Тайна школьного турпохода

Как же было сложно всё объяснить дома Филиппу. Мама и бабушка скакали возле него, требуя назвать имя хулигана. Они готовы были стоять за него горой, даже игнорируя тот факт, что Филипп первый начал эту драку. Видимых травм у него было меньше, не считая синяка на плече. Только по нему он понял, что тот, с кем Филипп недавно познакомился, дрался с ним вполсилы. Рюкзак ему занёс друг после школы. Было больно на него смотреть. Не на друга, а на рюкзак. Ещё и это бы пришлось объяснять. А Андрею тоже не терпелось узнать подробности истории. Филипп в конечном итоге забаррикадировался у себя в комнате на несколько часов и проспал так до вечера, пока в его дверь не стал ломиться Чарли. Травмы травмами, но собаке нужно было в туалет, и выгул в итоге был на нём. Он позвал и Андрея, раз ему так интересно было узнать, пусть вытаскивает свою пятую точку из дома. Любопытство одержало верх, и вот они уже идут по протоптанным землистым тропинкам, а Чарли на длинном поводке тащит их вперёд. Белый пёс был неугомонен, и ему было уж точно всё равно на травму хозяина.       — Так что в итоге случилось, когда вы ушли? Филипп рассказывал историю не спеша, отстранённо, иногда создавалось даже ощущение, что от третьего лица. Он рассказывал всё как было и ничего не приукрашивал.       — М-да... ну ты и попал. Сдаст он тебя с потрохами, — тараторил Андрей, и параллельно развлекал Чарли, кидая ему мяч в сторону от уходящего закатного солнца.       — Думаешь? Мы же договорились... Конечно, Филипп мало знал об Айдаре. Нельзя много знать о человеке, с которым знаком меньше суток. Он знал, что Айдар работает в студсовете, что у него мягкий, глубокий голос и сильный кулак. А также он знал, что Андрей его недолюбливает. Сложно полагаться на точку зрения человека, который его ненавидит, но Филипп и Андрей были друзьями чуть ли не с детского сада, поэтому было сложно что-то сказать наперекор Андрею. Когда вы так долго знаете друг друга, то непроизвольно рискуете поддаться чужому мнению, ведь он мой друг, я его так давно знаю, и как он может быть неправ? Филипп сжал губы и продолжил слушать его размышления.       — Ты долго его знаешь? Сдаст, говорю. Ты ещё надумай ему альбом отнести, он тебя сразу за ручку к директору...       — А что, так уже было?       — Да стопроцентно было! Чарли счастливо бегал по собачьей площадке. Солнце уходило в закат, и что-то стрекотало неподалёку в кустах. Филипп задумался. Как так? Андрей не давал ему расслабиться и сгущал краски, пока Филиппу это не надоело, и он с тяжёлыми мыслями не отправился домой, натянув до макушки синюю толстовку. Когда все легли спать, он занялся изучением альбома. Он долго откладывал это. И сегодняшний случай доказал, что это был не лучший вариант. Он переписал имена всех одноклассников, внимательно вглядываясь в каждое лицо, но ничего на ум ему не приходило. Кто они? Чем сейчас занимаются эти люди? И сможет ли он получить от них ответ? В случае чего, нужно искать того, с кем чаще всего он фотографировался. С кем ближе всего стоял. Ведь даже когда они фотографировались для выпускного альбома месяц назад, друзья обычно даже на групповых снимках стараются фотографироваться рядом и группироваться. Филипп попробовал включить мозг и достал ноутбук. Если он попробует найти кого-то из них в соцсетях и написать. Выйдет ли из этого что-то? Он пролистал все снимки и выделил для начала двух людей, расстояние между которыми практически не менялось в зависимости от расположения фото, и написал их имена на листочках. Поиск этого парня не дал никаких результатов. Видимо, он не был любителем интернета. Филипп коснулся губы и посмотрел на фото снова. Кого-то он ему напоминал, но он не мог вспомнить кого.       — Так, и осталась ещё одна девушка... Филипп продолжил поиск и вскоре вышел на профиль. Он гласил: последний раз была онлайн три недели назад. «Да, что же эти старики так редко пользуются сетями», — он негодовал и одновременно кусал губу, пытаясь придумать, как начать диалог. Комар на ноге жалобно сосал кровь. Парень встал, чтобы закрыть окно и обдумать свои мысли. Он не сомневался в том, что делал, но что-то его мучило и останавливало. Вдруг он просто боялся остаться без ответа, и последняя ниточка, которая вела к нему, так жестко оборвётся? Ведь даже если подумать, к примеру, с этой книгой. Филипп в последний момент узнал, что библиотечный хлам собираются отправить на свалку и спохватился инстинктивно, даже не успев толком подумать, что будет ему за кражу. На что в итоге он пошёл ради погибшего брата, которого даже не видел. Не видел вживую, но он тоже был там. Пусть и не видел его. Они жили вместе. Эти восемь месяцев — он, мама, отчим и бабушка. Филипп закрыл окно и сел на место. Он открыл строку и набрал сообщение. Пару бесшумных вдохов, и оно уже было отправлено. Он не будет останавливаться, и раз ни бабушка, ни мама не хотят говорить ему об этом, он узнает правду.

***

Филипп встретил Айдара только во вторник. За это время он сделал себе ксерокопии подлинника и уже не так сильно боялся, что он уйдет в чужие руки. В школу он пошел с походной черной сумкой через плечо. Последний раз он носил ее в классе седьмом, и на ней до сих пор было несколько значков с его любимыми персонажами. Мама и бабушка отказались спонсировать приобретение нового рюкзака, а ему не особо хотелось тратить на него свои карманные деньги. Старый рюкзак служил ему долго и верно, целых два класса. Конечно, о презентабельности мало можно было сказать, но ненадёжным он точно не был. Конечно, два раза бабушка меняла на нем замок и три раза зашивала лямки. Утро было жарким. Филиппу то и дело приходилось прятаться под козырьком оливковой кепки, чтобы не ослепнуть от солнца, а ветра как назло почти не было. Экран блокировки телефона показывал без пятнадцати десять. Он нисколько не опаздывал на дополнительные занятия для подготовки к экзаменам. Сейчас бы мороженого, холодного льда или сразу в бассейн, или речку. Филипп вовсю чувствовал и ждал с нетерпением лета. На самом деле речка была, но с ним особо никто туда не хотел ходить купаться. Бабушка бы не пошла так далеко, мама все время на работе, а Андрей, по его словам, был слишком брезглив, чтобы купаться в лягушатнике с камышами, а вот Филиппу было все равно, даже если на голове он принесет водоросли, лишь бы не напороться на кусок стекла. Он вспоминал, как ходил купаться два года назад на пару с Чарли. Пошли слишком рано, еще не было и восьми. На речке никого больше не было, а вода была слишком прохладной. Вот у него и свело ногу судорогой. Может, это был бы пустяк, если бы не паника Филиппа, может, это был бы его последний заплыв, если бы не Чарли. После этого Филипп пообещал, что как бы ни хотел, не пойдет больше один купаться. А Чарли за помощь в спасении жизни он обещал выгуливать каждый день как минимум по два раза. А также кормить и пускать в свою комнату, когда пес забивается в угол от звуков грома или салютов за окном. Филипп шел, не спеша с этими мыслями, и носами высоких кед поднимал в воздух сухую пыль с дороги.       — Жарко, сегодня да? Айдар уже некоторое время шел гуськом за Филиппом, держался на почтительном расстоянии, смотрел на маленькую спину парня и выступающую линию плеч под футболкой. На затылок, который скрывался за тонкими, словно перышками, прядями волос и торчащими ушами из-под язычка кепки. Сейчас он казался ему таким безобидным и хрупким, по крайней мере со спины. Он и поверить не мог, что этот Филипп первый затеял драку. Когда смотришь на него так издалека, он выглядит совсем иначе.       — Да, жарко, как и всегда, — голос Филиппа звучал более сухо, чем он планировал. Он ведь хотел быть дружелюбнее с Айдаром, так почему язык как будто поспали перцем?       — Я смотрю, ты без сумки...       — Да, — Филипп почесал затылок. — Рюкзак не вернуть. Бабушка сказала, никакая ему реанимация не поможет. Кладите пострадавшего сразу в гроб.       — Бабушка… вот как, — из уст Айдара такое родное слово для Филиппа звучало как-то особенно горько.       — Да, она обычно все мне вещи латает. Помню, я в шестом классе как-то зацепился за гвоздь на стуле. Такая дырень в брюках была! Я шел домой весь день окольными путями...       — Ужас, ах-ха-ха, — Айдар рассмеялся и пихнул Филиппа в плечо. Парень почувствовал, как по телу пробежали мурашки, но засмеялся следом.       — Удивительно, что пострадали только штаны, говорила мне бабушка. Но даже их она смогла починить.       — Слушай, — Айдар вытер уголки глаз от смеха. — Мне жаль, что так получилось. Я надеюсь, что я смогу загладить свою вину, хотя бы за рюкзак. Филипп прекратил смеяться. Айдар прямо посреди дороги тянул ему деньги. Белоснежные купюры по сравнению с его кожей, выглядывающие между пальцев, выглядели еще более контрастно, но Филипп не смотрел на них. Он смотрел на длинные пальцы Айдара с покусанными заусенцами и короткими, овальными ногтями.       — Ох, это... Это? Филипп поднял голову и посмотрел на Айдара.       — На новый рюкзак, дурачок! Айдар не мог смотреть в васильковые глаза Филиппа, причем он только сейчас заметил, какой у них был красивый и чистый цвет. Он прочистил горло и сунул ему купюры в боковой карман сумки.       — Купишь себе рюкзак... Раз я его испортил... Филипп прикусил губу. Он чувствовал, что эти деньги у Айдара не были лишними. И к тому же, пусть это было и неправильно, но он чувствовал, что будто сам виноват в этом. По возвращении домой в тот день он еще долго лежал в кровати, вспоминая синяки на чужом мальчишеском теле. Будто он стал свидетелем преступления и промолчал. Ощущение паршивее, чем красть книгу из библиотеки.       — Не могу принять. Филипп сморщил до ужаса серьезное лицо, а парень, стоявший напротив, проморгал и остановился.       — Это как? До школы оставалось не так много, и Филипп сделал несколько шагов в сторону, под широкий дуб.       — Я ведь тоже в этом виноват, — голос Филиппа звучал так отвлечённо и тихо, похожий на шелест липовых листьев, ощущение, будто он говорил вовсе не о рюкзаке. — Тоже в этом участвовал. Айдар не знал, что ответить. Голос Филиппа был совсем грустным. Тут он кое-что вспомнил и открыл рот в жалкой попытке что-либо сказать. Он и подумать не мог, что парень до сих пор будет думать об этом. Возможно, то, что для него было нормой, не являлось таким для всех остальных. Рот Айдара расползся в виноватой улыбке.       — Уже всё зажило, правда, — Филипп не мог с ним не согласиться, рассматривая жёлтое пятно под глазом. — Хочешь посмотреть?       — Нет, не хочу, — грубо пробурчал он.       — Давай, сделаем так, — Айдар всё ещё не знал, что предлагает, но его рот и язык действовали быстрее, чем он сам. — Мы купим тебе рюкзак. Тогда ты сможешь принять его?       — Думаю, да... Филипп согласился на это. Чисто гипотетически. Он же не думал, что ради этого они станут прогуливать школу. Конечно, занятий на этой неделе уже не было, стояли только дополнительные, но, если учителя обнаружат своих исчезнувших учеников, им не жить.       — Какой ты хочешь? Щелк, и вот они уже в торговом центре. Для нас это было как мгновение, а парням пришлось ещё топать по наступающей им на пятки жаре. Филипп огляделся. В торговом центре почти не было посетителей. Конечно, все отдыхают на природе. Айдар стоял под кондиционером, пока тот колыхал края белой рубашки. Сейчас, находясь к нему так близко, Филипп заметил, что Айдар чуть выше его.       — На самом деле мне без разницы, — Филипп чувствовал себя неловко от необходимости парню покупать ему что-то. — Наверное, главное, чтобы лямки были прочными, да?       — Да, это точно. Консультантка к ним не подходила. Она стояла возле кассы и подозрительно смотрела на парней. Айдар будто не замечал этого, а Филипп чувствовал такие вещи сразу, отчего-то ему было неприятно знать, что за ними наблюдают. Он померил сначала синий рюкзак, потом чёрный и серый. И остановился на сером. Слишком долго он проходил со светлым рюкзаком, на котором пятно от каждого одуванчика могло стать фатальным. Да и серый был самый дешёвый из всех, но, что важно, не менее надёжным. Он мало чем отличался от других по характеристикам. Филиппа это вполне устраивало. Он с довольным видом принял из рук расплачивающегося Айдара покупку и переложил туда все свои вещи, вместе со старой сумкой. Настроение у него заметно улучшилось. Айдар тоже повеселел, хотя со стороны, мало что должно было быть весёлого, когда вы прогуливаете подготовку к экзаменам.       — Хочешь мороженое? Я угощаю. Филипп замахал руками и указал на ларёк неподалёку. Через пару минут в их руках уже была пара эскимо. Они шли по улице в сторону школы и наслаждались сливочным вкусом.       — Да, жара такая... ужас. Филипп всеми силами искал тему для разговора, или просто для беседы, по какой-то причине он не хотел расставаться с Айдаром. Вину он уже загладил, осталось Филиппу отдать альбом парню, и у них больше не будет причин видеться. А он почему-то хотел с ним подружиться. Так искренне.       — Да, жарко. Сейчас бы искупаться, — отвечает Айдар, перекладывая эскимо с одной руки в другую и убирая лезущие пряди в лицо. Шоколадная крошка быстро тает на высокой жаре.       — Ты, кстати, был уже на речке в этом году?       — Речка, а... — Айдар выжидает подходящий момент и откусывает слишком большой кусок от мороженого. Ветер развевает его чёрные смолистые волосы на ветру, и ему приходится бороться ими и с эскимо одновременно, он хихикает. — Не-а, а фто?       — Да так, просто спрашиваю, — Филипп прижимает ладони к новой сумке и смотрит на небо, облака на несколько мгновений перекрывают солнце в спасительном жесте. — А хотел бы сходить? Айдару сначала кажется, что ему послышалось, поэтому также продолжает есть мороженое и не спеша волочить ноги в кроссовках по пыльной, ухабистой земле. Потом он замечает выжидающий взгляд Филиппа и чуть ли не покрывается красными пятнами.       — В смысле со мной?       — А здесь есть кто-то ещё? Реакция Филиппа неоднозначная. Он хмурится, ощущая, что не понимает парня, и одновременно умиляется. То ли он сказал что-то не то, то ли это могло прозвучать как что-то не то. Ответа он правда не слышит. Айдар открывает рот, видимо, собираясь что-то сказать, но его перебивает капля, упавшая ему на нос. Такая же капля шлепается на щеку Филиппа. Парни бегут со всех ног в школу, еле как успевая укрыться под бетонной крышей. И все равно следы от капель видны на рубашке и футболке, волосы чуть влажные от воды пушатся.       — Это и был мой ответ, — говорит Айдар с игривой ухмылкой. Филипп смотрит в его глаза и почему-то отворачивается, сталкивая носы обуви друг с другом. Он чувствует себя виноватым и пристыженным, но почему?       — Я не смотрел прогноз погоды на сегодня, — бурчит он. На улице льет проливной дождь, а это значит, что домой идти точно не вариант. Придется посетить эти ужасные дополнительные занятия, а точнее то, что от них осталось. А еще хуже — ждать окончания ливня здесь, наедине с Айдаром, после того неловкого диалога. Филипп чувствует себя расстроенным, скорее всего, даже сам того не осознавая, краснея от стыда. Он вытаскивает альбом из сумки и пихает его Айдару прямо в живот со всей силой, и также беззвучно исчезает под каплями дождя.