Сделка со смертью

Антон поднимает глаза и сталкивается со стоящим в дверном проёме Арсением. Тот замирает и переводит взгляд на его руки. Антону очень нужно объяснение. Это же не может быть какой-то злой шуткой?! Шутка в этом случае слишком уж затянулась. — Что это такое? — тихо спрашивает Антон. «Это был ты» — хочется кричать Антону, но он сдерживается. Он всё ещё не уверен, точнее он не хочет в это верить. Тогда всё превратиться в ложь — все их отношения. С ним играют, только интересно кто: человек или какие-то потусторонние силы. — Прости, — шепчет Арсений. Антон резко разворачивается и направляется к нему. — Что это значит, Арсений, пожалуйста, скажи! — допытывается Антон, без ответов он не уйдёт. Хотя Антон, вообще, уходить отсюда не планирует, только если догадки не окажутся верными и Арсений не злобный гений, который решил поиграть с его жизнью. Попов берёт из его рук листок и сминает его. Антону хочется закричать: «Какого хрена происходит?». Он тут вообще о годах своей жизни разговаривает. — Просто ты мне понравился сразу, — бормочет Арсений, — и я был после спектакля и вообще не планировал. А там ещё роль эта. Я думал, что в следующий раз при нашей встрече ты поймёшь, что я… — Я нихуя не понимаю, пожалуйста, объясни мне всё с самого начала. — нервничает Шастун. Арсений опускает глаза в пол и заламывает руки. Тот переживает, а если тот переживает, значит, вероятнее всего, этот договор имеет ещё какие-то последствия. — Я шёл после репетиции выездного спектакля в Москве. Мне сказали поносить пока костюм и вжиться в роль, мы ставили спектакль по мотивам произведений Шекспира в вольном переложении. — такой длинный рассказ Антона ещё больше напрягает, хотя он сам его просил, так что сейчас должен выслушать и понять, — и тут я увидел тебя. Я знал, кто ты, и хотел подойти познакомиться лично, но понял, что в этом прикиде ты примешь меня за сумасшедшего, — Арсений глубоко вздыхает. Антон не знает, как бы поступил, но Арсений однозначно в его вкусе, так что он точно бы обратил на него внимание и, возможно, закрыл бы глаза на необычный костюм, — поэтому я решил заодно отрепетировать роль и попытаться познакомиться. — продолжает Арсений. — Свиток — это тоже реквизит. — если реквизит, значит никакого договора не было: мысли в голове Антона никак не складываются во что-то целое. Он не понимает. — Я думал, мы встретимся через пару дней и я всё расскажу, если ты ещё тогда не поймёшь, что я шучу. Но мне пришлось срочно вернуться в Питер. Антон резко выдыхает через нос. Кажется, он полгода грыз и мучил себя из-за ничего. Этот Арсений его точно с ума сведёт. Хочется кричать, материться, закатить скандал, наверное, это будет даже правильным, потому что то, как поступили с ним, — это чудовищно. Хотя он сам дурак впечатлительный. Не нужно было верить. В Антоне просыпается злость. Если бы он так сильно не упал в этого человека, то сейчас бы они уже давно разговаривали по-другому. Если бы над ним так прикольнулся кто-нибудь из друзей или кто-то, к кому он не испытывает нежных романтических чувств, Антон бы, во-первых, точно бы въебал этому человеку, а потом вычеркнул бы его из своей жизни. Но Арсения он любит, и эти чувства смешиваются в коктейль с ненавистью и обидой. Он даже не кричит, не может. Хочется просто донести мысль. — Ты, блять, придурок долбаный! — Антон делает шаг навстречу Арсению. Эти слова такие неправильные, он не должен такое говорить. Ещё более неправильной кажется только реакция Арсения: тот отступает на шаг, вжимается в дверь и, похоже, реально боится, что Антон сейчас ударит. Шастун себя силой воли останавливает и не от рукоприкладства, такого бы он ни за что не сделал бы, а от гневной тирады, хотя слова иногда могут убить, уничтожить человека сильнее, чем насильственные действия. Но что то, что другое применять к любимому человеку неприемлемо. Но Шастун всё ещё возмущается. — Ты хоть представляешь, что я чувствовал в каждый из этих дней, зная, что мне отведён срок в десять лет. Я чуть карьеру не бросил из-за этого. Я каждый день корил себя за то, что не могу рассказать тебе о том, что через десять лет нам нужно будет расстаться, что я тебя брошу, что мне придётся тебя оттолкнуть, чтобы не отдавать смерти. Я считал себя самым последнем мудаком, который скрывает секрет от любимого человека. — Антон прерывается. Он видит всю гамму чужих эмоций. Только бы Арсений сейчас не начал винить его, не начал говорить, что он сам дурак, что поверил, как он мог быть таким наивным и тупым? Шастун и правда не понимает сейчас, почему тогда воспринял всё это всерьез, возможно, он был немного навеселе и всё из-за этого казалось утрированным и реалистичным. Но Арсений не встаёт в защитную позицию. Кажется, тот тоже от всего этого страдает и сейчас, за Антона переживая, и из-за хранения секрета этого долбанного. Шастун смягчает тон: — Когда ты собирался сказать? Это важно узнать, потому что так можно будет сделать выводы, как Арсений берёт ответственность за свои поступки. — На второй день знакомства хотел, но побоялся оттолкнуть, когда приехал в Москву, старался набраться смелости, а потом решил, что если ты никогда не узнаешь, то будет лучше. Либо ждать, если ты расскажешь об этом, то признаться. Но в глубине души я надеялся, что ты всё понял тогда и воспринял это как шутку. — Какая нахуй шутка, Арс. — перебивает его Антон, — даже в КВН смерть и здоровье — это запретные темы. Ты с этой шуткой со смертью чуть жизнь мне не разрушил. Арсений на него не смотрит, и Антону хочется взглянуть ему в глаза и заставить прочитать всё по своим, но тот, кажется, и так всё понимает и уже уничтожен. Шастун тяжело вздыхает. Как же ему сложно. Сложнее только осознавать, что чувства к Арсению всё ещё есть и они не меняются, но теперь на душе тяжёлый осадок после всего произошедшего. Антону нужно отойти. Он не может видеть Арсения таким разбитым, честное слово, это будто он только что узнал такой секрет своего партнёра. Ещё Шастун думает на тему того, что если бы Арсений не планировал бы ему рассказывать это, то давно бы уже выкинул этот лист с соглашением, а ещё, возможно, тот специально оставил его так вот в шкафу, чтобы Антон нашел и всё узнал. Шастун теряется в сомнениях. Но он понимает, что шутка Арсения была не со зла, но, конечно, обернулось это катастрофой. Теперь ему придётся заново учиться жить, не думая о десяти годах, отведённых ему. И как он только мог поверить, что за бред. Антон говорит, что ему нужно проветриться и направляется к двери. Попов прям от него отшатывается. Как же Антон всё это ненавидит. Почему так получилось? Этот договор даёт ему парня. Этот же договор его и забирает. Хотя Шастун и понимает, что Попов всё ещё с ним и у них может что-то получиться, но готов ли он что-то строить с человеком, который сделал с ним такое? Антон курит на лестничной клетке в окно. Холод пронизывает его до костей, и это не потому что на улице зима, а он без куртки. Просто ему холодно от чужого предательства и, кажется, чувства не в силах ничего исправить. Нужно собрать вещи и сейчас же уехать в Москву, а потом выставить из своей квартиры Арсения и забыть этого человека. Но что он хочет на самом деле? Антон не знает. Он запутался. Ему больно, ему пиздецки сильно больно, настолько, что он не хочет больше видеть этого человека. А ещё он любит, и это утверждение имеет более сильный вес. Неважно, сколько лет ему осталось, но он нашёл любовь и влюбился. И это самое лучшее чувство, которое он испытывал за всю свою жизнь. А Арсений просто хотел привлечь его внимание, хотел познакомиться и ничего плохого не замышлял. Теперь Антон сам оправдывает этого человека. Он не знает, что сделать. Мозг кричит ему бежать как можно дальше, сердце умоляет остаться. Антон смотрит на снег за окном и тушит сигарету. Он уверен, что сделал правильный выбор. Чужое «прости» заглушается поцелуем. Впереди их ждёт ещё множество разговоров и попыток сгладить сложившуюся ситуацию. Но сейчас Антон решает думать сердцем и ничуть об этом не жалеет.