Я могу лучше

К вечеру того же дня, если честно, Хината немного устает от странных взглядов, направленных на него. В спортзал они с Кагеямой в этот раз даже не бегут, потому что Хината то и дело обеспокоенно спрашивает Кагеяму, нет ли у него чего-нибудь на лице. Кагеяма смотрит на него, сверкая взглядом, и качает головой. Хинате вообще-то все равно, что люди о нем думают, но такое внимание, честно говоря, немного нервирует. На тренировку они приходят последними и торопятся переодеться, чтобы скорее выйти на площадку. Кагеяма ворчит, что он опоздал из-за Хинаты. Хината собирается все отрицать, но как только они выходят на площадку, взгляды их товарищей, как по команде, обращаются на них. В спортзале воцаряется абсолютная тишина. Кто-то роняет мяч, и звук его падения гулко отражается от стен. — Кагеяма, что ты натворил?! — ревёт Танака, подбегая к ним, и хватает Хинату за плечи. — Мне убить его? Зачем ты поставил своего семпая в такое положение? Хината слишком ошеломлен, чтобы подобрать слова. Да, они пришли позже, чем обычно, чаще они были первыми, но такое уже случалось пару раз, и в те разы не было такой драматичной реакции. Нишиноя насвистывает, а «отвратительно», прилетевшее от Цукишимы, заставляет Ямагучи озабоченно озираться с группы, все еще находящейся на площадке, на ту, что формируется у двери. По спортзалу раздаются громкие хлопки. — Угомонитесь! Хината выглядит совершенно нормально. Кажется, вы все забываете, что это тренировка, а не клуб сплетников. Дайчи бросает на них взгляд, заставляющий Танаку подпрыгнуть. — За дело! Неохотно все возвращаются к разминке, а Хината переводит взгляд на Кагеяму, совершенно сбитый с толку. Кагеяма упрямо отказывается смотреть на него и выходит на площадку, и Хината пожимает плечами, решив, что он разозлился, что его отчитал капитан. Хината собирается последовать за ним, когда видит, что к нему идет Суга. — Эм, Хината… Суга оглядывается, убеждаясь, что все как следует занимаются под бдительным оком Дайчи, возвращает взгляд на Хинату и многозначительно указывает на свою шею. Хината смотрит, но ничего не видит. Если только… Он поднимает руку к своей шее и ощупывает ее, но там тоже ничего нет. Суга качает головой и жестом велит Хинате следовать за ним обратно в раздевалку. Он подводит его к зеркалу и, кладя руки на плечи, разворачивает прямо к нему. Впервые Хината видит то, на что все пялились весь день. Сбоку на его шее красуется сердитая красноватая отметина, размером, вероятно, с рот Кагеямы. Суга, видимо, чувствует его раздражение и успокаивающе сжимает плечи Хинаты. — Я могу дать тебе пластырь, если хочешь. Это не лучшее решение, но поможет, пока ты не вернешься домой и не придумаешь что-нибудь ещё… Хотя, если подумать, его стоит оставить и дома, если не хочешь неудобных вопросов от матери. — Все видели это? Хината знает, что его голос звенит, но это всего лишь Суга, так что ему все равно. Суга сочувственно кивает. — На самом деле, это не так уж плохо, я видел и похуже. Думаю, все просто удивились, увидев, что ты и Кагеяма… — Я и Кагеяма? — удивленно глядит Хината на отражение Сугавары в зеркале. — Подожди, они думают, что это сделал Кагеяма? — Разве нет? — Нет! — ужасается Хината. — То есть… нет. Это не так, я просто… Отражение Суги качает головой. — Все в порядке, тебе не нужно мне объяснять, но это может прийти с другими. Эм… Я скажу Даичи, чтобы они не спрашивали об этом, если хочешь. Хината не знает, поможет ли это или сделает ситуацию еще более подозрительной. Ему хочется кричать, что это не то, о чем они подумали, это всего лишь случайность, и Хината даже не знал об этом. Это должно быть случайность, в сарае было темно, и Кагеяма, вероятно, не видел, что сделал, а когда заметил, был слишком смущен, чтобы сказать. Хината неохотно понимает причину, он бы точно устроил сцену. Наконец он вздыхает и кивает головой. — Скажи Дайчи, и пусть он скажет другим, что это не Кагеяма! Это не так, понятно? Я просто… ударил себя ручкой… Суга кивает, но Хината видит, что он не верит. — Давай вернемся к тренировке, ладно? Он достает из кармана пластырь и клеит его на шею Хинаты. Пластырь выглядит довольно заметным, но это намного лучше, чем засос. Засос, который видели все его одноклассники. Хината стонет. — Они забудут об этом к концу дня. Суга похлопывает его по плечу и отступает. — Откуда ты знаешь? — ворчит Хината, надув губы. Суга просто улыбается. — У меня была похожая ситуация. Это было не совсем… Не так, чтобы совсем плохо… Хинате кажется, что он пытается не рассмеяться, похлопывая его по спине, чтобы скрыть это. — В любом случае, давай вернёмся! С тобой все будет хорошо. Хината следует за Сугой обратно в спортзал. Он замечает, что Кагеяма наблюдает за ним, и бросает в него самый угрожающий взгляд, на который только он способен. Во время тренировки Хината дважды бьет Кагеяму мячом, Кагеяма в ответ бьет пять раз. И к тому времени, как они заканчивают убираться, подчеркнуто молча, грудь, рука и нога Хинаты болят, и даже не по собственной вине. Черт возьми, Кагеяма. Он убьет его. К тому времени, как Хината добирается до раздевалки, чтобы переодеться, Кагеямы уже нигде не видно. Он все еще ловит несколько странных взглядов от некоторых членов команды и старается переодеться как можно быстрее, чтобы выбраться уже из этой ситуации. По крайней мере, завтра воскресенье, так что у него будет день, чтобы все забыли об этом, и, может быть, этот паршивый засос сойдет к тому времени. Хината не знает, сколько времени потребуется, чтобы он исчез и молится, чтобы это было не долго. Внезапно он вздрагивает, почувствовав руку на своем плече и поднимает взгляд на ухмыляющегося Нишиною. Хината чувствует, как его сердце замирает. Он так хорошо справлялся, пока ему удавалось избегать разговоров об этом. — Ого, не смотри на меня так! Нишиноя убирает руку с плеча Хинаты, поднимая обе в знак капитуляции. — Если это по обоюдному согласию, то все в порядке! Рот Хинаты в ужасе распахивается, и он не может заставить себя, хотя бы, закрыть его и, уж тем более, возразить, что это не так. Нишиноя продолжает. — Но, смысл в том, чтобы оставлять их там, где другие люди не смогут их увидеть, понимаешь? Например, под рубашкой или на ногах или ещё где-нибудь, — ухмыляется он. — У меня был небольшой опыт в этом, и… — Что?! Танака прыгает рядом с ними, и Хината тоже начинает подпрыгивать. — Ты никогда мне не говорил! Нишиноя смеется, выглядя при этом слегка горделиво. — Ничего особенного… Они отклоняются от изначальной темы, так что Хината пользуется шансом, чтобы поспешно схватить свои вещи и улизнуть. Он замечает, как Даичи одаривает Танаку и Нишиною одной из своих «милых» улыбок, и радуется возможности уйти оттуда. Выходя, он машет Суге, который улыбается и машет в ответ. Этого почти достаточно, чтобы заставить Хинату забыть обо всей этой истории с Кагеямой. Он проведет ночь, хандря и играя в видеоигры, и от этой мысли он уже чувствует себя немного лучше. А затем он замечает Кагеяму, ожидающего его у ворот, с руками в карманах, и все его раздражение возвращается. Прежде чем он осознаёт это, Хината бежит и врезается в Кагеяму, опрокидывая его на землю. — Ты придурок! — фыркает он, садясь на грудь Кагеямы. Кагеяма даже не сопротивляется, просто лежит, избегая смотреть на Хинату. — Ты мог бы мне сказать! — Это вышло случайно, ясно? И что я должен был сказать? «О, Хината, кстати. Знаешь, почему все странно на тебя смотрят? Потому что я случайно слишком сильно засосал твою тонкую шею». Хината рычит. — Эм, да? Это меньшее, что ты мог сделать! — Ну и что мне теперь делать? — резко говорит Кагеяма и наконец смотрит на Хинату. Кагеяма всего-лишь снова на него смотрит, но для Хинаты это кажется небольшим прогрессом. — Позволь мне тоже сделать тебе один. Кагеяма моргает. — Что? — Позволь мне поставить тебе засос! — повторяет Хината. — Это будет справедливо! Он уверен, что Кагеяма будет отнекиваться, скажет, что это глупая идея, и что Хината — последний, от кого бы он хотел засос. К его удивлению, Кагеяма просто смотрит на него в течение долгой секунды. — Ладно. Хината так настроился к долгим уговорам, что оказывается полностью застигнутым врасплох и не знает, что сказать. — Ладно? И все? И ты даже не собираешься спорить? Кагеяма пожимает плечами, насколько это возможно, лежа в грязи. — Ты сказал, что это будет справедливо. Но, если ты не хочешь, тогда отпусти меня, и я пойду уже домой. Я как-то не ждал, что ты переваляешь меня в грязи, тупица. — О. Хината смотрит на него, внезапно не зная, что делать. — Ладно. Он медлит, кажется, слишком долго, но он и правда понятия не имеет, как поставить засос. Это должно быть просто, верно? Просто сделать то же, что и Кагеяма ранее. Кагеяма все еще смотрит на него. Нетерпеливо, но, на этот раз, молча. Хината берет себя в руки, кивает и наклоняется, утыкаясь лицом в стык между шеей и плечом Кагеямы. Он сидит так и вдыхает. Пахнет Кагеямой. — Какого хрена ты творишь? — говорит Кагеяма через минуту, а Хината все не двигается. — Ты вообще знаешь, как это делать? — Да, — приглушенно отвечает Хината. — Заткнись. Я мысленно готовлюсь. — Тебе нужно морально подготовиться к тому, чтобы засосать чью-то шею? Какой ты идиот, — мягко стучит он костяшками пальцев Хинату по голове. — Давай, поторопись, а то закусочная закроется, и мы не успеем перекусить. Честно говоря, Хинате хочется просто сидеть вот так и ничего не делать. Быть так близко к Кагеяме приятно, даже если дело не касается ртов, зубов или рук. Однако обещания закусок достаточно, чтобы подстегнуть его, и он приподнимается, отодвигая воротник Кагеямы. Он колеблется еще секунду, а затем снова наклоняется вперед и лижет полоску кожи на шее Кагеямы. Хината чувствует, как под ним напрягаются мышцы живота Кагеямы, и внезапно понимает всю щекотливость этой позиции. Но, как бы ему ни хотелось подразнить Кагеяму, как это сделал он в сарае, Хината сдерживает себя и просто открывает рот, осторожно посасывая местечко на шее Кагеямы. Кожа здесь мягкая, теплая и немного солоноватая после напряженной тренировки. Это не плохо, но Хината чувствует, что начинает возбуждаться, и морщится. Он всасывает сильнее. Насколько сильно ему вообще нужно сосать, чтобы оставить засос? Сколько времени понадобится? Стон Кагеямы отвлекает Хинату, заставляя отстраниться и проверить, что у него получилось. Кожа немного красная, но недостаточно. Совсем не похоже на отметину, которую Хината видел на своей шее в зеркале. Его рука тянется к пластырю, наклеенному Сугой, и ему хочется еще раз взглянуть на засос. Эта отметка будто кричит, что Кагеяма был там, и это действительно странная мысль. Еще более странно то, что он не очень-то и против этого. Хината снова наклоняется, теперь царапая зубами кожу. Он чувствует, как руки Кагеямы нерешительно поднимаются к его плечам, будто Кагеяма сомневается, что с ними делать. Хината кусает сильнее, напористее, спина Кагеямы поднимается над землей, и он резко отталкивает Хинату за плечи. — Прекрати, идиот! Все! Ты сделал это, теперь слезь с меня! Кагеяма спихивает Хинату на землю, и тот смотрит на его профиль, недовольный и раздраженный тем, что Кагеяма прервал его, как только начал реагировать. Кагеяма замечает выражение его лица и отводит взгляд. — Не дуйся, придурок. Ты сделал то, что хотел, верно? Хината садится, глядя на Кагеяму, и тот оттягивает воротник, показывая Хинате темно-красную отметину, портящую его кожу. Хината чувствует прилив гордости за то, что поставил свой первый засос, и поднимается на ноги, помогая встать Кагеяме. Их спины испачканы, но ему все равно, потому что у Кагеямы его засос, и они собираются купить еды. Хината теперь так далек от того раздражения, которое испытывал раньше, что пытается убедить Кагеяму сесть на его велосипед, потому что они немного опаздывают. Кагеяма переводит взгляд с велосипеда на Хинату и хмурится. — Ты забыл, что произошло в прошлый раз, когда мы это делали? Мне не хочется опять пропускать целую неделю из-за растяжения лодыжки. — В этот раз я справлюсь лучше! — протестует Хината, закидывая ногу на велосипед. — Да ладно! Если ты это сделаешь, то я оплачиваю. Обещаю, что не буду ехать слишком быстро. Он смотрит на Кагеяму самым невинным взглядом, умоляя, чтобы он сдался, и Кагеяма вздыхает. Его плечи покорно опускаются. — Ладно. Но если ты разгонишься, я убью тебя. Он перекидывает ногу через заднюю часть велосипеда, усаживаясь на багажник позади сиденья Хинаты. Хината не может не оглядываться, потому что выглядит тот очень забавно. Высоченный парень на багажнике велосипеда, с далеко торчащими коленями, шатко удерживающий равновесие. — Я буду ехать медленно, обещаю. В животе у Хинаты что-то переворачивается, когда он чувствует руки Кагеямы: сначала нерешительно, а затем слишком сильно сжимающие его талию. А потом он отталкивается и Кагеяма хватается еще крепче, так, что Хинате становится трудно дышать. Один раз они все-таки падают. Кагеяма ворчит по этому поводу всю оставшуюся дорогу, но всё равно машет рукой на прощание. И когда Хината машет в ответ, он ловит себя на мысли, что был бы не против, если бы каждый день был таким.