Пей мою ложь

Жизнь — это не то, что происходит по плану. Это то, как ты справляешься, когда всё идёт не по нему.

***

  «Ну ты и дура, конечно.» — прокомментировала тогда Карин, когда я рассказала, как именно умудрилась поранить руку. Ну и ладно. Дура — так дура. Я только улыбнулась в ответ. Ладонь уже начинала медленно, но уверенно заживать. Порез оказался не таким уж глубоким, но достаточно серьёзным, чтобы потерять прилично крови. В больнице мне наложили швы, и вот, спустя неделю, я уже наблюдала, как кожа затягивается. Это, по крайней мере, радовало. Ведь со шрамом я ходить не собиралась.  Впрочем, что говорить о работе — тишина. Такое ощущение, будто Токио в один момент вымер: ни дел, ни происшествий, словно все резко стали примерными гражданами и забыли, как убивать, воровать и творить прочие мерзости. Нам это только на руку. Именно поэтому в отделе все ходили расслабленные, как будто не на службу, а в затянувшийся отпуск.       — Юмико, ну пожалуйста, пойдем со мной, — всхлипывала Саки, семеня рядом и сжимая мою руку. Ее снова бросил Ноа — тот самый, бывший. В который раз уже? Люди не меняются. — Они правда хорошие парни, клянусь! — добавила она почти умоляюще, глядя на меня снизу вверх.       — Боже, Саки, рядом с тобой никогда не ошиваются нормальные парни, — вздохнула я, кидая монеты в кофейный автомат. Вечерело, небо наливалось мягким фиолетовым. — Мне не интересны отношения на неделю-другую. Саки надулась, как обиженный ребенок, болтая ногами, а я лишь коротко усмехнулась. Вспоминать тот случай, когда она едва не погибла, было странно и тревожно. Я пыталась расспросить — осторожно, по-дружески, — но ответ всегда был один и тот же: — Не помню. Вот так просто. Я с непониманием переспрашивала, надеясь выудить хоть что-то, но Саки каждый раз лишь качала головой и тихо добавляла, что помнит только одно — как проснулась в постели бывшего. И всё. Просто прекрасно. Она что, страдает амнезией? Нет, как выяснилось — не страдает. Это, видимо, я тут одна с признаками слабоумия. Серьёзно, скажите, что мне всё это приснилось — и я, без шуток, поверю. До клиники мне, конечно, далеко… но назвать себя психически стабильной я уже не могу. Да и не хочу.       — Юмико, ну пожалуйста, подруга, не хочу я одна идти, — продолжала хныкать Накамура и, не придумав ничего лучше, плюхнулась прямо на землю, всхлипывая, как обиженный ребёнок. Господи… — Мне стремно…       — Поднимай задницу, милая, — устало, но с улыбкой произнесла я, подхватывая Саки за руку и рывком ставя её на ноги. Та недовольно топнула. — О боже… ты ведь правда не отстанешь, да? — Я бросила на неё взгляд, закатив глаза. — Ладно. Когда там твоё гениальное «парное свидание»? Саки тут же засияла, чмокнула меня в щёку и захлопала в ладоши, как ребёнок на утреннике. Клянусь, в свои двадцать пять она умудрялась выглядеть и вести себя максимум на пятнадцать — ни капли взросления, сплошной розовый пузырь.       — В эту субботу, ровно в 19:00, клуб в Роппонги, — отчеканила Саки, подняв палец вверх, будто читала по сценарию. — И да, дресс-код — платье! Без вариантов, подруга, это святое! Я невольно поджала губы. Район Роппонги был территорией Хайтани, и я отлично понимала, что без веской причины туда соваться не стоит. Лучше бы мне вообще никогда туда не заходить — ни при каких обстоятельствах.       — В 19:00, говоришь?.. — протянула я, уже лихорадочно крутя в голове шестерёнки в поисках приличной отговорки. — А у меня… эм… ужин с семьёй. Да, точно. Семейный ужин.       — Да брось, — Накамура надулась, словно ребёнок, губки бантиком. — Знаю же, просто отмазка. Ты не хочешь идти. Вот ведь читает меня, как открытую книгу. — Но я всё равно тебя вытащу! — заявила она с боевым настроем, хлопнув в ладоши.       — И каким же образом?       — Представь себе! — возбуждённо заговорила подруга, утаскивая меня к ближайшей скамейке. Я едва не выронила из рук стаканчик с дешёвым кофе. — Ты заходишь в клуб в роскошном платье, — продолжала она с горящими глазами, — и весь зал только на тебя и смотрит. Он тоже. Вы встречаетесь взглядами, знакомитесь… влюбляетесь по уши, и всё — свадьба, кольца, счастливая жизнь! Я демонстративно скривилась, чтобы подруга ни на секунду не сомневалась в моём возмущении. Выйти замуж… ага, конечно. Только если Тэцуо сам мне венец на голову наденет. Стоп. А с чего это я вообще думаю о нём? Мне же плевать. Абсолютно.       — Обойдемся без свадьбы, — усмехнулась, глядя на Саки. — Но на свидание, так и быть, схожу. Запомни, теперь ты мне по гроб жизни должна. И мы двинулись дальше, направляясь в небольшую кафешку неподалёку. Желудок предательски урчал, будто громко напоминая, что пора бы уже поесть. Мы с Саки переглянулись, хихикнули и прибавили шаг, стараясь заглушить это предательство смехом. Вокруг привычно гудел город — проезжающие мимо машины, обрывки разговоров прохожих, звонки велосипедов… Всё сливалось в фон, на котором наше голодное приключение выглядело почти комично. Возле одного из прилавков начала собираться толпа — люди стояли вплотную, с интересом наблюдая за чем-то. Саки, заметив это, оживилась и без лишних вопросов потащила меня за собой, игнорируя мои недовольные бурчания. — Саки, серьёзно?.. — Как оказалось, в центре внимания была самая настоящая гадалка. Я закатила глаза. Прекрасно. Мы точно не переместились во времени? Какой сейчас век — двадцать первый или всё-таки средневековье? Когда мы подошли ближе, гадалка как раз заканчивала предсказывать какому-то случайному парню, мрачно заявив:        — Скоро встретишь свою смерть. Парень побледнел, выдернул руку и, не сказав ни слова, сверкая пятками, рванул прочь от прилавка. Толпа загудела. Саки же, будто ей только этого и не хватало для счастья, с воодушевлением втиснулась вперёд и плюхнулась на свободный стул перед гадалкой. Я, стоя позади, тяжело вздохнула и приложила ладонь ко лбу.       — Бред сивой кобылы, честное слово…       — Ты… — старушка вдруг нервно хихикнула, вглядываясь в лицо Саки, словно пытаясь что-то разглядеть между строк. Та в ответ только глупо улыбнулась, вся в предвкушении. — Ты… скоро встретишь мужчину… не просто парня, — гадалка протянула слова, будто пробуя их на вкус. — И влюбишься. Без памяти. Без шансов спастись… Накамура аж засияла, её глаза загорелись, а сама она стала озираться в толпе, пока не поймала мой взгляд. Лицо так и кричало: «Вот! Ну что я тебе говорила?!» Но гадалка внезапно нахмурилась, как будто увидела нечто неладное.       — Только… счастье твоё недолгим будет, девочка. Очень недолгим. Хоть я и продолжала твердить себе, что всё это — обычный лохотрон, сказки для впечатлительных, последние слова старушки почему-то заставили меня вздрогнуть. Что-то в её голосе, в том, как она это произнесла… Я тут же шагнула вперёд и поспешила увести Саки, которая недовольно фыркнула, когда я практически выдернула её из рук гадалки.       — Хватит с тебя мистики на сегодня, — пробормотала я, не оборачиваясь.       — Что за несчастье? Снова что ли?!  Гадалка с зловещим оскалом неотрывно смотрела вслед, как я уводила Саки, ее черные глаза будто прожигали меня насквозь — и это меня слегка напрягло. Серьезно, будь я при исполнении, я бы сразу отправила её в психбольницу с официальным заявлением за мошенничество и введение людей в заблуждение. Когда же она заорала: «Деньги, милочка!», я лишь сдержанно достала из кармана последние монеты и бросила их в маленькое ведерко, словно отметая всё это безумие.       — Пусть подавится своим несчастьем!» — с чувством выпалила Саки, а потом глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. — Значит так, я встречу того парня из клуба. Судьба, Юмико, мы просто обязаны пойти туда! По какой-то непонятной причине сердце сжалось внутри, словно сдавили кулак. Тревога или что-то иное — я так и не смогла понять. Кивнула, хотя бешено колотящееся сердце не давало покоя. Несмотря на все уверения себе, что всё будет хорошо, мозг настойчиво кричал: «Опасно! Опасно!» Моё шестое чувство всегда подводило, но сейчас… я стиснула зубы, стараясь заглушить этот внутренний голос.

***

Даже я сама не могла отвести глаз. Стояла перед зеркалом, чуть повернувшись, с широко раскрытым ртом от восхищения. На мне было изумительное платье — нежного сливочного цвета с тонким кружевом по лифу и легкой струящейся юбкой, которая будто обнимала каждую кривульку моей фигуры. Оно идеально подчеркивало меня — буквально вся я будто засияла изнутри. Этот наряд одолжила Саки, уверяя, что он будет мне как раз впору. И, как всегда, не прогадала: платье смотрелось просто шикарно, словно создано специально для меня. Я, будто модель с обложки Vogue, вертелась перед зеркалом, ловко позируя с каждым движением. Взяла стакан воды и пила его так изящно, что сама себе показалась слегка нелепой — расхохоталась. Затем взялась за прическу: аккуратные локоны, слегка растрёпанные на концах, будто их только что ласково взъерошил ветер. Наконец, пшикнула недавно купленные духи — вишневые, терпкие с тонкой сладкой ноткой, но всё равно уникальные, с тем особенным ароматом, который отличал меня от всех остальных. Я вышла из дома и сразу же увидела, что такси уже ждет меня у дверей. Приехала по адресу ровно в 19:03. Чёрт, немного опоздала — но кто из нас без этого? Вошла внутрь, и меня сразу же встретила Саки — она тоже выглядела просто сногсшибательно.       — Боже, Юмико! — подруга восхищённо оглядела меня с ног до головы, и я неловко хихикнула в ответ. — Ты просто потрясающе выглядишь, честно! Если бы я была мужчиной, уже давно утащила бы тебя в постель! Господи, у неё в голове, похоже, только одно. Я молча схватила её за руку, прижала палец к губам и тихо прошептала: — Сегодня отрываемся по полной, и желательно без утренних воспоминаний о чужих постелях. Мы поднялись на второй этаж и уселись за один столик, уже предвкушая появление наших «кавалеров».       — Опаздывают, — невзначай бросила я. — Говорят, это дурной знак. Ты слышала про такое?       — Не будь такой строгой, — Саки лениво потягивала, кажется, самый дешёвый алкоголь из того, что мы заказали — ну, на что хватило бюджета. Вдруг её взгляд устремился куда-то мимо меня. — О, а вот и они. Я машинально обернулась и действительно увидела, как к нам идут двое парней. Не мужчин — именно парней. Глубокий вдох. Наверное, младше меня лет на четыре или пять. Я не чувствовала себя старой или некрасивой, но всё же было немного неприятно — вдруг кто-то из них услышит мой возраст и, словно сверкая пятками, уйдёт прочь.       — Вы очень красивые, — сказал высокий парень, не отрывая взгляда от Саки, которая уже кокетливо прикусила губу. — Позволите присоединиться? — Он сел рядом с ней, а второй, усмехнувшись, удобно устроился рядом со мной. Мне было немного не по себе, но я старалась сбросить с себя это напряжение и, наконец, после долгого времени расслабиться и послать весь мир к чертям собачьим. Выпрямилась и старалась вести себя максимально естественно.       — Меня зовут Кенджи, — представился первый, бросив беглый взгляд на второго. — А это Дайки. Рады знакомству, дамы. — Он с лёгкой насмешкой поцеловал руку Саки, которая уже расхохоталась, не скрывая своего восторга. Так значит, мне достался Дайки. Хотя мы неплохо болтали следующие полчаса, он всё время нервно озирался по сторонам, будто пытался разглядеть что-то среди проходящих мимо людей. Я махнула рукой и решила не обращать на это внимания. Дайки оказался действительно хорошим парнем. Хоть и младше меня на три года, он вел себя уверенно и стойко — что, признаюсь, не могло не радовать. Я полностью погрузилась в разговор, отдаваясь ему без остатка. Мы говорили о жизни, отношениях, обменивались мнениями о том, что происходит в мире. И, что удивительно, наши взгляды во многом совпадали. Напротив нас сидели Кенджи и Саки, которые не просто разговаривали — они буквально пожирали друг друга глазами, совершенно не обращая внимания на то, что мы тут тоже есть. Его рука спокойно лежала на её голом колене — короткое платье делало это особенно заметным. Я отлично понимала: подруга добилась своего, и эту ночь она точно проведёт не у себя в постели. Что ж, меня это нисколько не удивляло — это же Саки, моя подруга, которая просто помешана на мужчинах и отношениях. Я ни в коем случае не осуждала её — наоборот, восхищалась. Такая сильная девушка, которая похоронила и мать, и отца, пережила страшное насилие, но стойко выстояла перед всеми испытаниями жизни и теперь во всю наслаждалась собой. Саки была уверена: смысл жизни — жить так, как хочешь именно ты, и мнение окружающих не должно тебя ни капли волновать. Да уж, как жить своей жизнью, когда судьба будто насмехается над тобой, подкидывая одну передрягу за другой — так, что хочется всё бросить и просто развернуться, уйти подальше. Я снова взглянула на подругу, которая уже поднялась с Кенджи, улыбаясь мне:       — Ну… мы пойдем? — Накамура поправила подол платья. — Юмико, обязательно позвони мне потом! Они скрылись за углом, и я проводила их взглядом, быстро возвращая внимание к Дайки — который, как оказалось, тоже смотрел им вслед. Что-то было не так? Через мгновение он посмотрел на меня и улыбнулся. Я отзеркалила его улыбку, чувствуя, как губы сами расплываются в ответ:       — Я тогда тоже пойду.       — Я провожу. У выхода из клуба уже столпилась толпа — неудивительно, ведь время перевалило за десять, а это самый пик вечеринок. Мы с Дайки решили выйти через задний вход. Пока я вызывала такси, он делился со мной впечатлениями от сегодняшней встречи:       — Ты классная, правда, — сказал он, а я неловко кивнула. — Может… хочешь пойти ко мне? Ну нет, только не это. Я уже надеялась, что у нас может что-то получится… Но у парней, как всегда, на уме только одно. Я попыталась скрыть разочарование за натянутой улыбкой и, стиснув зубы, едва слышно прошептала:       — Мы хорошо провели время, — сказала я, уже выходя на улицу. — Думаю, на этом хватит.       — Эй, Юмико, — его лицо исказилось в оскале. — Ты чего? Мы же классно провели время, не ломайся, тебе понравится.       — Дайки, ты… Не успела я договорить, как он резко прижал меня к ближайшей стене. Моя сумка упала рядом. Я выругалась, пытаясь вырваться, но он сдавил горло рукой, впился в губы и хрипло бормотал что-то, задирая платье. Черт. Быть изнасилованной каким-то олухом точно не входило в мои планы на сегодня. Я яростно отбивалась, стараясь ударить его по паху, но Дайки оказался слишком настойчивым.       — Чем ты думала, когда пришла сюда в этом платье, а? — меня выворачивало от его слов. — Ты не такая красивая, как Саки, но трахнуть тебя разок — вполне можно. Ноги будто отказали — казалось, сейчас разревусь прямо на месте от ужаса, что охватил меня с головы до пят. Парень уже потянулся к ремню, но мне удалось резко пнуть его между ног. Он завыл, ругаясь, а я не теряя ни секунды, схватила сумочку, поправляя пальто и рванула прочь. Саки… с какими, блин, парнями мы связались… Я разблокировала телефон и судорожно начала набирать номер подруги — но та не отвечала. Либо сейчас полностью отдается страсти, либо… я покачала головой, стараясь не допускать худших мыслей. Не заметила, как меня втянул водоворот толпы. Отшатнулась и чуть не вскрикнула, когда кто-то придавил мою ногу. Еле вырвалась, и, честно говоря, наверняка выглядела так, будто только что выползла из пещеры спустя сто лет. Я решила поймать такси прямо у дороги. Проходя мимо группы мужчин, почувствовала на себе их многозначительные взгляды — неприятные, липкие. И тут вдруг врезалась плечом в одного из них. Чёрт… если он сейчас начнёт качать права, я точно сорвусь.       — Простите… Уже собиралась пройти мимо — он ведь промолчал. Но через секунду мужчина всё же буркнул себе под нос, достаточно громко, чтобы я услышала:       — Ничего, бывает. Я выдохнула. Неужели адекватные мужчины ещё остались на этой планете? Медленно подняла голову, чтобы взглянуть ему в лицо — и тут же застыла, раскрыв рот.       — Ты… — он слегка склонил голову набок, разглядывая меня с любопытством. Затем его губы растянулись в улыбке. — Ты ведь Юмико Синохара, верно? Чего? Я застыла, будто меня током ударило. Сердце ёкнуло, а в голове пронеслось: чёрт, это же он. Тот самый мужчина, что был с Хайтани на парковке у участка. Меня будто окатило ледяной водой. Он что, пришёл сюда просто потусоваться? Или… он из их компании? Его друг? Или, может, ещё хуже?       — Да, всё верно, — ответила я, прищурив глаза, внимательно на него глядя. — А вот откуда ты знаешь моё имя? Мы с тобой точно не знакомы. Внезапно мужчина рассмеялся, и я на секунду подумала, что он пьян или под чем-то. Но нет — взгляд у него был ясный, движения уверенные. Слишком трезвый для того, чтобы срываться с катушек от одного бокала.       — Я сказала что-то смешное? — не выдержала.       — Теперь всё ясно, — пробормотал он, выдыхая, будто что-то про себя понял. Затем взглянул на меня с лёгкой ухмылкой. — Фамилия Хайтани… звучит знакомо, да? О многом тебе говорит, не так ли? Стоп.        — Ты…       — Хайтани Риндо, — мужчина усмехнулся, чуть склонив голову набок. — Ты чего так дрожишь? Похоже, Ран изрядно подмочил свою репутацию… Какой же я была слепой… Они ведь и правда похожи! Те же фиолетовые глаза — прищуренные, лениво скользящие по собеседнику, те же черты лица. Только у старшего они более резкие, выразительные, словно вырезанные из мрамора, а у Риндо — мягче, спокойнее. Но сходство невозможно не заметить.       — Ну… и чего тебе?       — Ничего, — усмехнулся Хайтани. — Просто проходил мимо и узнал тебя. Не мог же пройти мимо, не поздоровавшись, правда? Голова вдруг заболела сильнее, в животе неприятно закрутило. Я с трудом поправила воротник пальто — он всё время ложился как-то не так. Глубоко сглотнула, пытаясь собраться с мыслями.       — Ага, здравствуй,— кивнула я, не задерживаясь. — Ну, я, пожалуй, пойду. На сегодня встреч мне хватило сполна. Единственное, чего хотелось — это добраться домой, принять душ и провалиться в сон хотя бы на пару дней. Тем более сегодня пятница, а впереди выходные. Как и говорили — в Токио сейчас относительно спокойно, можно позволить себе и дополнительный выходной… Ох, Синохара, когда же ты успела стать такой ленивой?       — Подожди, — мужчина обошёл меня, перегородив путь. — Вот тебе мой номер. Ты же теперь женщина Рана, так что пригодится. По мне поползли мурашки. Женщина Рана… вы что, серьезно? Риндо улыбнулся, судя по всему, увидев мое недовольное лицо.       — Не горячись, — он расправил плечи. — Признайся честно — тебе же интересно узнать всё, правда? Это ещё мягко сказано. Я бы душу продала, чтобы понять, кто вы такие и чего от меня хотите. Но в нашем мире за такую «продажу» быстро получаешь по шее, так что приходится выкручиваться самой — думать, строить догадки, проверять. Работаем головой, иначе никак.       — Какая тебе от этого выгода?       — Поверь, в долгу не останешься, — произнес Хайтани, протягивая мне визитку. — Ты совсем не такая, как все остальные девушки. Думаю, у тебя всё получится. Я скривилась, не зная, что ответить. — Будет весело. Увидимся ещё. Риндо скрылся за углом, кивнув мне на прощание, а я осталась стоять, охваченная вихрем противоречивых чувств. Черт, во что я опять вляпалась? Я подняла руку, чтобы разорвать эту жалкую бумажку с номером и бросить её под ноги, но замерла. Что я творю? Люди же сами лезут в пасть тигра, даже не догадываясь, на что идут. А он… Он спокойно дал свой номер почти незнакомой девушке? Что-то здесь не так. Я сунула визитку в карман, и вздохнула. 

***

Двадцать восемь пропущенных звонков от Тэцуо. Чёрт возьми. Неужели пришло время распрощаться с жизнью? И вот — очередной звонок. Я решилась ответить, хотя прекрасно понимала, что гнев брата мне не избежать. Либо он рассердится по-своему, либо донесёт родителям, как обычно это делал. В такие моменты я чувствовала себя совсем ребёнком — на все пятнадцать. Нажала на зелёную кнопку и, поджав губы, поспешно приложила телефон к уху. Сразу же раздался голос Тэцуо:       — Юмико, ты там, блять, совсем охренела?  Ох, как же он зол… Меня начало слегка мутить. Невольно начала ходить по комнате, постукивая пальцем по бедру, пытаясь хоть как-то успокоиться.       — Тэцуо, я…       — Я тебе звонил тридцать раз, сука, — голос брата был настолько злым, что я даже почувствовала, как у него поднимается кровь к лицу. — Где ты шлялась, моя «милая» сестричка? Это было лишь притворство… как же я его ненавидела в такие моменты. Сжала телефон в руках и, не сдержавшись, выпалила:       — А с каких это пор я, двадцатисемилетняя, должна отчитываться перед старшим братом? — я прекрасно понимала, что разозлю его ещё сильнее, но больше не могла хранить все это в себе. — Неужели мой любимый «они-чан» не понимает, что у его сестрёнки есть своя личная жизнь?       — Юми, не выводи меня из себя. Он начал угрожать, а я лишь фыркнула в ответ. Да что он мне сделает? После того поцелуя… да, я точно сошла с ума. Стала настолько отчаянной, что уже не сдерживала поток лестных слов в его сторону       — Поплачь, — ехидно прокомментировала я. — Это же максимум, на что ты способен. — Чтобы окончательно поставить точку, добавила: — У меня появился парень, милый «они-чан», представляешь? Вот это да, правда здорово…       — Юмико, блять, я приеду, — процедил Тэцуо, растягивая слова по слогам. — Ты где? Если не дома — сразу туда и дуй. — На заднем плане послышались быстрые шаги. Он действительно серьёзен. — Только попробуй не открыть дверь, клянусь, я…       — Что ты собираешься сделать? Тэцуо, ты совсем забываешься! — прохрипела я. — Мне от тебя реально тошно. Сколько можно играть в заботливого старшего брата, если…       — Я дрочил на тебя. Телефон едва не выскользнул из рук — они вдруг покрылись липкой потом. В груди сжалось так сильно, что казалось, вот-вот разорвётся. Мне стало так плохо, как никогда раньше. Что, блять, он вообще несёт? Такое просто не могло быть правдой… Но, учитывая его маниакальную одержимость мной, можно было ожидать чего угодно, даже худшего. Я заскулила тихо, почти беззвучно — от бессилия и растерянности. За что мне всё это? Почему именно я? Почему он так меня мучает? В голове пронеслись тысячи мыслей, но ни одной — утешительной. Только холодный, тяжёлый страх. Стало так мерзко, что хотелось смыть с себя это липкое, тягучее ощущение, словно грязь на коже и в душе. Осознание того, что он сделал, будто удары по вискам не давали сосредоточиться. Я шептала себе сквозь зубы: «Убью… когда-нибудь обязательно убью.»       — Конченный идиот… — нервно прошипела, замерев на месте. — Ты вообще понимаешь, что творишь? Тэцуо, судя по звуку, усмехнулся. Мне это совсем не понравилось… Что он задумал? Я машинально села на кровать, поджав хвост. Его тяжёлое дыхание звучало так, будто вот-вот разразится буря.       — А знаешь что, Юми-чан? — зло фыркнул Тэцуо. Внезапно мне стало в три раза хуже от одного только его голоса. — Вчера я трахал твою ненаглядную подружку. — Я окаменела. — Она так стонала, умоляла меня, что я просто не мог отказать. Не брошу же милую даму в беде? — Его дыхание сбилось. — Но представлял я не её, а тебя, Юми-чан. Только тебя. Может, телом я был с ней, но разумом — только с тобой. Так будет всегда, моя милая. Запомни это. Слушать это дальше — оказалось выше моих сил. Рука обессилено опустилась рядом с коленом, и телефон выпал из рук, глухо ударившись экраном о пол. Прекрасно. Просто невероятно. Но разве Саки вчера не была с Кенджи? Если нет — значит, она была с Тэцуо? Как они вообще могли встретиться? Эти вопросы терзали меня изнутри, не давая покоя. Сердце бешено колотилось, в голове рвались самые жуткие предположения, и я отчаянно хотела разобраться — узнать правду, какую бы горькую она ни была. Дома сидеть не хотелось. Мысль о том, что Тэцуо может в любой момент заявиться, только подталкивала выйти. Я решила сбегать в магазин — купить что-нибудь перекусить. Взяла онигири с тунцом и апельсиновый сок. Расплатилась, вышла на улицу. Вечерний воздух — лучшее, что может быть. Через неделю Новый год, а снега, как обычно, нет. Домой я всё же вернулась только после девяти вечера. К счастью, брата у дома не было — и слава Богу. Поднялась по лестнице, уже в квартире скинула верхнюю одежду, переоделась в пижаму. Поставила кофе, взяла в руки ноутбук. Пора браться за работу — с завтрашнего дня, как сказал капитан Танака, нужно полное присутствие всех сотрудников. Ожидается проверка. Положила гаджет на кровать — и застыла, уставившись на бумажку, лежащую на полу. Точно. Визитка Риндо Хайтани. Видимо, выпала из кармана пальто. Я подняла её, задумчиво разглядывая. Что будет, если позвоню? Что он скажет? Снова начнёт водить меня за нос? Взяла телефон в руки и всё-таки набрала номер. Живём один раз, как говорится. Хотя чувствую — с таким девизом я до гроба доберусь быстрее, чем хотелось бы. Ну, была не была. Гудки. Долгие, протяжные. Чёрт, Риндо, сам ведь сказал — позвони, а теперь не отвечает? Я уже хотела сбросить и послать всё к чёрту, как вдруг в динамике раздался хриплый голос:       — Да? Алло? Риндо что, обкурился? Почему у него голос такой странный? Хриплый, какой-то грубый, будто он всю ночь кричал или курил пачку за раз. Я нахмурилась, прижала телефон плотнее к уху и на всякий случай снова взглянула на экран. Номер верный. Всё правильно. Не ошиблась.Может, не он? Или я не вовремя? Или… он нарочно меня путает? С подозрением вслушалась в тишину на линии, ожидая, что скажет дальше.       — Я слушаю. — повторил он уже сухим тоном.       — Алло, Риндо? Здравствуй, — я неосознанно притихла. — Ты вчера дал мне…       — Синохара? Меня внезапно охватила дрожь. Это был…       — Ран? На том конце провода мужчина начал куда-то идти — слышались шаги и гул улицы. Я в недоумении смотрела на визитку и номер, не понимая, как один звонок мог превратиться в такой абсурдный фарс. Что за бред вообще происходит?       — Вчера Риндо…       — Снова Риндо, — я услышала в голосе лёгкую усмешку. — И с каких это пор вы так сблизились, что даже ему звонишь? Боже, этот человек… Я включила громкую связь и откинулась назад, упираясь руками в кровать. С каждым мгновением становилось всё хуже — дыхание сбилось, сердце забилось быстрее от нервов и напряжения.       — Мы вчера случайно встретились, и он дал мне номер, мол, позвони, если хочешь узнать всю правду. — Внутри у меня всё кипело — я понимала, как подло младший Хайтани меня подставил.       — И ты поверила? «Нет», — хотелось ответить мне, но это была бы ложь. Признаться в том, что я так наивно и глупо попалась, не хотелось ни перед кем — особенно перед Хайтани. Тем более перед старшим. Гордость мешала выдать себя, хотя внутри всё горело от стыда и обиды. Я пыталась убедить себя, что всё под контролем, но правда была куда сложнее.       — Просто проверяла номер, что, нельзя?       — Почему бы и нет? — в его голосе проскользнула лёгкая улыбка. — Можно, конечно. Но что именно ты хотела узнать у Риндо? Всё. Буквально всё. Сначала хочу узнать, кто вы такие и что за организация. Какие у вас цели, зачем ты убиваешь людей, почему заставлял меня каждую неделю приводить тебе людей. Что с ними происходило? Зачем их похищал? И как вообще — каким способом ты их забираешь?       — Начнём, пожалуй, с малого, — сдержанно ответила я, хотя внутри меня всё буквально пылало.       — Не скромничай, я постараюсь ответить на все твои вопросы.       — Тогда… Кто вы такие?  Ран цокнул языком, будто я задала самый глупый вопрос, и я невольно почувствовала себя дурой. Но быстро пришла в себя — в моём любопытстве не было ничего плохого. А дураками были только они.       — Я Ран Хайтани, представитель организации «Бонтен».       — Преступной организации, если не ошибаюсь? — поддразнила я.       — Это так очевидно, что и упоминать не стоит, — усмехнулся он. Я закатила глаза. Как можно быть настолько безжалостным, полностью осознавая тяжесть своих грехов и проступков? Хотя для них такие аморальные поступки, похоже, — просто часть их мира, само собой разумеющееся.       — Знаешь, Синохара, — его тон неожиданно стал более расслабленным, — твоя выходка меня впечатлила, честно. А я, наоборот, сразу насторожилась. Он о… той самой выходке, когда я, как безумная, перерезала себе ладонь? Впечатлила? Значит, у меня всё же получилось. Внутри вспыхнула радость. Хотя стоило догадаться — Хайтани не тревожил меня полторы недели, что для него было, можно сказать, настоящим исключением.       — Значит, играешь не с тем, кто боится, Хайтани. Гордо подняла голову и расправила плечи. В груди разливался лёгкий восторг, наполняя меня силой и уверенностью.       — Знаю, — ответил он с лёгкой улыбкой. — Но, знаешь, именно так всё гораздо интереснее. На волне переполнявшего меня адреналина я осмелела и выдала следующее:       — Если бы у меня был выбор, кого убить первым, наплевав на закон, — Хайтани замолчал на мгновение, — это определённо был бы ты. Живи с этим. Ран усмехнулся — я отчётливо это услышала. Что его, чёрт возьми, так позабавило? Похоже, пора заканчивать этот разговор. Я взяла телефон в руки.       — Ладно, — палец застыл над кнопкой сброса. — Я отклоняюсь. Надеюсь, худшее время в моей жизни — это то, что я провела с тобой. Тогда, возможно, я ещё смогу поверить в справедливость. Мужчина никак не отреагировал на мою исповедь. Может, вообще забыл, что мы на звонке? Ну и плевать. Он и раньше не казался тем, кто станет разговаривать с каждым встречным.       — Ты вчера… — внезапно перебил мои мысли Хайтани. — Выглядела неплохо, Синохара. Это ты для кого так нарядилась? По телу будто разлился жар. Я проигнорировала его вопрос, молча сбросила вызов и откинулась спиной на кровать, зажмурив глаза. Сердце глухо стучало в груди, дыхание сбилось. Что, чёрт возьми, со мной происходит? Что вообще творится в моей жизни? Я чувствовала, как медленно и уверенно тону. С каждым днём — глубже. Эта тьма, в которую я влезла, обволакивала меня липкими, цепкими пальцами, будто втягивала внутрь, и уже не отпускала. И самое страшное — никто не собирался меня оттуда вытаскивать. Никто не придёт с протянутой рукой, не скажет: «Вставай». В лучшем случае — пощёчина, чтобы очнулась. В худшем — полное равнодушие. Приходилось выбирать: либо карабкаться вверх по скользким стенам этой бездны самой, в одиночку, с разбитыми руками и коленями… либо нырять ещё глубже. Погружаться в неё с головой, становясь частью всего этого кошмара.