Платиновая ревность

Гермиона сидела на краю кровати в своей комнате, нервно постукивая пальцами по матрасу. До патрулирования осталось 15 минут. О том, сколько девушка уже сидела в таком ожидании, думать не хотелось. Она пропустила ужин, не желая снова встретиться с Малфоем и его подружкой, да и отвечать на вопросы друзей желания тоже не было. Поэтому она спряталась в своей комнате. Сначала Грейнджер пыталась заниматься, но вскоре поняла, что палец не двигается по тексту, а застыл посередине страницы, глаза смотрели сквозь текст, и даже если она сильно постарается - не сможет сказать, что было написано в последнем предложении. Попытки затолкать в голову знания были прерваны, и Гермиона отдалась потоку мыслей. Грейнджер злилась на себя, что ее так задело утреннее происшествие с Пэнси. Было ожидаемо, что Малфой не упустит возможность использовать башню старост таким образом. Своя личная комната в изолированной башне, какая-то там Грязнокровка явно не помеха для утех. Но по какой-то причине ее стоны и вызывающий внешний вид разрушили душевное состояние Гермионы. Пэнси была звездой среди парней, многие мечтали затащить ее в постель, и не сказать, что это было сложно. Паркинсон меняла парней, как перчатки, и не зацикливалась на морали. Наверное, для нее это тоже был вызов, а может и способ самоутверждения. Она часто демонстрировала ноги, нарушая дисциплину, надевая короткие юбки, кружевные колготки или гетры, подчеркивающие обнаженные бедра. Ее мантия всегда была расстегнута, подчеркивая обтянутую блузкой грудь. Грейнджер опустила взгляд, она не могла похвастаться пышными формами и часто прятала фигуру за мешковатой одеждой и школьной мантией. Гермиона злобно тряхнула головой, отгоняя мысли о чужой груди и желание переодеться. Не будет она отступать от своего комфорта, чтобы кому-то что-то доказать, тем более, когда этот кто-то - Малфой. Когда до выхода на патруль осталось менее 2 минут, Гермиона сунула плеер с наушниками в карман своей толстовки, застегнула молнию почти до горла и одернула ее вниз. Она уже стояла в коридоре гостиной, когда послышался звук закрывающейся двери. Гермиона втянула воздух, была надежда, что он не пойдет, хоть и МакГонагалл строго запретила ходить на патрулирование в одиночку. Малфой появился на ступеньках, идя не спеша, он был одет в черные классические брюки и черный вязаный свитер. Девушка позволила себе фыркнуть, это же патрулирование, а не показ мод. Волшебник вертел палочку в руке, молча прошел мимо колдуньи и вышел за дверь, даже не одарив ее взглядом. Отлично, они взаимно игнорируют друг друга. Ну что же, так даже и лучше. Гермиона подключила наушники к плееру и двинулась следом за Малфоем, держа дистанцию в 7-10 шагов. Грейнджер посвящала все свое внимание рассматриванию картин, сводов, витражей и пола, старательно избегая спины ее коллеги. Потому что стоило взгляду упасть на его широкие плечи, сердце подпрыгивало в груди. Непривычно находиться с ним тет-а-тет такое большое количество времени, особенно когда этот тет-а-тет происходит в темных коридорах школы, часто освещаемых только палочкой. Они уже закончили осмотр 2 этажа, когда выходя из-за поворота, Гермиона влетела в его спину. Сердце вновь сделало кульбит, а мозг запоздало подал сигнал о том, что надо отойти, поэтому она не успела сделать шаг до того, как он повернулся, и теперь Гермиона стояла уткнувшись носом в его грудь. Сердце колотилось в бешеном ритме, отдавая эхом в барабанных перепонках, практически полностью затмевая музыку в наушниках. Легкие заполнил запах темного шоколада и корки апельсина и снова что-то такое, что Грейнджер снова не смогла распознать. Голова закружилась. Мерлин, сколько они уже стоят так. Гермиона наконец сообразила, что надо сделать шаг назад, когда пальцы Драко, такие длинные и тонкие, схватили ее наушники и потянули вниз, вкладыши выпали из ушей. Музыка гремела. -Черт, ты что оглохла, Грейнджер? - Малфой продолжал держать две веревочки от наушников. -Нет, прости, я просто задумалась. - голос звучал неуверенно, Гермиона снова глубоко вдохнула его запах и чуть-чуть кислорода, готовясь к его нападке. -И как ты собиралась патрулировать в этом? - он потряс наушниками, - Этот ебанный патруль - не только моя забота, ты староста тоже. И в этой магловской хуйне не слышно ни черта, что происходит вокруг. - Гермиона не поднимала глаз, чувствуя себя, как школьница, которую отчитывает учитель. - Может мне стоит пожаловаться МакГонагалл, чтобы с тебя сняли обязанности старосты, раз ты не можешь их выполнять? - на эту реплику Грейнджер вскинула взгляд вверх. В глазах Драко плясали огоньки озорства, а поза и выражение лица говорили о его превосходстве. -Малфой, ты смеешься? Я всю неделю занималась тем, что была старостой за двоих, заполняя журналы, подготавливая материалы для делегации и разбирая заявки от старост факультетов. Когда ты, - она ткнула пальцем ему в грудь, - не соизволил прийти ни на одно собрание, перед МакГонагалл я прикрывала твою жопу, врала, что ты занят с младшими, пока ты развлекался с Пэнси в башне старост. И сейчас ты мне предъявляешь за то, что я в наушниках? К твоему сведению, не будь ты таким отпетым мудаком, я бы даже не подумала взять их с собой. - палец Гермионы продолжал упираться в грудь Драко. На секунду ей показалось, что она чувствует, как бьется его сердце. Щеки предательски загорелись красным. Снова. Она одернула руку. -Грязнокровке нужны затычки, потому что она боится меня? - Драко прервался на смех, его плечи затряслись, а глаза сощурились. Гермиона хотела сделать еще шаг назад и воткнуть наушники обратно, игнорировать его было намного приятнее. Но рука Драко перехватила локоть девушки, силой удержав ее на месте. - Кто тебе разрешал втыкать эти штуки снова? Не забывай, с кем ты разговариваешь, грязнокровка. И не смей трогать меня своими грязными пальцами. -Может не будешь тогда хватать такую грязную меня, а? А то заразишься грязнокровием и вдруг станешь хоть каплю дружелюбнее... - Гермиона попыталась выкрутить руку из его хватки, но пальцы Малфоя сильнее сжались на ее руке. Девушка не сдержала вздоха и ойкнула, Малфой, кажется, сам не понимал, насколько сильно держал. - Отпусти, мне больно! -И не подумаю, я не закончил с тобой, а ты заимела ужасную привычку не отвечать, когда к тебе обращаются. - ухмылка на лице сменилась плотно сжатыми губами и нахмуренными бровями. - Грейнджер, я серьезно, не смей ходить в патруль с этим. И не твое дело, чем я занимаюсь, с кем и где. - на лице снова растянулась мерзкая ухмылка. -Да что ты прицепился ко мне? Из тебя яд так и брызжет. Сам пренебрегаешь обязанностями, а меня нравоучаешь. Нет мне дела, с кем ты трахаешься, но не надо делать вид, что ты лучше! Когда ты будешь вести себя, как староста, тогда и будешь проводить мне лекции, а сейчас отцепись… - девушка не успела договорить, потому что Драко с силой дернул ее на себя. -Я и есть лучше, чем ты, грязнокровка. - он процедил это ей в лицо, буквально подняв ее в воздухе. - И не смей подслушивать за мной. - ухмылка превратилась в оскал. - Или тебе нравится это? Представлять, что это ты? Может ты, лежа в своей кровати, трогаешь себя, прислушиваясь к каждому звуку? Нам быть погромче? Как еще такая, как ты, узнает, что такое секс? Будем считать, что это благотворительность. - его лицо было так близко к ее, губы Гермионы задрожали, на глазах выступили слезы, но она зажмурилась, чтобы не дать им ход, она не будет плакать ни от его слов, ни от его прикосновений. -Отпусти меня. - она смотрит в его серые бездонные глаза, сейчас они ближе, чем были когда-либо, и кажется, что от них веет холодом. По спине и рукам побежали мурашки, очень холодно. Но может дело в том, что вся кровь прилила к лицу и ушам. - Отпусти меня! - ее крик должны были услышать во всех башнях Хогвартса. - Ты, - она снова тычет пальцем, - ты гребанный извращенец, больной человек, тебе нужно сходить в лечебницу, попить успокоительное или что там выписывают таким, как ты. - Он не отпускал её руку. Его взгляд будто врос в её лицо, и теперь медленно, почти неосознанно, скользил по нему - щека, скулы, губы… Те самые губы, откуда сыпались осокрбления.. Гермиона ловит себя на мысли, что она перестала пытаться вырваться, а просто стоит, и также с вызовом смотрит ему в ответ. На секунду появился кончик ее языка, увлажняя пересохшие губы. Драко следит за этим действием, а сердце Грейнджер снова зашлось в неровном темпе. Почему он не отводит взгляд? От напряжения по телу девушки прошла волна дрожи, она не удержалась от глубокого вдоха, снова и снова уговаривая себя успокоиться. Но как можно утихомирить сердце, когда в паре сантиметров лицо человека, который издевался над тобой 6 лет подряд, унижал и оскорблял, продолжая делать это, даже когда она всеми силами старается его избегать. Что происходит между ними двумя? Если кто-то пойдет по коридору, то выглядеть эта поза может двусмысленно, у нее загнанное дыхание, он держит ее за руку, они молча пялятся друг на друга. У Грейнджер снова задрожала нижняя губа, девушка чувствовала, что еще чуть-чуть и плотина рухнет, она разрыдается от напряжения и непонятных чувств, вызванных этой позой и его прикосновениями. Поэтому Гермиона собрала все силы, что остались в ее хрупком теле и дернула рукой, освободившись от его стальной хватки. -Не смей меня трогать. Никогда. Кто угодно, но не ты. - еле-еле произнесла Грейнджер дрожащим голосом и сорвалась с места. Она убегала из этого коридора, от него, от его руки и его оскорблений. Бежала так, что жгло легкие, боясь обернуться и увидеть, что он следует за ней. Слезы лились без остановки, заливаясь за ворот толстовки и оставляя дорожки на лице. Она не попробовала даже вытереть лицо, так страшно было не успеть добраться до безопасного места, до башни Гриффиндора. Девушка остановилась только, когда стояла перед портретом факультета. Дыхание сбилось напрочь, лицо было мокрым, волосы разлохматились, глаза наверняка были красными, а предплечье жгло от отпечатков его пальцев. Она взмахнула палочкой, чтобы убрать следы происшествия с лица, собрать волосы, и поправить одежду. Как жаль, что нельзя с такой же легкостью убрать следы из головы и души. У нее все еще подрагивали руки, когда она поднималась по лестницам в гостиную. Друзья уже сидели на диване и что-то бурно обсуждали, первым ее заметил Рон: -О, вот и наша староста, просим любить и жаловать, наша героиня! - все, кто собрались в комнате - зааплодировали. -Пожалуйста, перестаньте. - Гермиона смотрела на толпу одногруппников. - Все-все я требую, чтобы вы перестали! Мне неловко. Хлопки поутихли и раздались смешки. -Иди к нам, присаживайся. - Гарри похлопал по месту, на котором Гермиона всегда сидела, между двух друзей. -Вы что уже начали? - она пыталась натянуть улыбку, как же тяжело собрать все мысли в кучу и не показывать, что она рыдала минуту назад. -Совсем чуть-чуть, не переживай тебе хватит. - друг улыбнулся в ответ. В его глазах появился беспокойный проблеск, поэтому Грейнджер махнула головой, отгоняя все переживания, нельзя тревожить друзей сейчас, они так ждали этой пятницы. -Только если так, если осталось мало - я обижусь на вас до конца жизни! - Гермиона хихикнула, натянуто, но уже лучше. -Ты осторожнее, не налегай, ты не ела же. - Рон с осторожностью протянул ей бокал, наполненный на четверть. -Я не успела на ужин из-за поручения МакГонагалл, нужно срочно было собрать материалы для делегации, - неважно, что она делала это позавчера, врать у нее получалось намного убедительнее, Малфой учит ее плохим вещам. Гермиона зажмурилась и мысленно одернула себя: не думать о нем, не думать! -Хорошо, мы принесли пирожные и печенья. Их стало порядком меньше, - Гарри кинул взгляд на Уизли, который усердно делала вид, что не понимает, о чем речь. - но все оставшиеся - твое. За эту неделю у тебя щеки впали, ты таешь на глазах. -Вот-вот, если продолжится так дальше, я пойду к декану, лягу в кабинете и откажусь выходить, пока она не отстанет от тебя. - Гермиона улыбнулась такой угрозе от Рона, представив, как МакГонагалл умоляет Уизли оторваться от ее ковра. - Вас двое, если она забыла! Он тоже должен работать. Гермиона цокнула и вздохнула. -Он работает, но на него меньше надежд от нашего декана. Но я уверена, что Снейп его гоняет не меньше. Может даже воспитает его, сделает больше похожим на смертного. - договорив, девушка сделала глоток горючего, иначе назвать это пойло нельзя, но сейчас - это то, что надо. Внутри все согрелось моментально, а после темных холодных коридоров Хогвартса можно и заболеть и неважно, что холоднее пустых коридоров был взгляд Малфоя. Когда вся компания была подвыпившей, они начали играть в заколдованную настольную игру. Что-то про гоблинов, орков, фей и эльфов. Играть пьяными в нее было куда веселее, чем на трезвую голову. Рон постоянно неправильно называл заклинания, получая не тот эффект, на который рассчитывал. Гарри бесконечно натыкался на орка, который пытался сожрать его фигурку, у него осталась 1 жизнь, когда в очередной раз кубик выпал на поле с орком, Поттер взорвался и перевернул доску. Обиженные таким поведением фигурки спрятались в коробку, а Гермиона валялась на полу, хохоча, она уже почти дошла до финала. Она бы выиграла, как и всегда. -Ты знаешь, мне кажется, она мухлюет. Невозможно выигрывать. Всегда. - заплетающимся языком проговорил Рон. -Согласен, это выглядит очень подозрительно. Сейчас мы вытянем все у этой маленькой лгуньи! - Гарри и Рон обступили ее с двух сторон и кинулись щекотать. Гермиона высмеяла все легкие, у нее болел живот и слезились глаза, когда девушка уже начала хрипеть от смеха, друзья отступили от нее. -Настоящий партизан! - воскликнул Рон, никак не сдается. Все сели на пол, облокотившись спинами о диван, сил после этого дня и недели не осталось. Грейнджер посмотрела сначала на одного друга, потом на другого, на лице появилась искренняя улыбка, тут было спокойно и уютно. Рон закинул голову назад, посапывая. Уизли остается верен себе, способен вырубиться хоть на табуретке. -Что случилось между вами с Малфоем? - Гермиона вздрогнула, Гарри все понял? - Что он имел в виду, говоря про ванную? - Поттер внимательно смотрел на реакцию Грейнджер, у той отлегло от сердца, что он спрашивал не про этот вечер. -Я забыла наложить заклинание, он вошел в ванную, когда я там была. Увидел меня в воде… Голой. - говорить было неприятно, но поделиться этим оказалось проще, чем ожидалось, плечи стали легче после признания. -Вот уебок. Надо ему подробно все объяснить. - у Гарри сжалась челюсть, взгляд стал жестче. -Нет, Гарри, я молю тебя не влезать. Я хочу решить это сама. Это моя проблема, я хочу доказать, что могу разобраться с этим кошмаром сама. Доказать и себе, и ему. Понимаешь? - серьезный взгляд уставился на друга. -Не понимаю, как взбучка этому хорьку помешает тебе что-то доказывать? -Он догадается, за что это, и тогда подколов будет еще больше. Не хочу постоянно с ним сталкиваться. Мне проще сейчас, я не замечаю его, а он меня. Почти идиллия. - девушка опустила взгляд, сейчас она нагло врала другу, второй раз. -Хорошо, Гермиона, только потому что ты просишь, но знай, в следующий раз я швырну в него непростительное, если он еще раз пристанет к тебе так. -И сядешь в Азкабан? Из-за хорька? Нет, спасибо. Предпочту, если на квидиче ты скинешь его с метлы. -Договорились. - улыбка растянулась на лице Поттера.. Они уснули, когда рассвет уже расцветал на горизонте. Гермиона осталась в башне Гриффиндора, ссылаясь на встречу с Филчем, на самом деле, ей было страшно идти в башню к Малфою. Засыпая на диване в гостиной, она смотрела на огонь в камине, который казался ей таким же жгучим, как следы на коже. Она задрала рукав и увидела синяки в виде его пальцев. Убирать следы не хотелось, пусть будет напоминанием, кто их оставил. Девушка натянула плед повыше и закрыла глаза. Сон был беспокойным, ей постоянно мерещился леденящий душу взгляд двух серых глаз.