Время между нами

      — Я слышала, ты жил в Сан-Франциско пять лет. Полагаю, ты выучил не только программирование, да?       Саске приподнял бровь. Он не ожидал, что она знает такую деталь.       — Вижу, ты хорошо подготовилась.       — Это было несложно. Я имею маленькие познания в расследованиях, знаешь ли? К тому же, работать в техсфере и не знать, кто ты такой, — всё равно что быть японцем и не знать, кто такой Гоку.       Брюнет слегка усмехнулся, потому что такого комментария он не ожидал.       — Похоже, мне придётся постараться, чтобы наш разговор был для тебя интересным.       Он заметил, что она с лёгкой усмешкой удерживала его взгляд.       — А как насчёт Неджи? Как он?       Хината, поднеся бокал к губам, на мгновение замерла, прежде чем сделать глоток. Затем посмотрела на него с приподнятой бровью.       — С чего вдруг такой вопрос? — Она спокойно поставила бокал. — Всегда думала, что ты его не любишь.       — Не знаю, просто стало интересно. Думаю, он уже женат, успешен...       Саске крутил бокал в руке, делая вид, что ему всё равно.       — Вы ведь были очень близки в школе. Я помню, ходили слухи, что вы с ним...       В ответ на что Хината нахмурилась, не веря своим ушам.              — Ты тоже в это верил?       — Я не верил, но… это был не такой уж нелепый слух.       Она рассмеялась и покачала головой.       — Боже, гадость какая. Мы с Неджи как брат и сестра.       Саске ничего не ответил. Он знал, что их отношения были достаточно близкими, чтобы она могла так сказать, но всё же не удержался:       — Я знаю, что он твой кузен, но ведь у вашей семьи… странные правила.       — Более чем странные. Я бы даже сказала крайне.       Саске приподнял бровь, заинтригованный.       — Значит, признаёшь.       — Конечно. — Хината пожала плечами с саркастичной улыбкой. — Хьюга — это почти монархия в рамках традиционной японской семьи. Родословная, честь, наследие... вся эта консервативная чепуха, которую так обожает Хиаши.       — А ты? — спросил Учиха, наблюдая за ней с возрастающим интересом. — Ты, похоже, эти ценности не разделяешь.       Хината слегка склонила голову, задумавшись.       — Ммм... Если мой отец с дедом хранители традиций, то дядя Хизаши и я — скорее, бунтари в семье.       Мужчина отметил, что она снова назвала отца по имени, но вмешиваться не стал. У него и с Фугаку отношения были холодные.       — То есть ты — коммунистка клана Хьюга?       Хината улыбнулась с долей иронии.       — Что-то вроде того.       Наруто, который слушал их с другого конца стола, рассмеялся.       — Чёрт, это многое объясняет. Ты прям излучаешь энергию паршивой овцы.       — Скорее, трещина в мраморе их идеала, — пробормотала Хината с более сухим тоном.       Саске изучающе посмотрел на неё. Он хорошо читал язык тела, и что-то в её позе выдавало, что тема делает её неуютно.       — Так они не пытались тебя остановить, когда ты решила жить своей жизнью, подальше от всего этого?       Хината улыбнулась, но напряжение в её челюсти не ускользнуло от него.       — О, ещё как пытались. Но, как видишь... не вышло.       Саске коротко усмехнулся.       — Должно быть, интересно было видеть их реакцию.       — Ты себе не представляешь. — Хината провела рукой по чёлке, поправляя её по привычке, и на мгновение отвела взгляд.       — А когда они перестали настаивать? — снова спросил программист, крутя бокал.       Хината улыбнулась с лёгким удовлетворением.       — Когда я уехала в Сантьяго, Чили.       Саске приподнял бровь.       — Значит, Чили стало точкой перелома. От чего ты бежала?       — Ты допрашиваешь меня, Учиха? Потому что, если да, мне нужен адвокат. Может, позвонить Неджи?       — Можешь не отвечать, если не хочешь… хотя кажется, тебе всё ещё нужен кто-то, кто тебя спасёт.       — Я бежала от всего. Это то, что ты хотел услышать?       — В каком смысле?       Хината засмотрелась в бокал, словно там были все моменты прошлого; как она яростно убегала от всего и всех.       — Здесь, в Японии, я всегда была "дочерью кого-то". В Чили никто не знал мою семью — и никому не было дела. Они не видели во мне наследницу династии юристов; я была просто иностранкой. И это было облегчением.       Саске с интересом наблюдал за ней.       — Значит, быть иностранкой оказалось преимуществом.       — Да. Впервые никто ничего от меня не ожидал.       — Звучит как облегчение, — вмешалась Сакура, присоединившись к разговору.       — Так и было, — кивнула Хината. — Ну и плюс — отношение людей. В Японии всё про уважение и формальности, а в Чили… всё проще. Если ты кому-то понравился на улице — тебя тут же зовут выпить, не зная даже, как тебя зовут.       — Это многое объясняет, — пошутил Наруто. Во ответ на это Хината рассмеялась.       — Может быть. Но больше всего я поняла, что пол, внешность... всё это вторично. Люди просто хотят хорошо провести время. И, конечно, там было много травки, хоть это и незаконно. В Сантьяго всегда пахнет марихуаной.       Саске, собиравшийся сделать глоток воды, остановился и посмотрел на неё с приподнятой бровью.       — Много?       Хьюга хихикнула и пожала плечами.       — Просто говорю, что это часть культуры. Нормально сидеть в парке и видеть, как кто-то курит, или просто идти по улице и вдруг почувствовать запах.       — А ты?       — Что — я?       — Ты тоже принимала участие в этой части культуры?       Хината встретилась с ним взглядом и улыбнулась лукаво.       — Саске, я жила там почти три года. Как ты думаешь?       Он опёрся локтем на стол, внимательно наблюдая за ней.       — Думаю, это многое объясняет.       — Многое? — Хината приподняла бровь, вызывающе.       Саске спокойно сделал глоток из бокала.       — Некоторые подозрения, которые у меня были.       Хината слегка наклонилась к нему, сокращая дистанцию.       — И ты мне расскажешь?       — Смотря...       — Смотря на что?       Саске выдержал её взгляд, допивая содержимое.       — Смотря на то, сможешь ли ты сделать этот разговор стоящим.