Vitium Ferum

– Куда убегаешь, сладкий? – Оставь в покое… – Ну что ты? Не понравилось? Габриэль поспешно надевал то, что Камилла так любезно оставила в сторонке после его подвешения. Если честно, для её плана привлечения демона раздевать беднягу было не обязательно, но разве она могла себе отказать в "осмотре"? – На следующий день тебя не должно быть в монастыре, поняла? – он застёгивал пуговицы на рясе и стоял к ней спиной, не желая видеть. А Камилла довольно расплывалась в скептической улыбке. Чёрный лиф всё ещё дразнил мужчину, но не больше, чем оголённая часть сверху чулок. Она хоть и скрестила ноги, да вот только этот крест из ног привлекал сильнее божьего. Девушка уверенно двинулась к нему, используя разорванные монашеские одеяния как халат. Тонкие пальцы легли на мужское плечо и заставили его напрячься. – Ты ведь не думаешь, что сможешь от меня избавиться, – опасный шёпот коснулся уха. – Ты уйдёшь из монастыря, иначе… – Что? – Иначе я всё расскажу совету, – угрожающе чётко сказал он. – Как неистово трахал меня в подвале? – Габриэль резко развернулся, а Камилла залилась диким смехом. – Давай, дружок, и не забудь детали. – Я расскажу, как ты связала меня, пошла против Бога, соблазнила… – Или как голодный падре, – девушка скорчила невинное личико, – жестоко надругался над послушницей. Последние слова прозвучали так тихо и повисли в воздухе между ними. – Ты не посмеешь, – шокировано произнёс он. – Тебе не поверят. – Габриэль, ты не думал, что кто-то хочет моего присутствия здесь? – внутри у него от этих слов всё сжалось. – И что твоя "репутация" всё равно будет убита. Так что... – её палец больно ткнул в грудь. – Ты будешь паинькой, иначе это я пойду и расскажу всё совету. Падре замер. До него постепенно начало доходить, как он влип, и что все угрозы оборачиваются против него. – Ты сумасшедшая шлюха. – Но тебе, видимо, – Кам игриво склонила голову, – нравятся такие?! Габриэль тяжело вдохнул, убирая с себя её руки. Не вестись на провокации, не идти у неё на поводу. – Где мы? – наконец-то обратил на это внимание. – Под алтарём. Выход ты найдёшь, не переживай. Обман. Выхода у него уже нет. Отвернувшись от неё, Габриэль поспешно покинул маленькую комнатку и направился к выходу. Он уже понял, где находится, но ему не приходилось сюда спускаться. Камилла провожала его взглядом. Полуголая фигура, подсвечиваемая тусклым светом огня. Устало выдохнув, она сняла с себя остатки одежды. Ряса сползла вниз по коже, обнажая тёмные узоры на спине. Руны и тайные знаки переплетались между собой, будто тернистые лозы, заполняя всё пространство от шеи до копчика. Чёткий систематичный рисунок. Так контрастирующий с её характером. В голове быстро возвращалась холодная чёткость: всё шло по плану. Её настоящая цель ещё впереди. «Пора на охоту». Надежда, что она встретится так легко с Тёмным, была смутной, но девушка всё равно подготовилась. Скрываемый в тени под стеной лежал рюкзак. Никто не изгоняет демонов в монашеской рясе. Она усмехнулась. «Даже жаль, что люди так наивны. Крест стал могилой даже для их покровителя, а они тычут ими везде в надежде на спасение». С досадой помотав головой, эти мысли девушка отогнала, доставая одежду из тайника. Натягивая на своё тело Тактискан — боевую вторую кожу: облегающий чёрный комбинезон с потайными карманами и креплениями для оружия, незаметный в темноте, — она думала, как лучше всего действовать дальше. Бархатная ткань приятно скользнула по телу, отвлекая от мыслей. Горячая плоть радовалась холодному материалу, и эти ощущения возбуждали снова. «Всё-таки рано отпустила…» И она достала Сангритовый клинок — тёмно-красный металл. Обретает силу при каждом убийстве демона, становится горячим в присутствии зла. Поглощает демоническую энергию. Используется в клинках, пулях и стрелах — её единственная любовь. Мелкие узоры рун лежали по кровавому лезвию линией. Это был особый подарок, однажды изменивший жизнь. «Что ж, мой красавчик, надеюсь, сегодня пригодишься,»– подумала Камилла, возвращая клинок в ножны. Почти забыла снять чепец. С ним в этом наряде она бы выглядела комично, хотя… это как посмотреть. Чёрные волосы вырвались на свободу. Она собрала их в высокий хвост, убирая с лица непослушные пряди. Как же это было приятно — снова чувствовать себя собой. Она поспешила уйти с этого гнилого места. Хотя… так можно было назвать весь монастырь, уж извините. Вынырнув из потайного хода, девушка тенью прошлась по капелле, выходя наружу из скрытой двери. Было темно — всё-таки ночь, её время. Прохлада чутко обожгла кожу и прибавила бодрости. Нужно осмотреться. Может, Камилла что-то пропустила, отвлекаясь на свой образ. Старые каменные стены и маленькие окна. Длинный фасад с кельями, два главных здания и... Она обвела взглядом унылый горизонт. Ни знаков, ни демонов. Всё выглядело мёртвым, как и её интерес в этом месте. Может, и зря она так быстро оставила падре в покое? «Интересно, что он сейчас делает… Скучает, наверное». Она повернулась к капелле. Немного обходя здание, всматривалась в бугристые стены, оценивая шансы. «Что ж, пойдёт,» – Кам схватилась за один из камней. И она подпрыгнула, хватаясь за камни, ловко поднялась наверх и, оттолкнувшись, запрыгнула на крышу, подтягиваясь. У этого уродского здания крыша была каменной и плоской. Не очень эстетично, но зато удобно. Вид открывался печальный. Слишком серо, слишком старо. «Даже взгляду не на что зацепиться,» – она присела на плоский выступ, опуская одну ногу. Камни, камни, камни. Пустота. Обычно тёмные оставляли что-то о своём присутствии. Следы. В голове выстраивался план, как найти источник зла. Но пока — только пустота, серость и камни. Камилла устало выдохнула. «Вот бы сейчас сигарету... ». И потом она вспомнила. Портрет в кабинете настоятельницы. А ещё забитая келья. Как только попасть туда? Медленно и довольно она представила одного человека. «Нечего ему отдыхать!» Камилла рывком поднялась. Понаслаждаться свободой ещё успеет. Как и Габриэль — сном. Очевидно, он отправился приходить в себя в спальню или вообще сбежал из новициата… Осталось только найти его комнатушку. Вспоминая все монастырские уставы, можно предположить два места для такой задачи, как опочивальня главного "сектанта": при часовне и в отдельном крыле. Так как второго не было, она направилась в сторону жилищного комплекса. Рядом расположилась часовня. Бесшумно ступая по пустым коридорам, она пыталась вспомнить — была ли там какая-то комнатка или что-то подобное. «Не спит же он в гробу?» Зайдя внутрь маленькой часовни, она тут же скрылась в тени от лунного света. Падре сидел перед иконами на коленях и горячо о чём-то молился. Он просил Бога о прощении. Просил его очистить душу, забыть обо всём, что произошло. Ей даже стало жаль несчастного. А ещё очень обидно... «Что это он так убивается? Какого хрена! Со мной мечтают переспать, а он? Сука.» Такое больно укололо по самолюбию. Была бы Камилла другим человеком — обиделась бы. Но она другой фрукт. Тишина часовни нарушалась лишь шепотом. Но не надолго. – Падре, ты снова прячешься от меня? Габриэль вздрогнул. – Ты мне нужен! – твёрдо сказала девушка, подходя со спины. Он снова закрыл глаза, продолжая молиться. Надеясь, что это мираж. «Игнорщик...» – Это связано с убитой девушкой. Отведи меня... – Избавь меня, Боже... – с раздражённым вздохом он поднялся. – Пойдём. Габриэль пытался не смотреть на неё, и это только забавляло девушку. – Мы станем отличной командой, милый. – Не называй меня так. В ответ — только смех. – Тише, Камилла. Не разбуди тут всех. – Боитесь осуждения, падре? Он резко повернулся и застыл в немом удивлении. Тёмный силуэт, облегающее тело. Длинные волосы, лицо — открыто, а ниже... полная грудь и бёдра, так сильно выделяющиеся на фоне белых стен. Он никогда не видел ничего подобного и тут же поспешно отвернулся, до боли зажмурив глаза. Он не должен. Не должен. — У тебя встал, что ли? — Камилла обошла его и звучно хлопнула в ладони. — Прости, мне сейчас не до этого, Габриэль. Его имя прозвучало слишком мягко, и, не заметив привычного скепсиса в её тоне, он только сильнее начал раздражаться. Острые глаза, полные гнева, впились в девушку. Падре оттолкнул её с дороги, направляясь в свою комнату, пристроенную к часовне. Камилла лишь усмехнулась про себя, отмечая, что эта злость направлена совсем не на неё. Мог бы он себя контролировать... Или хотя бы не отрицать очевидного. Она послушно последовала следом, заходя внутрь скромного жилища. Скудно. — Сигаретки не найдётся? Падре зло кинул на неё взгляд, отодвигая дверцу прикованной тумбы. — Куда ты хочешь попасть? — В закрытую келью. Не хочу возиться с теми замками. И в комнату настоятельницы. — Это ещё зачем? — Слушай, я же не спрашиваю, зачем вы молитесь. Не задавай глупых вопросов. Он устало достал связку ключей и отсоединил нужные. — Может, все отдашь? — игривый тон не унимался. — Нет уж, — мрачно произнёс он, протягивая ключи. — Ладно, попытаться стоило. Скоро вернусь, — и, задорно подмигнув, она ушла, позволяя Габриэлю выдохнуть. Камилла быстро пересекла часовню и прошмыгнула в жилой коридор. Нужная келья находилась не так уж и далеко. Она наклонилась к двери, щекой почти касаясь тёмного дерева. Пальцы дрожали от нетерпения, когда она нащупывала ключ. «Во сне, значит, умерла... бедная первая жертва...» Щёлкнул замок. Звук ключа в замочной скважине — и... чужое дыхание сзади. — Что ты делаешь? Кам застыла. Вдох. А потом быстро взяла себя в руки. «Снова эта предательница. Я что-то теряю хватку, раз не заметила», — она обернулась на голос Мириды. — Почему ты так одета? — девушка стояла на расстоянии вытянутой руки. Посреди коридора, в свете луны, белая туника и бледная кожа делали её похожей на привидение. — А ты почему не спишь? Смекнув, что они один на один, Мирида дёрнулась: — Я, наверное, пой... Камилла быстро схватила "подругу" за плечо, затолкала её в проклятую келью. Та уже принялась орать, но ловкая сильная рука закрыла ей рот. – Издашь хоть звук — отрежу волосы, – прошипела Камилла. Мирида вздрогнула. – Или что-нибудь похуже... Камилла смотрела в её глаза — блестящие, налитые ужасом. Зрачки расширены, кожа словно стала ещё светлее, почти прозрачной. Это выражение... Раздражение вспыхнуло и тут же погасло. Она не враг. Ей уж точно. – Я пришла помочь, – сказала уже тише. – Искоренить здесь зло. Опуская ту с захвата, она наблюдала за реакцией. Мирида вроде бы успокоилась, лишь напряжённо изучая внешний вид Охотницы. — Тогда почему ты выглядишь как само зло? Кам удивлённо вскинула брови. Осмотрела себя. – Да нормально я выгляжу, – фыркнула Камилла, на секунду забыв, где находится. Но Мирида молчала. В тусклом свете кельи её лицо выглядело бледным и испуганным. Камилла быстро вернулась в тон. – У тебя нет выбора. Если расскажешь — тебя выкинут отсюда. Мирида нахмурилась. – Это ещё почему? — Спросишь у падре. Мне некогда, — отодвигая ту в сторону, Кам прошла вглубь комнаты, начав свои поиски. — Мы в келье Селии? — Так вот как её звали? Что-нибудь знаешь? — Не вижу повода рассказывать тебе... Камилла стала переворачивать кровать вверх дном. — Так это правда, что она умерла во сне? — Умерла? Между ними повисло тяжёлое молчание. Кам бросила на девушку взгляд и увидела, как та начала дрожать от нервного напряжения. — Разве её не выгнала настоятельница? «Чёрт, она не знает». — Ах да. Наверное, я ошиблась. Мирида подошла к ней, хватая за руки: — Ты хочешь сказать, она умерла? — шокированные глаза опустились на кровать. — Здесь?! — Вот сейчас спокойнее. – Её унёс дьявол? – Мирида почти закричала, голос её задрожал, как и руки. – Мирида, тише, дыши, – Камилла шагнула к ней, но та отпрянула, глаза уже наполнились слезами. – Он здесь… дьявол здесь… – задыхаясь, пробормотала девушка и кинулась прочь, всхлипывая. Камилла выругалась про себя. «Вот же дрянь. Мало... Теперь очень мало времени». Девушка напряжённо оглянулась. У неё оставалось всего несколько минут, прежде чем Мирида поднимет шум. Нужно срочно что-то найти. Камилла металась глазами по келье: голые, треснувшие стены, койка, узкое оконце. И вдруг ниша с иконой. Икона! Она направилась к ней — и не прогадала. Никто не смеет сдвигать святой лик. Деревянная рама скрывала за мутным стеклом Деву Марию — и ещё что-то выпуклое. За стеной раздался гул шагов — мерный, ускоряющийся. Камилла замерла, сердце гулко ударило в грудную клетку. Руки потянулись вскрыть тайник, но было уже поздно. Она поспешила исчезнуть. «Блядь, икону ещё воровать не приходилось». --- — Я не знаю, о чём вы говорите, сестра. Но мне не нравится ваше поведение. — Простите меня, прошу, не наказывайте, — Мирида склонилась перед настоятельницей. — Ты шумела. И объяснила чем? Повтори. — Я просто... — та тяжело сглотнула ком в горле, вспоминая слова Камиллы. — Увидела что-то в келье. — В закрытой келье! Сёстры слышали твоё греховное бормотание, — и наставница зло направилась к упомянутому месту. С силой дёрнув на себя закрытые двери, она достала ключ и провернула его в замке. Когда они открылись, в тёмной комнате всё стояло без изменений, а Мириду ожидало наказание, хоть та и ничего не сделала. Но наставница не заметила одного – в черноте ночи, исчезают святые.