Noir

Минги возвращался к работе постепенно. И хотя отец каждый день называл его слабаком и тряпкой, но насиловать себя и вздрагивать от любого шороха по дороге в суд или домой больше не было никаких сил. Сначала он просто помогал другим адвокатам ― разбирал улики, вносил правки в защиту. Скучно, однообразно, зато нервы были в порядке. Да и общение с психологом помогало. И только спустя месяц Минги решился взять дело ― очень простое, неудачная кража из ювелирного магазина, со множеством свидетелей, записями с камер наблюдений и чистосердечным признанием. Денег предлагали немного, но Минги сейчас материальный вопрос интересовал меньше всего. Юнхо это стремление не влезать в опасные дела всячески поддерживал и поощрял. Рана в плече давала о себе знать ограничением подвижности руки, но в целом уже не беспокоила. Отпуск Сонхва после дела оказался очень кстати. Он давал и Юнхо дополнительные дни отдыха, которые тот был совсем не против использовать. Ничего интересного на горизонте пока не было. В Бостоне, конечно, происходили преступления, но Юнхо даже в образовательных целях эти дела не листал. Хару какое-то время находился рядом и очень помогал с банальными бытовыми делами, но позже, видимо, поняв, что Минги этот момент тревожит, появляться стал реже. Дело Алекса ещё какое-то время шумело в разговорах в полицейском участке, потом обсуждали Хьюза и продажных адвокатов, была даже парочка столкновений с обменом нелицеприятными высказываниями, но в целом тихо. Для Юнхо это было непривычно и даже странно. Такой долгий отдых ощущался как благом, так и застоем. Юнхо даже подумывал, что Сонхва больше не нуждается в нём.  Но у прокурора новых дел не появлялось и опасения быстро сошли на нет. ― Теперь ты меня катаешь, ― Юнхо сел в машину Минги. После рабочего дня они хотели просто покататься по городу. Врачи запретили Юнхо водить какое-то время, реакции не те. Тот и не спорил. ― Отец по-прежнему недоволен, или ветер перемен подул в твою сторону? ― Он даже не всегда здоровается со мной, ― Минги быстро чмокнул Юнхо в губы, погладил уже по привычке по плечу и пристегнулся, ― Всё ещё называет бесхребетным трусом за то, что я не беру дела, связанные с убийствами. ― После всего произошедшего с Хьюзом в суде я бы их тоже не брал, ты и сам знаешь, ― Юнхо в этой машине уже обжился, поэтому вытащил конфеты из бардачка. ― Как там Рамона? Давно не собирались. ― Лучше всех, собирается в следующем месяце на Гавайи со своей новой девушкой, ― Минги улыбнулся, ему приятно было говорить про подругу, ― Хотя и продолжает трястись надо мной, будто я ваза хрустальная. ― Ты принцесса, с тобой по-другому нельзя. Протирать, любоваться, чужим в руки не давать, ― Юнхо сразу же прильнул, зная, что Минги может и обидеться. ― Таких прекрасных принцесс больше нет. ― Уж точно никогда бы не подумал, что смогу полюбить прозвище “принцесса”, ― усмехнулся Минги и завёл машину, ― Пристёгивайся, принц, буду сегодня твоим водителем. Покатаемся, заедем в магазин и ко мне домой. ― О принцесса, ты снова зовёшь меня в свои покои с той прекрасной кроватью, ― Юнхо щёлкнул ремнём безопасности. ― Ты мог бы сколотить состояние, просто дав людям возможность на ней поспать. Она точно лечит все болезни. Моё плечо тому доказательство. ― Не преувеличивай, ― Минги отмахнулся, негромко включил музыку, ― Хотя матрас и правда удобный. Но, надеюсь, не только спать мы сегодня там будем. Я очень соскучился по твоим ласкам, рукам. В последнее время было как-то не до этого, понимаю. Но, вдруг… ― У тебя был явно тяжёлый день, так что с меня массаж и всё сопутствующее. Сонхва в отпуске, поэтому меня некому напрягать, ― из-за пристёгнутого ремня тянуться за поцелуем было не очень удобно, поэтому Юнхо просто пристроил руку на любимое колено по соседству. ― По поводу Сонхва. Знаешь, в какой-то момент, от безысходности, наверное, я начал думать о его причастности к делу Алекса. Что-то смущало меня в его поведении. Забавно, конечно, сейчас об этом думать, когда всё решилось. Просто вспомнил сейчас и самому смешно, ― Минги смотрел вперёд, на улице было ещё светло, хотя и солнце уже постепенно клонилось к закату. ― Я тоже об этом думал. Сонхва обычно чуть ли не на шею к детективу сесть заставляет. Постоянно сижу в участке, мониторю происходящее. Доследования на моей памяти были лишь пару раз, но Сонхва всегда был в них предельно внимательным, чтобы дело не отклонилось в сторону защиты. Но тут работал Хонджун, может, дело в этом. Сонхва и без меня всё знал, ― Юнхо повёл плечами. ― Да, он явно был в курсе всех деталей ещё раньше, чем мы даже о них задумывались, ― Минги дёрнулся, чуть не пропустив поворот, ― Но вёл Сонхва себя правда странно. Он же как психованный выискивает любую деталь. А тут свернул всё быстро и улетел в отпуск. Чего тоже не делал уже очень давно. ― Даже если он был причастен к делу Алекса, то как? Не убивал же в самом деле? Может, тот когда-то уже пересекался с ним в суде или их семья, поэтому Сонхва хотел всё сделать тихо и не стал ковыряться. ― Я, конечно, иногда называл его маньяком, но не в прямом смысле слова. Ему как минимум будет противно потом кровь затирать. Он же чистюля ужасный, ― Минги сделал музыку чуть громче, ― Может, правда какие-то связи с Алексом. Тут мы уже правду точно не узнаем. А поведение… Влюбился? Видел его пару раз с Хонджуном, даже не поверил, что Сонхва может быть таким… нормальным. ― Он только с ним и нормальный, ― Юнхо улыбнулся. ― Заботливый такой, в глазах жизнь появляется. Я когда-то представлял, кто бы мог быть рядом с Сонхва, но точно выбор не упал бы на вечно взъерошенного любителя кофе. Хотя Хонджун такой же въедливый маньяк. ― А вдруг они как Бонни и Клайд? Парочка преступников. Просто скрываются за маской добропорядочных жителей города. А что? Интересная мысль, ― Минги остановился возле супермаркета. ― Мысль, конечно, интересная. Но если ты хоть немного знаешь Хонджуна, понимаешь, что она далека от реальности, ― Юнхо отстегнул ремень безопасности и вышел, продолжая на ходу говорить. ― Совсем откидывать этот вариант тоже нельзя. Вот только он даже в мысли не ложится, Хонджун скорее, щенят спасает. ― Да и странно думать, что Сонхва будет совершать какие-то преступления или махинации, встречаясь с таким дотошным детективом как Хонджун. Вероятно, в нас играет нелюбовь к твоему руководителю, ― Минги взял руку Юнхо в свою ладонь и сжал. ― Но поблагодарим его за отпуск, ― Юнхо погладил большим пальцем, провёл им несколько раз по коже. Было так тепло и приятно.― Если Сонхва убивает, даже теоретически, с его багажом знаний, ― это неуловимый преступник, возможно, даже Хонджуну он не по зубам.  ― Современный Джек Потрошитель, ― задумался Минги, ― Но всё ещё не верю, что он способен на убийства. Какие-то сговоры, мутные схемы ― вероятно. ― Может, поэтому он так удачен в делах, ― Юнхо пожал плечами и остановился напротив холодильника с напитками. ― Сонхва ― убийца. Чист и аккуратен, продумывает каждую мелочь, неуловим. Похоже на профиль преступника? Стоп, а мотив? Что-то вроде Бэтмена, справедливость? ― Избавляет город от преступников, пользуясь своими знаниями и прокурорской властью, ― Минги и самому было смешно от своих слов, но подыграть Юнхо хотелось. ― Нет, точно нет. Даже для Сонхва это слишком приторно и банально. Он бы не стал мараться, ему посадить проще, ― Юнхо вытащил из холодильника две бутылки пива и повернулся к Минги, предлагая ему выбрать.  Минги положил в корзину обе. ― И, согласись, он мало похож на борца за справедливость. Просто псих, помешанный на том, чтобы его работа была сделана идеально, всё. Судьба человечества волнует Сонхва точно в последнюю очередь. ― Из твоих уст это звучит так логично, что даже немного не по себе, ― Юнхо вдруг подумал, что, может, и правда присмотреться к Сонхва. ― Очевидно же, что его ничего в мире не интересует, кроме Хонджуна и выигранных дел, ― Минги пожал плечами. ― Убийства ведь ни одну из этих проблем не решают. Если тот же Беннетт, ну, допустим, пострадал от его руки. Дело этого урода всё равно остается проигранным. К тому же, начинать при этом отношения с детективом ― сомнительно. И не надо сейчас говорить, что я сам подкатывал к адвокату. Ты неотразим, и это другое. Мы напрямую не сталкиваемся, я лишь помощник, ― проходя мимо полок, Юнхо ловким движением руки складывал в корзину то, что нравилось. При этом старался следить, чтобы сумма не вышла слишком большой. Деньги стоило поберечь. ― Да не убивает Сонхва, это лишено всякого смысла, ― Минги развёл руками, выбирая спелые авокадо из огромной коробки, ― Он не дурак. Жить с детективом, работать совместно с полицией и одновременно кромсать плохих парней направо и налево? Звучит максимально нелогично. ― Как спрятать что-то на виду у всех, ― Юнхо задумался с банкой какого-то соуса в руках, и, переведя на неё взгляд, тут же поставил обратно на полку. Ему это не было нужно. ― А ты бы смог убить кого-то? ― Нет, конечно. Даже самого последнего мудака надо судить по закону. А убийство ― это… слишком легко? Хотя не отрицаю, что в мире полно преступников, заслуживающих смерти, а не трёхразового питания в тюрьме. ― Я ожидал от тебя менее категоричного ответа. Что-то вроде “зависит от обстоятельств”. В твоей практике всё же оправдывать людей, ― Юнхо приобнял Минги и коснулся губами плеча. ― Но рад, что ты ответил именно так. ― Я их защищаю, но не оправдываю. И очевидно не убиваю, ― Минги улыбнулся, ему было уютно от лёгких прикосновений Юнхо, ― Мы как-то слишком заболтались о странных вещах. Давай уже на кассу и домой. Я устал. ― Ты прав, идём, ― разговор действительно был на странную тему, хотя в их сфере вполне нормально обсуждать убийства, да и случаи, когда кто-то переходил черту закона, нередки. Дома Минги сам взялся за готовку ужина. Какое-то время после нападения на Юнхо он почти не выходил из квартиры и изучал рецепты в интернете, чтобы отвлечься. Блюда выходили хотя и простыми, но вполне съедобными и вкусными. Юнхо был не привередлив в еде, и это играло Минги на руку. Чуть позже они удобно расположились на большой кровати в комнате, включили старую мелодраму и провели остаток ночи за её просмотром. Идиллия Хонджуна и Сонхва была прервана во второй половине дня за пару ночей до окончания их отпуска. Кажется, напряжение витало в воздухе. Погода не радовала, поднялся ветер, и на пляж они не пошли, валяться в постели тоже не хотелось. Хонджун крутил чашку с кофе вокруг оси, пока Сонхва выбирал им небольшой ресторанчик или кафе, где можно было бы приятно провести вечер. Звонок вырвал Хонджуна из мира мыслей и логических связей. Тот дёрнулся, уронил чашку, заливая телефон кофе. Пришлось включать громкую связь, параллельно вытирая заднюю панель смартфона. ― Сразу к делу. Вам придётся вернуться, ― голос на той стороне был серьёзным и строгим. ― Пару дней никак не подождёт? Я вообще-то в отпуске последний раз был несколько лет назад, имею право, ― Хонджун явно не испытывал восторга от самой идеи возвращения в Бостон. ― У нас убийство. Предположительно, непростое, ― кто-то явно подбирал слова. ― Слушайте, в Бостоне убивают чуть ли не каждый день. Любой из отдела справится, ― Хонджун потряс смартфон в надежде, что если кофе и попал внутрь, он тут же испарится. ― Ребёнок, Хонджун. Я не могу объяснить все детали по телефону. Но без тебя никак. Собираем всех, дело очень скользкое. Мы не можем позволить этому… ― слова снова подбирали особенно тщательно. ― Не можем ему позволить ходить безнаказанно. Если бы это была моя Дженнет… ― Понял. Беру билеты на ближайший рейс. Хонджун положил трубку и повернулся к Сонхва. Можно было ничего не говорить, достаточно взгляда. ― Я разнесу твой участок к чертям, клянусь, ― Сонхва не скрывал своих эмоций, ― Ребёнок, и что? Неужели, со “сложным” убийством способен справиться один полицейский во всем Бостоне? ― Ты, в некоторой степени, должен мной гордиться, ― Хонджун уже ходил по комнате, собирая по разным углам свои вещи. ― Я тоже не в восторге, и больше всего на свете хотел бы забыть об этом звонке и целовать всю ночь тебя, но ты же знаешь, что не смогу. Последние слова Хонджун произнёс, стоя вплотную к Сонхва и поглаживая его плечи. Их отпуск и так был коротким, терять даже один день было невыносимо, тем более, срываясь вот так. Телефон Сонхва маякнул сигналом пришедшего от Юнхо сообщения. “Добрый вечер. Прошу прощения, но вам стоит вернуться в Бостон. У нас тут педофил. Довольно известная личность, убита девочка. Точное количество жертв устанавливается. Доказательства должны быть неоспоримыми, преступник обладает хорошими связями в шоу-бизнесе”, и следом ещё одно: “Готов приступить к делу немедленно”. ― Мда уж, это теперь и моё дело тоже, ― выдохнул Сонхва, заваливаясь на кровать, ― Юнхо написал. У убийцы связи, надо начинать основательно под него копать. Опять мы видеться не будем. ― Я буду передавать тебе любовные записки через Юнхо, ― Хонджун улыбнулся. ― Собирайся. Чем быстрее мы окажемся в Бостоне, тем быстрее сможем разобраться, насколько всё серьёзно. Мне нужно увидеть хоть что-то, улики, свидетелей, преступника. Пока больше похоже на то, что в участке боятся огласки и хотят побыстрее упечь парня за решётку, пока в СМИ не устроили из этого сенсацию. ― Недавно думал о том, что мы могли бы сыграть свадьбу. Но разве что-то поменяется? Работа, убийства, бесконечные суды. Ничего ведь не поменяется, ― Сонхва расстраивал прерванный отпуск. Сам он мог бы запрячь Юнхо на денёк-другой и начать разбираться уже по готовой базе улик, опрошенных свидетелей. Но у Хонджуна нет роскоши в виде высокой должности, напарника и уж тем более ассистента. ― Я всё ещё предлагаю тебе съехаться, ― Хонджун не уставал поднимать эту тему раз за разом. ― И ты обещал мне что-то присмотреть. Так мы хотя бы точно будем спать в одной постели. Обещаю не сидеть ночью в участке, если будешь ждать меня обнажённым. ― Ты не держишь своих обещаний, Хонджун. Я расстроен, хотя не должен, ведь это работа, ― Сонхва перевернулся на живот и уткнулся лицом в одеяло. Он давно не испытывал таких ярких эмоций. Что-то вроде ревности, но не к человеку. ― Сонхва, я могу сейчас начать говорить красивые слова, что тогда мы никуда не полетим и к чёрту работу. Ты изобразишь смирение, скажешь, что не можешь этого требовать и даже возьмёшь билеты в Бостон. Не хочу всей этой чуши. Глупо. Мы оба знаем, что полетим первым же рейсом, ― Хонджун сел рядом, но трогать не стал. ― Я понимаю, что ты устал. И с отпуском получилось некрасиво. Сонхва, чего ты от меня хочешь? Сонхва потянул Хонджуна за край футболки, опрокинул на кровать и, перевернувшись, навалился на него сверху. ― Обещай любить меня. Пообещай, что не бросишь. Не отвернёшься, когда мне особенно сильно нужна будет твоя поддержка. Выслушай в сложный момент. А главное ― не осуждай. ― Обещаю, ― с трудом вымолвил Хонджун. И это не потому, что он сомневался в своём ответе. Сонхва был так пылок в этом моменте, Хонджун смотрел на него, не отрываясь, и лишь спустя пару десятков вздохов, притянув к себе для поцелуя, снова ответил. ― Обещаю. Нет силы в мире, способной меня заставить отказаться от тебя. Люблю. ― Надеюсь, что это правда, ― Сонхва коснулся пальцами скулы Хонджуна, сухих губ, мочки уха, ― Реальность может быть более жестокой, чем мы думаем. Хонджун чувствовал, ― что-то происходило. Он никогда не был дураком и умел строить логические цепочки получше многих. И сейчас, в эту самую секунду, понимал, лучшим вопросом будет “Что случилось?” или “Ты что-то хочешь мне рассказать?”. Но Хонджун знал ― он не задаст ни один из них. Чётко осознавал это где-то внутри. Спина похолодела от пота, и пробивающуюся в подсознании мысль, которая объясняла бы всё, Хонджун игнорировал. Словно в детстве, заталкивая будильник поглубже под подушку, он чувствовал вибрацию, так же и сейчас ощущал на языке неприятное покалывание. Мысли о работе моментально вылетели из головы. Хонджун продолжал смотреть на Сонхва. Не сводя взгляда, выискивал на самом дне его глаз какой-то ответ. ― Это правда, ― себе Хонджун не врал. ― Реальность порой ужасна. Но ты для меня давно стал её заменой. ― Вспомни свои слова, когда это будет необходимо, ― Сонхва забрался руками под футболку Хонджуна и царапнул его кожу. ― Это я могу тебе пообещать. Спешить не было смысла. Хонджун хоть и был фанатиком своей работы, но понимал, что лишний час или даже два в данном случае не окажут существенного влияния на ход дела, но сохранят нечто между ним и Сонхва. Он положил свои руки поверх футболки, тем самым прижимая чужие к своей груди. Не хотелось отпускать, двигаться, даже дышать в какой-то момент. Хонджун больше ничего не говорил, ощущая себя канатоходцем над пропастью. А Сонхва в эту самую секунду малодушно продолжал надеяться. Надеяться на то, что Хонджун действительно сдержит своё слово. Бостон встретил их прохладным ветром. Контраст с солнечным Майами был наглядным,  и это даже радовало. Всё здесь настраивало на рабочий лад, особенно Юнхо, который встречал в аэропорту и, махнув рукой, привлёк внимание. Он знал,  каким рейсом прибудут Сонхва с Хонджуном, и подготовился. Минги был против, что Юнхо снова сел за руль, от утренних высказываний и претензий всё ещё было мерзко на душе, но не хотелось озвучивать подробности дела, лишний раз тревожа его после судебного разбирательства с Алексом. Юнхо дождался, пока Хонджун и Сонхва сядут в машину. ― Там на заднем сидении лежат материалы дела. Всё, что есть на данный момент, решил долго не тянуть с этим, ― Юнхо вырулил с парковки аэропорта. ― Мартин Колдвэлл до этого не привлекался. Было несколько штрафов за парковку в неположенном месте, но это не считаю. По сообщениям свидетелей, они видели, как тот заходил в свой дом с девочкой. Кое-что попало на камеры наблюдения. Прямых доказательств его причастности нет. Если сказать коротко ― она зашла с ним и больше не вышла. Труп нашли спустя несколько недель совершенно случайно. Недалеко от города. Там сейчас идут съёмки сериала. Так вот, собачка кого-то из съёмочной группы убежала. Искали её, естественно, по всем кустам в округе. Ну и собственно. ― Юнхо вздохнул. ― О Мартине в узких кругах давно ходят слухи, точнее, о его любви к тем, кто помладше. Был замечен в отношениях с девушкой лет пятнадцати, по его заверениям они дружили. Пока это всё, что у нас есть. ― Мартин и Эмили общались раньше? Виделись? ― Сонхва пролистывал распечатки, фото с места, где нашли погибшую. ― Время смерти, как я понял, точно не определить, тело нашли поздно. Но предположительно, это случилось на следующий день после того, как девочка зашла “в гости” к подозреваемому, да? ― Да. Но на допросе Колдвэлл говорил, что к тому времени она уже ушла домой. До этого виделись совершенно точно два раза. Мартин приходил в их школу в поисках талантов для съёмок фильма. В массовку нужны были дети, и режиссёр посчитал, что лучше будет набрать с улицы, так будет живее атмосфера. Второй раз был примерно через неделю, когда он собеседовал её на роль. Мама Эмили говорит, что не знает о других встречах. Девочке в роли отказали. ― Да уж, работа кастинг-директором даёт ему условное алиби, ― Сонхва уже мысленно запланировал себе визит к этому любителю издевательств над детьми, ― Обыск в квартире сделали? Не вижу об этом записей. Не дали ордер? ― Не нашли оснований для этого. Девочка матери про него ничего не говорила. Сам Колдвэлл упирает на то, что она пришла к нему спросить про роли в других сериалах, что ей очень хотелось стать актрисой. После разговора отправил её домой и больше не видел. Ни подтвердить, ни опровергнуть эту информацию никто не может. Мартин личность довольно известная, никому не хочется необдуманных поступков. ― Подожди, но если по камерам видно, что Эмили к нему заходила, ― Сонхва ещё раз перепроверил скриншоты, отметил время, даты, ― То почему нет видео с тем, как она выходит? Никого не смутило, что этого не случилось? Или нашлась какая-то тайная дверь? ― Целых две двери, увы. Есть задний вход, через который, в теории, могла выйти девочка. Его никак не посмотреть. И перед домом какое-то время стоял минивэн. Он закрывал обзор, а Эмили была невысокой для своего возраста, вполне могла проскочить незамеченной, если, например, пробежала, ― Юнхо постучал пальцем по рулю и перевёл взгляд на Хонджуна, который всё это время молчал, по кругу просматривая документы и вслушиваясь в чужой разговор. ― Никаких следов биологических жидкостей, ― Сонхва вздохнул, ― Может, какая-то деталь хотя бы осталась на месте, куда скинули тело? Хотя вряд ли. Две недели беднягу не могли найти. Нам будет тяжело собрать доказательную базу. За четырнадцать дней, обычно, не остаётся никаких улик. ― Ничего. К тому же, на съёмочной площадке всегда столько людей. Да и к поиску собаки подключились многие, была любимицей. Поэтому на месте обнаружения бесчисленное количество следов. У нас лишь косвенные улики и слова матери, что девочка не пошла бы с незнакомцем, а в тот день хвалилась, что скоро сыграет маленькую принцессу. Та не придала этому значения, мало ли, что дети болтают. ― Стерильно. Значит, не в первый раз убивает, ― Сонхва с каждой новой прочитанной страницей становилось не по себе. И не от самого преступления. К сожалению, он уже имел дело с педофилами. А из-за отсутствия зацепок. Без них даже обвинение не выдвинуть, о суде и речи не идёт. Странно, что вообще это дело дошло до прокурора, а не осталось висеть в полицейском участке, ― Надо поднимать старые нераскрытые дела, связанные с убийствами детей и подростков. ― Уже начали. Хонджун вёл несколько таких в том числе, и поэтому вас дернули. Колдвэлл, несмотря на то, что всё отрицает, был последним, кто видел малышку живой. Нужна хоть какая-то деталь, чтобы получить ордер, тогда, возможно, в его квартире мы найдём улики. Хотя я лично думаю, что там уже всё вычищено. Но, может, машина, он же сам довез её до места. ― Я вёл пару дел, но там был совершенно другой почерк, ничего даже отдалённо похожего. В обоих случаях был явный след жестокого обращения. А тут девочка чистенькая, ни одного синяка, словно чем-то накачали, а после всего тщательно отмыли, избавляясь от улик. Видимо, переборщил с дозировкой. Но спустя две недели в организме не нашли следов веществ. Может, она сама согласилась под давлением, хотя верить в это не хочется. Мерзко, ― Хонджун отложил бумаги и перевёл взгляд в окно. ― Мы же в участок? ― Естественно, ― со вздохом ответил Юнхо. ― Только заедем вещи закинуть к Сонхва и перекусить? ― последнее предложение было несмелым. ― Я не против. Мы ничего не успели поесть перед вылетом, были… немного на взводе, ― Сонхва дёрнул плечом. В аэропорту они снова повздорили с Хонджуном на тему работы и нарушенных обещаний. Еда тогда была не в приоритете. Юнхо благоразумно решил никак это не комментировать. Он сосредоточился на дороге, до дома Сонхва оставалось ещё около двадцати минут. ― Более чем уверен, что сейчас в участок будут приходить родители, рассказывая нам, что услышали о следствии и готовы дать показания в защиту. Что Колдвэлл замечательный и дал дорогу в жизнь их детям. Ему нужно максимально обелить себя. А те, у кого были сомнения на его счёт, будут помалкивать, боясь осуждения, ― Хонджун остановил свой взгляд на небольшом списке детей, которые с ним когда-либо работали. Он говорил негромко,  то ли общаясь с Сонхва, то ли с пустотой. ― Не факт даже, что дети что-то рассказали им. ― Завтра поедем на место, где нашли тело. Пообщаемся с Мартином, пороемся в старых делах, похожих на убийство Эмили. И после этого уже будем думать. Пока у меня складывается ощущение, что до суда Колдвэлла мы не доведём, слишком чистенькая работа, ― Сонхва прикусил нижнюю губу. В суде он был беспощаден и силён. Но если полиция не найдёт повода для обвинения Мартина, прокурор уже ничем помочь не сможет. ― Скорее всего, она не сопротивлялась. Под ногтями чисто, везде чисто. Мартин делал это явно не в первый раз. Убивая кого-то впервые, человек или нервничает, или упивается своим превосходством. И то и другое приводит к ошибкам, ― Хонджун положил руку на колено Сонхва. ― Обязательно съездим. Если там будет хоть малейшая вещь, способная связать преступление с Колдвэллом, мы добьёмся разрешения на обыск квартиры и машины. ― У него уже есть свой почерк. Копайтесь в архивах, ищите. Иначе мы никак не посадим Колдвэлла, ― Сонхва был раздражён, ― Искать труп две недели, серьёзно. Полицейские ни черта не способны сделать нормально. Они бы ещё позже спохватились. ― Сонхва, когда пропадает ребёнок ― последнее, что предполагают ― это смерть. Сбежал, забрал второй родитель или другие родственники. Прежде чем обвинять во всём полицию, нужно поговорить с матерью, ― Хонджун и сам был не в восторге от происходящего. Он поднял глаза и в зеркале заднего вида пересёкся взглядом с Юнхо. Тот полицию ни в чём не обвинял, но мысль о потерянном времени тревожила и его. ― Ага, за бургером вышла вместе с малознакомым дядей, ― Сонхва закатил глаза. Сейчас он не отдавал себе отчёт в том, что говорил. Не в первый раз до него не доходят дела из-за медлительности детективов, которые не способны двигаться без пинка от вышестоящего руководства или прокуроров. ― Могла и выйти, ― голос Хонджуна стал строже и твёрже. ― Ты хотя бы представляешь, какой процент тех, кто действительно просто уходит из-за обид на родителей или несчастной первой любви. Опять же, никто не хочет искать труп. Хотя, вполне возможно, что его искали, только не там. И не надо мне сейчас говорить, что другого от нас и не ожидалось. Уверен, что патруль сутками по району колесил. ― Только нашёл Эмили домашний песик, ― Сонхва не хотел звучать грубо, но за последние сутки его нервы были совсем на пределе. И сейчас он ощущал, что сорвался вместе с Хонджуном из отпуска просто, чтобы копаться в глухаре. ― За что ему спасибо, ― ругаться при посторонних не хотелось, и требовалась приличная выдержка, чтобы выстоять нападки. ― Мы приехали, ― сказал Юнхо негромко. Он снова пересёкся взглядом с Хонджуном, и последний кивнул в сторону, прося его выйти. Дважды просить не требовалось, обстановка в машине была, мягко говоря, не из приятных. ― Может, ты и мою работу считаешь бесполезной? Или стоит заменить меня домашним пёсиком? Сонхва, я тоже не в восторге, что нам пришлось сорваться, но прикуси язык и не язви. Не только прокуроры занимаются делом, вместо высказывания претензий ― ищи зацепки, в твоих же интересах,  ― Хонджун вышел из машины, адресовав следующее уже Юнхо. ― Достану пока вещи из багажника. Как рука? ― Нормально, почти восстановился, ― Юнхо побаивался даже мельком заглянуть в машину, холодок пробегал по спине. Пожалуй, в целом мире только Хонджун мог позволить себя перебранку с Сонхва. ― Советую тебе принести спальный мешок в участок, ― рыкнул Сонхва на Юнхо, ― Жди здесь, мы скоро вернёмся. Сонхва, даже с тяжёлым рюкзаком, преодолел несколько лестничных пролетов за минуту. Хонджун уже был внутри. ― Претензия была не конкретно к тебе, а к полиции в целом. Я не хочу раскидываться “обесцениванием”, но только мимо одного меня пролетело множество дел, которые замяли на этапе нахождения в полиции. Прокурор не может арестовывать людей, увы. А если детективы не делают своё дело, я тоже не могу нормально работать. И всякий сброд потом ходит по улицам. Хонджун скинул свою сумку на пол и, развернувшись к Сонхва, с силой надавил на плечо, прижимая того к стене. ― А теперь давай посчитаем, сколько дел проиграли продажные или просто неумелые прокуроры, ― он надавил сильнее. ― Сколько часов скурпулёзных подбиваний фактов было потрачено впустую? Ты должен знать, что по улице не ходят с надписью “Я убил малышку Эмили”. Порой годами приходилось собирать дело очередного ублюдка, который потом ловко уходил от обвинения, строя глазки присяжным или находя иные лазейки. И претензия эта лично ко мне, ведь я часть этой чёртовой системы. ― О, я не совсем обычный и уж тем более не неумелый прокурор, Ким Хонджун, ― оскалился Сонхва. Хотелось прямо здесь всё ему высказать. Выдать правду, выплюнуть и посмотреть на чужую реакцию. На то, сколько стоит любовь детектива полиции. Но пришлось себя тормозить, ― Хотя неважно. Уже всё случилось. Девочку убили, труп нашли слишком поздно для сбора улик. Какая разница. ― Да я их из-под земли достану, если понадобится, ― рычал Хонджун. ― И только попробуй отпустить его без достойного наказания. ― Наказание ему обеспечено, так или иначе, ― Сонхва хмыкнул. Мартина Колдвэлла он убьёт ради Хонджуна. ― Я в карму не верю, ― Хонджун понял слова Сонхва по-своему. Он убрал руку, пробежался языком по губам, после чего сжал их в тонкую полоску. ― Ладно, идём. Ночевать в участке придётся не только Юнхо. ― Я тоже в неё не верю, ― Сонхва быстро переодел футболку, взял с собой сумку поменьше и спустился вниз за Хонджуном. Предпочтения Сонхва за время работы с ним Юнхо уже выучил, поэтому о том, куда вести их поесть, спрашивать не стал. В машине на всём пути никто не разговаривал. Тишину нарушал лишь Хонджун, перелистывая материалы дела, выискивая что-то среди страниц. После была дорога до участка, выслушивание подробностей преступления, в очередной раз, без каких-либо новых данных.