заставив Рюджин улыбнуться тоже. — Но да, у него был жестокий ум. Робинсон мог придумать что-нибудь скандальное, а Доминик всегда придумывал, как всё сделать хуже. В ту ночь я на себе испытала, каким изобретательным он мог быть, чёртов идиот. Он наверняка был садистом, я готова поспорить на это. Не могла поверить, что он называл себя «человеком Божьим». Он был душой, рождённой и выросшей в аду, — Йеджи ела стейк, мирно вспоминая это с ухмылкой. — Он был единственным, кого я препарировала заживо. Робинсону тоже достанется. Но я хочу растянуть его муки ещё дольше. Например, начать с самых нежизнеспособных органов, чтобы сохранять ему жизнь…       — Как ты делала это с живыми? Звучит сложно.       — На самом деле всё просто, при правильной дозировке анестезии можно ввести человека в полусознательное состояние. Его мозг достаточно бодр, чтобы осознавать происходящее и чувствовать боль, но недостаточно бодр, чтобы контролировать тело. Я до сих пор помню слёзы, которые высохли на его лице, когда я начала делать разрез на животе. Десять дюймов, ровно и открыто. Слёзы прекратились после удаления… кажется, второго органа. Он принёс мне кучу денег. Покупатель хотел обе почки, желчный пузырь, сердце и десять пинт крови. Он также заплатил мне дополнительно за запись сеанса…       — Ууу! Зачем?       — Честно, я не хочу знать.       Возможно, Рюджин придётся делать это, пока он под наркозом, но не в сознании. Однако она пока понятия не имеет, что будет делать, поэтому он, скорее всего, сначала будет в сознании. Ой.       Ладно, она справится, в конце концов она ведь достаточно смотрела, как Йеджи делает это? И в пятницу вечером Рюджин даже оперировала сама, хоть и с помощью Хван.       Она припарковала машину рядом с автомобилем пары на усыпанной листьями грунтовой дороге и, выходя из машины, почувствовала хруст под ногами.       — Надо было взять напрокат чёртов пикап, моя бедная машина теперь такая грязная, — пошутила она, обращаясь к паре, которая тоже вышла из арендованного Kia Niro, чтобы поприветствовать её.       — О, слышишь, дорогой! Она назвала машину пикапом, а не внедорожником, наша дочь на неё повлияла! Не волнуйся, я уверена, что дождь всё смоет, хорошо? Как ты, дорогая? Всё еще нервничаешь? — сначала Йэджи обняла её, а затем и Хадсон.       — Конечно, я в этом уверена. Но на самом деле эта часть плана меня немного успокаивает. Она выполняется быстрее. Меня пугает только сам процесс препарирования.       — Не нужно, всё будет в порядке, — улыбнулся Хадсон, после чего все трое повернулись к приближающемуся внедорожнику. Он здесь.       — Фигово, Йеджи всегда перед убийством напоминает им о себе. Но мы не сможем поступить так же с ним, — прокомментировала Рюджин, наблюдая, как машина паркуется рядом с её поршем. Она видела, как мужчина усмехнулся с улыбкой, увидев двух дополнительных участников.       Он вышел из машины, похоже, этот был латиноамериканцем. Джексон, Доминик, Феликс и Робинсон — все белые.       — Ладно, каждый раз, когда я занимаюсь чем-то, связанным с охотой, с Йеджи, к нашей группе присоединяется ещё один человек, — он рассмеялся, выходя из машины, демонстрируя хорошее чувство юмора.       — Ага, прости за это, дружище, — Хадсон улыбнулся, подходя к нему. — Я отец, зовут Хадсон. Хадсон Хван.       — Отец… — это явно застало мужчину врасплох. На его лице мелькнуло выражение «чёрт возьми». — Кейден, сэр, — он протянул руку для рукопожатия, но Хадсон отказался пожимать руку этому человеку. Он увернулся и вместо этого очень сильно похлопал его по спине.       — В Австралии так не принято, — скинул он это на разницу в культурах. — Мы там все гермофобы, так что хороший хлопок по спине всегда будет к месту.       — Ох… Тяжёлая у вас рука, мистер Хван, — усмехнулся он.       — Рада встрече. Знаешь, всегда хотела сходить на охоту. Родилась и выросла в Орегоне, но никогда до этого не охотилась, — Рюджин подошла к мужчине, чтобы представиться, пока Хадсон доставал транквилизаторы, а Йэджи стояла за её спиной, чтобы тоже представиться. — Рюджин, жена Йеджи.       — Жена, ого, когда мы обсуждали твоё участие она назвала тебя своей девушкой. Поздравляю.       — Спасибо.       Йэджи шагнула вперёд, так же отказываясь от рукопожатия.       — Я мама, для тебя мисс Хван, — улыбнулась она.       — Рад встрече, — он кивнул и снова посмотрел на Рюджин. — Серьёзно, ты никогда до этого не охотилась?       — Никогда.       — Ладно, я был удивлён, когда Йеджи сказала, что тоже никогда не занималась охотой. Я обычно не учу людей, но раз она подруга со школы, то решил почему бы и нет, — пожал он плечами.       Брови Рюджин взлетели вверх, она почувствовала, как Йэджи замерла от шока тоже.       — Подруга со школы?       — Ага! Мы знакомы ещё до того, как ей пришлось переехать обратно в Австралию и сменить имя. Потеряли контакт на годы, а потом она внезапно написала мне насчёт охоты. Полагаю, она ещё не упоминала школьную пору.       — Понятно… То есть, ты помнишь её даже после смены имени и всего? Она никогда не говорила, что вы друзья… — пассивно-агрессивно начала Рюджин.       — Да… всё было довольно запутано тогда. Уйма глупых школьных слухов, которые никогда не были правдой. Сплошное большое недопонимание. Один мой друг пригласил её на свидание, а она отказала, а потом пошли эти нелепые слухи, которые сильно раздули.       — Ахх, ну да, потому что школа была такая. Драмы были глупыми, все мы считали себя главными героями, — играла Рюджин.       — Верно! Но какое веселье в старшей школе без драмы, — посмеялся он.       Он посмеялся.       Йэджи смотрела на него, не в силах сдержать отвращение в глазах. Но Рюджин была единственное, кто говорил, гнев подпитывал её речь.       — Да… вокруг меня было много драмы в школе.       — Правда?       — Ага, я была ходячим скандалом. Всё выглядело соревнованием «у кого будет самая сумасшедшая история».       — Именно, да…       — Ладно! — Рюджин внезапно улыбнулась. — Достаточно о прошлом. Йеджи просто застряла в пробке, у неё случился приступ в больнице, ну, она же врач. Но мама может показать тебе оружие, которое мы привезли. В багажнике моей машины.       Йэджи шагнула вперёд, изобразив улыбку, и повела мужчину к задней части порше Рюджин. Она открыла багажник и начала осматривать различные образцы оружия. Кейден просто был очарован этими ещё не выпущенными моделями.       Хадсон подошёл к Рюджин с заряженным транквилизатором. Она взяла его с улыбкой и начала готовиться к стрельбе.       — Знаешь, а я тебя помню. Раз уж ты вспомнил всё, — начала женщина, прерывая поиски в машине.       — Ах, ну, надеюсь, что вы не верите всем этим мерзким слухам, — нервно цокнул Кейден, показалось, что что-то не так.       — Ну, я слышала, как она говорила о тебе одним вечером. Я никогда раньше не слышала, чтобы она говорила о мальчиках, это было совершенно неожиданно. Но когда она рыдала у меня на руках, вся в засосах, которые я пыталась стереть, а Хадсон в машине отчищал кровь с нашего водительского сиденья, она начала говорить о мальчиках. Джексоне, Доминике, Феликсе, Робинсоне и тебе.       Кейден уставился на неё, его лицо покраснело, и он слегка отшатнулся из-за взгляда женщины. Мстительного, жаждущего такого дня. Интуиция подсказывала ему, что его жизнь в опасности.       — Послушайте, — начал говорить он, но что бы это ни было, он мог оставить эти слова себе. На своём месте стояла Рюджин с оружием прислонённым к плечу. Дротик из дула теперь был у него в шее, и действовал он довольно быстро.       Он споткнулся, растерянный, слабый, сонный и с головокружением. Вытащив дротик из шеи, он опоздал. Как только дротик попадает в кожу, уже слишком поздно. Он задохнулся, парализованный отказавшими мышцами.       Через минуту мужчина лежал без сознания на земле.       — Я позабочусь о его пикапе, а вы посадите его в машину Рюджин. Йэджи, садись в машину Йеджи, — Хадсон принялся за дело, залез в компактный внедорожник за перчатками, чтобы затем достать ключи и телефон из одного из ботинок Кейдена.       — Встретимся у знака, — сказала Йэджи. Все они принялись делать то, что должны были. Йэджи и Рюджин подняли тело и запихнули его в багажник, с трудом протискиваясь внутрь. Он был высоким и широкоплечим.       — В машине так много места… Где двигатель? — прокомментировала Йэджи, когда они закрыли капот.       — Это электрокар, здесь его нет. Ваша арендованная машина тоже, вы не знали? — сказала Рюджин слегка без дыхания.       — Нет! Я просила Хадсона заняться всем. Ладно… Круто! Всё, иди. Мы с Хадсоном сами войдём в дом Люси.       — Хорошо, — Рюджин села в свою машину и уехала. Новая задача Йэджи теперь заключалась в том, чтобы, словно сумасшедшая, ездить взад и вперед по этой дороге, заметая следы грузовика Кадена и порше Рюджин. Полиции достаточно было распознать по шинам Kia Niro с зимними шинами.       Уже после наступления темноты Рюджин приехала к дому Йеджи. Припарковавшись в гараже, она молча сидела, обдумывая успех, которого уже добилась сегодня вечером. Она надеялась, что Йэджи и Хадсон тоже смогли выполнить свои цели в этом плане.       Она тяжело вздохнула и услышала, как её телефон трижды быстро завибрировал.       Сахар в крови. Она потянулась к бардачку за инсулиновыми ручками, воспользовалась одной из них и, исходя из этого, переместилась из машины в подвал.       — Ладно, Рюджин. Ты справишься. У тебя получится. Ты уже делала это в пятницу. Йэджи и Хадсон помогут… — она сделала паузу, когда вспомнила, что Хадсон слабак, когда дело касается внутренностей, — Йэджи поможет тебе, и жена в твоей голове и сердце будет направлять твои руки… да… да… да… — воодушевляла она себя, двигаясь в доме, чтобы подготовить всё.       Стол, принадлежности, анестезия, мысли, тело. Во имя любви, она выпотрошит тело сегодня.