Солнце Цишань Вэнь

«Так вот что это — когда боги отворачиваются?» — шептал Вэнь Жохань, отчаяние расползалось в его душе, словно яд. Грань безумия ощущалась совсем близко. Да помилуют его небеса… Каждая попытка остаться наедине с супругом оборачивалась крахом. Однажды, после трапезы, он попытался увлечь Вэй Ина в уединенный уголок, но проказливые дети, словно маленькие вихри, увели его прочь. В другой раз, когда он проводил тренировку, супруг подошёл к нему, но прежде чем он успел что-либо сказать, Вэй Ин уже был окружен восторженными адепторами, напрочь забывшими о присутствии их главы. И даже когда ему, наконец, удалось завершить обучение и ускользнуть с женой, их настигли старейшины клана, жаждущие совета и наставлений А-Ина. Наконец, разделавшись с бесконечной кипой документов и пропустив ужин, чтобы поскорее завершить дела, он, полный надежды, направился в их покои. Там его ждал горько-сладкий сюрприз: двое пакостников, свернувшись калачиком, мирно спали в объятиях Вэй Усяня на их просторной кровати. Да смилуется Бог над этим лидером! Все, чего он желал — это немного уединения с женой и надежда подарить миру еще одного наследника. — Дорогой»э, — прозвучал виноватый голос Вэй Ина, когда он увидел, как его два маленьких солнца держат его, словно он собирается упорхнуть. — Спокойно, мой бесценный, — промурлыкал Вэнь Жохань, нежно целуя жену в лоб. Другой рукой он ласково поглаживал макушки своих спящих детей. Сердце Вэнь Жоханя наполнилось обжигающим теплом. Он обожал свою семью и разорвал бы на куски любого, кто осмелился бы причинить им вред. Следующее утро ничем не отличалось от предыдущих: маленькие солнышки наотрез отказались отпускать Вэй Ина… как всегда. Первый завтрак они разделили в постели, не желая покидать уютное тепло одеял. Закончив, Вэнь Жохань попрощался с ними, оставив поцелуй на каждом лбу. Но его жена, словно дерзкий луч солнца, украдкой коснулась его губ своим поцелуем. Этого удовольствия у него, по крайней мере, никто не отнимет. По пути в кабинет Вэнь Жохань погрузился в мрачные раздумья. «Что, если я просто похищу свою жену?» — дерзкая мысль пронзила его разум, словно молния. Он был человеком, доведенным до безысходности! Страдание сдавило его грудь железным обручем. Вэнь Жохань, обладающий неограниченной властью и могуществом, оказался опутан паутиной непреклонных обстоятельств. Каждая попытка сблизиться с женой наталкивалась на невидимую стену. Мысли его метались между безумием и отчаянием. Идея похитить Вэй Ина, увезти его в глушь, где они могли бы наконец остаться наедине, становилась все более соблазнительной. Но даже когда отчаяние начало затуманивать его разум, Вэнь Жохань отчаянно цеплялся за остатки здравого смысла. Несмотря на мучительную тоску, он понимал, что не может позволить отчаянию поглотить его без остатка. Он превращался в человека, балансирующего на грани безумия, и мысль о похищении любимого супруга казалась скорее болезненной фантазией, порожденной бессилием, чем реальным решением. — Боги, как вы позволили всему зайти так далеко? — пробормотал он, ощущая тяжесть своего отчаяния как непосильное бремя. Его размышления были прерваны появлением адептора с письмом в руках, словно луч света в темном царстве его души. — Глава, это письмо прибыло сегодня утром из Юньмэн Цзяна, — доложил ученик. Вэнь Жохань взял письмо, стараясь вернуть себе самообладание, пока в его душе бушевала буря эмоций. Он внимательно изучил печать Ордена Лотоса. — Хорошо, можешь идти, — произнес он, слегка коснувшись плеча юноши, прежде чем войти в свой кабинет. Адептор замер на месте, сердце бешено колотилось в груди. Глава коснулся его плеча! Сам Глава! Боги, он удостоился его внимания! Хотелось закричать от восторга! И юный ученик покинул покои, и любой мог бы поклясться, что он вилял хвостом, словно преданный пес, которого погладил хозяин. Вот уже два года, как Вэнь Жохань проявлял знаки внимания к своим адепторам. Даже малейшее проявление благосклонности с его стороны вызывало у них трепет. Все в Цишане обожали мадам Вэй, потому что благодаря ему их Глава стал более человечным. Говорили, что в тот день, когда Глава сделает кому-нибудь комплимент, этот человек упадет в обморок от изумления. Вэнь Жохань держал письмо в руках. Спустя часы, утопая в ворохе бумаг, Вэнь Жохань с головой ушел в работу, пытаясь предвидеть каждый нюанс. Глаза его, словно лазер, выхватывали суть из бесконечных отчетов. Поглощенный мыслями, он не услышал, как бесшумно отворилась дверь, и не заметил, как кто-то скользнул в кабинет. Незнакомец, крадущийся тенью, замер, наблюдая за каждым жестом Вэнь Жоханя, словно актер, меняющий маски. Вот нахмурились брови, когда взгляд наткнулся на что-то важное, вот лицо расслабилось, освещенное благоприятным известием. Никто бы и не подумал, что найдется смельчак, дерзнувший проскользнуть мимо охраны и проникнуть в личный кабинет главы. Вскоре Вэнь Жохань почувствовал нежное прикосновение рук к своим плечам. Выяснять не было нужды – этот восхитительный, пьянящий аромат принадлежал лишь одному человеку – А-Ину. — Мой господин, все ли в порядке? – прошептал Вэй Ин, и в голосе его звучала неподдельная тревога. Вэнь Жохань накрыл руками ладони, покоящиеся на его плечах, и поднес одну из них к губам, осыпая легкими поцелуями. — Все хорошо, моя госпожа, – просто ответил он. — Меня не проведешь, дорогой. Я чувствую, что тебя что-то гложет… что-то большее, чем досадные помехи, – игриво заметил Вэй Ин. — Ты права, моя госпожа. От тебя ничего не скроешь. Я в смятении… ведь этот глава не может просто позволить исчезнуть своей семье, всему своему ордену, из-за того, что они отрывают внимание от его жены… – Вэнь Жохань замолчал, обдумывая последнее, и добавил: – Хотя… может быть, и мог бы. Вэй Ин легонько ущипнул его за руку, и глава Вэнь картинно застонал: — Ой, да я шучу… знаешь же, я бы так не поступил, – поспешно признался он. — Расскажешь, что случилось? – спросил Вэй Ин, и в голосе его прозвучала искренняя обеспокоенность. — Иди сюда, садись ко мне на колени, дорогой, – сказал глава Вэнь, с улыбкой похлопывая по своим коленям. Вэнь Жохань подхватил Вэй Ина и усадил его к себе на колени, позволяя его длинным ногам свободно свисать. Вэй Ину нравилось чувствовать себя маленьким в объятиях этого сильного мужчины. Нравилось, как его рука обвивает талию, прижимая ближе. Ему просто нравилось чувствовать себя защищенным. Под внимательным взглядом Вэй Ина Вэнь Жохань заговорил: — Почему ты так смотришь на меня? — Ты меня волнуешь. Если ты так взволнован, значит, дело серьезное, – ответил Вэй Ин, и его беспокойство звучало в каждом слове. Вэнь Жохань улыбнулся, но Вэй Ин распознал в этой улыбке натянутость. За годы, проведенные вместе, он слишком хорошо изучил его. — Я не хочу тебя утруждать. Все в порядке. — Мы супруги, я хочу, чтобы ты делился со мной тем, что тебя тревожит, мой господин, – проговорил Вэй Ин, нежно заправляя прядь волос мужа за ухо. — Пришло письмо из Юньмэна, – внезапно выпалил Вэнь Жохань, и выражение его лица мгновенно стало серьезным.