Taub - Stumm - Blind

Лейтенант вышел на кухню, которая, была довольно скромной для такой квартирки. Выглядела, может, даже немного узкой. Подойдя к ближайшему столу, открывая дверь ниже, тот пытался найти стакан среди всей посуды, не мелочась и гремя стеклом, отчего послышались характерные звуки. Немец на мельтешении внимания не заострял, по крайней мере, слыша что Альдо вроде ничего не разбил.  Крутясь и верчась на кухне, пендос налил грамм 200 в стакан, позже, захватив за собой и салфетки, которые заметил на столе. Заметив их первее, идею о тряпке он откинул. В конце концов, помимо прочей грязи, находящейся на ней, семя Ганса не сделало бы ситуацию лучше. Возвращаясь в комнату, лейтенант заметил несменную, потешную позицию полковника, лишь более успокоенного в лице. Рейн подошёл ближе, ставя стакан на стол, располагающийся напротив самой койки. Подойдя ближе к Гансу, чуть наклонившись, мужчина принялся аккуратно стирать белую жидкость салфетками с чужого тела. Немец слабо дрогнул, приоткрывая рот, словно пытаясь что-то сказать. В итоге, он обошёлся без слов, наблюдая за чужими движениями, ощущая какими терпкими они были. В конце концов, сам бы Ланда вряд-ли справился, но и подобному со стороны лейтенанта был довольно удивлён. Откидывая запачканные, смятые в комок салфетки на стол, Альдо подтянул белобрысого выше за плечо, глядя в лицо, но не прямо в глаза. -Тебе бы переодеться не помешало. И.. трусы одеть. -Действительно. Поищи в шкафу.  -Сам то не справишься? Точно. Американец усмехнулся своим же словам, губы расплылись в слабой ухымлке. В каком-то смысле, такая недееспособность немца всегда навивала непроизвольную мысль о том, каким властаным тот мог казаться раннее. Возможно, в данный момент, он был не менее мягок - лишь, имеющий значительную потерю способностей, банально физических. Хотя, даже во время подобного действа, ярых признаков сопротивления от него не было заметно.  -Просто дай мне.. там я сам. Ганс в это время потянулся из оставшихся сил, только прошипев себе под нос от небольшой боли, скорее, потягивая от долгого нахождения в подобной, довольно неудобной позе. Взявшись за стакан с водой, тот сделал оттуда пару небольших глотков. -Ну ты то уже отдался. Как шлюхан, вот правда.. Небрежно кидая другие шорты и трусы в сторону Ланды, брюнет стоял к нему полубоком, ослабляя пару пуговиц и на своей рубашке, скорее дабы не придушивало. Хотя, из осенней погоды, более ощущался холод. Но, под таким напряжением между двумя людьми, он спал достаточно быстро. -У меня не было выбора. Полковник же ответил в своей манере, единственное что, не задумываясь толком. Мотивация Альдо была ему не ясна, своя же ещё больше. Да и, некоторая расслабленность подступала послевкусием, возможно, и из чужого присутствия в том числе. -Выбор есть всегда. Но ты в нём ошибся, и не раз. Американец сухо усмехнулся, намекая и на прошлые проступки немца. Тем не менее, он знал, что говорить о морали с ним нет смысла, просто шутя, и выражая устоявшееся недовольство по этому поводу. -Не думаю, лейтенант. Со слабой улыбкой на лице, Ганс кинул последние слова, перед тем как начать медленно переодеваться. Альдо это было не особо интересно, однако краем глаза, не отчётливо, он слегка улавливал его фигуру. В памяти, немец отпечатался в своей форме, помимо простой рубашки которая составляла китель, пальто, и кучу других причиндалов. Видеть его в какой-то степени обнажённым было действительно непривычно, одновременно и забавно, ибо само естество предстало перед ним во всей красе буквально полчаса назад, а то и меньше. Ланда и вовсе не волновался, смотрел ли тот на него, без всякого смущения после откидывая одежду на другой край дивана, но не столь небрежно, что могло быть считано и за его манеру. Такую выверенную, слащавую, в одно время и издевательскую, скорее не специально. -Охотник на евреев.. -Альдо Апачи. Лейтенант подошёл ближе, окидывая чужое тело взглядом. Уже начинало слабо темнеть, хотя, глаза полковника светились, выделяясь засчёт всего темного тона своей голубизной. Ну, голубизной выделялись не только одни глаза. Немец сразу поднял на него голову, держа взгляд чуть ниже глаз, почти залипая в одну точку. Вспоминая прозвища, оба иронизировали друг над другом, конечно ж не упустив для этого момент. Если Рейн его не сильно любил, то Ганс наоборот - почти что, хвастался им, хоть отклонялся под конец. И, в глазах других людей - он выглядел как опасный, как вызывающий устрашение человек. Американец поначалу замечал и эти черты в нём, однако, за всю жизнь не сказать что впервые встречался с своего рода подобными персонами.  И, как видится - светловолосый был до нелепости и смеха многогранен в своей извратимости. -Не боишься? Смотря на Ланду с высока и не садясь рядом к нему, лишь подойдя почти впритык, Рейн выдал вопрос среди тишины. Под этим, он имел ввиду не только то что мог сделать и сам. А впринципе, осложнения которые могли появиться у немца, если бы узнал кто-то другой. -После всего, бояться нечего. Полковник отвечал специально выбирая слова, пытаясь как-то показать самоуверенность в нынешних реалиях. Он понимал, это было глупо. Но, показывать свом истинные мысли по этому поводу не желал, даже если и страх со временем выходил из его головы. Скорее, неприятностей и всяких стычек не хотелось. А смерть.. Об этом, он не слишком желал думать, и раньше понимая, что за всё, его вполне имели право повесить или расстрелять. Казнить другим иным способом, пытать по полной. -Лукавишь. Предстать перед "еврейским" трибуналом же желания не имел.. Это звучало иронично в какой-то мере, вспоминая еврейские корни и самого Рейна. Фриц, тяжко и тихо выдохнув опустил локти себе на колени, опираясь ладонями на лицо. Его голова была чуть выше района чужого паха, сам белокурый глядел куда-то чуть выше бляхи ремня. Этой позиции он не смущался, просто прерывисто дыша. Американец наклонил голову в сторону, глядя в светлый затылок. Подобранная чтобы скрыть шрам прическа, казалось ему только чутка забавной, вопреки ожиданиям, зная какие стрижки преобладали в то время. В конце концов, модник из немца был тот ещё, ибо и сами деньги позволяли. Как же с финансами обстояли у него дела, было непонятно. -Откуда у тебя деньги? Ты же.. Конечно, Альдо помнил о просьбе им военной пенсии и прочих льгот, но судя по тому, что особнячок в Нантакете накрылся, и это не свершилось. Зная, как Ланда порою умел выкручиваться, было также интересно услышать внятный ответ. -Я, вообще то, из дому могу работать. Темболее, мне удостоены выплаты по инвалидности. Ганс без всякого остережения пробормотал, не стремясь скрывать довольно простой, может, неожиданный ответ. Вряд-ли бы он стал что-то лепить и из себя, в том числе перед другими. -Хорошо тебе, я так вижу. Хмыкнув, Рейн переместил одну руку на чужие волосы, слабо сжимая. Когда договорил фразу, он сильнее вцепился в пряди пальцами, прижимая прямо к паху, немного склоняя голову. Немец невольно уткнулся носом тому меж ног, поморщившись от назойливой и абсолютно наглой хватки в качестве реакции. Что-то словестно возразить он не пытался, ибо желания открывать рот в таком положении не было. Неудивительно, и тем не менее, Ланда подумал не о самом простом и приличном исходе событий, хватая Альдо за ноги, просто чтобы оттолкнуть от себя, сам же пытаясь вырваться. Американец уже не настаивал, больше смотря на реакцию. Играясь с нервами, он в очередной раз указывал на высмеянную не однажды беспомощность. -Да что ты хочешь?.. Ганс отодвинулся на диване, зажимаясь в позе и сверля явно недовольным взглядом пендоса. В конце концов, подобной наглости он не стерпел. Однако, Рейн пока не замышлял ничего стоящего, воздерживаясь от очередного акта. -Не слепой ведь. Думал, тебе и это понравится. -Только тебе понравилось бы.. Альдо почти неслышимо усмехнулся, усевшись напротив немца. Обхватывая того рукой, он перекинул её через плечо, укладывая ладонь чуть ниже чужой шеи. Полковник не противился, просто слабо выдыхая и прикрывая в целом подусталые от всего глаза. Всегда, те казались довольно прожиточными, словно увидели многое. Американец не слишком брал в расчёт его возраст или прочие особенности личности, ибо некоторые на деле просто казались таковыми из-за наигранности перед публикой. -Останешься на ночь? -Сразу начинаешь.. Нет, сейчас возьму и уйду. Невзирая на то, что вопрос был похож на приглашение, Ланда интересовался прежде чем выдать всё прямо в лоб. -Я есть хочу. Ганс фыркнул, играясь пальцами с воротником чужой рубашки. После подобных действ, безусловно, он позабыл и о голоде, который сейчас же ощущал острее. -Вот как. Думаешь, я тебе личным поваром сделаюсь? -Можешь себе тоже что-то сварганить.. Лейтенант же тянул, скорее, из привычной вредности. Даже так, если бы он беспрекословно выполнял просьбы фрица, то выглядело нелепо. -Ага, с твоего позволения. Американец произнёс с усмешкой, которая выдалась из уст сама по себе от чужих слов. Он замечал, что и полковник не сходил со своей линии. -Так бы сразу. -Ладно, к черту тебя.. Возвращаясь на ту же самую кухню, брюнет почесал голову, заглядывая в холодильник. Дело было не густо, хотя, в небольшой полке стояли остатки какого-то алкоголя, явно приличного. Внимание обратилось на овощи, и, Рейн приготовил довольно базовый салат из овощей, в ходе этого случайно порезав палец второпях. -Гребаный.. Выругавшись и посыпав блюдо солью, которую обнаружил в верхнем ящике с другим подозрительным белым порошком, он отряхнул руку. На этом, лейтенант уже не стремился заострять свой взор, удаляясь из комнаты с поджатыми губами. Ланда, конечно, слышал что тот чутка гремел, но на его воклик не среагировал, лишь, замечая причину когда тот вернулся. -На. Ставя тарелку с вилкой на стол, Рейн уселся на край дивана. На его руке, а точнее пальце, немец практически сразу заметил порез придвигаясь подозрительно ближе. Альдо опустил свой взгляд, с явным недоумением глядя в чужой лоб, пока Ганс тихо посмеивался себе под нос. -Ешь.. Полковник, же, не ответил на его то ли просьбу, то ли приказ, беря чужую ладонь в свои руки. Поднося кровоточащий палец ко рту, Ланда принялся старательно слизывая чужую кровь, как бы, пробуя на вкус. Еврей не препятствовал, просто отводя взгляд с раздражением, похожим более на смятение. Хоть, чувствовалось довольно приятно, да и американец наверняка пустил бы рану на самотёк. Немец проходился языком до кончика пальца, позже, замечая что кровь перестала идти из пореза, тот неторопливо отстранился и облизнул губы. Альдо вытер руку об ткань своих штанов, тяжело выдыхая и вопросительно смотря на белобрысого. Тем не менее, он слабо покраснел в лице, возражая тому: -Это было необязательно. Ганс просто отвернулся, беря в руки вилку и слабо наклоняясь к столу. Уже набрав в рот еды, он отвечал чавкающим ртом: -Аккуратнее надо быть. -Во время еды не разговаривают, дурак. Рейн хмыкнул, издавая звук в каком-то смысле похожий на усмешку. Он сделал довольно заметный акцент на последнем слове, одной рукой опираясь на бедро. В конце концов, желать приятного аппетита или поддаваясь прочим тонкостям не стал бы. -Угу.. Ганс сильнее ухватился на вилку, пережёвывая еду во рту. Такая манера, немного торопливая, выглядела привычно, однако смехотворно. -Ведешь себя так, словно голодал днями. Ланда зажмурился, пытаясь показать какую-то гримассу сквозь и так сплющенное лицо, заместо чёткой фразы в ответ. Еврей уже не стал к нему обращаться, спрыгнув с края дивана и присаживаясь напротив. Закончив трапезу примерно через пару минут, немец отодвинул от себя тарелку с довольной ухмылкой. Среагировав на не столь ощутимый, но достаточный, чтобы выбить из витания в облаках, лейтенант повернулся к тому. -Теперь мыть за тобой.. Усмехнувшись, тот готов был уже взять тарелку в руки. Положение полковника было непривычным и на сей момент, казавшись чем-то нелепым, забавным. Тот же прервал американца с невозмутимым тоном: -Можешь потом. Мне в душ надо. -А вот тебя я мыть точно не буду. -Просто помоги дойти до ванны. Эм, точнее.. Фриц почесал затылок, не зная, какое слово будет использовать уместным. Альдо лишь пожал плечами, поднимаясь с дивана. Намек был ему более чем ясен, да и других вариантов не было.  Пройдя дальше, шатен ухватился за ручки инвалидной коляски, с нейтральным выражением лица подкатывая к больному. На удивление, тот стоял на ногах, просто заметно дрожжащих. -Ты же не можешь ходить.. Рейн фыркнул, с явным недоумением в своём взгляде, неспеша разглядывая чужое лицо, на котором виднелся небольшой дискомфорт. -Стоять могу, и.. сделать пару шагов. Но, очень медленно и болезненно. -Чтож ты сразу не сказал.. Садись, давай. С горем пополам доковыляв, Ганс уселся на сидение, как будто привыкающий и к подобной позиции, в отличие от своего попечителя. Довезя мужчину до ванны, американец легко потрепал его по плечу, в знак того, чтобы тот поднимался. Словно что-то ожидая, выпрямляя голову и уставившись в глаза, немец сверлил Альдо взглядом. -Раздень меня. Ланда прервал тишину, обращаясь с не слишком приличной просьбой, немного поддразнивая. -Господи, давай ты сам.. Руки у тебя целы. Показательно скривившись, еврей ради последней сохранности здравого смысла, отошёл подальше, до сих пор смотря в чужую переносицу. -Пока что. И, вообще.. я буду за дверью. Не хочется твое естество наблюдать. -Если я утону, это будет на твоей совести. Слабо ухмыльнувшись, немец помахал указательным пальцем, без ярой настойчивости. В конце концов, слова для него были более забавными после всего произошедшего, и того, чему ещё предстояло случиться далее. -Она мне спасибо скажет.. Давай, если уж без меня совсем не можешь, то зови. С мягким сарказмом, Рейн поспешил удалиться из комнаты, стоя за слегка прикрытой дверью. Никакого рвения подглядывать и вовсе не было, все же видеть наготу фрица ему было действительно не столь занимательно. Слыша мельтешение, скрипящие звуки и глубокое дыхание Ганса, после звук струи, становилось понятно, что тот уже приступил к водным процедурам. -Войдите! Немец резко закричал, отчего Альдо опирающийся на дверной косяк дрогнул. Вошёл он не сразу, с некоторой аккуратностью, слегка предосторожностью. Опасения не подтвердились, и полковник сидел в ванной так, что пена прикрывала практически всё тело, кроме рук лежащих на краю ванны и груди с оголенными плечами. -Чего тебе.. Американец убрал с глаз ладонь, специально устремив взгляд в макушку Ганса, который непроизвольно соскакивал ниже. Тот выглядел вполне спокойно. Стекла в комнате покрылись паром. Но, вода не была прямо температуры кипятка. Лишь, греющая кожу, в дождливый и осенний день. -Это.. Потри мне спину.  -Ты издеваешься? Я же сказал.. -Волосы надо помыть.. Неудобно, понимаешь? -Мыло боишься уронить? Не волнуйся, ты не на зоне. Фриц тяжко выдохнул, исподлобья глядя на возвышающегося собеседника, который опирался руками на бока. Колеблясь, беловолосый ответил через время: -Нет, серьёзно. Тон голоса становился уже ниже, брови немного нахмурены, а глаза расслабленно прикрыты. -Черт рогатый. Свахтившись за губку, лежащую на полке по соседству с различными средствами для душа и самим шампунем, Рейн неуверенно наклонился к Гансу. -Рога ещё не выросли. Немец только тихо хихикнул, после слабо улыбаясь, в то время когда еврей без комментариев проводил губкой по чужой спине, больше поглаживая, чем натирая. Опускаясь ниже, тот намыливал лопатки, с некой и невольной запутанностью, еле ощутимо надавливая на кожу. Он чувствовал текстуру пены и на своих руках, просто не придав внимания, зажимая губку в руках и проводя между довольно выраженных лопаток. Полковник склонил голову в сторону, тихо выдохнув, что слышалось отчётливо сквозь всю тишину. Это было и вправду непривычно, Рейн и вовсе обходился без комментариев, невзирая на несуразную картину происходящего, больше чем случившийся акт содомии. Ганс потерел шею рукой, что было воспринято как жест того, чтобы Альдо прошёлся губкой и по ней. Поднимая мочалку выше, круговыми движениями проводя по довольно нежной коже, послышался слабый смешок от Ланды который склонил вниз голову. -Не расслабляйся раньше времени. Американец пробормотал скорее себе самому, просто, в подтверждение того, что полностью не поддавался чужим прихотям.  Мастурбируя инвалиду моментом раньше, еврей понимал что это доставит ему как минимум физическое удовольствие, однако не стремился ублажить, только пристыдить извращённым и при этом действительно оригинальным способом. Вспоминая о удовлетворении, который фриц получал тогда - становилось смешно. Даже, нелепо, странно.. По своему умиляюще. Немец пару раз шмыгнул носом, что можно было спутать с всхлипами, после того как он быстро выдохнул. Данный комментарий тот решил проигнорировать. -Плачешь, что-ли? Почти полушепотом, Рейн пробормотал. Со слабой ухмылкой на лице, он отстранил губку, укладывая на полку, даже не удостоился смыть пену. -Nein. Фриц с привычки отвечал на родном языке, сам значительно понижая слышимость своего голоса от ощущения ненавязчивой расслабленности. Вряд-ли бы он стал взывать к жалости перед Альдо, темболее столь нелепым способом. -Немчура, ты, несчастная.. Улыбнувшись, пендос небрежно взмочил волосы Ганса, потрепав сырыми руками. Тот фыркнул, прищуривая глаза, в которые стекала вода с головы. Лейтенант намылил его шевелюру, перебирая пряди между собою, тщательно промывая. Тот коснулся чужой челки с ноткой сарказма, слабо взъерошив поначалу, дабы шрам был немного заметен. Текстура была довольно мягкой, при этом, действительно податливой. Затем, он всё таки сполоснул и её, в то время как вода смешавшись с пеной стекала по голым плечам. Поначалу немец бессознательно жался к чужой руке, опомнившись, и только скалился, либо из-за неловкости, или столь чудаковатого уединения.. Кроме того, с несколько неожиданным человеком. Время уже перевалило за вечер. Ибо, ранние события заставили Ланду на какое-то время забыть и о водных процедурах, да и момент удался для этого соответствующий. -Принеси мне штаны. А то, холодновато.. Белобрысый повернул голову в сторону Альдо, с очередной просьбой обращаясь к нему. В обычной ситуации, он воспринял бы это за наглость, однако в данный момент осозновал, что по факту сам вызвался на подобную должность толком и не раздумывая. Хотя, отказать он мог в любой момент.  -Даже волшебное слово не удостоился сказать. Фриц хмыкнул, наблюдая за неторопливо, неохотно покидающим комнату евреем. Пока тот рылся в шкафу, ища более свободные штаны среди всей одежды, Ганс успел вылезти из ванны, обвивая полотенце вокруг пояса. Капли стекали по его лицу со лба, тело также было покрыто ими. Довольно светлая, бледная кожа блестела.  Не заходя в комнату, Рейн вручил штаны немцу. Желания глядеть на его переодевания явно было не слишком большим. Ланда переоделся, предварительно стирая влагу со своей кожи, при этом без желания задерживаться. Штаны он напялил быстро, футболку же просто наскоро натягивая. Ткань липла к телу, немного протираясь. Тяжело выдохнув, полковник снова позвал американца уже еле держась на ногах. Опуская очередные шутейки по пути в комнату, докатившись, Ланда раскинулся на диване, теребя свои только начинающие высыхать волосы и слабо прикрыл глаза. Альдо мельтешил с ним где-то рядом, позже обращаясь первым: -Я спать. -Главное, не переспи.. -Низачто в жизни. Американец отвечал с неспадающей самоуверенностью, лишь возмущенно закатывая глаза от подобных возражений фрица. Вначале, он казался хотя бы не столь обольстительным.. -Отлично.. хотя бы что-то. Немец перевернулся на бок, исподлобья выглядывая на Рейна. Будучи подуставшим, тот не был настроен на конструктивный диалог. В конце концов, произошедшее оставило своё послевкусие. -Странный ты. -Кто б говорил.. Фразу полковник замял, бормоча себе под нос, ибо ехидничать не стал, в отличие от лейтенанта, который тем не менее отошёл во вторую комнату. Все равно, спать в одной кровати было бы слишком неподходяще и в мирный момент. Скидывая рубашку на кровать, Альдо плюхнулся на постель рядом, закрыв очи. Решение ему стоило бы обдумать в утренее время, нежели на ночь. Полностью, в уверенности возникали сомнения, вспоминая саму фигуру больного. Ведь, банально, тот был нацистом. Хоть, типичной кровожадности и какой-то легкомысленности, свойственной другим фрицам, в нём было сложно уловить.. Было ясно, что и в жестокости тот был далеко не промах, умело маскируя всё под маской интиллигента. Возможно, это и больше давило. Выводило из себя временами.