Пленённый тобою: В ловушке молчания

– Пааапа, быстрее! Мы ведь опоздаем, – Томо сидел на небольшом бежевом пуфике в коридоре, ожидая, когда Рэнтаро натянет брюки. Их вдвоем пригласили на детский праздник. На какое-то тематическое мероприятие, о котором Рэн ничего не знал, кроме того, что подарков дарить не надо. А на ярком украшенном флаере нет никаких требований, например, определённый детский костюм или что-то еще. Так что все, что требовалось – приехать. Сама по себе идея была замечательная. Это и приятные впечатления для ребенка, и отдых для отца, чтобы не забывать о простых радостях жизни. Взрослые забывают о том, как легко можно радоваться мелочам, быстро заводить друзей и жить моментом, потому что знают, что мир не сказка, не утопия, а бесконечная борьба за свое место в обществе, за признание своих способностей и своей надобности. Детям же всего этого не надо. Им не надо знать о том, что жизнь – это борьба. Когда Рэнтаро, наконец, нашел свои менее мятые брюки, они с Томо сели в машину, вбили в навигаторе адрес и поехали. – А что там будет? А кто там будет? А что мы будем делать? Это надолго? А там будет много детей? – Томо смотрел в окно и закидывал отца вопросами, на которые тот не успевал вовремя отвечать, – а там будет Юири? – Ты уже по нему соскучился? – Рэн глянул в зеркало и улыбнулся, вспоминая маленького милого мальчика в цветочном платье, – он ведь совсем крошечный, разве тебе с ним будет весело? – Будет! У него красивые волосы, – Томо повернулся к окну всем корпусом, словно смущаясь. Он, конечно, только недавно пошел в школу и еще рано говорить о внимании к омегам. О романтическом внимании! Но светловолосый Юири запал в душу. – Ты будешь его защищать, если что? – папа продолжал улыбаться, поглядывая на красноватые щечки сына через зеркало. Разве это не прелесть? В жизни всякое бывает. И бывает, что будущая ячейка общества знает друг друга с самого детства, так что нельзя исключать того, что лет через десять они пойдут на первое свидание, или раньше, впервые поцелуются, признаются друг другу в любви. Мысли Рэнтаро убегали далеко вперед, но и время не стоит на месте. Еще вчера Томо был маленьким сопящим комочком, а уже школьник. – Конечно буду! Если кто-то будет его обижать – я ему каааак дам! Потому что нельзя бить маленьких! – Хах, это верно, конечно, но не стоит бросаться тут же в драку. Если что я и родители Юири будут тоже там. Томо кивнул, хотя уже представлял, как будет героически защищать чужую детскую честь. Рэн пытался учить сына, растить из него достойного человека и мужчину, хотя сам был не прочь броситься в бой, особенно в первые годы службы. Адреналин наполнял тело и молодой полицейский чувствовал себя непрошибаемым героем. Теперь же он сто раз подумает перед тем, как лезть на рожон. Не потому что беспокоится о себе, а потому что ему есть, что терять. И он не может бездумно рисковать собой. Когда они въехали на парковку нужного здания, крупного торгового центра, Рэнтаро сразу заметил, что неподалеку стоит машина Мамору. Того, кто и пригласил их сюда. Стало как-то легче на душе от мысли, что знакомые лица там все-таки будут и не придется неловко общаться с незнакомыми родителями других детей. Да, это не сложно, но никогда не знаешь какие именно там будут люди. А быть родителем не значит быть хорошим человеком. Рэн покрутил в руках пригласительный флаер, прочитал, что им нужен пятый этаж и, взяв сына за руку, они двинулись к лифту. Детям и подросткам часто неловко заходить в новые места, полные незнакомых людей, в больницы, в магазины или еще куда-нибудь, особенно если они одни, и им кажется, что у взрослых нет таких проблем. На то они и взрослые! Но это не так. Взрослые состоявшиеся люди, порой, и сами страдают подобными неловкостями, но в силу возраста и опыта легче переживают подобные тревоги и знают, что никому до них нет дела. Они себя успокаивают и делают вид, что не переживают. И Рэн легко мог зайти в чужой дом, говорить с людьми, ездить на разные вызовы прежде, задавать вопросы или осматривать чужие квартиры и дома, но, когда ему предстояло столкнуться с кучей детей и их родителей, тревога в душе все-таки появилась. На пятом этаже торгового центра, в противоположной стороне от лифта, был детский центр, название которого висело над стеклянной крупной дверью. Оно пестрило яркостью, большими буквами и разными узорами. А стеклянные стены были разрисованы всякими персонажами из детских мультиков, частично скрывая то, что находилось внутри. На входе туда их сразу встретила взрослая женщина, хозяйка мероприятия, которая забрала флаер у Рэнтаро и погладила Томо по голове. – Мы всегда рады новым лицам! – женщина широко улыбнулась и Рэн ответил ей поклоном. – Мы не знакомы, так что надеюсь, что вы не против нашего прихода. Меня зовут Рэнтаро, а это Томо. – Конечно, я не против! А мамочки не будет? – женщина посмотрела за спину детектива, словно ожидая увидеть еще одного члена семьи, но ответил ей уже ребенок. – Мама умер. Повисла пауза. Женщина неловко посмотрела на мальчика, потом на его отца, но чуть прихлопнула в ладоши и постаралась снова улыбнуться. – Проходите! Ты, Томо, беги вперед, к другим деткам, скоро мероприятие начнется, а вы, Рэнтаро, можете пройти вон туда, – женщина указала рукой по направлению в глубь, – там есть напитки и еда. Шоу займет какое-то время, но предупреждаю, что нам понадобятся и родители в этом приключение, – женщина подмигнула и посмеялась, а Рэн снова поклонился. Чуть глубже, если идти вдоль стеклянной стены, и правда стоял стол, наполненный разными закусками и безалкогольными напитками. В основном соками и газировками. А еда представляла собой бесконечный набор перекусов, от солёных до сладких, рассчитанных, в основном, на детей. Само помещение в центре имело огромную детскую площадку, где малышня могла бесконечно ползать, кататься с горок, прятаться или играть в догонялки, поодаль огромный бассейн с шариками, какие-то небольшие качели и прочие некрупные аттракционы. Но большинство детей были собраны позади всех этих конструкций, где они общались с парой аниматоров, под присмотром мамочек. – Я рад, что ты приехал. Рэнтаро дошел до стола с закусками и ему на встречу вышел Мамору, придерживая в руках сладкую газировку. Мужчины пожали друг другу руки, и блондин снова широко улыбнулся. У него была безумно обаятельная улыбка. – Честно говоря: я не думал, что помещение будет таким большим. Я здесь впервые, – Рэн так же улыбнулся в ответ и оба альфы присели на сидение около стеклянной стены. – А я надеялся, что тут будет больше отцов, но нет. Я как чувствовал. Пока ехал так и сказал Хико, что, если ты все-таки приедешь – мы будем единственными альфами. Как в воду глядел, хах. – Значит Казухико тоже тут? – Как иначе? Знаешь, он никогда не бывал на детских праздниках, пока был ребенком, так что не пропускает участие ни в одном. Так что я сомневаюсь, что он подойдет к нам хотя бы минутку. Повисла пауза. Но не такая, которая смущает тебя и заставляет чувствовать себя неловко, а наоборот. Спокойствие и умиротворение. Рэн посмотрел на чужое расслабленное лицо и сам чувствовал себя спокойнее. Хотя разве ему есть о чем переживать сейчас? – Вы часто сюда ходите? – начал детектив, но вовсе не потому, что тишина его напрягала. Он хотел познакомиться поближе. – Мм, нет. Хотя, знаешь, смотря что в твоём понимании часто. Сюда можно купить билеты и в основном сюда ходят одни и те же люди, которые не пропускают эти праздники, но поскольку я часто вижусь с хозяйкой – она постоянно дает бесплатные приглашения. И уже неважно, чего хочу я, потому что Хико и Юири не упустят возможности. – Кем ты работаешь? – Рэнтаро взял со стола клубничную газировку. – Фитнес-тренером. – Стоило догадаться, – не удержавшись посмеялся Рэн, – физическая форма что надо. – А ты решил сразу подкатить? Подожди немного, тут ведь моя жена, – Мамору подыграл и тоже посмеялся, но неловкости при этом никто из них не ощущал. Детектив даже задумался о том, как же легко с Мамору разговаривать. Словно вы на одной волне. Или как будто знаете друг друга уже много лет. – Значит хозяйка ходит к тебе на тренировки? – Стабильно три раза в неделю она приходит в зал. Понедельник, среда и пятница. Не всегда ко мне, но любит частные занятия. Я только за. Даже уже и не вспомню сколько мы знакомы. Лет десять минимум. – Так ты давно в этом деле? – Рэн интересовался максимально искренне. – Да, знаешь, чуть ли не с подросткового возраста. Как в школе попробовал спортивную секцию, так и влюбился в это дело. Хико говорит – это мое эго виновато, ха-ха, мол, я люблю, когда меня любят вот и выбрал заниматься своим телом. – И он оказался прав? – Отчасти. В любом случае неважно с чего оно началось. Это стало моим любимым делом, призванием я бы даже сказал, и я не собираюсь прекращать. А ты у нас кто? Дай угадаю. – Ну, попробуй, – Рэн снова улыбнулся, ожидая, что Мамору даже близко не попадет в цель. – Ты работаешь в органах правопорядка, – блондин посмеялся, но сам не прекращал смотреть вперед, пытаясь разглядеть на другой стороне свою жену и ребенка. Рэнтаро не сразу ответил. Как легко Мамору это определил? Что же в нем такого, что подобное бросается в глаза? Ему всегда казалось, что он не отличается от любых других мужчин. – Ладно, почему ты так решил? – В первую очередь: осанка. Я же работаю бесконечно с людьми. Несложно понять проводит ли человек все время за компом, где от него не требуют иметь ровную спину. А ваша работа не только офис, верно? Есть требования, есть телевиденье или журналисты. Полицейские должны стоять по струнке ровно на вручениях, не падать лицом в грязь перед обычными людьми, держаться уверенно. – Ну в чем-то ты прав. Что-то еще, Шерлок? Мамору посмеялся: – Дай подумать, – и перевел взгляд на Рэна, – я бы сказал, что ты не рядовой полицейский, а кто-то выше по званию. У тебя есть, знаешь, тон. Заметный такой, с которым ты говоришь. Даже не знаю как его описать, но он чувствуется. – Вот как? Весьма интересное наблюдение. – Давай, скажи теперь, что ты работник банка и я проиграл, ха-ха. Рэнтаро задумался над своим ответом, но решил, что нет смысла таить, когда рядом с тобой человек, который легко читает других людей. Слишком легко. Рэн этого не ожидал. – Вообще-то, знаешь, ты прав. Я и правда работал в органах, но не полицейским, а детективом. Но ушел еще лет пять назад. – А профессиональный тон никуда не делся. – Он со мной теперь навсегда, я так понимаю. Мужчины посмеялись. Мамору не стал уточнять почему Рэнтаро покинул свой пост или чем занимается теперь. Может быть и хотел, но попросту не успел, потому что к ним подошел Казухико, одетый в то же платье, в котором был в больнице, и тут же встал напротив Мамору и скрестил руки. – Да-да? – Мамору широко улыбнулся, но молодая мамочка смотрел в ответ довольно холодно, хотя и очень внимательно. – Мероприятие началось и родителей отослали, – выдохнул омега. – Ты недоволен этим? – Я хотел поучаствовать. Переживаю теперь о том, чтобы никто не толкнул или не обидел Юири, – Хико расслабился, опустил руки и грустно выдохнул, – добрый день, Рэнтаро. Рэн встал и поклонился, а потом уступил свое место около Мамору, чтобы туда присел Хико, а сам остался стоять напротив парочки. Мамору хоть и имел замечательную физическую форму явно был ощутимо старше, тогда как Хико выглядел лет на двадцать. Плюс минус. Омежка присел и опустил свою голову на плечо мужа. – Там ведь Томо, – начал детектив, – он преисполнен желанием защищать вашего сына, если придется, так что не стоит волноваться. Он ему понравился. – Томо нам тоже нравится, – тихонько ответил Хико и даже немного улыбнулся, – Юири его запомнил, так что, кажется, они объединились в команду. Это не может не радовать. Разговор плавно перешел в обсуждение детей и детских проблем. Потом во что-то обыденное. Они успели немного обсудить политическую обстановку, новости кино и музыки, поделившись своими увлечениями, а потом прибежала хозяйка и позвала родителей участвовать. Отцов в том числе. Это было довольно занимательно. Родителем пришлось играть роль жертв, которых похитили пираты, а детки должны были их спасти. Малышам выдали игрушечное оружие, надели на головы повязки, разделили команды. В каждой был свой взрослый ведущий, который и направлял повествование, а вся игровая площадка превратилась в бескрайнее море, полное кораблей и опасностей. И если участвовавшие родители просто умилялись со своих детей и старались подыгрывать в меру своих сил, то малышам всё казалось довольно настоящим. Рэн и сам видел, как у Томо горят глаза, как он представляет себя героем, не прекращая придерживать за руку Юири. В его черных глазах словно и правда можно было увидеть отражение кораблей и бушующих волн. Игра заняла много времени, потом небольшая пауза на перекус и оставшиеся полчаса детки просто играли друг с другом на площадке, катались на горках, но продолжали то тут, то там называть себя пиратами, искать «сокровища»  и играть в догонялки. Такой насыщенный эмоциями день запомнится Томо и Юири надолго. Рэн вышел за пределы помещения, когда ему позвонил бывший коллега из родного участка, с которым они когда-то работали над несколькими делами. Мужчины никогда особо не были близки, так что этот звонок заинтриговал заранее. Что от него могло потребоваться? – Слушаю, – голос Рэнтаро был веселым, не ожидая чего-то необычного, но скоро улыбка спала с его лица. На том конце провода он вновь услышал про новое похищение Рэнтаро сжал пальцами переносицу и выдохнул, оглядываясь на площадку, полную смеха и радости. Еще одно дело, еще одна обнаруженная пропажа. И если дело Юми не имело отношения к Призраку, то тут всё иначе. А значит игра все-таки продолжается.