Солнце Цишань Вэнь

Боль была эхом каждого движения. Тело, словно дикий зверь, получивший жестокую рану, вздрагивало от любого прикосновения. Ночь с Чжан Фу оставила неизгладимый след в каждой клетке, лишив возможности даже свободно дышать. Разумеется, он не жаловался. Ему… понравилось. Безусловно… Ощущение полноты переполнило его, оставив после себя истому и удовлетворение Боль была невыносимой. Но он жаждал того внимания, той нежности, которой Чжан фу окружал его после долгих часов, проведенных в его власти Дети, которых он любил как своих, были невероятно чуткими. Они, словно маленькие птенчики, мгновенно улавливали любую тень страдания, промелькнувшую на его лице. Вэй Ин, стараясь их успокоить, говорил, что просто не выспался. Ложь! Он не сомкнул глаз! День клонился к закату, а юные ученики, полные энтузиазма, не желали расставаться с мадам Вэнь, упрашивая его составить им компанию в прогулке. Однако Вэй Ин вежливо отклонял их просьбы. Каждое движение давалось ему с трудом, напоминая о недавней близости, и ему было сложно сохранять невозмутимый вид. Он мечтал лишь об одном – вернуться в свои покои. Ученики, конечно, были разочарованы. Это была редкая возможность побыть рядом с мадам Вэнь без строгого надзора старших. Но они понимали его состояние и не настаивали. Уже одна честь сопровождать его на ужин была для них большой наградой, и они надеялись на новые встречи в будущем. Вэй Ин, в свою очередь, отпустил их с легким сердцем, даже освободив от части дневных обязанностей, чтобы они могли исследовать окрестности, с условием вернуться до заката. Сам же он спешил к своему Чжан фу. Ученики были тронуты его заботой и вниманием. В знак уважения и благодарности они проводили его до самого ордена. "Какие милые птенчики!" – подумал Вэй Ин, наблюдая за их обходительностью. Наконец, они добрались до ордена, где, к удивлению Вэй Ина, было на удивление малолюдно. "Странно…" – промелькнуло у него в голове, но он не придал этому значения, всецело поглощенный предвкушением встречи. Ученики у входа поклонились, приветствуя возвращение мадам Вэнь в сопровождении небольшой свиты. Стражники едва сдерживали улыбки, наблюдая эту трогательную картину. Вэй Ин одарил их теплой улыбкой и поинтересовался, где Чжан фу. Они переглянулись и ответили, что не знают. Вэй Ин нахмурился и повторил вопрос ученикам, охранявшим вход, но те тоже не видели наследника. Вздохнув, он вошёл в орден, прощаясь с учениками. По пути ему встретились несколько учеников, занятых своими делами. Вэй Ин улыбнулся им и обменялся парой слов. Он представил, как А-Сан хлопочет, помогая украшать комнату, которую они для него приготовили. С этими мыслями он направился к теплу своих покоев. Прикоснувшись к ручке двери и открыв её, он ощутил уединение этого места. Не раздумывая, он направился к огромной кровати, возвышающейся в центре комнаты. По пути он скинул сапоги, ослабил тугой пояс и сбросил верхние одежды, не заботясь о том, куда они упадут. Встав на колени, он подполз к центру кровати, лег на живот, уткнувшись лицом в ту сторону, где обычно спал его Чжан фу, жадно вдыхая оставшийся от него запах. Он крепко сжал простыни руками, но тут же начал жаловаться, что запаха недостаточно. Тогда он потянулся за новой подушкой Чжан фу и прижался к ней лицом. Вэй Ин застонал. Запах его Чжан фу был восхитителен, словно наркотик. Его волосы пахли просто божественно – масла, которые он использовал, делали их такими мягкими и благоухающими. Вэй Ин находил особое удовольствие в уходе за волосами Вэнь Жоханя. Он с энтузиазмом использовал любое ароматическое масло, чтобы придать им еще больше шелковистости. Вэнь Жохань, в свою очередь, безропотно позволял ему любые эксперименты. Вскоре мадам Вэнь почувствовала нарастающий дискомфорт. Не сдержав стона, он перевернулся на просторной кровати и, лежа на спине, ослабил одежду. Его переполняло странное ощущение Освободившись от стесняющего наряда, он почувствовал небольшое облегчение, но этого было недостаточно. Он снял штаны, оставив лишь легкое нижнее белье. Он нежно погладил свой округлившийся живот, ощущая его полноту. Он знал, что внутри, но не решался извлечь нефритовый фаллос и выпустить драгоценную жидкость. Ему хотелось, чтобы его супруг, Чжан фу, сделал это, как знак признательности за то, что он так долго хранил его семя. Вэй Ин коснулся живота, и его воображение нарисовало картину его первой, долгожданной беременности. Даже перспектива быть неповоротливым и испытывать трудности с передвижением не казалась ему пугающей. Зная, как Чжан фу заботится о нем, он был уверен, что будет окружен любовью и вниманием. Вэй Ин надеялся, что вскоре внутри него зародится новая жизнь. Эта мысль вызвала на его лице счастливую улыбку; он был полон предвкушения. Он представил, как А-Чао и А-Сю играют с младшим братом, которого он им подарит. Он снова повернулся, чтобы насладиться знакомым ароматом, напоминающим ему о Чжан фу, и потерся лицом о простыни, словно ласковый кот. Вскоре его сморил сон. Время промчалось, и Вэй Ин, вымотанный до предела, погрузился в глубокий сон, не чувствуя ничего вокруг. Он даже не удосужился опустить полог балдахина. Так и получилось: спящий красавец, беззащитный и невинный, предстал перед похотливым взглядом только что вошедшего зверя. В дверях стоял Вэнь Жохань Маленькое, беззащитное тельце вызывало в нем нежность, но другой объект привлек его внимание, и в нем закипела новая страсть… Мир совершенствования знал его нетерпеливый нрав… И теперь мир бросал ему вызов. Его тело, одновременно невинное и вызывающее, извивалось в соблазнительной позе. Тонкая ткань ханьфу лишь намекала на пышные формы, распаляя воображение. Взгляд Вэнь Жоханя, словно голодный зверь, жадно пожирал каждый изгиб. "Это искушение? Проверка на прочность? Кара или награда?" – прохрипел он, задыхаясь. Приблизиться означало потерять себя. Но что ещё можно было сделать? Его неудержимо влекло к этой уязвимой красоте, к телу, ставшему предметом его дикой страсти, как голодный хищник, заметивший свою жертву. Тело словно двигалось само по себе, направляясь к ложу, где его ждали. В тишине покоев раздавались лишь шаги лидера и ровное дыхание Ци цзы, свидетельствовавшее о крепком сне. "Нужно собраться! Просто нужно помочь ему, достать нефритовый фаллос из его хризантемы, промыть его, не разбудив при этом... "Да! Именно это я и сделаю!" Без лишних движений. Контроль. Глубокое дыхание, чтобы успокоить разум и тело. "Вэнь Жохань, держи себя в руках!" Когда он подошел к краю ложа, в его глазах вспыхнул нескрываемый блеск. Зрелище, представшее перед ним, было поистине божественным. Пышные бедра, округлые ягодицы, все еще хранящие румянец недавних шалостей, словно спелый персик, манящий укусить. Рот Вэнь Жоханя наполнился слюной. Рука лидера потянулась к двум холмам плоти, жаждущим прикосновения к нежной коже. Лишь одно касание… Нет! Соберись! Он другой рукой остановил первую, игнорируя зов своих чувств. Его желания и разум вступили в жестокую борьбу. Лишь боги знали, как сильно ему хотелось прикоснуться к нему и снова сделать его своим на всю ночь Успокоив дыхание, он снова решился. Прикосновение к заветному месту отозвалось в нем волной трепета. Он замер, борясь с охватившим его возбуждением, и зрачки его расширились в предвкушении Маленький лотос постепенно начинал просыпаться, ощущая что-то не так. Он почувствовал, как вокруг него витает мрачная энергия, словно над его хризантемой нависла угроза. Открыв один глаз, он увидел то, чего так страшился: хищное животное, тяжело дыша, замерло над ним, его тёмные, расширенные зрачки устремились на его хризантему. Вэй Ин даже не успел произнести ни слова или подшутить над Чжан фу за такое поведение, как ощутил резкий шлепок по своей привлекательной задней части. В тишине апартаментов лидера раздался чёткий звук. –Проснулся, Ци цзы?" – произнёс Вэнь Жохань, не отводя взгляда от его соблазнительной хризантемы. "Вэнь Жоха-…!" – не успел Вэй Ин выразить своё возмущение, как последовал ещё один шлепок, окрасивший его холмы в ещё более яркий оттенок. –Моя госпожа, прошу прощения за опоздание и пропущенный ужин с вами, – на этот раз глава Вэнь поднял взгляд и посмотрел прямо в глаза своему Ци цзы, давая понять без тени сомнения: –Я голоден… очень голоден. Вэй Ин не сомневался… Он прочёл это в его взгляде. – А-Хань, ты хочешь сначала поужинать… Или ты предпочтёшь съесть меня? Вэнь Жохань шумно выдохнул. Его разгорячённый член томился в ханьфу, а его госпожа испытывала его самообладание. –"А-Ин," – прошептал он и, не в силах больше сдерживаться, набросился на его губы. Их дыхание смешалось, языки сплелись в страстном танце. Глава Вэнь не щадил его, облизал, сосал и кусал его губы, пока, задыхаясь, не отстранился на мгновение. Ошибка. При виде его лица, пылающего страстью, в глубине его существа что-то шевельнулось, но это было не просто сочувствие. Румянец на щеках, блеск в глазах, припухшие от поцелуев губы, прилипшие к коже пряди волос - всё говорило о желании. Сейчас должно было произойти нечто непоправимое. Вэнь Жохань намеревался сломить его. И трепещущее тело Вэй Ина, казалось, было готово подчиниться. –Ты ведь этого желал, верно?" - с этими словами глава отступил, его движения стали размеренными. Он коснулся волос, освобождая их от заколок, и они водопадом рассыпались по его плечам, подчеркивая напряжение в его теле. У Вэй Ин пересохло во рту. –"Я… Я не хотел…" –Не делай вид, что ты невинен. Что ты думал, моя госпожа? Когда ты принимаешь такие провокационные позы и демонстрируешь себя... Ты надеялась, что я опять начну тебя осыпать ласками? Ты ведь прекрасно осознаешь, что я теряю над тобой власть. – Вэнь Жохань медленно сбросил свои одежды, обнажая перед своим Ци цзы тело, достойное восхищения. Он оставил лишь нижнее бельё, демонстрируя свои натренированные мышцы и плоский живот, не отводя глаз от его лица. Он, усмехнувшись, поинтересовался, заметив растерянность А-Ина: – "Что угодно моей госпоже? Вэй Ин задохнулся под горячим взглядом Чжан фу, словно все мысли разом покинули его. Внутри него вспыхнуло трепетное желание, и щеки залились румянцем в предвкушении его прикосновений. Молчание Ци Цзы лишь раззадорило Вэнь Жоханя. Решив не давать ему передышки, он стремительно приблизился, нежно коснулся подбородка и накрыл его губы жадным поцелуем. Ци Цзы ответил без колебаний, позволяя Вэнь Жоханю полностью завладеть собой. Вэнь Жохань углубил поцелуй, чувствуя, как его руки исследуют тело Ци Цзы. Когда он отстранился, он увидел в его глазах бушующее пламя желания и почувствовал его частое дыхание. Не в силах устоять, Вэнь Жохань позволил своей руке скользнуть вниз, дразняще касаясь сквозь ткань его самого чувствительного места. Тихий стон вырвался из горла Вэй Ина, и он впился ногтями в спину, оставляя на коже багровые следы. Но сейчас это было последним, о чем они думали. –Говори, – требовательно произнес Вэнь Жохань, не давая Ци цзы передышки. –Чего ты хочешь, госпожа? –Мой господин! Агх! – выдохнул он, чувствуя, как ускользает от него. –Госпожа, прошу, скажи мне," - настаивал Вэнь, не прекращая медленных вращений нефрита внутри нее. Грани камня дарили А-Ин мучительное наслаждение, от которого он изнывал. Заметив ее колебания, его терпение лопнуло. Он слегка вынул нефрит, а затем тут же вернул его обратно, словно играя с его чувствами. Вэй Ин, поняв намек, вскрикнула в отчаянии: –"Господин, прошу, извлеките его немедленно!" Его дыхание участилось и стало прерывистым. Но рука Вэня не останавливалась, продолжая медленно мучить его, вынимая и вставляя нефритовый камень. Каждый раз, когда камень покидал его тело, на простынях оставались влажные пятна. Вэнь чувствовал, как его сдерживаемая страсть рвется наружу, подпитываемая этим провокационным танцем. Желание овладевало им, но он хотел еще немного поиграть с ним. Вэнь Жохань усмехнулся, и в его глазах мелькнул зловещий огонек. –"Как же печально, что моя госпожа не ценит семена, которые я так тщательно взращивал," - произнес он с напускной грустью. Вэй Ин вздрогнул и запаниковал, яростно отрицая происходящее жестами. –"Нет! Я никогда бы не позволил!" Вэнь Жохань, распаляя его, продолжал мучить, не отрывая похотливого взгляда от разворачивающейся перед ним картины. –"Неужели? Мне будет крайне неловко, госпожа, если вы сами будете просить меня извлечь это." Разум Вэй Ина затянуло пеленой. Он больше не замечал насмешливого лица Чжан фу. Его тело требовало не этой отстраненности, а глубокого, всепоглощающего проникновения. Слова застревали в горле, не в силах оформиться в связную речь «А-Хань Агх! Я не…" - слова затихли, заглушенные нахлынувшей волной удовольствия. Его тело отреагировало немедленно, неистово требуя большего. Спина выгнулась, ноги задрожали, и он почувствовал, как его охватывает жаркое, влажное томление. Вэнь Жохань дразнил его, лаская пальцами головку его члена, отчего та наливалась кровью. Его большая рука плотно обхватывала член, вызывая волнующие ощущения, от которых Вэй Ин томился в предвкушении разрядки. Неожиданно Вэнь Жохань отстранился, и Вэй Ин разочарованно простонал, ища его взгляд. – «Что ты делаешь? Не прекращай! А-Хань…», — взмолился он. Вэнь Жохань посмотрел на него и сказал: – «Будь послушным Ци цзы и дождись своего Чжан фу». Властный тон Вэнь Жоханя заставил Вэй Ина невольно вздрогнуть. Без его прикосновений он на мгновение почувствовал себя уязвимым, но тут же подчинился, застыв в ожидании дальнейших указаний. Вэнь Жохань отошел от кровати и направился к столу, стоявшему в дальнем углу покоев. Он достал из ящика небольшой розовый флакон. "Господин, что это?" - спросил Вэй Ин, стараясь скрыть любопытство. Глава Вэнь улыбнулся, не отвечая. –Молодец, ты дождался своего Чжан фу, - ласковый голос заставил кровь прилить к щекам Вэй Ина. –Это принесет тебе удовольствие,- проговорил он, устраиваясь между его ног. Он открыл флакон с маслом и растёр несколько капель между пальцами. –А-Ин, ты доверяешь своему Чжан фу? - спросил он, и Вэй Ин, доверчиво кивнув, совершил роковую ошибку. В тот же миг его пронзила острая боль в правом соске, и разум затуманился. –«Не молчи, дорогой," - Вэнь Жохань ухмыльнулся, наслаждаясь тем, как Ци цзы вздрагивает в ответ. – "Прекрасно. Я сделаю так, что ты запомнишь это, Ци цзы." Вэй Ин вскоре начал сомневаться в своей щедрости, с которой позволил Чжан фу делать все, что тот пожелает. Невинное предложение нанести масло на тело обернулось неожиданной эскалацией. Чжан фу, умело орудуя пальцами, обильно смазал его грудь благоухающим маслом. Затем, отложив флакон, он принялся за нежные соски, массируя их с кажущейся невинностью, но вызывая в Вэй Ине волну обжигающего желания. –А-Хань... что это такое?" - пробормотал он, задыхаясь от удовольствия. –Что ты чувствуешь, Ци Цзы?" - спросил он с невозмутимым видом, словно это было самым естественным делом на свете, а не игра с его сосками. Вэй Ин не мог подобрать слов. Он чувствовал все сразу, словно его чувства вырвались из-под контроля. Вэнь Жохань решил помочь ему, увидев замешательство в его глазах. – «Госпожа, тебе стало жарче?» Вэй Ин, усвоив урок, в этот раз ответила: –Да~» –Ты стал более восприимчивым? –Да~» –Ты ощущаешь, что можешь достичь оргазма всего лишь от прикосновения к груди? –Агх! Мой господин, да~!», — прошептал Вэй Ин. Вэнь улыбнулся, чувствуя себя довольным. –«Хорошо, значит, масло подействовало. Видишь ли, А-Ин, это масло сделает тебя невероятно чувствительным и восприимчивым к любому стимулу. А-Ин, я хочу, чтобы ты кончил, пока я играю с ними». Произнеся это, он начал нежно сжимать его соски между пальцами, поглаживая, потягивая и слегка постукивая по ним. Довольный его реакцией, он не стал терять времени и начал крутить их, растягивать и слегка пощипывать. Вэй Ин сдавался под натиском сладострастия. Волны наслаждения накатывали одна за другой, пока Вэнь Жохань неистово ласкал его грудь. В конце концов, Вэнь Жоханю пришлось связать ему запястья шелковыми лентами, привязав к резному изголовью кровати, чтобы страсть Вэй Ина не мешала его искусным действиям. Его грудь, словно перламутр, сияла под лунным светом, обильно покрытая его же собственным семенем. В один миг, посреди этого водоворота ощущений, он почувствовал, как руки Чжан фу замерли, перестав терзать его нежные соски. "Как же я ошибался…" – пронеслось в голове. Вместо пальцев возникла обжигающая впадина. Новая, неведомая стимуляция была настолько сильной, что Вэй Ин откинул голову назад, утонув в бездне чувств. Грудь пылала, каждый нерв оголился до предела. И Чжан фу, казалось, не собирался давать ему передышку, не позволяя даже вздохнуть полной грудью. Горячий язык Вэнь Жоханя обвился вокруг соска, играючи прикусывая его, а затем яростно засосал. Сердце мадам Вэнь бешено колотилось, разгоняя по венам обжигающий жар. Его Чжан фу ласкал его грудь с жадностью голодного, издавая приглушенные стоны и рычание, когда чувствовал укус его зубов. Отпуская, он заставлял чувствительный бутон подрагивать, словно пойманная бабочка. Тело горело, капли пота стекали по лицу, словно драгоценные росинки. Но Чжан фу не давал ему ни секунды передышки. Вэнь Жохань перешел ко второй груди, осыпая ее таким же неутолимым вниманием. Звуки его жадного сосания эхом отдавались в ушах, затуманивая сознание Вэй Ина, приближая его к грани. Тело начало содрогаться в предвкушении; Вэнь Жохань знал, что его Ци цзы вот-вот достигнет пика. Свободной рукой он нашел маленький, но такой чувствительный бутон, который ранее дразнил его пальцами, и начал одновременно стимулировать его. Оргазм обрушился на него лавиной, рассыпая вокруг калейдоскоп ослепительных искр. – Посмотри на это… это просто невероятно, – прошептал Вэнь Жохань, пораженный увиденным. Вэй Ин не мог разобрать его слов, все еще тонул в волнах оргазма, издавая тихие стоны. Он не понимал, что бормотал Чжан фу, на что он смотрел между его ног. Но Вэнь Жохань видел все ясно. Его милый Ци цзы, достигнув вершины, изверг нефритовый фаллос, выпустив семя, которое он ранее посеял в него. Ноги мадам Вэнь дрожали, не в силах удержать ее. – Ци цзы, к сожалению, ты изверг все мое семя. Но не волнуйся, я снова наполню тебя, наполню так щедро, что ты подаришь мне много детей, я буду изливаться в тебя снова и снова. Ци цзы, ты будешь прекрасен, когда забеременеешь. Шлепки по коже, прерывистые вздохи… хриплые стоны Чжан фу. Вэй Ин чувствовал, что Чжан фу превратился в дикого зверя, которому не нужна прелюдия. Он вонзился в него, яростно насаживаясь на самое чувствительное место, лишая его рассудка. Мадам Вэнь плакал от невыносимого удовольствия, переполнявшего каждую клеточку его тела. Оставив Ци цзы спать, Вэнь Жохань поднялся, чтобы омыть его утомленное тело. Он чувствовал себя отдохнувшим и полным сил после бесчисленных раундов любви. В какой-то момент он ощутил легкое жжение на спине. Он предположил, что Ци цзы поцарапал его в порыве страсти; это его не удивило. Только он не мог вспомнить, когда именно это произошло, так как в пылу момента его разум был всецело поглощен желанием обладать им. Глава Вэнь не ошибся; нежная кожа Ци цзы местами покраснела, а на его спине красовались следы его ногтей, словно причудливый узор. Теплым полотенцем он бережно вытер все тело своего возлюбленного, стараясь не разбудить его. Затем Вэнь Жохань омылся сам и переоделся. Наконец, он укрыл Ци цзы шелковым одеялом, защищая от ночной прохлады, и лег рядом, обняв его и зарывшись лицом в его шелковистые волосы. Вэй Ин проснулся на следующий день в полдень, и любое движение отзывалось в его теле ноющей болью. В памяти живо всплыли картины прошедшей ночи и раннего утра, проведенных с Чжан фу. Вспоминая все это, лицо Вэй Ина вспыхивало румянцем; он не мог поверить во все, что вытворял со своим Чжан фу. На прикроватном столике его ждал поднос с едой и талисман, согревающий его. День проходил по заведенному порядку: Чжан Фу уходил рано, а после тренировок и прогулок оставалось лишь ждать его возвращения в своих покоях. Возвращения, которое всегда заканчивалось страстными ласками, оставляющими на теле пылающие следы. На следующий день все повторилось. Чжан фу часто пропадал из виду, и дети тоже. Иногда его сопровождал А-Сань; они вместе обедали и проводили время, пока мадам Вэнь не нуждалась в отдыхе. Тогда Чжан фу возвращался в свою комнату, чтобы поспать и дождаться возвращения Чжан фу. Вэй Ин был на взводе, его терзало неясное беспокойство. Он пытался выяснить, чем занят Чжан фу в течение дня, но безуспешно. Каждый раз, когда он начинал расспросы, Чжан фу переключал его внимание ласками и страстью, увлекая в любовные игры до самого утра, пока все вопросы не забывались. А на следующий день Чжан фу словно растворялся, исчезая вместе с детьми. Вэй Ин пытался что-то узнать у Вэнь Чжулю, но его постоянно окружали ученики, настойчиво приглашая его после тренировок на ужин в какое-нибудь новое место. Неделя промелькнула, оставив после себя лишь ощущение ускользающего времени. Внутри Вэй Ина росло раздражение, подпитываемое молчанием окружающих. Никто не желал раскрывать, чем занимались глава и его сыновья. Даже А-Сань, на прямой вопрос, лишь беспомощно разводил руками: –Я не знаю, правда. Вэй Ин чувствовал, как его радость от общения с учениками омрачается этой атмосферой таинственности. В тот день он решил во что бы то ни стало вытянуть правду хоть из кого-нибудь. К его счастью, мимо проходил Вэнь Чжулю в сопровождении нескольких учеников. Он не собирался упускать такой шанс. На этот раз он был полон решимости. – Вэнь Чжулю! – крикнул он. Вэнь Чжулю замер, как вкопанный. Появление мадам Вэнь заставило его напрячься до предела. Он всеми силами пытался избежать этой встречи, но столкновение было неизбежным. Остановившись, Вэнь Чжулю в душе попрощался с жизнью. Собрав всю свою волю в кулак, чтобы не показать страха, он медленно двинулся к мадам Вэнь. – Чжуль, где он? Вэнь Чжулю, можно сказать, боялся. Он изо всех сил старался избегать ее взгляда. – Госпожа Вэнь, я не понимаю, что вы спрашиваете.– попытался он притвориться непонимающим. – Где он? – повторил он, с трудом сдерживая гнев. – Где сейчас Вэнь Жохань? Чем он занят? Вэнь Чжулю глубоко вздохнул, стараясь, чтобы голос не выдал его волнения. – Отвечая на ваш вопрос, я не знаю, где находится Глава. Бровь Вэй Ина дернулась. – Вэнь Сюй и Вэнь Чао, где они сейчас? – терпеливо спросил он. – Этот ученик отвечает: я не знаю, где находится второй молодой мастер. Терпение Вэй Ин иссякало. – Мне кажется это очень подозрительным. Ты же отвечаешь за него, разве нет? Почему тебя нет рядом с ним? Это твоя работа! – Вэй Ин начинал злиться. – Прекрати эту ложь! Мне нужно знать, где они! Вэнь Чжуль почувствовал, как его тело покрывается холодным потом. – Госпожа Вэнь, мне нечего сообщить об их местонахождении. Второй мастер сейчас очень занят делами ордена, и я не могу его беспокоить. Я тоже занят своими делами. – ответил он, стараясь, чтобы его слова звучали убедительно. Вэй Усянь прищурился. – Ты обманываешь. Мне любопытно, почему они пропадают каждую ночь и почему орден становится все менее насыщенным учениками. А еще эта усиленная охрана. Вэнь Чжуль, ты можешь на это ответить?– спросил он, глядя прямо ему в глаза. Вэнь Чжулиу нервничал, он все время избегал его взгляда. – Этой информации у меня нет. Простите, что не смог помочь. – Ты давно перестал обращаться ко мне по званию в ордене, это еще один яркий пример твоей нервозности. Ты даже забыл, что уже называл меня по имени, – Вэй Ин несколько раз цокнул языком. – У тебя дрожат руки, сердце бьется слишком быстро. Неужели все так плохо? – проговорил он, анализируя все, трогая свой округлившийся из-за Чжан фу живот. Вэнь Чжулиу ясно чувствовал, как стоящий перед ним человек заглянул ему в душу. Вэй Усянь был раздражен. Они лгали ему. На этот раз он повернулся к ученикам, сопровождавшим Вэнь Чжулю: – Вы знаете, где находится ваш глава? Услышав его тон и увидев выражение лица мадам Вэнь, они содрогнулись и ответили, что не знают. Вэй Усянь повернулся, чтобы уйти, но гнев в его груди не утих. Он обернулся к ученикам: – Приведите Чжан фу ко мне, и немедленно! По команде ученики рассыпались в разные стороны, готовясь к бегству. Остался только Вэнь Чжулю. Вэй Ин бросил на него испепеляющий взгляд, от которого сердце Вэнь Чжуля, казалось, разорвется. Глаза мадам Вэнь покраснели. – Вэнь Чжуль, приведи моего Чжан фу, – он говорил медленно, следя за тем, чтобы каждое слово врезалось в память стоящего перед ним Вэня. – Две благовонные палочки - вот время, которое я ему даю. Если он не появится к тому моменту, я буду в ярости.– сказал он, позволяя темным нитям энергии обиды вырваться из его тела. Вэнь Чжулиу сглотнул. – Д-да, – пролепетал он и побежал искать своего главу, но тут же замер, услышав крик мадам Вэнь о разводе. Вэнь Чжуль окаменел. – Твое отсутствие в ближайшее время приведет к разводу. Вэнь Чжулю мечтал о небытии, лишь бы не быть вестником этих ужасных новостей для своего господина.