say i’m your queen (i don’t wanna leave this)

Вай было семнадцать, когда она впервые увидела её. Это был первый день последнего учебного года, обещавшего быть адски сложным. Впереди её ждали вводные встречи с преподавателями, прежде чем начнутся настоящие занятия, домашки и контрольные. Эта неделя, по сути, должна была пройти налегке. Учителя рассказывали, как пройдёт год, что нужно сделать и как лучше подготовиться к выпускным экзаменам. Майло, будь он рядом, наверняка сказал бы что-то вроде: «на чилле, на расслабоне». И Вай была искренне благодарна за эту небольшую передышку. Но стоило в дверь войти новенькой, как Вай вдруг почувствовала себя дурнушкой в своих поношенных кедах, рваных джинсах и старой спортивной куртке, висящей на ней, как с чужого плеча. Что по сути было правдой. Куртку она стащила у Вандера. Чёрт, надо было приодеться, — подумала она. Она и сама не понимала, что именно её зацепило. Девушка впорхнула в класс в простом платье в цветочек и сандалиях, но всё, о чём могла думать Вай, сидя за последней партой, — какая же она красивая. Тем утром Вай встретила много знакомых лиц. За каникулы многие изменились. Кто-то вытянулся, кто-то перекрасился, сменил стиль. Одноклассники хлопали её по плечу, кивали в знак приветствия. Некоторые даже посочувствовали, что в этом году ей не повезло оказаться в классе без братьев. Неделю назад на сайте школы вывесили списки с распределением и в тот день они узнали, что будут учиться по разным классам. Братья шумно возмущались, спорили и ругались, а Вай просто лежала в кровати, глядя в потолок и думала о том, как будет теперь одна. Так она и сидела — в самом конце, в одиночестве. Последний год начинался паршиво. Раньше они всегда были вместе, и теперь Вай тихо злилась на руководство школы. Кто вообще составлял эти списки? С чего вдруг их разделили? Она даже не пыталась разбираться. Майло и Клаггор жаловались в администрацию, но безрезультатно. А Вай смирилась. Выпускной год точно не будет особенным. Без братьев ничего интересного не случится. Возможно, она ошибалась. Может быть, судьба развела их не просто так. Может, ей было суждено сосредоточиться на чём-то другом. На ком-то другом. Например, на девушке, которую их классный руководитель мадам Ренни вызвала к доске, чтобы та представилась классу. Девчонки перешёптывались, прикрывая рты ладонями и склоняясь друг к другу. А парни... Вай не могла их винить, хоть и хотелось отвесить подзатыльник каждому, кто пялился на новенькую. Да, все взгляды были прикованы к ней. Боже, эти глаза... В них отражалась зелень леса, солнечные лучи играли на молодых листьях. Когда она заговорила, Вай готова была поклясться, что это сами небеса заговорили устами смертной, чтобы явить им чудо. — Всем привет! Мэм, мне самой представиться, или вы? Она была единственной новенькой в классе. Конечно, на неё пялились. Но не только потому, что она была новым лицом. Она была другой. Не из тех, на кого смотришь разок и привыкаешь. На неё смотрели не отрываясь. Сама Вай не была лучше: уставилась во все глаза и никак не могла понять, откуда это чувство. Будто она тонула на суше. Будто задыхалась в комнате, полной чистейшего воздуха. В конце концов, это же просто девушка. Красивая, конечно. Но всё же — просто девушка. Так почему? Чёрт… Как хорошо, что братьев не было рядом. Иначе она бы до конца года выслушивала подколы за этот взгляд. Вай вдруг поняла, что чувствует себя мотыльком, впервые увидевшим пламя. И её пламя было ослепительно красиво, нестерпимо притягательно. Казалось, она чувствует кончиками пальцев мягкость рыжих волос, спадающих волной на хрупкие плечи девушки. — Давай, дорогая, — подбодрила её мадам Ренни, похлопав по плечу. — Не стесняйся. Ребятки, минуточку тишины, пожалуйста! — Хорошо, — кивнула новенькая чуть застенчиво, но держалась с достоинством: высоко поднятый подбородок, прямая осанка, лёгкая расслабленность, всё в ней говорило об уверенности. Вай слышала, как парни рядом скабрезно шепчутся и похихикивают, пялясь на девушку так, будто она была куском мяса. И надо же ей было сесть именно рядом с ними? Не смейте так на неё смотреть, придурки! Она не игрушка! — думала Вай, хотя и сама ничего о ней не знала. Даже имени. И от этого ей было стыдно. Потому что она тоже не могла совладать с собой. Почти как эти мерзкие мудилы. Сердце бешено колотилось, кровь стучала в висках, и Вай почти чувствовала, как горят её уши. — Чувак, а девчонка-то огонь, — шепнул один, поигрывая бровями и толкая соседа локтем. — Серьёзно, ахуеть просто. — Бро, а вдруг она занята? — Да я и третьим могу! Даже интереснее, хаха! Вай хотелось оторвать себе уши, чтобы не слышать их грязных разговоров. А потом оторвать им кое-что жизненно важное — чтобы впредь было неповадно. И эти придурки будут учиться с ней в одном классе? Но стоило ей услышать имя новенькой и она тут же поблагодарила небеса, что не лишили её чувств. Потому что Вай нужны были все органы восприятия, чтобы разглядеть перед собой живое искусство — рыже-зелёную акварель в человеческом теле. Как будто кто-то писал её с любовью, как свою единственную музу и богиню. Искусство не только восхищало. Оно дышало с ней одним воздухом. Тогда Вай впервые услышала название этой картины. И как же красиво оно звучало.

***

Дни шли, а Вай так ни разу с ней и не заговорила. Ей всё ещё было семнадцать и, помимо прочего, она, очевидно, была ещё и дурой. А Сара… Сара сидела в первом ряду, ничего не подозревая. Раньше Вай тоже сидела на последней парте, но тогда она была не одна. Она привыкла, что рядом братья — с ними можно было хихикать и тайком жевать что-нибудь во время уроков. Шоколадное молоко и кривые сэндвичи из столовки спасали их даже в самые муторные дни, когда занятия тянулись бесконечно. Конечно, и проделкам не было конца и края, но Вай старалась не думать, как бы Вандер отреагировал, узнай он обо всём. В этом году всё изменилось. И всё же Вай не переставала пялиться на новенькую, размышляя, замечает ли та её взгляды. Ведь сама Вай замечала всё: каждый взмах рыжих волос, каждый мягкий поворот головы, каждый момент, когда Сара смеялась с соседом по парте, записывая что-то в тетради. Она всегда прикрывала рот ладошкой, когда смеялась. Её голос звучал как нечто нереальное, будто такой смех можно услышать только во сне, и только по счастливой ошибке этот чудный перезвон колокольчиков прорвался в реальность. Вай выругалась себе под нос. Щёки горели, а воображение уже рисовало образы того, как всё может быть, если она осмелится хотя бы приблизиться. Она представляла, как ощутит запах соли, мокрого дерева и песка если вдруг окажется рядом. В первый день Сара рассказала перед классом, что родом из Билджвотера, и с тех пор в голову Вай намертво засела мысль: она должна пахнуть морем. Одна только мысль о том, чтобы быть рядом с ней... О, чёрт! Задание! Вай так увлеклась, что совсем забыла про эссе, которое нужно было писать прямо сейчас. Сколько она уже витала в облаках? Порывшись в рюкзаке, Вай достала более-менее чистый лист и чуть было не написала там имя Сары вместо своего. Даже ручка в её руке будто знала о её безнадёжной влюблённости. Мне пиздец, — говорило сердце. Это пройдёт, — отвечал разум.

***

Несколько раз её ловили на подглядывании. Сара ничего не говорила, даже виду не подавала, но Вай знала, и была чертовски благодарна за то, что та не сделала всё ещё более неловким. Если бы Сара хоть что-то сказала, Вай бы провалилась сквозь землю от стыда. Она ничего не могла с собой поделать. Стоило Саре войти в класс — сердце начинало колотиться, и взгляд сам находил её фигуру. Чёрт, наверняка та думала, что Вай из тех криповых придурков, что пялятся без отрыва, и с ней лучше не связываться для собственной же безопасности. Было мерзко осознавать, что, скорее всего, именно так она и выглядит со стороны. Прошло уже несколько месяцев. Сара влилась в коллектив, общалась со всеми. Кроме Вай. Та по-прежнему оставалась в стороне, наблюдая издалека. Они так и не поговорили по-настоящему. Не вслух, по крайней мере. Иногда Вай ловила себя на мысли, что они будто общаются взглядами и в этом молчании было больше смысла, чем в тысячах слов. Иногда казалось, что слова могут всё испортить: извратить, упрощать, выхолащивать чувства. Для Вай это была самая честная связь — без фальши. Дни складывались в недели, недели в месяцы, и ничего не менялось. Будто они хранили свой маленький секрет, оберегая его тишиной. Вай не собиралась ничего менять. В конце концов, как ещё бренная земля может говорить с небосводом? Только через ветер, свистящий между ними. Так близко и в то же время так далеко, что не дотронуться. Их взгляды встречались на пару секунд, и контакт разрывался, не успев закрепиться. Но память о них оставалась внутри, и Вай была уверена — она сможет вспомнить каждое такое мгновение даже спустя много лет. Скомканный шарик бумаги ударил её по щеке и шлёпнулся на пол. — Эй, Лейн! Продолжишь так пялиться и она растает! — поддел одноклассник, противно хихикая. Вай фыркнула и покачала головой, пряча улыбку в кулак. Как она, уже растаявшая, как снег по весне, может заставить растаять ту, что сделала с ней это? Разве такое возможно? Она бы хотела проверить. Хотела убедиться. И, честно говоря, с радостью бы попробовала, если бы не втрескалась так сильно, что не могла даже сдвинуться с места.

***

Утренние уроки закончились. Клаггор громко жевал сэндвич, а Майло не менее громко ныл, пока они втроём ждали Паудер, чтобы вместе пойти в столовую на перерыв. — Кому взбрело в голову разрешить ей вести химию? Там и так хрен поймёшь, а она вообще объясняет так, что ещё меньше разбираешься. Слава богу, мы не в её классе! — причитал Майло, тщетно пытаясь пригладить растрёпанные волосы. Когда его старания только усугубили ситуацию, он закинул руку на плечо брата и выхватил из сэндвича кусок курицы, закинув его в рот. — Завидуешь, да? Мне вот повезло — химичка ещё и моя классная, — съязвила Вай. — Ну хотя бы не мистер Смич, неловко всё-таки дрыхнуть на уроках куратора. Не люблю засыпать с чувством вины. — Реально, Майло, харэ ныть. Все преподы отстой по умолчанию, — пробурчал Клаггор с полным ртом. — Меня больше бесит, что нам сидеть рядом с Декардом до конца семестра. Вот это полный пиздец. — Прям рядом? — округлила глаза Вай. — Ага. Мы сами в шоке. — И типа уже не поменять рассадку? — Угу. — Пиздец, — с чувством согласилась Вай. — Как я и сказал, — вздохнул Клаггор, уже смирившийся с незавидной судьбой. Да уж. А ведь Вай начистила этому уроду рожу ещё в восьмом классе, когда он попытался отобрать у неё деньги на обед. Тот ещё засранец. Вай тогда наказали, но она ни капли не жалела. — Что могу сказать... постарайтесь не подраться, если получится, — пожала плечами Вай, понимая, что совет вряд ли пригодится. Усмехнулась: сама бы его не послушалась. Когда дело касалось мудаков вроде Декарда, она сначала била, а потом уже спрашивала если тот ещё был в состоянии ответить. Обычно — нет. Клаггор пожал плечами, закинул в рот последний кусок сэндвича и размашисто протёр губы ладонью, смахивая крошки. — Жалко, что Паудер не наша одногодка, училась бы с нами. Без тебя капец как сложно. Выпуститься бы хоть. — С чего вдруг? — Ну ты у нас вторая по мозгам в семье. Теперь, когда мы в разных классах, кто будет помогать? На матеше вообще экзорцизм начался какой-то, я ничего не понимаю. Разве там не должны быть цифры? — Погоди... я кто? — Вай удивлённо провела рукой по волосам. — Вторая? — По мозгам! Ну, умная, типа, — уточнил Клаггор без тени шутки. — Ты сейчас серьёзно? — Ты же нам теорию вероятности объяснила, сучка, — вставил Майло, тыкая её пальцем в плечо. — Так это несложно, — отмахнулась Вай, всё ещё в лёгком ступоре от того, как её видят братья. Для неё самой умной всегда была Паудер. Младшая будто волшебных ягод наглоталась: блистала интеллектом, который старшим и не снился. Казалось, всё давалось ей легко — хоть школьная программа, хоть что-то для старших. Вай даже допускала украдкой, что в детстве Паудер украли пришельцы, что-то намутили в мозгах, а теперь наблюдают за развитием своего проекта с блестящей космической тарелки. Майло страдал даже над короткими тестами, Клаггор учился чуть лучше, но не особо напрягался. А Вай... Вай просто старалась. Иногда получалось, иногда не очень. Выбора у неё не было. Учёба и так была тяжёлой, а встревать в проблемы ей совсем не улыбалось. Часто, когда их ловили на проделках, совесть подсказывала, что пора бы засесть за учебники и она старалась вдвойне. Она знала, как сильно Вандер вкалывает ради их образования. И не могла позволить себе всё просрать — не на школьном уровне. Впереди ведь университет. Даже Силко присылал деньги, чтобы покрыть часть расходов, хоть они его и не видели ни разу. Знали его только по рассказам отца. Судя по ним, мужик был неплохой. Может, частичка ума Паудер досталась и старшей сестре. Всё-таки кровь одна. Может, интеллект у них в генах. Слова братьев польстили Вай не на шутку: эго расправило плечи, самооценка подскочила. Ха. Вторая по мозгам. Ну надо же. Она бы сказала «находчивая», но кто она такая, чтобы спорить? — Насчёт драк будет сложно, — буркнул Майло. — Членоголовый совсем поехал, бесит ещё больше, с тех пор как стал встречаться с цыпочкой из твоего класса. Ходит, как петух, хвастается. — Серьёзно? — Ага! — И кто эта несчастная? — Новенькая, вроде. Секси которая. Оу. — Сара? Сердце дрогнуло, будто пропустило удар. Её образ тут же всплыл перед глазами. Как она это пропустила? — Ну, тебе лучше знать. Твоя же одноклассница. Может, и Сара. Хз. — Они встречаются? — Вай надеялась, что ослышалась. — Ага. Сегодня узнали. Он теперь только об этом и болтает. Задолбал. Заебись. И всё же… кто бы не хвастался? — Чёрт, — нахмурилась она. — Как он её заарканил? Серьёзно. Что она в нём нашла? — Хрен знает, — пожал плечами Майло, не особо вникая в её тон. А вот Клаггор был явно удивлён реакцией. — Всё норм, Вай? — Да-да, конечно, — она покачала головой, стараясь выглядеть как можно более расслабленно. Как объяснить ураган, поднявшийся внутри? — Порядок. Она не станет мучить себя мыслями о том, что из всех Сара выбрала именно этого придурка. Вай лучше его по всем параметрам: физически, эмоционально, умственно. Декард просто не достоин её и этого достаточно. — Вай! Звонкий голос Паудер пронёсся по коридору. Такой родной и светлый, что Вай узнала бы его где угодно. Её кровь и плоть. Её душа. Та, с кем она делила полжизни. Все трое обернулись и увидели, как девочка бежит к ним, размахивая руками с неизменной улыбкой до ушей. — Помянешь чёрта и Паудер тут как тут, — рассмеялся Майло. — Ну, погнали? — Ага, — Вай подхватила врезавшуюся в неё с разбега сестру, обняла и прижала к боку, дразняще дёрнув за косичку. — Как дела, мелкая? Не хулиганишь?

***

— Ты наконец-то бросила Декарда! Слава богу! Вай не собиралась подслушивать, но отчетливо слышала голос девушек, вошедших в туалет. Сара, судя по всему, была среди них, хотя сама Вай, запертая в вонючей кабинке, этого не видела. Девушки свободно обсуждали свои дела, не подозревая, что у них появился невольный слушатель. Затаив дыхание, Вай закатила глаза и уставилась на бесконечную россыпь нарисованных членов на дверце. Она не хотела шпионить, честно. Но после слов «бросила Декарда» просто не могла уйти. Было уже поздно. Да и как уйти, когда услышанное прозвучало как победа. Как будто грузовик с удачей наконец перевернулся прямо на её улице. Судьба. Сердце подпрыгнуло, когда Сара подтвердила: — Ага. Да! — Почему? — Козёл он, вот почему. Неудивительно. Даже с таким сокровищем, как Сара, этот тупица умудрился всё испортить. — Уж я-то знаю! Мне жаль тебя, дорогая, первый парень и такое чмо. — С чего ты взяла, что он у меня первый? — Ну... конечно, не первый. Кто бы поверил вообще, — подружка Сары поспешно переобулась в воздухе. — Я встречалась с разными людьми, но все были идиотами, — вздохнула Сара. В её голосе слышалась лёгкая досада, но она всё равно засмеялась, будто это вообще не имело значения. — Порезвились и разошлись. Делов-то. — Порезвились? А серьёзных отношений не было? Или хотя бы долгих? — Да ну, скука смертная. Представь: всё время с одним и тем же человеком? Фу. Мне такое неинтересно. Вот оно как... — Ах ты шлюшка! Может, однажды встретишь кого-то, кто тебя переубедит. — Что-то я сомневаюсь, — хмыкнула Сара, без тени сожаления или сомнений. — Я слишком дикая. Со мной никто не справится. Вай едва не вылетела из смердящей кабинки, чтобы доказать ей обратное. Но не решилась. Не то чтобы выйти — даже звук издать побоялась. Хотя с этого момента твёрдо знала: она докажет Саре, что всё может быть иначе.

***

— Интересно, почему она столько школ сменила? — поднял тему Клаггор. Сара сидела через несколько столов, когда к ней в очередной раз подошёл кавалер — на этот раз с коробкой конфет. Школьная столовая гудела от криков и смеха. Братья и сёстры из семьи Лейн, как обычно, держались вместе, обсуждая новости и собирая сплетни. Сара, будучи новенькой, в этот сборник попадала вне очереди. — Я слышал, что-то с отцом связано, — прищурился Майло, наблюдая, как у парня лицо сменяется с возбуждённого на потухшее. Ожидаемо — отказ. Очередной. — Проблемы с отцом или что? — уточнил Клаггор. — Хз. Но слухи ходят. Декард после расставания начал подпёздывать что-то, фиг поймёшь, где правда. Что бы там ни было, ясно одно — сюда она пришла не по доброй воле. Выбирала бы, пошла бы в Пилтовер. Серьёзно, кому сдалась наша зачуханная школа? Да так, чтобы из другого города переезжать? Если бы я её не знал, подумал бы что она пилтошка. Выглядит как пилтошка, говорит как пилтошка. Мы тут учебу оплачиваем чуть ли не фантиками, преподы — тупые как кирпич, еда — шлак, здание — под снос. А стены… Хотя, ладно, не жалуюсь. Сам пару хуев нарисовал. — Угх, да о ком вы вообще? — фыркнула Паудер, бросив карандаш и подтянувшись, чтобы посмотреть, на кого уставились братья. — Сара Фортуна, сестрёнка, — ухмыльнулся Майло и даже ткнул пальцем, будто этого было достаточно. Вай застыла с куском бутера, который так и не дожевала. Куда ни глянь — Сара. Всё, что слышно — Сара. Сара то. Сара сё. — А, эта... — фыркнула Паудер и села обратно. — Не понимаю, чего все так на ней помешались. — Ты её знаешь? — спросила Вай. — Одноклассники трещат без остановки. Ну да, красивая. И что? Пустышка. Только и всего. — Сегодня ты что-то особенно ворчливая, Пау, — хмыкнул Клаггор. — Может, Вай сможет тебя переубедить? — поддел её Майло, взглянув на старшую сестру с хитрой ухмылкой. У Вай чуть сердце не ёкнуло. Он что, догадался? — Интересно, как? — скептически протянула Паудер. — Да они в одном классе, тупица. Вай, ну расскажи! — Майло хлопнул в ладоши, потирая их как мультяшный злодей. И что сказать? Откуда ей что-то знать про Сару? — Эмм… — Зуб даю, сука она. Прям по роже видно, — уверенно заявила Паудер. — Эй! — Вай подняла бровь и включила режим строгой сестры. Обычно ей было плевать на ругань младшей, но сейчас она видела в этом способ свернуть со скользкой дорожки. — Кто тебе разрешил так выражаться? — Ты сама при ней материшься! — огрызнулся Майло. — Да вы на неё посмотрите! По ней же видно всё! — настаивала Паудер, не стесняясь громкости. К счастью, шум в столовой скрыл её вопли. — То, что она красивая, ещё не значит, что она сука, — встала на защиту Вай, стараясь не выдать себя. — Сколько человек она уже успела кинуть с тех пор, как тут учится? — хмыкнул Клаггор, но вопрос был скорее риторическим. — Троих! Нет, стой... четверых! — воскликнул Майло, поднимая четыре пальца. Потом добавил большой, задумчиво: — Бля, а если я следующий? — Не льсти себе. Без шансов, — фыркнула Вай. — Что ж ты так жестока, сестрёнка? Да я бы и сам не хотел, если честно. Не хочу быть ещё одним именем в её списке. Эти интрижки на одну ночь не для меня. Я человек серьёзный, вы же знаете! Его пародийная бравада заставила всех за столом разразиться хохотом. Паудер даже выронила вилку и схватилась за живот. — Поразительно, что ты правда думаешь, будто она бы на тебя посмотрела, — сквозь смех проговорила Паудер. — У Вай шансов и то больше, но даже так она не станет клеиться к шлюховатой сучке. Вай выше этого. — А если Сара это как раз её типаж? — Охренел?! Заткнись и иди купи себе что-нибудь сладкое, рот займи, — Вай сунула ему мелочь со сдачи, надеясь, что не покраснела слишком заметно. — О, пасиба за подгон, Вай! — Я же говорила! — победно воскликнула Паудер. — Я знаю, ты не станешь встречаться с такой, систр! Вай не ответила. Ни да, ни нет. Она просто не могла соврать, поэтому выбрала трусливо молчать.

***

Однажды Сара вышла перед классом, чтобы что-то объявить. Вай заметила её первой и сразу подала знак одноклассникам, чтобы обратили внимание. — Завтра день основания Зауна, — сказала Сара, хлопнув ладонью по доске, и все взгляды тут же обратились к ней. — Я подала заявку на участие в конкурсе красоты. Да, я не местная, но по правилам имею право участвовать, если проживаю в городе, поэтому мэм Ренни любезно разрешила мне рассказать вам об этом. Если кто-то хочет поддержать меня, буду рада видеть вас завтра вечером на конкурсе. Билеты ещё в продаже, по цене не помню точно, посмотрите на сайте. Но мне будет очень приятно, если вы придёте. — Конечно, Сара! Мы и так собирались прийти! — Мы поддержим тебя, крутышка! — Надо идти! — Да, пойдём все вместе! — Надеюсь, она победит! — Кто не придёт — будет дежурным всю неделю! Класс загудел радостными криками, полными восторга. Каждый считал своим долгом поддержать Сару и высказаться. А сама она будто купалась в похвале и пожеланиях удачи, улыбаясь каждому, пока не нашла глазами Вай. Её взгляд задержался, будто она позволила себе смотреть чуть дольше, зная, что никто не заметит. Никто, кроме них двоих. Вай пыталась удержать этот взгляд, посмотреть в ответ, но разлившееся по щекам тепло заставило её сдаться. Она отвернулась и сделала вид, что внимательно слушает соседа. Попалась с поличным и теперь изо всех сил старалась слиться с толпой. Но каждой клеточкой кожи чувствовала: Сара не отводит взгляда. Смотрит прямо в душу — откровенно, открыто, как никогда раньше.

***

— Вы же пойдёте со мной завтра? Пожалуйста, — выдала Вай коротко, сложив ладони в умоляющем жесте и прикусив губу, пока они все шли домой после школы. Она развернулась и пошла задом наперёд, чтобы видеть их лица, краем глаза следя за дорогой. — Ясен пень! Мы же помогаем Вандеру на ярмарке, забыла, что ли? — напомнил Майло. — Он сказал, что если захотим, можем отлучиться на конкурс. — И что мы там забыли? — удивился Клаггор. — Я спросила у него, он разрешил! Чё вам еще надо? — Притормози. Ты ведь в курсе, что он до полуночи продлится? С ума сошла? — Да, по Саре! Она наконец сказала это вслух. Призналась. Правда вырвалась наружу и за это она получила по полной: сначала тишину, потом — взрыв эмоций на лицах. Она была готова к подтруниваниям, которые за этим последуют. — Вай? — Паудер остановилась, будто приросла к земле, и выпустила из пальцев лямки рюкзака. Руки безвольно повисли вдоль тела. — Ну пожалуйста, — умоляла Вай, понимая, что объяснять бессмысленно. И так всё ясно. Она втюрилась в Сару Фортуну. Очевидно же. — Подожди… ну-ка, отмотаем назад. Ты сказала… — Майло тоже застыл на месте, крутил в воздухе пальцем, будто перематывал плёнку. — Я знаю, что сказала! Мы должны пойти. Пожалуйста. Ради меня. Мне нужно быть там. Я когда-нибудь вас о чём-то просила? — Да ну нах… — Вай, — резко позвала Паудер, голосом полным стали. Но Майло был громче: — Ты запала на Сару! Я так и знал, блять! — И почему я не удивлён? Ладно, пойдём завоёвывать твою принцессу! — подпрыгнул на месте Клаггор, подбросив кулак в воздух. — А говорила не в твоём вкусе! Ха-ха! Скажи спасибо, что она тоже по девочкам, а то это было бы полное фиаско, — расхохотался Майло, хлопнув Вай по плечу. Вай наконец перевела взгляд на младшую сестру. Та была в шоке. Смешанные чувства захлестнули её, и она вся съёжилась, нахохлилась, как цыплёнок. Даже забавно. — Пау, пожалуйста. — Серьёзно, Вай? Что ты в ней нашла? — Да ладно, Пау! Она такая красивая… Идти одной стрёмно. Я ж с одноклассниками вообще не общаюсь… — Пофиг, пошли! Посмотрим на твою красотку, тем более раз все идут, — закивал Майло. — Дефиле в купальниках будет? — Значит, решили! — воодушевлённо воскликнул Клаггор, поддерживая брата. — Ты совсем ослепла. И отупела походу, — хмыкнула Паудер, нахмурившись. — Паудер… — Только время зря тратить! Не хочу! Вай всё же смогла уговорить сестру пойти с ними, пообещав покупать ей всё, что она попросит, целую неделю.

***

— СААРААА! ДАААААВАЙ! Аплодисменты и крики сотрясали зал. Музыка была такой громкой, что вибрация проходила сквозь тело и отдавалась пульсацией в груди. Найти хорошее место оказалось несложно — Вай заметила одноклассников и пристроилась рядом. Оглянувшись, она поняла, что почти вся старшая школа Зауна пришла поддержать Сару. Повсюду мелькали самодельные плакаты, ребята визжали, прыгали на месте, встречая каждый выход Сары с восторгом. Та уверенно двигалась по сцене, вызывая бурю оваций. Вай не сводила с неё глаз, в то время как её братья сходили с ума, а Паудер... ну, ей было плевать. — ДА, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, ЭТО ДЕВЧОНКА НАШЕЙ СЕСТРЫ!!! — орал Майло. — Эй! — Вай шикнула на него, приложив палец к губам, чтобы тот не орал. Ожидаемо, это не сработало. Майло продолжил нести несуразицу, только громче и бессвязнее, как будто назло. Сама Вай не из тех, кто кричит. Не хотелось выделяться да и голос берегла, зная, что после такого её брат точно будет хрипеть, как старое радио. Паудер стояла рядом, скрестив руки, и всем видом показывала, как ей скучно. Она закатывала глаза и поднимала брови каждый раз, когда толпа взрывалась очередными воплями. Вай слегка толкнула её плечом без слов спрашивая все ли хорошо, на что та лишь натянуто улыбнулась и недовольно закряхтела, когда сильная рука растрепала ей волосы. Не прошло и минуты, как Паудер прижалась к ней боком, обнимая за талию. Сара вышла на сцену в платье цвета морской волны. Весь её наряд будто кричал о том, откуда она родом: лёгкая ткань струилась, словно накатывающие волны, свет бликовал на украшениях в форме ракушек, и вся она выглядела как морская богиня, вышедшая из пены. Она грациозно шагала, покачивая бёдрами, а витые локоны спадали на плечи. Чертовски привлекательно. — САРА, ТЫ АХУЕННАЯ! — НАША КОРОЛЕВА! — КОРОНА ТВОЯ, МАЛЫШКА! — НИЧЕГО ОСОБЕННОГООО! — закричала Паудер посреди всеобщего восторга и рассмеялась. — Не будь занозой, — Вай услышала её крик и снова толкнула сестру, посмеиваясь. Хотя сама была ошеломлена до мурашек. — Лааадно. Желаю победы и всё такое… Искренние слова младшей или нет — не важно. Вай была согласна. Для неё Сара уже была королевой красоты. А кто сказал, что она не может стать ей для всех?

***

— Мисс Фортуна, как настроение? — Я безмерно благодарна за честь оказаться в пятёрке лучших! Спасибо за поддержку, это очень много значит для меня. — Готовы к финальному вопросу? — Конечно! — Отлично! Итак… Ваш вопрос, мисс Фортуна, звучит так: какую роль, по вашему мнению, играет молодёжь в формировании нашего общества и какой вклад она может внести в будущее нашего города? — Благодарю за этот прекрасный вопрос. Я искренне верю, что молодёжь это бьющееся сердце нашего будущего. Они приносят свежие идеи и уникальные взгляды, которые двигают вперёд инновации и социальные перемены. Важно, чтобы молодое поколение активно участвовало в жизни общества, громко заявляло о волнующих их проблемах, используя знания и технологии, чтобы быть услышанными. Объединив усилия со взрослыми, они могут создать более инклюзивное и безопасное пространство, где каждый будет чувствовать себя значимым. Вклад молодёжи не только формирует наше общество, но и, безусловно, обеспечивает светлое будущее для всех нас. Спасибо.

***

— Кульминация нашего вечера! Встречайте — новая Мисс Зауна… МИСС ФОРТУНААА!

***

Наступил следующий день. Казалось бы, все должны отдыхать после праздника, но шум и веселье снова наполняли воздух, словно их жизнь была одной нескончаемой вечеринкой. — Сара заслужила праздник! — говорили все. — В БАССЕЙН НЕ ЛЕЗТЬ, СУКИ, Я ВСЁ ВИЖУ! — кричал одноклассник, бегая по дому, в котором разрешил устроить тусовку в честь победы Сары. Вай вовсе не обязана была приходить. Формально приглашения никто не рассылал — все просто знали, что вход свободный. Но вот она, стоит в фланелевой рубашке и поношенных джинсах, сжимая в руке красный пластиковый стакан. Сегодня был день Сары. Каждую минуту к ней подходили с поздравлениями, обнимали, хлопали по плечу, поднимали тосты. Для Вай выпивка не была чем-то новым или запретным, но к своему напитку она так и не притронулась. Вместо этого покачивала головой в такт музыке и уже несколько часов наблюдала за Сарой издалека. В какой-то момент её отвлёк одноклассник, пробирающийся к столу с закусками и пихнувший её локтем. Когда Вай подняла голову Сары уже не было.

***

— Не лезть в бассейн, ага, конечно… — усмехнулась Вай, глядя на ночное небо, усыпанное звёздами. Словно кто-то раскинул по синеве новогоднюю гирлянду. Когда в доме стало вонять блевотиной (кого-то действительно стошнило прямо в гостиной), она сбежала от хаоса на улицу и вышла к бассейну. Здесь, в тишине и на свежем воздухе, находиться было куда легче. Сара так и не появилась. До этого она всё время была с кем-то, и Вай следила за ней, пытаясь набраться мужества подойти. Нервы стягивались в тугой узел внутри живота. Собираясь на вечеринку, она планировала впервые заговорить с ней. Начать с простого поздравления, а там, может быть, слово за слово… Но увы. Она обошла весь дом, черт возьми. Искала её повсюду и всё, что нашла, это несколько блюющих одноклассников и парочку, целующуюся в одной из комнат. Вай сделала глубокий вдох, позволяя прохладному воздуху очистить лёгкие от запаха сигарет. Наконец-то тишина. Без воплей в ухо, без ругани и… — Кто здесь? Вай чуть не споткнулась. — Бля! Прости, не хотела… — Вай? О боже. Сара? Сара здесь?! — красными буквами пронеслось у неё в голове, пока она металась взглядом, пытаясь найти источник звука. — Сара? Вот чёрт… Прости! Я вернусь обратно, не хотела мешать… Как она вообще не заметила фигуру у бассейна? Сара сидела на самом краю, опустив ноги в воду, и смотрела на гладь, спокойную, как зеркало. Подсветка придавала воде завораживающий голубой оттенок, и отблески играли на её лице. Именно это лицо сейчас было обращено к ней и сердце Вай бешено заколотилось. Два пустых стакана стояли рядом. — Да ничего. Всё нормально. Там просто шумно, голова разболелась. Сара говорит с ней. Вай всё ещё идиотка, но они разговаривают! Как это вообще произошло? Неужели она пьяна? Бред какой-то. Она ведь даже не пригубила — налив пива больше для вида. Ей ещё добираться домой, так что напиваться в хлам не вариант. Чёрт, надо валить. Вай планировала этот разговор, была готова к нему буквально минуту назад, но теперь… — Не уходи. Посиди со мной, — Сара похлопала по плитке рядом, снова глядя вниз и покачивая ногами, пуская мелкие волны по воде. — Мне скучно одной. Вечеринка отстой. Больше и не нужно. Вай сделала глубокий вдох, собрала всё мужество в кулак и стянула кроссовки вместе с носками. Плевать, если джинсы намокнут — постираются. Подойдя ближе, она села рядом, оставив между ними приличное расстояние. Оперлась руками о плитку за спиной, чуть откинулась назад. Уставилась в небо, стараясь не смотреть на девушку, которую считала красивее всех созвездий, известных человечеству.

***

— Кстати, с победой, — начала Вай, прерывая тишину между ними. — Спасибо, Вай. Сара слышала это уже десятки раз и, кажется, устала. Ответ прозвучал автоматически, почти без эмоций. Вай не обиделась. Повторять одно и то же весь вечер наверняка изматывает. — Значит, ты знаешь, как меня зовут, — усмехнулась Вай, глядя в небо и молясь, чтобы волнение хоть немного отпустило. — А как же? — удивилась Сара. — Мы же в одном классе. — Ну, я вроде стараюсь не высовываться, — Вай покачивала ногами, наслаждаясь прохладой, и, боясь, что разговор быстро закончится, добавила: — Ты правда заслужила эту корону. — Ещё бы, — усмехнулась Сара и впервые по-настоящему улыбнулась Вай. — Это же очевидно. Её уверенность сбивала с ног. С каждой секундой Вай влюблялась в неё всё сильнее. — А почему ты ушла? Тебя все ищут. — Слишком шумно, — спокойно ответила Сара. Что-то странное было в её голосе. Как будто под всей той яркой энергией, которую она обычно излучала, скрывался груз, что тянул её вниз. — Ну, это ведь вечеринка. Чего ты ожидала? — А с чего ты взяла, что я вообще хотела сюда приходить? — усмехнулась Сара, сухо и чуть мрачно. Потом покачала головой: — Прости, грубо получилось… — Всё нормально. Просто ты сегодня какая-то грустная. — Значит, заметно? — Ага. — Неудивительно. Ты ведь весь вечер глаз с меня не сводила. Чёрт. Чёрт. Чёрт. — Прости, я… — Всё нормально. Мне приятно. — Всё равно… — Знаешь, а ты в моём вкусе. Вай будто ударили по голове. Она задержала дыхание, ошеломлённая. Незаметно отодвинулась чуть в сторону, наблюдая, как Сара спокойно сидит, словно не бросила ей в лицо бомбу и теперь просто ждёт, когда она взорвётся. Это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Вай не позволяла себе поддаться надежде. Сара встречалась с несколькими парнями с их потока — флирт, возможно, её обычное оружие. Но Вай не хочет быть «очередной». Поэтому действует иначе. Она другая. И, очевидно, всё ещё идиотка, раз спрашивает: — Ты пьяная, что ли? — с сомнением в голосе. Сара даже опешила. Явно не такой реакции ожидала. Но Вай не из тех, кто ведётся на первое подмигивание. (Да кого она обманывает! Конечно ведётся, но не так сразу же!) — Нет. Пару глотков сделала только. Я полностью себя контролирую. А ты? — Я тоже. Прости, просто… — Вай развела руками, будто пытаясь объяснить без слов, но потом добавила: — Мы говорим. Впервые. Взаправду. — Мы ещё и дышим, если ты не заметила. — Нет, я про другое. Мы уже давно в одном классе, а вот так, по-настоящему, впервые разговариваем. Наедине. — Ну, обычно ко мне сами подходят. Не знаю, чего ты ждала. — Я та ещё трусиха. Вот тебе и всё моё унылое объяснение, — Вай усмехнулась, надеясь, что шутка разрядит обстановку. Сара это заметила. Но не засмеялась. Вместо этого сказала: — Если честно, я всё это время ждала, когда ты подойдёшь. Она чуть наклонила голову, отвела взгляд от воды. Вай вдруг стало страшно дышать. Она не может всё испортить. Не может просто флиртовать, будто только это ей и нужно. Ей важно узнать Сару по-настоящему, увидеть, кто она под всей этой внешней уверенностью. Но Сара не даёт ей и шанса. И тогда, чтобы не утонуть в собственных чувствах, Вай резко меняет тему: — Погоди… Ты плакала? Глаза Сары тут же вспыхнули — не гневом, а паникой. Она отвернулась, пряча лицо за рыжими прядями. — Нет, — голос её дрогнул, несмотря на старания. Когда Вай только подошла, она заметила блеск в глазах Сары. Тогда решила, что это подсветка так бликует или алкоголь. Но теперь понимала — что-то было не так. — Точно? — Да кого я обманываю… — вздохнула Сара. — Да, плакала. — Что случилось? — Это личное. Тебе вряд ли будет интересно. Вай тихо выдохнула. Сара промычала что-то в ответ, всё ещё пряча лицо. — Попробуй. Вдруг удивлю? Если не хочешь — не надо, но… я всё равно уже здесь. — Вижу, ты хочешь знать, но я не могу просто так взять и вывалить всё на красивую девушку в первом же разговоре. — Я не против, — мягко ответила Вай. Повисла тишина. Казалось, даже сверчки замерли. — Ладно, дай мне минутку, — прошептала Сара и пододвинулась ближе. — Хорошо. Минуты хватило: Сара вытерла слёзы, глубоко вдохнула. Потом снова подвинулась. И ещё. А Вай будто ушла под воду. Сидела по щиколотку в бассейне, но внутри тонула. Забыла, как дышать. Их колени соприкасались. — Сегодня годовщина смерти моей мамы. Прошло два года. Тяжёлый день. Эмоции скачут, как на американских горках. Я думала, если выиграю, станет легче… Но нет. Обидно, что не могу поехать к ней на кладбище. Слишком далеко и дорого. Вай молча слушала, впитывая каждое слово. — Лейкемия. Помню, как сидела рядом и смотрела, как она угасает. Я ничего не могла сделать. — Мне жаль… — Не стоит. Ты всё равно не поймёшь. — А вот и нет. — Что? — Авария, — тихо ответила Вай, ткнув пальцем себе в грудь. — Круглая сирота. — О, Вай… Я не знала. Прости… — Так что, поверь, я знаю, каково это. Я тоже скучаю. В этот раз Сара посмотрела на неё иначе. Так, словно впервые увидела. Сердце Вай сжалось, когда Сара вдруг улыбнулась по-настоящему. — Пиздец… — выдохнула она и рассмеялась. Смех был не весёлым — грустным, тяжёлым, но живым. Сейчас она больше походила на ту самую девушку, которой Вай любовалась по школе. — Ага, — Вай покачала головой и провела ладонью по лицу. — Пиздец. — Жизнь — дерьмо, да? — Сара чуть наклонилась и толкнула Вай плечом, оставаясь совсем рядом. — Пришлось несколько школ сменить, искали, где подешевле. Папины медицинские счета оказались даже больше, чем мамины. — Он болен? — Ага. Туберкулёз. Не удивлюсь, если завтра у меня рак найдут или что-то типа того. — Типун тебе на язык! — Ха, прости, — Сара покачала ногами в воде, и её улыбка снова превратилась в прямую линию. — Знаю, всё лучше, чем могло бы быть. Я здорова, забрала титул, у меня есть друзья, на которых могу положиться. Я не одна. В мою честь даже вечеринку устроили! Но... мне всё равно грустно. Не могу отпустить. Хотела отказаться от тусовки, но испугалась. Я просто хочу домой. Я так скучаю по дому. — Расскажи, как там, в Билджвотере. — Больше всего скучаю по пляжам. Они там потрясающие. Гораздо лучше, чем здесь. Без обид. — Ничего. — Не верится, что в наш первый нормальный разговор мы обсуждаем смерть... Разговор и правда свернул на мрачную, полную печали дорожку. Кто-то бы сказал, момент испорчен. Но Вай догадывалась: впервые за долгое время Сара ощутила, каково это — быть по-настоящему видимой. Сара показала реальную себя. Без флирта, без игры, без прощупывания границ. Как только она решила притормозить с привычным ей соблазнением, всё встало на свои места. Перед ней была не Сара красотка, не Сара отличница и даже не Сара Фортуна. Просто Сара. — Ну, беру, что дают, — с гордостью отшутилась Вай. — Даже так? — Ага. — Почему ты не заговорила со мной в школе? — спросила Сара, вернувшись к старой теме. — У меня тот же вопрос, — Вай приподняла бровь, и недоумение на лице Сары показалось ей по-детски очаровательным. — Я первая спросила! — Ты правда хочешь, чтобы я это вслух сказала? Всё же очевидно. — Стеснялась? — Очевидно! — А не стоило. Я же не кусаюсь. — Что-то не верится. Сара рассмеялась и взяла её за руку. Вай даже не успела осознать этого, не успела взять под контроль свои чувства. Её лицо будто перекосило от удивления. — Вай... Скажи мне честно... Сара переплела их пальцы и сжала крепче. — Боялась, что если подойду — уже не смогу забыть тебя... — призналась Вай. — Вау, — прошептала Сара прямо ей в ухо, наклонившись ближе. — Не знала, что ты такая флиртушка… — Я... не специально... — Нет-нет, всё в порядке. Просто… вау. — Сара... — Ты секси. И красивая. Даже очень. Можно я тоже признаюсь? Вай смогла только кивнуть. Если она сейчас откроет рот — точно начнёт заикаться. Мысли рассыпались, мозг отказывался работать. — Я знала, что всё это время ты наблюдала за мной. Тебе нравится смотреть на меня, так ведь? Пока я встречалась с Декардом и остальными, не могла перестать думать о тебе. Даже когда тебя не было рядом, я ходила с ними под ручку и искала твои глаза. Хотела, чтобы ты была на их месте. Не может быть. — Ты серьёзно? Надежда наконец взяла верх. Вай нужно было знать точно, правда ли то, что сказала Сара. — Да, красавица. Тёплая ладонь легла ей на щёку. Большой палец мягко скользнул по скуле, поглаживая кожу. Дыхание перехватило, сердце вырвалось вперёд, а Сара… Господи, какая же она невыносимо красивая. — Что ты..? — Берёшь, что дают, так ты сказала? — Да... — Тогда сегодня я дам тебе это, — Сара обхватила её лицо ладонями. Их губы разделяло всего несколько сантиметров. — Но только сегодня. Завтра мы забудем об этом. Это походило на сцену из бульварного романа, которые их учительница тайком читала за столом, пока класс мучился над внеплановыми контрольными. Бассейн, тишина и лишь звёзды над головой стали свидетелями её первой любви... Вай было семнадцать, когда Сара впервые поцеловала её.

***

В руках Кейтлин коробка, которую оставила Сара. Вернувшись домой, она неуклюже стянула ботинки, наступая на пятки, и бросила их у двери, которую закрыла пинком. Руки были заняты. К этой самой двери совсем недавно Вай прижимала её, целуя до беспамятства. Сейчас Кейт была одна и моментально сорвала крышку коробки, обнажая её содержимое. Думать о Вай было невыносимо больно. Она не могла отделаться от мысли, что была для той всего лишь заменой. Что Вай проецировала на неё свои желания, скучая по другой. Выбрала её потому, что видела в ней Сару? Подсознательно или намерено? А ведь для Кейтлин всё было по-настоящему. Первый и единственный раз, когда она осознанно шагнула навстречу чувствам. Раскрылась. Позволила коснуться своей души. Никогда прежде она не была с кем-то настолько близка. Целуя Кейтлин, представляла ли Вай другую? Ту самую женщину, которую когда-то любила настолько сильно, что отдала ей не только сердце, но и руку? Слёзы застыли в уголках глаз. Да ладно тебе, Кейтлин. Зачем плакать? Зачем снова и снова терзать себя? Из-за девушки? Серьёзно? Из-за… Кейт поставила коробку на кухонный остров и начала доставать фотографии одну за другой, раскладывая их в ровные ряды на мраморной поверхности. Руки дрожали, пальцы окоченели от холода и едва слушались. За окном всё ещё шёл снег. Она провела пальцами по бровям, стряхивая влагу растаявших снежинок, прижала ледяные ладони к лицу. Холод прошёлся по коже острыми иглами, и, глубоко вдохнув, она подышала на пальцы, пытаясь согреть их. С Вай всегда было тепло. Невыносимо думать о том, как одно её присутствие согревает даже в самый лютый холод. Тепло — это взгляд Вай, когда кажется, будто она не видит никого, кроме Кейтлин. Её неуместные шутки, дразнящий тон. Её «Да я же солнышко!» — такое узнаваемое, такое родное. Губы. Прикосновения. Тело. Всё тепло. Язык. Пальцы. Та нежность, с которой она касалась… Вай, окружённая своей семьёй. Её любовь. Вот настоящее тепло. И только оно могло согреть.

***

Вай бежала. Всё, о чём она могла думать, странные сообщения от Кейтлин. Она пыталась дозвониться, но та не брала трубку. Уже после первых сообщений у неё появилось нехорошее предчувствие. А когда пришли следующие… «Я не могу тебя видеть.» «Ты ведь не всё мне рассказала, да?» Эти слова заставили Вай бежать ещё быстрее. Утром Клаггор одолжил её байк, так что теперь ей пришлось добираться пешком. О такси она даже не подумала. Просто сжимала телефон в руке и бежала, проваливаясь в снег, хрустящий под тяжёлыми ботинками. Я уже близко, — думала Вай, готовясь встретиться лицом к лицу с последствиями собственных решений.

***

На старом фото — юная Вай. Потрёпанная кепка прикрывает коротко подстриженные волосы. Она улыбается в камеру, подмигивает. Пальцы сложены в сердечко на уровне груди. Кейтлин перевернула снимок, чтобы прочесть надпись на обороте: Обожаю это фото, Вайолет ❤️ Моя красавица, спасибо за эти прекрасные два месяца вместе. Знаю, дата совсем смешная, но она уже такая важная для меня. Надо бы подарить тебе букет в следующий раз, ты этого достойна. — с любовью, Сара (твоя единственная судьба) На втором фото Сара склонилась над тетрадью, что-то сосредоточенно записывая. Кейтлин сразу перевернула его и нахмурилась, погружаясь в ещё более глубокое уныние. Какая же она дура. у меня с фантазией плохо, просто хочу чтоб ты знала как ты красива, когда учишься. кажется, я тебя люблю. и спасибо что помогла с эссе. — вай На каждом снимке была подпись. Короткая или длинная. Старые фото. Новые — с датами, близкими к дню их расставания. Неважно. На обороте всегда были слова о любви. Кейтлин мучила себя, читая каждую записку. Что из этого было правдой? На каком фото слова о любви стали ложью? Если вообще стали.

***

— Кейт, — Вай подошла к двери и потрясла головой, стряхивая снег. Сердце бешено колотилось, и в голосе слышалась тревога, когда она снова позвала: — Кейт? Обычно этого хватало. Кейтлин встречала её с улыбкой и распростёртыми объятиями. Ей никогда не приходилось стучать. Но сегодня — пришлось. Не услышав ответа, Вай толкнула дверь и с облегчением выдохнула, когда та поддалась. Не заперта. Спасибо всем богам. Она не могла больше терпеть это чувство, и вошла без разрешения. — Кейтлин? Я получила твои сообщения. Что случилось? Я просто хочу знать, что ты в порядке… Кейтлин сидела на высоком барном стуле у островка на кухне, закрыв лицо ладонями. Перед ней коробка и аккуратно разложенные фотографии. Вай не стала приглядываться. Осторожно подошла ближе. — Кейт? — Вай? — Кейтлин опустила руки и уставилась на неё заплаканными глазами. Покрасневшие веки, дрожащие губы. — Кейт, — Вай протянула к ней руку. — Поговори со мной. Но та проигнорировала жест. Встала со стула, повернулась к ней спиной, сцепила руки на бёдрах и опустила голову, будто собиралась с силами. Вай стояла молча. Смотрела. Ждала. Когда Кейтлин повернулась, глаза были закрыты, губы дрожали. Казалось, она вот-вот расплачется. Кейт же жмурилась изо всех сил, потому что не могла на неё смотреть. Не сейчас. Её раздирали противоречия. Хотелось броситься в объятия и оттолкнуть. Поцеловать и ударить. Это пугало и сбивало с толку. Она боялась что так и не разберётся в себе. Боялась поддаться манипуляциям Сары и в то же время оказаться дурой, которой воспользовалась Вай, если не поверит. Где ложь и где правда? Она чувствовала себя идиоткой, заплутавшей в двух соснах. Но сильнее всего её пугал один единственный ответ. Тот, который она могла сейчас услышать. Тот, что либо обманет её либо успокоит. Она снова опустила взгляд на фотографии. Закусила губу, сжав руки на груди. Вай проследила за её взглядом и вдруг всё поняла. Её накрыло. Сердце упало в пятки до неё дошло, наконец. — Что это? — спросила она, надеясь, что ошиблась. Что это не те фотографии. — Ты сама знаешь. Не притворяйся. — Где ты… — Сара пришла ко мне на работу. Мы поговорили. И она передала это, — губы Кейтлин дрогнули. Она прикрыла их рукой. — Вай… — Кейт, что она сделала? — Вы были помолвлены? Кейтлин взглянула ей прямо в лицо, ища ответ. Вай распахнула глаза. Слова ударили в грудь, словно кто-то резко выбил воздух. Мысли гремели, сталкивались — она не могла зацепиться хоть за одну. Молчание затянулось. Ком из слов застрял в горле, причиняя боль, царапая изнутри. Она должна была сказать что-то. Сейчас. Иначе задохнётся. — Как ты… — прошептала Вай, прикусив губу. Что Сара могла наговорить? — Значит, это правда? Вы с ней… были? — голос Кейтлин дрогнул. — Вай… — Послушай… — Она показала мне кольцо! Сначала я подумала, что это враньё… но теперь… я просто… — Блять! — Вай зажмурилась, вцепилась в волосы, злясь на всё сразу — на себя, на ситуацию, на тупой мозг, который когда-то решил, что рассказать всё это слишком. — Чёрт… Кейт, это ничего не значит. Клянусь, это кольцо — пустышка! — Вай, остановись. Я сейчас не в состоянии. Я даже не понимаю, что чувствую. Не знаю, что думать. Всё — наши поцелуи, объятия, ночи… это было по-настоящему? Для тебя? Вай, если ты всё это время искала её… во мне… Я не она! Просто уйди. Пожалуйста. Я не могу сейчас услышать твой ответ. Просто ничего не пойму, честно. Я хочу верить, что всё между нами было реально, но если есть хоть малейший шанс, что это не так — не говори ничего сейчас. Дай мне передохнуть. — Это реально, Кейт! — Вай вцепилась в эти слова как в спасательный круг. — Я люблю тебя. Только тебя. Слышишь? Пожалуйста, поверь. Я не знаю, как это сказать, чтобы ты поверила, но это правда. Клянусь. Как всё объяснить? Почему она не сделала этого раньше? Дура! — Как я могу тебе верить, Вай? Знаю, мне не стоит так говорить, но… складывается ощущение, что я для тебя просто способ забыть бывшую и попутно весело провести время. — Нет! Это не так. Слышать, как Кейтлин говорит о себе так… рвало ей сердце. Вай никогда не видела в ней временную замену. Никогда. Что, чёрт возьми, наговорила Сара? Как посмела? — Клянусь. Пожалуйста… не говори так… — Почему ты сразу не рассказала? У тебя был шанс и не один. — Я… не смогла. Она испугалась. Просто испугалась. — Боже, Вай. Я так не могу… Нет. Только не так. Вай не могла смотреть, как Кейтлин уходит из её жизни. Не сейчас, когда любовь наконец стала чем-то реальным. — Сделай себе одолжение и уходи. Пожалуйста. Я не готова слушать твои оправдания. По крайней мере, не сейчас. И забери эту коробку. Мне она не нужна. — Я разберусь, Кейт. Слышишь? Я всё исправлю. — Хорошо. А теперь уходи. — Мы ведь… мы ещё поговорим? Да? Кейт? — Я не знаю! — крикнула она. — Дай мне пару дней. Может, неделю. Я просто… не знаю, Вай. Не хочу наговорить лишнего и потом пожалеть об этом. Просто уйди пока мы обе не обидели друг-друга ещё больше. Кейтлин было больно. Из-за неё. И Вай поняла, в сообщениях Кейт говорила правду. Ей действительно нужно пространство. Если она продолжит настаивать — сделает только хуже. Сбитое дыхание гремело в комнате, словно колокол. За окнами резко потемнело, будто кто-то выключил свет. А сердце разрывалось. Тихие рыдания за её спиной будут преследовать Вай ещё очень долго.

***

В ту холодную, снежную ночь Вай шла домой одна, сжимая ненавистную коробку. Она рыдала — так сильно, как только могла. Чтобы, когда вернётся домой, слёз уже не осталось. Покрасневшие глаза и нос можно списать на мороз. Нельзя, чтобы родные увидели или услышали, как она плачет.

От Вай:

кейт

я знаю, тебе больно. чёрт, я знаю. и это моя вина

я виновата. и мне стыдно, что не смогла объяснить всё сразу

я не лезу. подожду сколько нужно если так тебе легче

но, пожалуйста

когда будешь готова, давай поговорим

я хочу быть рядом, обнять тебя и пообещать, что всё будет хорошо

я всё испортила, кейт. я знаю

но я всё исправлю, клянусь

не списывай меня со счетов. не бросай вот так

я не знаю, что со мной будет, если ты уйдёшь

я правда не хочу тебя терять, но

но если ты больше не хочешь быть со мной…

если это действительно то, что тебе нужно…

я сделаю всё что попросишь, кейт

я люблю тебя. очень

пожалуйста, поверь мне

мы поговорим и всё уладим

только не руби с плеча

я люблю тебя

так сильно

пожалуйста, помни об этом

прости меня, кейт