𝐆𝐥𝐢𝐭𝐭𝐞𝐫&𝐕𝐢𝐨𝐥𝐞𝐧𝐜𝐞

      Спустя тринадцать лет, список Йеджи был завершён. Робинсон стал последним, и его органы не были проданы. Как она и сказала, она хотела, чтобы он страдал больше всех.       Раз уж человек, хоть и мучительно, но может прожить без поджелудочной железы, она удалила его здоровый орган, чтобы пересадить его Рюджин. А потом отрубила ему конечности, половой орган, удалила голосовые связки и глаза, оставив его закопанным в ящике под землей посреди «ничего».       Конечно же, предварительно она выжгла свой знаменитый знак у него на лбу, пока он был в сознании. В перчатках она сфотографировала его и поместила снимок под контейнер, в котором подожгла его, чтобы полиция знала, что это сделала Медуза.       Таким образом, неспособный видеть, говорить, двигаться и испытывая невыносимую боль из-за отсутствия поджелудочной железы, он умер медленной, ужасной, мучительной, адской смертью.       Йеджи могла лишь горько усмехнуться тому факту, что никто из них, чёрт возьми, не пожалел о содеянном. Они так и не исправились, не поняли, что были неправы, они продолжали жить, как будто слухи были всего лишь слухами. Поэтому заслужили всё, что с ними случилось.       Никто из них не думал, что прошлогоднее Рождество станет последним, но в это снежное время в Портленде дом в Бухтах был согрет рождественскими хитами, звучавшими из редкого проигрывателя. Женщина в розовом, успевшая сделать множество дел за день, принесла в главную спальню очень полезный завтрак.       На подносе, который она держала, лежал один идеально хрустящий тост с авокадо и небольшая миска с нарезанными фруктами.       Пациентам, восстанавливающимся после трансплантации поджелудочной железы и почки, необходимо питаться несколькими небольшими порциями, а не тремя полноценными приёмами пищи в день.       Да, пришлось пересадить и почку. Такой вариант был намного безопаснее, а в холодильнике Йеджи как раз завалялась здоровая почка Кейдена.       Восстановление проходило хорошо, «постельный режим» Рюджин кончился ещё в начале декабря, поэтому сейчас она медленно возвращалась к привычному ритму жизни. От работы она будет свободна ещё месяцы, ей предстоит подождать немало времени, прежде чем сможет вернуться хотя бы к лёгким тренировкам. Но её ожидает полное восстановление.       На данном этапе её тело не подаёт никаких сигналов отторжения новых органов, а общие показатели стабильны.       И с тех пор ей не понадобилась ни одна доза инсулина.       Ей придётся принимать иммуносупрессанты до конца жизни, просто чтобы гарантировать, что её организм никогда не отторгнет трансплантат. Но в остальном ей никогда не придётся жить так, как раньше. Больше не понадобятся инсулиновые шприцы, не будет внезапной усталости, не будет страха, что диабет убьёт её в течение следующих двух десятилетий.       Йеджи вошла в комнату и, увидев, как Рюджин выходит из ванной комнаты одна, выругалась от беспокойства. Рюджин рассмеялась, услышав её волнение.       Хван аккуратно положила поднос на простынь, а затем провела Рюджин обратно на их кровать.       — Я говорила тебе, ты можешь позвать меня, чтобы я помогла тебе с такого рода вещами! — отругала её Йеджи из чистой любви.       — Ты была на кухне, а мне уже нужно было идти! Всё в порядке, Йеджи. Я могу ходить, я уже неделями это делаю.       — Знаю… Просто хочу быть рядом.       — В жизни, смерти и покое, верно?       — Да!       Они вместе рассмеялись, а затем Рюджин поблагодарила Йеджи за завтрак, который она приготовила ей.       — Счастливого Рождества! Хотя я не отмечаю его религиозно, я всегда ценю этот день дарения подарков и его дух, — сказала ей Йеджи, устраиваясь на кровати так близко к девушке, чтобы смотреть, как она ест.       — Счастливого Рождества, хе-хе! Выглядит очень вкусно… Знаешь, вся эта штука с восемью перекусами в день очень помогает мне с, ну, ты знаешь, моим расстройством пищевого поведения. Мне намного лучше рядом с едой, и только посмотри, как увеличились мои бёдра! — Рюджин игриво приподняла свою футболку, чтобы вместо шрамов от операций показать ей впечатляющий изгиб у тазовой кости.       — Твоё тело наконец достаточно здорово, чтобы накапливать здоровый жир во всех необходимых местах. Так как у тебя фигура типа «груша», то всё будет в твоих бёдрах и ляжках, да. Ты просто… Восхитительная. Даже утром, как сейчас, — Йеджи поцеловала её, после чего перечислила меню. — Итак, для начала дня я сделала тост с авокадо и небольшой фруктовый салат. Потом нас ждёт больше протеинов — рыба и стейки.       — Типа… Одновременно?       — Нет! Нет, милая. На следующий перекус будет рыба, и через ещё парочку — стейк.       — Ох, я так и подумала, ладно. Запах потрясающий! Ты ничего не будешь? Я могу поделиться, — Рюджин потянулась к тосту, когда Йеджи заговорила.       — Я уже поела. Как твоё самочувствие?       — Всё хорошо, немного болит, но ты говорила, что некоторое время будет. Но там сегодня было жёлто…       — Ладно, тогда больше воды сегодня, мы это исправим. Пить воду очень важно. Но в остальном всё хорошо. Позже, как обычно после трапезы, я запишу твои показатели, а пока у меня уже есть для тебя подарок.       — Уже? Omo… Это очень вкусно. По соли идеально…       — Хорошо, — счастливо усмехнулась Йеджи. — Так вот, подарок устный. Я думала привезти тебе что-нибудь, но передумала. Не думала, что тебе понравится такое в нашем доме. Но мисс Медуза, серийная убийца из Портленда, может сегодня официально уйти на пенсию.       Глаза Рюджин расширились вдвое, и она на секунду замерла, перестав жевать, чтобы осмыслить происходящее.       — Ты сделала это… — начала она. — Ты убила Тейтума… Когда?       — Этим утром, пока ты ещё спала. Я знаю, что ты никогда больше не хотела бы видеть его, поэтому успела к празднику. Сделала это одним из подарков. Хочешь услышать детали?       Рюджин улыбнулась, чувствуя, как исцеляется её юная версия. Сердце сияло, и девушке хотелось плакать. Но она сдержалась, ведь она давно пообещала себе, что не будет плакать из-за него.       Она покачала головой.       — Нет, просто знания достаточно для меня. Сказать «спасибо» будет мало, но спасибо, Онни. Теперь мы обе официально можем зажить полной жизнью, так ведь?       — Ты можешь, но я ещё жду начала расследования полиции, чтобы они нашли всё, что мы оставили в качестве улик на ту женщину. Как только её поймают, я официально смогу двигаться дальше. Но, Рюджин, я с радостью вернусь с пенсии. Как только кто-то начнёт преследовать тебя, просто дай мне их имена, ты встретишь их в газетах не позднее, чем через месяц.       Рюджин расплылась в улыбке полной взаимности.       — Никто не любит свою вторую половинку так же сильно, как я. Никто не хочет сделать столько же, сколько я с удовольствием сделаю для тебя.       Они чмокнули друг друга в губы, выражая свою любовь, и теперь Рюджин тоже так сделала бы. Она оглядела Йеджи с ног до головы, ожидая, что та объяснит свой наряд. Эта женщина никогда не носит розовое. Она улыбнулась ей, пока ела, и Хван улыбнулась в ответ, не поняв намёка.       — Онни… — начала Шин.       — Да, милая?       — Почему ты носишь розовое сегодня…       Йеджи посмотрела вниз и осмотрела себя.       — О, это? Нет причины… Узнаешь позже.       — Ты полна сюрпризов сегодня… Тебе стоит дать шанс и мне вручить тебе подарок! Я бы хотела сделать больше, но я должна отдыхать.       — Тогда просто отдохни, это не последнее наше Рождество.       — Но оно наше первое.       — Ну, в этот раз поведу я, потому что тебе нужен отдых. И я довольна жизнью сейчас, честно. Но в следующее Рождество можешь повести ты, как тебе мысль?       — Ладно. Поверить не могу, что мне придётся ждать целый год.       — Тебе стоит полностью поправиться, не так ли?       — Чёрт, надеюсь!       Когда Рюджин закончила есть, Йеджи наконец начала намекать, почему сегодня она выбрала полностью розовый праздничный наряд.       — Ты раньше ходила на школьные балы? Я нет, — начала она.       — Нет, никто всерьёз не звал меня, друзей у меня не было. Да и я никогда не была достаточно уверена в себе, чтобы пойти. А что?       — Просто поинтересовалась… Не знаю, если бы были танцы, и темой была бы… Барби или типа того. Что бы ты надела?       Рюджин подозрительно подняла бровь. Какая специфическая тема от такой хитрой женщины во всём розовом.       — Ну… Я бы много танцевала! Так что я бы не хотела какое-нибудь большое, драматичное платье. У меня был бы чёртов тепловой удар, и в нём было бы так трудно танцевать. Поэтому я бы выбрала короткое, облегающее платье. Конечно же, розовое… Обязательно блестящее, может быть, с небольшими вырезами, потому что ты знаешь же, что я люблю, когда открыто много кожи. А что касается обуви, я бы хотела что-то необычное. Например, такие высокие сапоги на платформе? Потому что я хочу носить каблуки, но при этом чувствовать себя комфортно, поэтому платформа — это то, что нужно.       — А… Вау. Вау-вау-вау, — Йеджи хихикнула про себя. Она очень гордилась собой.       — Что? Что вау-вау-вау? — улыбнулась Рюджин, размышляя сколько ещё секретов сегодня в этой женщине.       — Я… Я так хорошо тебя знаю, — Йеджи пожала плечами, направилась в кладовку и достала два больших подарочных пакета с рождественскими рисунками.       — Что? Погоди… Я запуталась, — Рюджин наблюдала, как та поставила сумки на пустую сторону кровати и отошла в сторону.       — Открывай! — с воодушевлением сказала Йеджи.       — Ты маленькая… Что ты задумала! — Рюджин взяла ближайшую сумку и обнаружила внутри коробку. Она открыла её у себя на коленях и ахнула, увидев в точности те туфли, которые только что описала. — Быть не может. Быть не может! Это… Невозможно! — сильный австралийский акцент звучал в её голосе. Раз уж она не работает, и проводит всё своё время в окружении Чана, Лии и Йеджи, не удивительно, что он так сильно врос в неё. — Они такие красивые, Онни…       — И теперь следующий, — Йеджи кивнула на второй пакет.       — Не может быть… — Рюджин поторопилась открыть отложенный пакет, в котором увидела что-то розовое и блестящее. — Ааа! Как ты это делаешь?! — она закричала во весь голос, Йеджи вздрогнула, не ожидая этого. Но она была рада, что Рюджин подарки так сильно понравились.       — Я просто хорошо тебя знаю, — женщина поправила костюм с самовлюблённой ухмылкой.       — Для чего это? Для ужина с Лией, Чаном и Дженни? Ничего большого не планируется, да и они придут к нам домой.       — Это не для ужина, для моего следующего подарка.       — Твоего следующего… Малыш, дай мне выдохнуть. С каждым подарком я ахаю, если ты продолжить отбирать весь мой воздух, я потеряю сознание.       — Нет, не надо! Просто позволь мне помочь тебе одеться и мы спустимся вниз.       — А что там?       — Ну, есть кухня, гостиная, столовая…       — Neo jinjja! Ах, ты такая скрытная, поверить не могу, — Рюджин широко улыбнулась, когда Йеджи помогла ей встать с кровати.       Она одела Рюджин, даже сделала ей прическу и макияж, благодаря чему та выглядела сияющей и прекрасной. По крайней мере, лучше, чем раньше. Платье было идеального размера и сидело на ней просто великолепно.       А затем, не торопясь, они спустились вниз, где Рюджин обнаружила, что всё помещение преобразилось в розовый цвет.       — О Боже мой… — вновь ахнула Рюджин, даже не подозревая, что день мог стать ещё лучше.       — Итак, немного подробностей, но когда я была у него сегодня утром, он кое-что сказал про выпускной бал в том году. Он был посвящён осведомленности о раке груди, поэтому все должны были одеться в розовое. Поэтому я все организовала так, чтобы мы с тобой смогли потанцевать, как на школьном балу, которого у нас никогда не было. В основном у тебя. Мы можем медленно потанцевать под одну песню, а потом ты должна вернуться к отдыху.       Рюджин огляделась и увидела Йеджи в конце комнаты. Радостная музыка заставила её сердце сиять.       — Ты сделала всё это ради минутного танца?       — Почему бы и нет? Я всё ещё помню движение квадратом с нашего первого свидания. Дай мне секунду! — Йеджи отошла, чтобы сменить музыку. Для этой песни она специально отложила одну композицию.       Рюджин медленно пошла одна дальше по дому. Войдя в гостиную, она увидела, как на глаза навернулись слезы от увиденного, даже сердце порозовело. Одной рукой она погладила живот, другой обняла сердце, обернувшись, чтобы просто любоваться всем вокруг. И тут зазвучала знакомая песня.       'Take me out tonight…'       Их песня.       — Ты в порядке? — Йеджи внезапно обняла её, заметив как Рюджин поглаживает живот. — Нервничаешь?              — Немного. Танец простой, но я так давно этого не делала и… Поверить не могу, что ты сделала всё это для меня, — заикнулась она, глядя на никогда не угасающий свет.       — Я убила для тебя, что на таком фоне какие-то декорации и музыка? — Йеджи слушала песню, подмечая момент, когда в песне оставалось ровно три минуты. Она протянула руку своей жене. — Потанцуем?       Рюджин с лёгкостью приняла её, и они танцевали в гостиной в течение всего первого куплета. 1-2-3-4.       — Не могу дождаться нашей официальной свадьбы, — мечтала Рюджин.       — Как только у нас будет время, мы посмотрим места для проведения и забронируем их при первой же возможности.       — Ах, значит, мы можем рассчитывать на свадьбу через три года?       — Упс, ну, теперь у нас гораздо больше времени вместе.       — Это так… — Рюджин, отвлекшись от блеска в глазах напротив, положила голову на плечо Йеджи и медленно покачивалась в такт приятной мелодии.       Она решила, что нет ничего лучше, чем медленный танец со своим партнёром рождественским утром.       Закрыв свои темные глаза, она отправилась в «Эйфорию», место, дорогу к которому, как известно, знает только Йеджи.       Три минуты пролетели так быстро, как никогда раньше. Но когда песня затихла и заиграла другая, им пришлось остановиться. Тело Рюджин ещё не было готово к такой физической нагрузке.       — Спасибо, Йеджи. Это так много значит для меня. Каждая девушка заслуживает такого такнца, — так бережно сказала ей Рюджин, они улыбались друг другу. Слёзы скатились по щекам младшей, и Йеджи вытерла их для неё. — Мы такие сумасшедшие люди… — рассмеялась она, вызывая смех у доктора тоже.       — О чём ты? Я знаю других серийных убийц и парочку сталкеров… — Йеджи дерзко помотала головой.       — Дорогая, это шизофрения.       — Оу! Не ожидала такого ответа! — лопнула Йеджи.       — Знаю, я самая смешная девушка на планете, ты согласна? — метала шутки Рюджин.       — О, посмотри! Подарки под ёлкой, которые ждали целый месяц. Ууу, — сменила она тему, приближая их к дереву рядом с телевизором.       — Ауч! — Рюджин притворилась задетой такой реакцией. Или её отсутствием.       — Просто и так очевидно, что самый смешной человек на планете — это я, милая.       — Ну да, определённо, подруга.       Хотя они открывали подарки только вдвоём, подарков хватило бы на всю семью. В этом году они действительно баловали друг друга. Йеджи уже знала, что ей подарят, потому что сама упаковала все подарки. Рюджин могла только купить их онлайн, но некоторые упаковки не были слишком изысканными.       А затем, поскольку они обещали, они начали готовить еду для своих гостей, которые скоро прибудут. Сегодня вечером будет ужин с Лией, Чаном и Дженни. А завтра пара может ожидать приезда родителей на Новый год. Рюджин часто звонит родителям, многое им объясняет, но самые сложные моменты оставляет для личных разговоров.       — Йеджи, когда у тебя начались месячные? — внезапно спросила Рюджин на кухне.       — С чего такой внезапный вопрос? — рассмеялась Хван.       — Мне любопытно. Я видела один ТикТок, где пара девушек обнаружила, что их месячные начались в один и тот же день с разницей в два года.       — Оу… Ладно, я стала взрослой в том же возрасте, в котором решила связать свою судьбу с помощью другим людям, то есть в четырнадцать лет. В твой день рождения, кстати.       Рюджин ахнула и подпрыгнула от удивления.       — А! Мои начались в пятнадцать лет в мой день рождения!       — Это… Разве это не фишка соулмейтов или типа того? — они обе пребывали в шоке. — Ты не прикалываешься надо мной?       — Нет! Я испортила свой день рождения из-за плохого настроения, а потом «бум»! Алый город на юге!       — Алый город на юге… Теперь я только так и буду это называть, чтоб ты знала.       — Я подхватила от мамы, хе-хе. Не могу дождаться твоей встречи с моими родителями, они уже тебя любят.       — Я тоже жду не дождусь!       День официально стал идеальным, когда во время готовки Лия начала рассылать Рюджин сообщения, явно касающиеся чего-то важного.       — О нет, надеюсь, она не хочет слиться… — она сняла перчатки и взяла телефон, лежавший на кухонном столе. Читая сообщения, она с облегчением поняла, что Лия не отменяет встречу. На самом деле это никак не было связано с их ужином или Рождеством.       И всё же это было подарком.       Рюджин ахнула и обернулась, чтобы посмотреть на Йеджи, которая подошла к ней, обеспокоенная тем, что ей рассказала Лия.       — Это произошло, Онни. Лия только что скинула мне заголовок новостей.       — Что? — Йеджи посмотрела на экран её телефона, и они вместе прочитали статью из надежного источника новостей.       По всей видимости, буквально вчера вечером серийный убийца Медуза из Портленда был найден и арестован. После нескольких месяцев практически полного отсутствия зацепок и нескольких нераскрытых дел, небольшая, но достаточно крупная прядь женских волос пережила пожар, устроенный для последней жертвы, благодаря сильному снегопаду в Портленде, который потушил огонь до того, как успели сгореть все следы ДНК.       Личность женщины из Портленда была быстро установлена, и полиция города смогла связать воедино остальные улики. Ранее они располагали лишь оторванным куском формы медицинского работника без следов ДНК и следами шин в лесу, принадлежащими внедорожнику с зимними шинами, скорее всего, Kia, который находился неподалеку от места, где в канаве во время дождя, прямо между общественным парком и частной собственностью, был найден грузовик другой жертвы, Кейдена.       Женщина, чья ДНК была обнаружена, работает медсестрой, что объясняет наличие медицинской одежды. У неё есть Kia Niro с зимними шинами и повышенным клиренсом. Она жила в том же жилом комплексе, что и одна из предыдущих жертв, училась в той же средней школе, что и пятеро из них, и имела профиль в популярном христианском приложении для знакомств, который быстро удалила. А когда полиция обыскала её квартиру, они нашли там спрятанный ботинок одной из жертв, о котором женщина, по-видимому, даже не подозревала.       А когда позже полиция допрашивала её коллег из больницы, они говорили, что она странная. Она была одержима собой и одной из врачей. Однажды она ушла раньше времени только потому, что коллега отвергла её, и это закончилось насилием, потому что другие медсёстры и врачи видели, как она уходила злая, вся в кофе, пока врач убирала его в своём кабинете.       Но самым явным признаком было то, что было у каждой жертвы. Некоторые считали, что это наносилось на тело каждой жертвы, чтобы привлечь внимание к проблеме сексуального насилия, и в каком-то смысле это правда. Но выяснилось, что это на самом деле второе имя женщины, и таким образом она помечала свою собственность, что подтвердило, что она — серийная убийца.       Это была справедливость и для всего мира, и для Йеджи, но по-разному. Мир наконец-то нашел своего серийного убийцу из Портленда, а Йеджи наконец-то завершила свой список.       Она была настоящим гением в этом деле, но, кроме того, эта женщина просто обожала давать Хван возможности. После интимной близости она иногда ненадолго засыпала, а Йеджи собирала оставшиеся на простынях волосы после их бурной ночи или, может быть, отрезала кусочек от её медицинской одежды прямо под мышкой, чтобы ей потребовалось больше времени, чтобы обнаружить дырку.       Черён Медуза Серена Ли была арестована рано утром в Рождество и вскоре признает себя виновной по всем пунктам обвинения в убийстве первой степени, что, соответственно, влечёт за собой смертную казнь.