Контрудар пушечного мяса

Вновь переживая одни и те же события, Лин Сяо постепенно начал испытывать радость, что переродился именно в своё тело, но никак не в это время. Из-за своей слепой любви в Мо Ци, он упустил много полезных событий, которые мог использовать в свою пользу. Однако же конкретно сейчас Лин Сяо испытывал больше грусти и гнева, нежели положительных эмоций. А будучи преданным девушкой, которую он защищал в течении десяти лет, окончательно потерялся в своих чувствах, совершенно не зная, как их правильно описать. «Но одно я прекрасно осознаю, даже в подобном неопределённом состоянии — отпускать её с «миром» я категорически не намерен» Однако же, момент, в который он вернулся, был не самым лучшим. Поскольку Лин Сяо уже вошёл в Императорский дворец, у него не было никакой свободы действий. И более того, он не хочет уйти, совершенно ничего не сделав. «Я в жизни не оставлю всё как есть. Столько страдать, так ещё и получить смерть в придачу! Как я могу просто взять и бросить?!» У Мо Ци уже было место во дворце и, кроме того, имела «под боком» Лан Вэя, который окружил её большим количеством шпионов. К несчастью самого Лин Сяо, в отличии от молодого господина Вэя, он был всего лишь человеком без личности в гареме, которого могут казнить в любой момент, если его секрет раскроется. «Я хочу отомстить, однако сейчас нет никакого хорошего способа сделать всё правильно. Мне стоит надёжно утвердится во дворце и сохранить жизнь, прежде чем продумывать свои дальнейшие шаги» На данный момент ничего нельзя было изменить, но Лин Сяо был более-менее спокоен и рационален. От ненависти к этой женщине зудело все тело — хотелось задушить её голыми руками немедленно. Но, опять-таки, если судить о времени и разобраться в ситуации, он может выбрать наиболее выгодный для себя путь. Лин Сяо всегда был умён, что в его родном мире, что в этом, просто в прошлой жизни он всегда находился в руках Мо Ци. «В этой жизни всё будет ровным счётом наоборот — я никогда не позволю другим начать мной манипулировать!» Пост, который отвела ему Старейшина Лин, был точно таким же, как и в прошлой жизни — незначительное звание евнуха самого маленького ранга из всех возможных, однако именно он позволял Лин Сяо находиться близко к Мо Ци. В то время его главной целью было сопровождать Мо Ци, потому такая договоренность вполне устраивала. Но не сейчас — он ненавидел эту женщину всем сердцем и не желал её видеть. Так что это место стало совсем не выгодным для Лин Сяо, но не было иного выбора, как принять свою новую роль.

***

За время, которое требуется для сжигания целой палочки благовоний*, вернулась Мо Ци. По её виду, Лин Сяо рассудил, что она очень сильно была на него обижена. Это не могло не радовать. Он усмехнулся ей в спину; если бы эта ситуация произошла в то время, когда Лин Сяо чуть ли не ноги целовал этой женщине, он бы приложил все усилия, чтобы успокоить её, однако же сейчас чувствовал лишь презрение. [Одна палочка благовоний сжигается за двадцать или тридцать минут] «Эта девка поняла, что потеряла мое расположение и любовь, поэтому решила вести себя столь бессовестным образом? Что за абсурд!» — Лин Сяо незаметно закатил глаза, но после слегка расширил их в удивлении. Он вспомнил нечто важное: Лан Вэй подослал во дворец своих людей, чтобы прикрыть Мо Ци, вот только большинство из них Лин Сяо знал в лицо! Так же в то время, когда Мо Ци впервые вошла в Императорский Дворец, Лан Вэй смог укрепить своё влияние во дворце. Однако людей, которых он мог использовать, было не столь много. В своей прошлой жизни Лин Сяо во многом помогал Мо Ци, также поддерживая связь с молодым господином. Так что маленького евнуха, который первый присоединился к Лан Вэю, он помнил очень отчётливо — его внешний вид, имя, должность и место! «Если я хочу окончательно избавиться от Мо Ци, это нужно сделать пока у неё есть только Лан Вэй» Но следует учесть, что после входа во дворец Мо Ци приобрела некую магическую силу, позволяющую ей привлекать внимание самых разных союзников. Это заставляло всех начать её защищать, а так же позволить ей подняться на самую вершину. Естественно, он так же находился в числе этих людей. Казалось, это было характерным ореолом Мо Ци, и некой способностью её золотого прикосновения*. [«Золотое прикосновение» или «Золотой палец» — название тропа, в которых персонаж (в основном, главный герой) обладают особыми способностями на фоне остальных: невероятное везение, врождённые способности, необходимые для условий избранности, особенное отношение других персонажей и тому подобное. В нашем сегменте наличие особенной ауры (или ореола) и золотого пальца — основные составляющие Мери Сью (Марти Сью)] Дворец Чу Сю находился не под таким строгим надзором, как остальные дворцы гарема, что облегчало внедрение в него людей. Пока Лин Сяо добирался до кухни Дворца Чу Сю, он тщательно обдумывал роль этого маленького евнуха. Лан Вэй — сын премьер-министра Му Чао. Этот парень был наивным и чистосердечным, потому до знакомства с Мо Ци у него даже не возникало мысли поместить информатора в гареме Императорского Дворца. И как только Мо Ци вошла во Дворец Императора, первым же делом нанял информаторов, что смогут хорошо позаботиться об этой женщине. Основная забота о ней состояла в том, чтобы Мо Ци не беспокоилась ни о чём: всегда был достаток в еде, имела средства к существованию и не тухла от скуки. А так как Мо Ци любила поесть, мысли Лан Вэя больше всего кружились вокруг этой маленькой кухни.

***

Как оказалось, Лин Сяо был прав. Парень вспомнил, что этого маленького евнуха звали Ли Юань — он был довольно скупым и жадным до всего ребёнком с огромным самомнением. В своей прошлой жизни, чтобы помочь Мо Ци, Лин Сяо потратил множество золотых и серебряных драгоценных слитков для подкупа этого евнуха, за что получал в ответ ещё столько же презрительных взглядов. Только Лан Вэй сумел взять под контроль этого жадного ребёнка, потратив неимоверные усилия. Что касается Старейшины Лин, если Лин Сяо правильно помнил, она была человеком премьер-министра, потому подчинялась только его приказам, совершенно никак не слушая его сына. Как только Лин Сяо пришёл к небольшой кухне, Ли Юань прошёл мимо него с небольшой коробкой для завтрака, закрытой крышкой. Лин Сяо моргнул, затем плавно повернулся и незаметно последовалза ним. Этот маленький евнух совершал всевозможные повороты, скрываясь и запутывая собственные следы. Сам же Лин Сяо следил за ним взглядом и продолжал неспешно следовать за ним. Наконец Ли Юань остановился у каменного сада, осматриваясь по сторонам. Лин Сяо тут же спрятался. Никого не заметив, евнух украдкой открыл ту самую коробку — внутри оказался большой белый голубь, из-за чего глаза Лин Сяо расширились. «Удача преследует меня с самого перерождения. Неужели я с перовой попытки застал его на том моменте, когда он решил отправить письмо?» — думая об том, Лин Сяо захотелось застать мальчикаврасплох, но тут же остановился. Этого нельзя делать — маленький евнух с белым голубем ничего бы не объяснил. Он был одним из людей на кухне, поэтому может легко сказать, что ловил птицу для супа, и тогда создаться впечатление, что Лин Сяо пытается его оклеветать. Это пустит все планы под откос. Лин Сяо поджал губы, продолжая прятаться по другую сторону скалы и лёгкими шагами приближался. Евнух держал голубя в одной руке, другой же достал из-за пазухи письмо, готовясь привязать его к ноге птицы. Лин Сяо ждал именно этого момента — он внезапно выступил из тени, выхватил письмо из руки маленького евнуха и самодовольно посмотрел на него. Ли Юань испугался и громко вскрикнул, из-за чего голубь упал на землю, прежде чем взлететь. — Ты…ты, ты, ты… Что ты делаешь? Лин Сяо злобно улыбнулся, глядя на письмо в руке: — Это я как раз должен спросить у маленького евнуха, что он здесь делает. Не думаешь? Он открыл письмо, прочитал и поднял взгляд на замершего Ли Юаня: — Хе-хе… маленький евнух, неужто ты помогаешь одной из дворцовых женщин тайно* общаться с кем-то? [Подразумеваемое прелюбодеяние, сексуальные отношения с кем-то, или отношения с врагом] — Т-ты говоришь какой-то бред! — ответил евнух и попытался вырвать письмо из рук Лин Сяо, на что тот увернулся, холодно рассмеявшись. — В письме говорится о «молодом мастере Лан Вэйе», но разве это не сын премьер-министра? Неужто он тайно общается с Дворцовой Женщиной? Это же уголовное преступление…! Все знают, что подобного рода разговоры не ведутся с добрым посылом. Все доказательства прямо здесь! Не хочешь ли увидеть, что произойдёт, если я передам это Его Величеству? «Главное говорить всё это самым правдоподобным образом. Естественно все мои слова это пустой звук. Если бы я действительно мог предоставить это письмо Императору, а он в свою очередь помог бы мне отомстить, то я бы не болтал сейчас с этим неотёсанным жмотярой. Проблема для меня состоит в том, что с нынешним статусом я никак не могу попросить встречу с Его Величеством. Ко всему прочему, мне кажется, что я уже исчерпал свои запасы удачи на эту новую жизнь. Потому, если я покажу это письмо Императору, нет никакой гарантии, что всё пройдёт гладко. Если он мне поверит — это одно, вот только станет проблематично, когда этот человек обратит своё внимание на Мо Ци и начнёт считать её интересной. Так что лучше лишний раз ему вообще на глаза не попадаться. А этого Ли Юаня — будь он проклят — я и сам способен запугать» Лин Сяо был свидетелем Золотого пальца и ореола Мо Ци. В прошлой жизни она сумела очаровать не то что какого-то сына премьер-министра, а самого Императора, который в дальнейшем предложил ей титул Императрицы! Сейчас Лин Сяо не покидала мысль, что у мужчины будет весьма нехорошее представление о женщине, поддерживающей тайную связь с другим мужчиной. Однако не стоит забывать о силе ореола Мо Ци, потому следует действовать осторожно. Если эта женщина сможет попасть под крыло Императора, станет крайне трудно отомстить за себя в этой жизни. «Ко всему прочему, эта императорская мразь также был в списке тех, кому я хочу нанести ответный удар!» — Ты… что ты хочешь?! — не выдержал и закричал Ли Юань, стиснув зубы посмотрел на Лин Сяо. Евнух пытался выхватить письмо из его рук, вот только когда понял, что всё безуспешно, начал визжать, словно поросёнок, которого ведут на убой. — Что я хочу? — Лин Сяо коварно улыбнулся и приглушённо рассмеялся. — Да, что ты хочешь?! Прежде чем Лин Сяо успел что-либо ответить, сзади раздался глубокий и звонкий мужской голос. Лин Сяо обернулся, краем глаза заметив, как маленький евнух задрожал и, согнув свою талию, стал опускаться на землю: — Да здравствует Ваше Величество! Император!! «Ну пиздец, вспомнишь солнце, вот и лучик блять»