Шаг во тьму

С момента окончания бойни в Хидзуру прошло две недели. Это были самые неспокойные четырнадцать дней за всё время войны. Как бы Николас и остальные не старались скрыть произошедшее за морем, у них это не получилось — слухи всё равно просочились, а дальше распространились по всей империи как серия цепных взрывов. Каждый воспринял бойню в Хидзуру по своему. Для кого-то это было кошмаром, смертью невинных, чем-то, чего нельзя было допустить. Другие же видели в этом величайшую победу: от такого удара враг уже не оправиться. Совет сработал быстрее Нико: едва поползли слухи, они заявили, что разделят ту же позицию, что и король. Однако король не поддержал ни одну из позиций. Он не стал никак комментировать бойню в Хидзуру, однако одним действием настроил против себя всех ее сторонников. Он посадил Эйса за решетку. Официально Каэдэхару Эйстина будут судить за грубейшее непослушание приказам, повлекшее гибель солдат. Однако и дураку понятно, что это лишь предлог, чтобы указать Эйстину на его место. И вот уже две недели в Белобоге не утихают волнения вокруг личности Лучезарного. Кто-то требует для него свободы, кто-то и вовсе делает видеть его на троне вместо нерадивого короля. Нико решил не зацикливаться на этом, переложив вопрос общественных волнений на плечи магистра Варки и Рида Миллера. Думать об Эйстине он больше не собирался — для него это слишком сильная головная боль. Разговаривать с "избранным" бесполезно — он никогда не отвечает, либо отвечает так, что ничего не поймёшь. Но Нико все равно было интересно, чего он добивается. Для чего нужен Дотторе? Для чего была вся эта показуха в Хидзуру? В очередной раз начав об этом думать, Нико ощутил уже привычную головную боль. Она мучает его уже неделю, и Нико прекрасно знает ее причину — нервы, недосып. У Наоми есть ещё одна версия — алкоголизм. Отчасти Николас с ним согласен, но бороттся с пагубной привычкой пока не планирует: даже сейчас он собрался глушить головную боль вином. К слову, вино было не совсем обычное. Оно было из старых запасов Рейниона, привезено из Сумеру. По мнению Нико, вкус был через чур необычный. Он бы даже сказал дерьмовый. Осушив бокал залпом, Нико откинулся на спинку кресла и посмотрел на потолок. "А ведь есть второй..." — подумал он. Дотторе был головной болью Куникудзуши и Натаниэля. Нико получает доклады от них каждый день и по стилю речи понимает, кто именно его писал. Так вот, "современный Диоген ", как выразился Натаниэль, уже настолько всех задрал, что охотники начали травмировать себя, лишь бы съехать из его омерзительного общества. Натаниэль и сам умоляет о переводе. И только Куникудзуши получает удовольствие от общения с Дотторе. Эти двое стебут друг друга часами, делая перерывы на еду и на сон. Само собой Куникудзуши таким образом пытается выпытать хоть что-то у доктора, однако тот каким-то чудом умудряется поддерживать диалог, усиливая от ответов на вопросы. Дверь в кабинет Нико открылась без стука. Как правило, так заходит только один человек. Только ему Николас это прощает... — Помнится, ты обещал мне завязать с алкоголем. Наоми выглядел более живым, чем днями ранее. Смерть Чун Юня ударила по нему сильнее, чем он это показывал, однако сейчас он, похоже, начал возвращаться в норму. Нико улыбнулся Каэдэхаре и жестом попросил его подойти ближе. Едва Наоми приблизился, как Нико поднялся из-за стола и осторожно обнял его. После Хидзуру у Наоми появился триггер на резкие движения, поэтому Нико решил на время забыть о своей привычке бросаться на шею прямо с порога. — Как ты? — поинтересовался Нико. — Нормально, — отмахнулся Наоми. — А вот ты выглядишь... — Ужасно? — Прекрасно, — вздохнул Наоми. — Просто тебе нужно отдохнуть. Нико вздохнул. — Отдохнёшь тут... Завтра слушанье по делу Эйстина. И от решения господина Невилетта будет зависеть буду ли я отдыхать ближайшую неделю или нет. Наоми удивленно посмотрел на Нико. Он впервые слышал о каком-то слушаньи, хотя, по-сути, был главным свидетелем. Нико дал ответ на вопрос быстрее, чем он прозвучал: — Я не хотел тебя этим тревожить, поэтому просто передал суду твой отчет. — Да мне ведь не сложно... — Да не в этом дело, — перебил Нико. Он положил ладони на плечи Наоми и склонил голову. — Просто... Я не хочу, чтобы ты ещё раз прокручивал этот кошмар. Твоего отчёта хватит. — Пожалуй... — согласился Наоми. — Скажи... на какой приговор ты рассчитываешь? Нико призадумался. Он молчал довольно долго, но Наоми сразу понял, что для себя Нико все уже давно решил. Но вот для него, для Наоми, он прямо сейчас придумыват другой ответ. Не слишком правдивый, но и не лживый. — Наоми, ну ты ведь и сам понимаешь, что нужно сделать... — сдался Нико, не найдя слов. — Я понимаю, он твой брат, но... боже, да его даже оправдать никак нельзя. Он чудовище во всех смыслах! — Да знаю я, — вздохнул Наоми и упал в кресло. — И от этого ещё больнее... Я совсем его не понимаю. Он как вернулся тогда из своего плаванья, так всё! Он... стал другим. Взгляд Наоми упал на книжку, лежащую на столе. Это был очередной роман издательского дома Яэ Мико. Нищкосотное чтиво для извращенцев и любителей шаблонных историй. Однако Нико нравится. Потому что он и извращенец, и любитель подобных историй. — И чем тебе нравятся подобные истории? — спросил Наоми, указав на книгу. Нико помолчал несколько секунд, потом раскинул руки в стороны и с максимально серьезным лицом сказал: — Там у мужика вот такая хуища! — Боже... — Наоми не смог сдержать улыбку. — Ну и как он ей... Ну, это самое... — Как, да как... — Нико смутился, будто впервые об этом задумался. — Со свистом залетает. По сюжету всем всё нравится. — Если бы я тебя такой хреновиной отымел, тебе бы понравилось? — А ты можешь? — А ты серьезно хочешь? — удивился Наоми. — Милый, дилдо таких размеров не бывает... На секунду Наоми показалось, что Нико расстроился, однако спустя мгновение он улыбнулся и залился смехом. Видя эту умилительную сцену, Наоми не смог сдержать улыбку. — Меня и твоя "хреновина" устраивает, — успокоившись сказал Нико. — Кстати... ты по делу или так просто? Наоми пожал плечами. Ему не хотелось решить момент делами. Тем более на этот раз они незначительны. — Варка уехал в Рейн, поэтому обязанности магистра временно переходят Джинн, — сказал Наоми. — Я решил тебя предупредить, чтобы ты морально приготовился. — Чёрт, — Нико расстроенно опустил голову. — Мне типо прошлого раза не хватило, да? Я не хочу снова утонуть в документах... — Странно, что ты при Варке в них не тонешь... — заметил Наоми. — Так Варка на них хуй клал, ими она занимается. А когда она магистр, у нее есть полное право перенаправить все на меня. Ох, сложно... — Так переложи все это на Совет, в чём проблема? Они ведь для этого и нужны... Нико вздохнул настолько громко, что почти зарычал. Одна мысль о Совете раздражала его. В совете его не поддерживал, честно говоря, почти никто. Обычно за него был Альберьих и госпожа Нин Гуан. Остальные члены совета всегда были против. Исключение — Гильотен. Он обычный учёный, поэтому всегда воздерживался от голоса в большинстве вопросов. Поэтому Нико даже представить не мог, что начнется, если он возложит бумажную волокиту на Совет. Он вообще хотел бы уйти на покой. Посадить на трон похожего на него парня, взять Наоми за руку и уехать в какую-нибудь глушь. Но пока что такое невозможно... — Джинн обязательно к тебе сегодня зайдет, — несколько мрачнее сказал Наоми. — Варка уже обсуждал с тобой это... В рядах армии много тех, кто поддерживает Эйстина. В данных обстоятельствах стоит быть готовыми... — Я знаю, — перебил Нико. — Но мы ничего не можем сделать. В данном вопросе любой шаг вел и ведёт к тому, что сторонники Эйстина лишь наберут силу. Остаётся лишь ждать и наблюдать. Наоми вздохнул и покачал головой. Однако возразить ему было нечего. Это единственное правильное решение, пусть и не самое приятное. — А ещё... — Нико замялся. — Завтра я покину Белобог. Примерно на недельку. — Что? Зачем? — Прости, — Нико взял Наоми за руки. — Я не могу тебе сказать. Там... всё сложно. Дело не в том, что я тебе не доверяю. Тут... другое. — Значит, это то, что я не одобрю... — Может быть... — Нико положил голову на плечо Наоми и легонько его приобнял — любимый ход Ренда, когда ему нужно чего-то добиться от Наоми. — Я не против, если ты обещаешь вернуться невредимым. — Я постараюсь, — кивнул Нико. Наоми медленно разорвал объятия и погладил Нико по щеке. Тот улыбнулся. В глазах цвета кофе проскользнул огонёк нежности. И тогда Наоми приятно Нико к себе и поцеловал. Поцелуй получился недолгий, но чувственный. В нём не было никакого разврата. Только нежность, приправленная любовью. А потом Наоми отстранился. — Мне нудно идти... — печально сказал он. — Может останешься? — взгляд Нико буквально умолял. Это был тот самый коронный "щенячий взгляд Нико". — Ну пожалуйста, только сегодня... Я тебя отпрошу. Наоми улыбнулся и погладил Нико по голове. Ренду это явно нравилось. Он положил голову ему на колени, позволяя себя гладить сколько душе Наоми угодно. После долгой паузы Наоми спросил: — Правда отпросишь? Нико резко оживился и закивал головой, как заведённый болванчик. — Ну ладно, — Наоми расплылся в улыбке. — Раз ты завтра уезжаешь, то сегодняшний день мы проведем вдвоем... Наоми вновь притянул Нико к себе, но на этот раз его намерения были иными. Он хотел не поцелуй, нет. Раз уж они решили провести этот день вдвоем, то и отрываться стоит по полной.

***

Наступил вечер, а значит пришло время заменить Натаниэля на посту. Куникудзуши, как правило, проводил с Дотторе весь вечер и ночь. Кажется, в это время Дотторе должен спать, но нет. Доктор ведёт преимущественно ночной образ жизни. На радость Дзуши. Так ему хотя бы не скучно. Для охраны Дотторе в западном лесу охотники выстроили целый аванпост. Десяток снайперов круглосуточно следил за Дотторе с крон деревьев. Солдаты Ордо Фавониус стояли по позициям вокруг места содержания пленника, а охотники отвечали за то, чтобы на территорию леса не проникла хоть какая-нибудь нечисть. Плюсом к этому в рядах гарнизона был дракон, пусть и немного бракованный. Однако главной силой гарнизона были его командиры. Куникудзуши и Натаниэль давно зарекомендовали себя как превосходные охотники. Но помимо охотников они были превосходными бойцами. Натаниэль — стратег, шпион, искусный экзорцист. Куникудзуши же стоит ещё на голову выше. Его называют вторым по виле человеком в вооруженных силах империи. Естественно, это большое преувеличение. Ему далеко до Эйстина, магистра Варки и не факт, что он сильнее Наоми. Но он все же чертовски силен. Натаниэль не любил компанию Дотторе, поэтому всё время своего дежурства проводил "наверху" — на стволе одного из больших деревьев была платформа с оборудованием. Там же Куникудзуши застал его и сейчас. — Вечер добрый, рыжий, — Куникудзуши подошёл со спины и хлопнул Натаниэля по спине так, что тот вздрогнул. — Ну и как там наша лабораторная крыса? — Читает, — холодно ответил Нат. — Проснулся час назад и сел за чтение. Ничего нового. — Вот как... — Куникудзуши ощутил лёгкое разочарование. — Будет лучше, если он начнет говорить. Не хочу прибегать к насилию. — Кому ты врешь? — нахмурился рыжий. — Всё ты хочешь. Куникудзуши улыбнулся. Спорить он не стал. Что правда, то правда. Ему безумно хотелось причинить доктору боль. Ему не дали избить Эйстина, но кто его остановит здесь, если он начнет избивать Дотторе? Никто. Возможно, ему даже помогут. — Кстати, забыл сказать... — неохотно протянул Дзуши. — Тебя переводят. Завтра ты с Каем едешь в Монд. По особому поручению. — Слава Богу... — Натаниэль расплылся в счастливой улыбке. — Да уж... Теперь я тут вообще один останусь, — Куникудзуши смотрел на Дотторе, пытаясь углядеть в его действиях хоть какую-то странность. Но нет. Тот просто читал. — От Кадзухи нет вестей? Дзуши покачал головой. Кадзуха отплыл в Келдрэт неделю назад. Началось всё с того, что до Пьеро дошли слухи о том, что пираты в водах Внешнего прохода видели корабль Бэй Рао Страхолюда, который, как известно, ушёл ко дну вместе со своим владельцем. По первоначальным предположениям кто-то снова игрался с некромантией. Охотники бы не придавали этому большого значения, если бы воскрешен был кто-то другой. Но речь идет о страшнейшем пирате всех времён. И Кадзуха поехал разбираться в этом деле. С того момента Дзуши так и не получил от него ни одной весточки. — Ладно, — Дзуши хлопнул в ладоши, решив наконец заняться делом. — Пойду поболтаю с нашим гостем. — А я тогда просто пойду, — Натаниэль хлопнул Дзуши по плечу и принялся собирать вещи. Дзуши спустился с платформы и направился к Дотторе. По пути он окинул взглядом деревья. Он разглядел четырех снайперов, которые держали доктора на прицеле. А на одной из веток лежал Дурин. Мальчик-дракон даже не смотрел в сторону пленника. Куникудзуши решил, что чуть попозже устроит ему выговор. Дотторе даже не обратил внимания на Куникудзуши, севшего на траву прямо перед ним. Он без особого увлечения читал книгу с очень длинным и сложным названием, которое Куникудзуши даже не стал почитывать до конца. — Интересная книжка? — спросил Куникудзуши, не столько реально интересуясь, сколько желая начать разговор. — Довольно интересная, — сказал Дотторе, — для того что читаешь в шестой раз. А сколько вы прочитали книг, господин Райдэн? — Эм... "Колобок" считается? Дотторе усмехнулся. — А вы всё шутите... Довольно странная позиция по отношению к тому, по чьей вине погиб ваш товарищ. — Я рад, что ты это осознаешь, — Куникудзуши резко стал серьезнее. — Даже интересно, как именно Эйс склонил тебя на свою сторону. Чем именно он заманил тебя? — Довольно однобокий взгляд на вещи... — Дотторе на мгновение отвлёкся от своей книги. — Вы все считаете Эйстина этакой эпохальной личностью, вокруг него возвели целый культ, а теперь вы удивляетесь его резким изменениям... — К чему ты клонишь? — К истине, — доктор отложил книгу. — К истине, лежащей в основе данной проблемы. — Возьмём, к примеру, два обыкновенных белых куриных яйца. С виду они одинаковые, но цвет из желтков разный... — Что за бред... — Если я раскрою вам истину без всяких загадок, то будет слишком скучно, — улыбнулся Дотторе. — Хотя я согласен. Яйца — не самый удачный пример. Возьмём котов. Если бы я заменил вашего кота на точно такого же внешне, вы бы заметили разницу? — Возможно в поведении, — Куникудзуши резко замолчал. — Стой, к чему ты клонишь? — Вы понимаете, господин Райдэн. Я говорю о полноценном клонировании человека. Причём клон не осознает себя клоном, но его психика запрограммирована так, что он склонен к определенным действиям и мыслям. — Вот как... И как давно ты заменил Эйстина? И что с настоящим? На лице Дотторе появилась тень разочарования. Он устало вздохнул, словно учитель, услышавший неверный ответ. А потом сказал: — Эйстин — слишком очевидный пример. Но я ведь говорю с вами и о вас. Куникудзуши озадаченно склонил голову. Он не понимал, к чему ведёт доктор. А вернее, не хотел понимать. — Выражайся понятнее, — задыхаясь от внезапного прилива злости, сказал Дзуши. — Жила на свете богатая женщина, у нее был сын. Но однажды она не уследила за ним, и мальчик погиб. Пытаясь уталить горе, она обратилась ко мне. И вот результат моего труда. Куникудзуши Райдэн. Нелюбимый мальчик, который запрограммирован любить свою мать. Несмотря на стопроцентное сходство, она не смогла тебя принять. Вельзевул обманом забрал тело у твоей матери, обещая избавить ее от воспоминаний о тебе. Какая глупая смерть... — Заткнись... — прошептал Куникудзуши. — Просто заткнись... Доктор кивнул, но не замолчал: — С Эйстином Каэдэхарой всё проще. Я просто подменил его на клона в нужный момент. Все вы думали, что он изменился из-за сердца Нибелунга, но... настоящий Эйстин не дожил до этого момента. Впрочем, его убил не я. Готов поспорить, его сожрали морские хищники. — Слушай, сволочь, — начал выходить из себя Дзуши, — а почему ты говоришь об этом именно сейчас? Почему молчал две недели? — Сегодня я уверился в своей победе, друг мой. — Чё за пиздеж? — взорвался Дзуши. Он хотел ударить доктора, но почему-то передумал. — Ты, блять, просто блефуешь! Ты не можешь победить. В твоём положении это просто невозможно. — Вы слишком узко смотрите на вещи. Возможно, вам стоит прочитать что-то кроме "Колобка". А ещё вам стоит избавится от сквернословия. Женщины не любят матершинников. Куникудзуши вздохнул и взял себя в руки. Он решил уйти, но перед этим сказал: — Не держи меня за дурака. Твои дела идут хреново, и ты это знаешь. И... И чтоб ты знал! Девочки меня любят... После этих слов Куникудзуши удалился. Пусть он этого и не показал, но слова Дотторе его обеспокоили. Он решил ещё раз перепроверить все, а заодно сообщить на верх о новой информации касательно Эйса. Однако в связном пункте он застал интересную картину. Солдаты распивали сумерское вино и совершенно не думали о своих обязанностях. В любой другой момент Куникудзуши устроил бы им такое, что они бы больше не могли даже смотреть на алкоголь. Но сейчас у него не было на это настроя. Весь свой запал он потратил на Дотторе. — Ну и какого лешего вы бухаете? — мрачно спросил Куникудзуши. — Так все бухают, — пожал плечами один из солдат. — Чем мы-то лучше. — Все? — Ну да! Кроме вас, да рыжего с Дурином. — Понятно, — сухо сказал Куникудзуши. — Ну ка съебитесь все отсюда. Мне нужно кое-что передать в штаб... — Бесполезно! Связи уж второй день нет! Куникудзуши удивился, хотя стоило бы разозлиться. Он и подумать не мог, что его подчинённые настолько распущенные. — Всмысле нет? — спросил он. — В прямом, сэр. Проблема не у нас. В Рейне связь нае... эм... пропала. Куникудзуши вздохнул и пошел прочь. Его нервы уже не выдерживали всего происходящего бреда. Но сидеть где-либо в одиночестве ему не хотелось. А учитывая, что здесь ещё остался один трезвый человек (почти человек), то само собой он решил направиться к нему.

***

Стараясь держаться тени домов, Кадзуха бред по узким улицам Келдрэта. Келдрэт не оправдал ожиданий Кадзухи. От пиратской столицы, которую так нахвашивал Ричард Гримьер, Джошуа и даже его родной отец, парень ожидал чего-то большего. Он ожидал симпатичный портовый городок, похожий на Рейн или даже на Ли Юэ. К сожалению, ожидания не оправдались даже на половину. У Келдрэт не было какого-то общего плана. Деревянные полугнилые дома стояли вплотную к каменнным, улицы то сужались, то расширялись и порой вели в тупик. Даже каменные дороги были не везде. А учитывая климат пиратских островов, земля под ногами почти всегда была грязью. Холодный дождь здесь хлещет почти всегда, кроме, пожалуй, лета. Ну и довершает эту картину густой туман, который лишал Кадзуху самого главного — обзора. Слух о том, что корабль Рао Страхолюда идёт в Келдрэт дошел до пиратской твердыни даже раньше самого корабля. На Пиратских островах осталось мало тех, кто застал времена Страхолюда, но даже те, кто не видел его в живую, не на шутку перепугались от этой новости. За неделю пребывания в городе Кадзуха услышал столько безумных баек и домыслов насчёт того, что их всех ждёт, когда корабль доплывает до Келдрэта. Самую запоминающуюся Кадзуха услышал от одного старика в таверне. Тот рассказывал, что перед смерть Рао поклялся однажды восстать из мертвых, чтобы придать огню всех, кто осмелился его предать. Но корабль причалил ещё пару часов назад. И пока что ничего ужасного не началось. Легендарный корабль Бэй Рао Страхолюда "Золотой Роджер" причалил в девять вечера по местному времени. Ничего жуткого в нём не было: это был обычный корабль, причём хорошо отреставрированный. Единственное, что было повреждено — носовое изваяние. Лицо деревянной фигуры морского бога было изуродовано. По слухам Рао собственноручно сделал это. Причина неизвестна. Над кораблем развевался пиратский флаг — слегка видоизмененный "Весёлый Роджер", только вместо черепа была стилизованная на Хидзурийский мотив голова лисы. Кадзуха внимательно следил за кораблем. Почти сразу с него могло несколько членов команды — редкостное отребье, как наверняка выразился бы Ричард. Они о чём-то недолго поговорили с начальником порта, а после начали разгрузку. "Золотой Роджер" привез в порт ткани, вино, специи — самый обычный товар, в общем. Ничего необычного. В какой-то момента Кадзуха даже начал думать, что зря теряет время. Но потом на причал вышел капитан. Он вышел не один. Рядом с ним шел высокий мечник, судя по одежде родом из Хидзуру. У мечника были светло-русые волосы, падавшие на лоб, почти закрывающие глаза цвета фиалковой дыни. Нос мечника пересекал шрам. На нем были широкие моряцкие штаны черного цвета, сандалии, белая рубашка с короткими рукавами и тёмно-красное хаори поверх нее. На почте висели две катаны. Капитан был выше ростом, но чуть менее крепкого телосложения. На нём был простой серый камзол, белая рубашка, расстегнутая в области груди, чёрные брюки, кожаные сапоги, черная шляпа с большим синим пером и маска лисы, закрывающая лицо. На поясе висела очень даже недешевая сабля. Левый рукав комзола болтался по воздуху — руки у пирата не было от самого плеча. Капитан обмолвился парой слов с начальником порта и пошел в город. И Кадзуха последовал за ним. Честно говоря, шпион из Кадзухи никудышный. Ему пришлось держаться от загадочной парочки на немалом расстоянии, чтобы уж точно не выдать себя. Минус был в том, что он не слышал из разговоры. А говорили они много. До него долетали изредка обрывки громких фраз, но в основном это был мат. И вот капитан остановился. Он смотрел на доску с объявлениями морского дозора Сумеру — местная доска почета. Капитан совал с доски одно из объявлений и тыкнул его в лицо самураю. Тот пожал плечами. Оба выглядели шокированными. Капитан свернул листок и положил его в карман. Кадзуха проследовал за ними вплоть до таверны. Там они разделились. Капитан зашёл внутрь, а мечник остался у входа. Кадзуха положил руку на рукоять клинка Иссин. Это помогало ему успокоиться. Он направился ко входу в таверну. Он старался выглядеть как можно более невозмутимо и был почти уверен, что у него это получается. Но едва он приблизился к двери... Перед ним возник клинок. — Шаг назад, парень, — сказал самурай. — Я бы не хотел портить шрамами твою милую мордашку. — Хах, да как ты посмел закрыть путь в таверну честному пирату!? — озвучил что раз заученный текст Кадзуха. — Серьезно? — самурай приподнял бровь. — Да ты в зеркало-то видел себя, пират? В лучшем случае бордельная шлюха. Будь мы в Сумеру, я бы подумал, что ты сын начальника порта, но мы в этой дыре. Тем более ты пасешь нас с самого порта. Думал, мы не заметим? — Я ни за кем не следил, — спокойно сказал Кадзуха. — Я просто хочу выпить сакэ. Уйди с дороги. — Ой-ой-ой, как заговорил! — самурай обнажил второй клинок и встал в стойку. Она была совершенно не знакома Кадзухе. Каэдэхара усмехнулся. Он медленно, словно наслаждаясь моментом, обнажил свой меч. Под лунным светом красное лезвие клинка Иссин жутко блеснуло. "Мне нечего бояться, — заверил себя Кадзуха, приняв стойку. — Что-что, а мечник я превосходный..." — Мило, что ты веришь в себя, — хохотнул самурай. Он качнулся, и на мгновение Кадзуха увидел электро Глаз Бога, прячущийся под Хаори. — Так встреть свою погибель.

Громовой раскат: шесть изгибов молнии

Первое движение самурая сопроводила яркая вспышка с последующим разрядом. На секунду шокированному Кадзухе показалось, что его враг исчез, но мгновением позднее, его на молниеносной скорости атаковали с разных сторон. А вот шестой удар он смог кое-как отразить, пусть это и стоило ему окончательной потери стойки. На его теле красовались пять свежих порезов. Они были не глубокими, но болели знатно. — Последний шанс сбежать, малыш, — сказал самурай, скрестив клинки. Кадзуха нахмурился и призвал поток ветра, который окружил его. Это даст ему небольшой плюс к реакции. — Как знаешь...

Рокочущий бог небес: амэгодзен!

Во мгновение ока враг оказался прямо перед Кадзухой. Скрещенные клинки были прямо перед его шеей, когда он резко начал их разводить. Ещё мгновение и Кадзуха лишился бы головы, но он успел подставить клинок. Однако он не избежал атаки полностью. Его ударило такой сильной волной электроэнергии, что он отлетел метров на семь-десять. — Интересно... — произнёс мечник. — Уж больно ты силен для мальчишки. Обычно никто не выживает после амэгодзена. Что ж, я Томо Шиота, убийца семи школ фехтования Хидзуру, признаю в тебе война! Назови своё имя! — Каэдэхара Кадзуха, — произнёс Кадзуха, улыбнувшись, и направил клинок на Томо. — Охотник на демонов наивысшего ранга. — Как ты сказал? Каэдэхара? — удивился Томо. — Так это же всё меняет! Самурай сложил мечи. — Я позволю тебе поговорить с кэпом. Но если ты соврал... твоя судьба незавидна.

***

Бэй Доу была не в восторге от того, какое заведение выбрал ее спутник. Выпивка здесь была средняя, а еда и вовсе жуткая. Однако она верила, что встреча того стоит. И вот он появился на пороге. Самый наглый, по её мнению, пират, присвоивший себе корабль её отца. Бэй Доу услышала о пиратах Снежного Лиса относительно недавно. До неё дошел слух, что некая малоизвестная команда закошмарила морской дозор в проливе между Сумеру и Вали-Вейджем. А через неделю пошёл слух, что эта команда идёт в Келдрэт на "Золотом Роджере". Даже сама Бэй Доу тогда, честно признаться, немного испугалась. Для нее это было сродни воскрешению давно мертвого. А два дня назад она получила весточку от того, кто был новым капитаном корабля. И именно здесь они должны встретиться. Он появился на пороге на пол часа позже чем обещал. Его новый образ заставил Бэй Доу усмехнуться. С другой стороны она отлично его понимала — в его ситуации даже клоунская маскировка сойдёт. Все таки за её голову не назначали награду в шесть миллиардов моры. Даже за Страхолюда в свое время давали всего пять миллиардов. — Ну присаживайся, — Бэй Доу жестом указала на место напротив себя. — Я тебе поражаюсь, если честно... Вот откуда ты этот корабль достал? — Где достал, там уже нет, — прозвучал из-под маски приятный мужской голос. — Знаешь как тяжело было отремонтировать эту рухлядь? — Знать не желаю... — парировала Бэй Доу. И тут ее взгляд упал на левую руку. — А руку где посеял? — Уж три года как, — вздохнул он. — Её сожрала морская змея. Капитан "Золотого Роджера" снял шляпу и маску. Здесь ему нечего бояться. — Ого, а ты похорошел! — сказала Бэй Доу. — А я тебя таким опездолом помню, Эйстин. Эйстин и вправду сильно изменился. С момента его последней встречи с Бэй Доу он окреп, загорел и оплатил волосы почти до плеч. Его левый глаз пересекал шрам, но при этом само глазное яблоко было в порядке. В правом ухе было три-четыре серебряных кольца. Эйс стал больше походить на отца, но при этом сохранил мамины черты. Теперь Бэй Доу была на все сто уверена, что тот, кто сейчас находится в империи, — самозванец. Пусть и небольшие, но различия у двух Эйсов есть... — В теперь будь добра объясни мне, — Эйс достал из кармана листовку. — Какого черта меня ищут? Я ещё ничего не успел натворить. Почти... Но не на шесть миллиардов же! — Да там побольше будет... — пробормотал Бэй Доу. — Ты сжёг Хидзуру. — Ась? Как? — Превратился в дракона и сжёг. — Что за дичь? — Эйс усмехнулся и потянулся к стакану с ромом, который вообще-то принадлежал Бэй Доу. — Люди не могут в драконов превращаться. Драконы — это древние лорды, живущие в верховьях Серебряной реки. А одна из их личинок мне руку отхуярила. — Как знаешь, — пожала плечами женщина. — Можешь сплавать в империю и поспрашивать у своих. Они тебе расскажут, после того как морду набьют. — Стоп, что? — Эйс развел руки в стороны. — Бэй Доу, я твой рот наоборот! Изъясняйся понятнее! Моих вообще ничего не смутило? — Во-первых, Что-что ты с моим ртом делал? А во-вторых, нет, никто ничего не заметил. Для них ты не исчезал. — Черт... Значит Хэйдзо там черти с кем, а я... Стой-стой, давай-ка с самого начала! С момента нашей прошлой встречи! — А ты не хочешь объяснить, где ты шлялся три года? — Я... Дверь таверны открылась и зашёл Томо. А за ним зашёл тот, кого Эйс ожидал увидеть меньше всего. — Капитан, — обратился самурай, — тут по вашу душу пришли.